Глава 1: Пролог

Пролог

1

0

ННот Надежда Невская
Поделиться

Ядерная война обрушилась на город внезапно.

Ещё вчера улицы дышали покоем: витрины магазинов мягко светились, дети резвились в парках, в кофейнях витал бодрящий аромат кофе. Всё было тихо и спокойно, у всех была своя жизнь и планы на будущее. А сегодня гражданская оборона собирала всех и производила массовую эвакуацию.

  Сирена взвыла внезапно с самого утра. Это был не прерывистый тревожный звон, а низкий, вибрирующий, от которого кровь застывала в жилах. Она мигом заполнила всё пространство, проникая в самые дальние уголки каждой квартиры, и отозвалась страхом в сердцах жителей. Громкоговорители с каждого перекрёстка без эмоций и сожаления вторили: «Внимание! Ядерная угроза! Всем немедленно следовать к укрытиям!».

  Первые несколько минут никто не придавал этому особого значения. В каком городе не проводят учебную тревогу? Но когда спустя десять, пятнадцать, двадцать минут звук не прекращался, а на экранах жителей на каждом канале появилась одна и та же передача о порядке действий при эвакуации, люди начали приходить в ужас.

  Город на мгновение замер, а затем взорвался хаотичным движением. Люди выбегали из домов, хватая лишь то, что успевали: сумки, куртки, детские игрушки. Кто-то пытался дозвониться близким, но связи уже не было, кто-то бился в истерике, а кто-то стоял и смотрел в небо, словно пытаясь разглядеть первые признаки беды.

  Улицы заполнились машинами гражданской обороны, окончательно пугая горожан. Автомобили сигналили, врезаясь друг в друга, люди бежали, не разбирая дороги. Кто-то падал под натиском толпы и был задавлен, кто-то кричал, умоляя пропустить вперед.

  Сотрудники в защитных костюмах раздавали команды короткими рублеными фразами. Временами слышались выстрелы — разъярённые и в то же время охваченные ужасом люди отнимали оружие у военных и устраивали самосуд. Кровь смешивалась с пылью, воздух начинал нагреваться. Становилось жарко, то ли от паники, то ли от надвигающейся взрывной волны.

- У меня жена и двое детей! Я должен сохранить им жизнь ради будущего! — кричал высокий мужчина, пытаясь перекричать звук сирены.

- Если оно наступит, два твоих отпрыска не восстановят мир с нуля! Жить хочет каждый! С этого дня каждый сам за себя! — в ярости отвечал тот, кого даже было не видно из толпы.

  Я стоял возле этой толпы и не обращал никакого внимания на всё происходящее. Почему-то мне было всё равно, я не паниковал, не боялся. Бункер служил последней надеждой этого населения. Другого выхода не было, поэтому оставалось только смириться. Какое будущее нас ждёт? Я ждал, когда нас начнут рассаживать по автобусам. На билборде включили новости, упоминали начало войны, взрывы, считали пострадавших. Но мне всё ещё не верилось, что это происходит на самом деле. Может, кто-то просто хочет нас напугать?

  Наконец, нам приказали пройти в салон подъехавшего автобуса. Не успел я занять своё место, и мы тронулись. Я со скучающим видом смотрел в окно и думал: «Неужели мы больше никогда сюда не вернёмся? Не увидим больше того, что человечество создавало столетиями?»

Ответа, конечно же, не существовало.

******

С тех пор прошло уже два года. Мы продолжали жить под толщей бетона и стали на глубине примерно 60 метров, в бункере под названием «Новый рассвет», наглухо отрезанные от света и свежего воздуха. Хотя неизвестно, как там, наверху. Все мы скучали по мягкой весенней траве, пышным деревьям, свежему воздуху и множествам звукам природы, но понимали, что наш мир полностью изменился. Приходилось довольствоваться жалкими голограммами пейзажей.

  Я всё ещё помню, как нас привезли к обшарпанному ангару на окраине города. Ни окон, ни вывесок, только ржавые ворота и холодный свет изнутри. Спускались мы долго. Очень долго. А внизу нас встретил сухой воздух, ледяные металлические поручни и вибрация работающих генераторов. Люди ещё долго паниковали, но сейчас, спустя два года, смирились с участью.

  Наш бункер состоял из нескольких этажей, уходя всё глубже в землю. На каждом этаже своя зона: медблок с криокамерами, гидропонные фермы под фиолетовым свечением ламп, отсек с провизией и многое другое. Жилая зона напоминала длинный коридор с комнатами по бокам, всё выглядело хоть и современно, но серо и скучно. Этажом выше расположился центр управления, в котором мерцали голограммы карт, пока операторы в униформе следили за различными показателями на поверхности. А под жилым блоком находилась столовая и место для досуга. Мы часто сидели там и играли в настольные игры. Правда, за это время я так ни с кем и не сблизился.

  В общем, здесь всё было продумано: от системы рециркуляции воды и воздуха до библиотеки цифровых книг. А за комфортом скрывалась тревога. Тишина по ночам, которую нарушали лишь звуки автономных приборов, напоминала, что наверху мир уже мёртв, и вгоняла в тоску.

 

  Я привык к одиночеству, и здесь была просто прекрасная атмосфера, чтобы побыть наедине с собой. Но я не просто так слонялся по этажам, а выпытывал у сотрудников бункера, что сейчас происходит там, на поверхности.

