Глава 13: Глава двенадцатая
Глава двенадцатая
3
0
В уже давно минувшие времена, когда Кан Даын было всего семнадцать лет, в их город приехал посыльный по имени Юн Бай Бинх.
Молодой, высокий, с крепким телосложением, стройный и широкоплечий юноша, соответствовавший почти всем существующим в то время эталонам мужской красоты.
И даже несмотря на скромное одеяние, его утончённые, женственные черты лица придавали его внешности аристократический вид.
Кан Даын столкнулась с ним совершенно случайно, когда тот выходил со двора семьи Хан, и наивная, по юности неразумная девушка беспамятства влюбилась, и, что самое главное, Бай Бинх подавал ответные знаки внимания.
Любовь их, как казалось Даын, распускалась подобно бутону прекрасного цветка.
Потерявшую память от счастья девушку совершенно не волновали ни конфуцианские нормы, ни осуждение со стороны окружающих людей.
Даже на протесты собственных родителей ей было всё равно. Вожделение настолько затуманило наивный ум, что когда посыльному Юну нужно было по долгу службы уезжать в родной город, она напросилась ехать с ним.
Бай Бинх осыпал её обещаниями о том, что женится на ней по прибытию, и жизнь её будет подобна сказке, но все наивные мечты девушки разбились вдребезги в первую половину их злополучного пути.
Ограбленная и брошенная одна посреди дороги далеко от дома, она рыдала с только-только начинающим зарождаться осознанием всей глупости своих поступков.
Любовный дурман ушёл, оставив после себя боль и разбитое сердце.
Одним своим необдуманным решением она перечеркнула всё своё будущее. Никто не возьмёт такую девушку замуж, а семья если и примет, то будет относиться к ней хуже, чем к рабу.
Полная стыда и отчаяния, она брела по дороге в сторону отцовского дома.
Это не имело почти никакого смысла, ведь в родном городе её встретит позор и презрение, что было хуже смерти. Она сама не знала, зачем она туда направляется, но в её по-юношески наивной душе ещё теплился слабый огонёк надежды на то, что всё ещё может закончиться хорошо.
Через два дня долгого и изнурительного пути Даын вернулась домой.
Конечно, наказание за столь бессознательное поведение было жестоким. От ударов деревянными палками всё тело покрылось синяками, но это было далеко не самое худшее. Теперь весь город знал об произошедшем, и волна осуждения и насмешек в адрес Даын будто кипяток окатывали её с головы до ног каждый раз, когда та выходила на улицу.
Теперь вечность на ней и её семье лежит клеймо позора, которое она принесла своими наивными и бездумными мечтами о любви с первым встречным.
Родители даже прекратили поиски жениха для неё.
— Зачем зря силы тратить? На такую дурную женщину ни один уважающий себя мужчина даже не посмотрит! — говорил отец, кидая презрительный взгляд на свою некогда любимую дочь.
Кан Даын по факту только и оставалось до самой смерти быть на попечении родителей, быть обузой и позором, так и не исполнив главного женского предназначения, если бы в один из вечеров не случилось бы самое настоящее чудо.
В один день в дом семьи Кан пришёл мужчина средних лет. Он передал родителям Даын послание, чьё содержание удивило их настолько, что глаза округлились от удивления.
Это было предложение о свадьбе.
Потенциальным женихом оказался единственный сын семейства Чон — обедневшей семьи потомственных гончаров, живших на южной окраине города.
Родители сразу согласились. Для них было великое радость выдать дочь замуж. Ведь даже несмотря на принесённый ею позор, они всё равно любили своего старшего ребёнка и хотели ему только лучшего.
И пусть Даын была сильно взволнована, узнав об этом, но в душе она была рада, что не останется до самой старости в девках.
Через несколько дней после принятия предложения отец и мать семьи Кан отправились к дому семейства Чон, дабы договориться о всех нюансах приготовления и проведении свадьбы.
После возвращения родителей Даын подслушала небольшой фрагмент разговора, в котором они обсуждали прошедшую встречу.
Родители Шин Ыну пошли на брак с Кан только потому, что никто более не соглашался. Конечно, позор, лежащий на семье Даын долгое время, отпугивал их от этого шага, но после того как они совсем отчаялись, решили пойти на эту меру.
Также будущие свёкры передали родителям Даын сэннёнвольильси Шин Ыну, и, судя по их словам, их всё устроило. Свадьба была назначена на конец месяца.
Буквально через два дня после встречи семей Кан Даын получила сундук с подарками от своего будущего мужа. В нём были изящные украшения, красиво раскрашенные керамические изделия и красные и синие ткани для хваль-от.
Над своим свадебным нарядом девушка трудилась день и ночь на протяжении месяца, и вот настал этот знаменательный момент.
Даын стоит в своём красивом, пышном ханбок. Из подола красного платья выглядывает темно-синий нижний слой.
