Глава 21: Глава 22. Воссоединение

Глава 22. Воссоединение

9

0

Bот BigMiaut
Поделиться

Орел, парящий высоко в небесах, осматривал окрестности своим зорким взглядом. Это была очень крупная птица даже для своего вида, с мощным клювом и сильными лапами. В воздухе конкурентов у нее просто не было, да и быть не могло. Такой не сложно выкрасть целую овцу и побороться с хищником наподобие волка. Но борьба за место под солнцем и поиск пропитания не был ее целью. На самом деле это был маг природы в звериной форме, дежуривший на своем посту. В его задачу входил осмотр и контроль за чужаками на вверенной ему территории. Кто бы ни появился тут неожиданно: обоз с товарами, заблудившиеся дети или прячущийся в тенях незнакомец – ничто не ускользнет от орлиного взора. Свою работу тайный агент знал хорошо и был одним из лучших. Через пару часов его сменит напарник, слежка будет продолжаться. А еще несколько его товарищей занимались тем же самым – на поверхности земли.

Целью их наблюдения был небольшой уютный особняк, стоявший поодаль от большой дороги, уже практически в лесу, и окружавшая его территория площадью в несколько десятков километров. С одной стороны это была лесная чащоба, с другой – луга. Особняк принадлежал Кеву Онсену, младшему сыну в древнем семействе Онсенов, ему он перешел от деда, грозного Итана Онсена. Итан Онсен был магом десятого уровня, величайшей фигурой для семьи Онсенов – других таких в ней не бывало. Он также был главнокомандующим армией Арвании, но давно. Его сменил на посту даже не Корс Махогон, а его предшественник. Дом этот старик Итан использовал исключительно для охотничьих развлечений, появляясь здесь не чаще трех-четырех раз в году. Что именно влекло его в эти края, ничем особо выдающиеся, никто не мог сказать. А сам он был упокоен уже более шести лет, отписав особняк в завещании внуку Кеву.

Кев Онсен слыл человеком экстравагантным, но непутевым. Он был далек от дел своей семьи (а его двоюродный брат, между тем, был членом Сената), не интересовался ни торговлей, ни воинской карьерой. Хотя, будучи в тридцать шесть лет на седьмом уровне силы и пользуясь влиянием своего рода, мог заняться и тем, и другим. Страдая от регулярных перепадов настроения, он устраивал в родном городе крупные пафосные гуляния, которые могли длиться более суток, будоража при этом всех журналистов и прослыв кумиром местной богемы. Затем просто уезжал в свой особняк, где, запершись затворником в плену своих раздумий, он находился безвылазно многие недели. А потом отправлялся в путешествия, после которых возвращался в город, и все повторялось по новой. Естественно, что Онсены давно махнули рукой на своего бестолкового отпрыска. Интересовалась им только светская хроника, и то все реже и реже.

Очень немногие знали, что балаган этот был всего лишь ширмой, а Кев Онсен – одним из самых ценных агентов тайной службы. Причем рекомендовал его туда лично дед. Гулянки и сумасбродство служили отличным прикрытием для того, чтобы втереться в доверие к нужным людям, оставаясь у всех на виду, но не вызывая подозрений. А лесной особняк являлся крайне надежным, охраняемым объектом для операций тайной службы Арвании.

Именно в нем последние пять дней и проживали Освальд со Стеллой. И хотя вся обозримая территория вокруг поместья находилась под неусыпным контролем агентов тайной службы, им не разрешалось покидать его пределов. Меры безопасности тут были более чем серьезны. Даже окна дома были магически зачарованы и не пропускали света изнутри помещения. Поэтому было абсолютно невозможно хоть как-то пронаблюдать за происходящим внутри.

С одной стороны, это было сродни богато обставленной тюремной камере. Ребята были обречены на существование в этих четырех стенах, пусть в обстановке роскоши и комфорта, но не имея возможности даже на шаг выйти из дому. С другой стороны, особняк был не тем, чем казался снаружи. Как и внутренний контур клиники министерства обороны, он имел несколько подземных этажей, точнее – три. Изначально они использовались для скрытого хранения разнообразных материалов и вооружения. Также на нижнем этаже находились две исследовательских лаборатории. Но к приезду Освальда и Стеллы, буквально за пару дней, все подземные этажи были переделаны под импровизированный учебно-тренировочный центр. Обосновать это было несложно – сумасбродный Кев Онсен просто в очередной раз решил сменить обстановку, поменяв мебель и совершив в доме перепланировку. Такой была официальная версия, почему два дня подряд в особняке кипела работа, а подводы с оборудованием подъезжали одна за другой.