  Однажды, в очередной раз исследуя своё место жительства, я нашёл ещё один блок, доступ к которому имели не все.

  Он находился под этажом с фермами, но я не уверен, что это был последний этаж, так как ниже лифт ехать отказывался. Я сразу сообразил, где можно достать ключ, и был уверен, что не ошибусь. Мне нужно было туда попасть, эта неизвестность не давала мне покоя, да и это было своего рода развлечением.

  Безусловно, здесь были и правила, и комендантский час, но это всё формальности. К строгому соблюдению правил прибегали только тогда, когда очередной житель «Нового рассвета» впадал в панику и заражал ею остальных. В тот день всё было спокойно, поэтому наши «надзиратели» слегка потеряли бдительность, и мне удалось взять на время из центра управления универсальную ключ-карту.

  И вот, после полуночи, добравшись до цели, я приложил карту к валидатору. Передо мной открылся тёмный коридор. Казалось, здесь нет ничего интересного, только приевшийся гул генераторов и жуткий холод. Я аккуратно прошёл вглубь, боясь нарушить тишину, и упёрся в ещё одну дверь. Не успев воспользоваться ключ-картой, меня оглушили выстрелы. Они будто прогремели прямо за дверью.

  Страх мгновенно начал пробираться в каждую клеточку тела, я понимал, что лучше уйти, пока не поздно, но почему-то не мог.

  Тишина восстановилась быстро, за дверью послышался металлический скрежет и удаляющиеся шаги в тяжёлых ботинках. Я постоял, запрещая себе двигаться, ещё какое-то время. Здравый рассудок приказывал мне вернуться в безопасную зону, но любопытство взяло верх, поэтому я решил открыть дверь. Сдвинуться с места так и не смог. Прямо передо мной лежали два трупа.

  Не в силах больше бороться со страхом, я закрыл рот руками, чтобы не закричать. К горлу подступала тошнота от осознания, что передо мной два мёртвых человека, а запах железа был буквально осязаем... Всё внутри меня сжалось от ужаса, дыхание сбилось, кожа похолодела и покрылась холодным потом. Нужно было срочно уходить, чтобы не оказаться в числе умерших.

  От страха я даже не смог толком разглядеть помещение, вроде, оно было пустое. И красное от крови. Помню только, что впереди была ещё одна дверь.

  Собираясь уже развернуться в сторону жилого блока, мой взгляд случайно коснулся такой же ключ-карты, которую я всё это время неосознанно сжимал в руке. Убедившись, что всё тихо, я уже решил идти до конца. Кое-как подавив рвотные позывы, я перешагнул несчастных и поднял карту.

  Тому, что за дверью меня встретил коридор, похожий на предыдущий, я уже не удивился. Ноги интуитивно довели меня до конца, к двери, над которой зловеще мерцала красная неоновая лампа.

  Громко выдохнув, я открыл дверь. К счастью, сюрпризов в виде убитых больше не было. Зато была старая пружинная кровать без матраса, голые стены и... книга на полу? Почему у них тут всё валяется на полу? Кто оставил тут эту книгу? Подобрав находку, я понял, что это не книга, а чей-то личный дневник. Я спрятал его во внутренний карман рубашки и побежал в свою комнату.

*******

Январь. 2000 год.

Мне уже исполнилось 11 лет. Я пишу сюда, чтобы рассказать об одном страшном случае, который произошел со мной на зимних каникулах.

Этой зимой мы с родителями решили отправиться в поход на гору, название которой я никак не могу запомнить до сих пор. Я очень сильно ждал того дня, когда мы соберем все необходимое и поедем в настоящее путешествие. И, наконец, этот день настал!

Пока мы ехали на машине к месту, где поставим палатку, я любовался природой: сияющие от солнца верхушки деревьев, покрытые хрустальными кусочками снега; огромные белоснежные сугробы и дикие животные, грациозно идущие по своим делам. Все это зрелище так воодушевляло!

Время пролетело быстро, и вот мы уже стояли у подножия горы. Какая же она была высокая! Ее   верхушка, казалось, доставала прямо до облаков! Смесь страха и восторга переполняли меня. Чем выше мы поднимались по тропинке вверх, тем тяжелее было дышать. Но я старался не показывать виду, чтобы папа увидел, какой я сильный и смелый. Было уже темно и папа, все же, решил отдохнуть на одном из выступов горы. С того места открывался прекрасный вид. Было видно целую кучу домов внизу, будто игрушечных. От света луны они казались волшебными. А ясное небо было усыпано миллионами звезд. Папа показывал мне разные созвездия в тот момент, когда у него зазвонил телефон.

- Откуда в этом месте появилась связь? - усмехнулся он   и ответил на звонок. - Кто это? Я вас слушаю.

Через долю секунды он отстранился от телефона, будто тот вот вот взорвется у папы в руке. И даже до моего слуха долетели жуткие помехи, а потом истошный крик. За нашими спинами послышался громкий скрежет. Обернувшись, мы увидели как стена в скале двигается вверх, будто роллета гаража.   В ушах зазвенело, из-за легкой вибрации местами начал сходить снег, а в открывшейся двери показался силуэт. Было плохо видно, но, по-моему, это была девушка.   Силуэт быстро исчез, а из того прохода послышался страшный и громкий вой сирен. Я спрятался за папу, надеясь, что это меня спасет и зажмурился. И тут....

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1