Маленькая, богато украшенная хвагван на голове, в чёрных волосах изящная серебряная ын-пинё с повязанной красной широкой лентой.
Перед ней в гостиной дома её семьи стоит росписаная растительным орнаментом ширма, а перед ней низкий столик, покрытый с правой стороны красной, а с левой синей тканью. На ней стоят блюда со сложенными пирамидкой финиками, каштанами и говядиной, а также деревянные фигурки уток-мандаринок, зелёный бамбук, медная пиала с водой и три чарки с вином разных размеров.
Даын заняла своё место с правой стороны пред специально постельным для неё ковриком.
И вот наконец-то она впервые видит человека, с которым сегодня узами брака свяжется её жизнь.
Удивление и небольшое разочарование Даын поспешила спрятать со своего круглого лица, украшенного тремя красными кружками.
Перед ней стоял мужчина на пять лет старше её, одетый в ярко-синий самогвандэ с характером чёрной шапкой. Узкий лоб, широкий нос, острый подбородок, ярко выраженный скулы и угол челюсти, одним словом, внешность разочаровывала и создавала не самое приятное первое впечатление.
В этот момент заиграла нежная мелодия каягым, и из-за ширмы вышли матери молодожёнов. Мать Даын была одета в бело-розовый ханбок и держала красную свечу, а будущая свекровь в сине-зелёном, и в руках её была синяя свеча. Зажгя и поставив их на стол, женщина отошла в стороны.
Будущие супруги омыли руки в пиале с водой в знак своей чистоты, после чего развернулись друг к другу лицом. Кан Даын символически поклонилась два раза и приняла один ответный поклон.
После этого они сели на коврики.
Начался основной процесс бракосочетания. Пара должна была по очереди пить из одной чарки вино.
Первая чарка самая маленькая — за прошлое и предков, а также символизировала клятву небу и земле.
Вторая, средняя чарка — за настоящие и изображала супружескую клятву.
Третья, самая большая — за будущее, благополучие, счастье и олицетворяла клятву того, что новобрачные будут ценить, любить и беречь друг друга.
После последнего глотка оставалось ещё несколько не мало важных обрядов. Жених и невеста сели лицом к ширме. Там на подушках за столом уже заняли свои места будущие свекры, а по бокам тести.
Начался пхебэк.
Невестка приподняла родителям будущего супруга рисовый хлеб, который та самостоятельно пекла накануне свадьбы. После чего молодые, выслушав наставления от родителей, несколько раз глубоко поклонились им.
Настало время ещё одного важного обряда.
Взявшись за два конца белого расшитого растительным орнаментом полотна, жених и невеста немного натянули его.
Мать Шин Ыну взяла в руки каштаны, а отец финики, и начали кидать их.
В свою очередь, молодожены сделали всё, чтобы поймать как можно больше плодов в полотно.
Считается, что сколько жених и невеста поймают, столько и родится в браке детей.
Один финик и три каштана — один мальчик, три девочки. Даын невольно улыбнулась.
По прошествии основной свадебной церемонии было небольшое семейное застолье.
После свадьбы, как это всегда бывает по переезду новоиспечённой невестки в дом мужа, свекровь берёт её под свой жестокий контроль.
Кан Даын терпела от неё много насмешек, оскорблений и придирок, но всегда, на её удивление, это всё останавливал её муж, вставая на её сторону, что было, как ей казалось, крайне не типичным и странным.
Поначалу Кан Даын относилась к Чон Шин Ыну с осторожностью и опаской, всё-таки ещё была свежа на сердце рана, нанесённая Юн Бай Бинхом, но проявлением искренней заботы и любви он завоевал её доверие и симпатию, даже несмотря на свою внешнюю неприкосновенность.
Пятьдесят лет они прожили в счастливом и благополучном браке.
***
Всё это старушка вспоминала, сидя на террасе своего ханока после ухода Ким Суа. Она жалела, что проявляла неуважение и была столь резка в разговоре с ней, но вся эта ситуация с тем незнакомцем напомнила ей её историю.
Тоже красивый совершенно незнакомый юноша, от которого не известно чего ждать и молодая наивная девушка.
Суа она находила похожей на Гаён, и как и своей родной дочери, она желала ей только лучшего.
Она хотела уберечь её от ошибок, подобно тем, которые совершила она сама в её годы.
Ведь, говоря откровенно, Кан Даын просто чудом повезло!
Её родители после её безрассудного поступка могли бы просто её не пустить обратно в дом, но даже несмотря на то что она опозорила их, они сжалились и проявили свойственно им милосердие. Если бы Шин Ыну был бы более красив внешне, у его семьи было бы гораздо больше кандидатур на роль его жены, и в таком случае они бы не обратились к семье Кан с предложением о браке.
В конце концов, Шин Ыну мог попросту не заступаться за неё при нападках свекрови.
Но боги сжалились над ней, давая второй шанс, но вот Суа могло не повезти так сильно.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!