Конечно, такая подготовка однозначно давала понять: дети здесь надолго. С другой стороны, они были живы и всем обеспечены. Они обрели свои семьи – заново. А Аким Онберг пообещал им со всей ответственностью, что все их просьбы в пределах разумного будут удовлетворены. И готовить их будут похлеще, чем в Рубайской академии. Только к чему готовить?

Но пока прошло четыре дня с той поры, как их тайно сюда перевезли, а обучение не началось. В самом особняке неустанно дежурили четыре агента, двое днем и двое ночью, сменяя друг друга. Еще было известно, что окрестности тоже находятся под пристальным наблюдением тайной агентуры. А в самом доме, вместе с ребятами, жил управляющий поместьем Михал Теско. Но все эти люди были здесь для их охраны и защиты, на роль учителей никто из них не претендовал. Более того, никто, кроме Михала, с ними даже не общался. Стелла как-то пыталась поговорить с агентами охраны, но они просто проигнорировали ее вопросы. Управляющий объяснил потом, что таковы инструкции. Никто, кроме него, не имеет права вступать в беседы с охраняемыми персонами.

Единственное, что спасало ребят, – в особняк свезли весьма недурную библиотеку. Конечно, ей было далеко до библиотеки Рубайской академии по количеству литературы, но существовал нюанс. Эту подборку, судя по всему, тщательно перебирали и готовили для них двоих. Поэтому в ней имелись такие книги по магии эфира и магии артефактов, которых в родной академии отродясь не бывало. С огромной долей вероятности это были копии (а может, и оригиналы) книг из Великой Арванийской академии.

Так что они проводили и дни, и вечера за изучением книг. Освальд выучил интересное специальное заклинание четвертого уровня силы «Проникновение», которое позволяло проникать вглубь практически любого материала. Само по себе оно не несло большой пользы, но его можно было использовать для создания персональных заклинаний, причем очень эффективно. Так, совместив его с «Толчком», можно было создать заклинание для разрушения вполне серьезной брони (это было первое, что пришло парню в голову). А Стелла уже планировала использовать одну из лабораторий под собственные эксперименты с артефактами. У нее появилась масса идей, для которых требовались разнообразные материалы, в том числе со специфическими свойствами. Но пока доступа туда не было.

А на четвертый день после обеда, когда ребята снова приступили к чтению книг, к ним заявился Михал Теско, причем в очень хорошем настроении. Обычно управляющий был безэмоционален и лаконичен, но сегодня на его губах играла лукавая улыбка.

- Дорогие гости, - сообщил он, - сейчас вы поймете, что секретная служба свое слово держит. Для вас есть отличный сюрприз. Пройдемте в холл!

Библиотека размещалась на первом из подземных, секретных этажей. Поэтому подняться из нее в холл требовалось по тайной лестнице, выходящей в комнату, отведенную под большую кладовку. Зачем нужны такие сложности в доме, где, по идее, не должны находиться чужие люди, было неясно. Ребята резонно предположили, что все это осталось после прежнего владельца. Фактически, Освальд и Стелла вышли в холл прямо из кладовки. А в холле, переминаясь с ноги на ногу, их ждали Голо с Кей.

Встреча получилась неожиданной, хотя Освальд, узнав, что друзья живы, лично просил Акима Онберга привезти их сюда. Все четверо уже давно в курсе, что их товарищи в порядке. Но все равно все не смогли удержать слез. Причем Освальд рыдал похлеще девчонок; возможно, в глубине его души оставалось чувство вины за то, что пришлось бросить друзей и бежать. А эмоциональный Голо, напротив, выдавил лишь пару слезинок. Но при этом очень крепко стиснул друга в объятиях, не ограничиваясь рукопожатием. Девочки же долго не могли отпустить друг друга, как будто в мире для них больше никого не было. И слезы в этот раз были слезами счастья.

- Мы думали, что все, вы погибли, - сбивчиво говорил Освальд, - думали так, пока вас не нашли в каком-то госпитале. Я тогда был самым счастливым человеком. Простите, что бросил вас.

- Ты ни в чем не виноват, дружище, - отвечал Голо, - ты сделал все правильно. Я очень надеялся, что вы спасетесь. И мы бы правда погибли, если бы не вторая форма Кей.

- И если бы не артефакт Стеллы, - всхлипывала Кей. – Ребята, это чудо. Мы все выжили!

Из холла все прошли в гостиную, где устроились на креслах и стали рассказывать. Освальд рассказал про то, как они сбежали из академии, как просто чудом спаслись. И как потом скитались, подворовывая еду. Рассказал даже без тени смущения, превратив это в шутку. Потому что радость от встречи затмила неприятные моменты. А затем Кей рассказала, как сумела выбраться и потеряла сознание. Как они с Голо пришли в себя дома у сельской лекарки, которая смогла быстро поставить их на ноги. И как потом, уже в военной клинике, узнали о спасении Освальда и Стеллы.

Друзья общались очень долго. Уже осознав, что все они живы, никак не могли наговориться. Между тем Михал Теско принес всем собравшимся сэндвичи и бокалы с лимонадом. Получился импровизированный праздник – и им было что праздновать.

- Так, выходит, - воскликнул Голо, - мало того, что ваши со Стеллой родители были знакомы и вместе работали, вы оба еще являетесь членами древних семейств? Вот это новости. Что еще нам предстоит узнать о вас и об этом мире?

- Получается, так, - отвечал Освальд, - для нас самих это стало сюрпризом. Ведь мы оба не помним своего детства. Вот так, в четырнадцать лет обрести родственников… Я всегда думал, как это – найти семью. Хотя люблю своего деда. А оказалось, что моя родня – древнее семейство.

Скуки больше не было. Они бы общались до самого вечера, а может, и ночи, но вновь их разговор был прерван появлением управляющего. Тот зашел в гостиную, опять улыбаясь, будто находясь в предвкушении. Да так, что дети замолчали и уставились на него.

- Еще один сюрприз, - объявил Теско, - надеюсь, приятный!

И сразу за ним в зал вошел Андрэ Хисм. Было ощущение, что проректор, и так не страдавший лишним весом, стал еще более худ. А произошедшее с академией добавило ему седых волос. Однако это был он, в целости и добром здравии. За ним следовал, почти беззвучно шагая, пожилой мужчина с зеленой папкой в руках. Аким Онберг.

- Мастер Хисм! – закричал Освальд. - Как я рад вас видеть!

Андрэ Хисм поздоровался с каждым из студентов. Было видно, что он тоже рад, что они живы. Когда гомон утих, он рассказал свою историю.

Когда магический меч ударил в купол арены, несколько человек, в том числе сам проректор, создали над собой щит, который закрыл их и еще нескольких примкнувших к ним студентов. Из-за пламени не было видно остальных детей и тех, кто еще жив. Поэтому группа стала двигаться к ближайшему окну. Затем Гунн Арани, который также был с ними, применил заклинание «Воздушный поток», с помощью которого их всех буквально вынесло из окна струей воздуха, как на незримом подъемнике. Вверху планировали фигуры негодяев, устроивших эту трагедию. Никто не знал, зачем они это сотворили, и не подозревал, что охотятся на Освальда и Стеллу; была вероятность нападения на выживших. Поэтому Андрэ Хисм постарался внушить им, что из окна вылетают клубы дыма, а не люди. Тем не менее, группа на краткий миг разделилась. Этого хватило, чтобы еще несколько человек попали под огненную бомбардировку. Но большинству все же посчастливилось спастись. Затем они так же, под прикрытием щитов, покинули территорию академии. Проректор не знал, смог ли он надежно удержать разум нападавших в неведении, ведь среди них были маги восьмого и девятого уровней. Или просто те не обращали внимания на беглецов, не являющихся их целью. Но все остальные смогли выжить.

- Вот так мы выжили, - подытожил Андрэ Хисм. – Но тут нечем гордиться. Мы не смогли спасти большую часть студентов. Даже среди учителей уцелело меньше половины. И хотя моей вины в этом нет, я еще долго не смогу спокойно спать по ночам. Самое главное – эти подонки так и не добились своей цели, если прав уважаемый Аким Онберг. А значит – будут еще нападения с возможными жертвами. Это не должно продолжаться. И с рук им сойти тоже не должно!

Мастер Хисм в сердцах ударил кулаком по подлокотнику кресла. До сих пор никто из студентов не видел его таким. Но сейчас было не до притворной сдержанности.

- За этим я здесь, - продолжил он. – Я буду жить вместе с вами и учить вас. Вам так будет проще, а я получу шанс исправить ошибки. И больше не допустить подобной трагедии. Конечно, потом к нам присоединятся еще несколько наставников, но руководить учебой буду я. Если Освальд и Стелла согласятся. Мы уже не в академии. Ее больше нет. Вы вольны сами выбирать учителей.

- Могли бы и не спрашивать. Естественно, мы согласны, - сказала Стелла. – Только я прошу, чтобы среди наставников был маг артефактов.

- Это не самая легкая просьба, - ответил ей Аким Онберг, - обещаю, что постараюсь найти такого учителя. А теперь послушайте. Дела не терпят, и через несколько часов я вас опять покину. Пока я тут, нам надо провести один эксперимент. Господин Хисм сейчас объяснит.

- Пока здесь Аким Онберг, мы бы хотели заглянуть в прошлое, - сообщил Хисм, - в твое, Освальд. Ведь ты хотя бы что-то помнишь. В отличие от Стеллы, которая не помнит совсем ничего. То, что произошло, – весьма ценная информация. Важна каждая крупица, которая может пролить свет на произошедшее. Как маг разума, я могу заглянуть в ваши мысли десятком различных способов. Предлагаю применить заклинание «Ретроспектива» - очень мягкое и щадящее, работающее только по желанию испытуемого. Зато точное по времени и наглядное. Мы можем заглянуть в твое прошлое, в тот краткий миг перед тем, как ты остался один. Если позволишь, конечно.

- Я позволю, - сказал Освальд после секундной паузы. – В конце концов, я сам хотел бы знать. Как все будет?

- Будет просто, - ответил наставник. – Ты должен принять тот факт, что откроешь всем малую часть своих воспоминаний, и мысленно согласиться с этим. Далее, ты попытаешься вспомнить конкретный отрезок своей жизни. После этого я прочту заклинание, и мы все увидим.

- Хорошо, - кивнул Освальд, - я готов.

Все присутствующие, включая Хисма и Онберга, расселись в гостиной и приготовились к опыту. Подростки чуть ли не дыша замерли в ожидании, молча, как будто боясь помешать. А Освальд старался не подавать виду, что сильно нервничает.

- Освальд, - попросил Андрэ Хисм, - ты расслабься. Этот процесс не доставит проблем. Согласись с применением к памяти заклинания, как мы говорили.

- Хорошо, мастер. Я согласен с применением, - ответил мальчик. Не нервничать, конечно же, у него не получалось. Причем чем дальше, тем больше на него накатывало волнение.

- Представь тот краткий миг, после которого ты побежал, - попросил маг разума. – И мы увидим, что произошло.

И Освальд представил. Он бежал, опять, как проклятый, не чувствуя ног. Бежал, потому что ему страшно. А кто-то кричал ему. Кричал убегать. Это все, что он помнил, даже не мыслями, а чувствами, в глубине своего сознания.

Андрэ Хисм прочел заклинание, и воспоминание обострилось. Оно превратилось в глубокое ощущение, в живую картинку со звуком. Его увидели все присутствующие. Началось оно с краткого момента невесомости, как будто падения с малой высоты. И тут же в лицо ударил порыв ветра, а ноги коснулись земли. Как будто бы Освальд вырвался на волю из тесной запертой коробки. Но стоять на месте ему не давали.

- Беги, - кричала женщина срывающимся голосом, - беги, Освальд!

И он побежал. Побежал что есть мочи. А за спиной его звенел женский крик. Пронзительный и звонкий от безысходности. «Беги! Беги, Освальд!». Через краткий миг все закончилось – отрезок был исчерпан. Воспоминание ушло, но в его ушах остался женский голос. С такой пугающей ясностью мальчик никогда еще не сталкивался.

- Это… это была моя мама? – спросил он дрожащим голосом.

- Этот голос я все еще помню, - тихо проговорил глава тайной службы. -Непонятное начало, любопытные ощущения. Но хотя бы так. Нам явно потребуется провести еще несколько экспериментов. Мальчик, мне жаль тебя разочаровывать, но это была не Дэла Арншо. Изольда Лансер. Тебе кричала убегать Изольда Лансер.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

22 из 24