Глава 1: Новая глава

Новая глава

0

0

ЭБот Энни Бёрд
Поделиться

Все знают: слюнявый подорожник лечит разбитые коленки. Но только я могу придумать применение любой траве.

Папа шутит, что я в прабабку. Она свихнулась: верила в колдовство и померла, перепутав волчью ягоду с облепихой. Но я не тупая. Мне даже нейросеть не нужна, всё зашито на подкорке. Пока девчонки в начальной школе просили у родителей кукол, а мальчики — приставку, я заказывала энциклопедии.

И вот она я. Жду аттестат. В жутко красивом платье с кружевами. "Жутко" — не потому что крышесносное, а потому что заляпано тёмно-багровыми брызгами.

Но обо всём по порядку.

Я проснулась от боли, которая выкручивала кишки. Простыня безнадёжно испортилась. Ночнушка тоже, да и пофиг — эти рюши не по мне.

Помчалась на экзамен с обезболом вместо завтрака и бубнежом мамы о своевременной смене прокладок. Спасибо, дура. Мне пятнадцать, а не пять.

— Эй, малахольная! Шустрее ногами передвигай! Опоздаешь — ныть будешь, — крикнула Ирина — одноклассница, которая уже поднималась на крыльцо.

Почему-то, взглянув в ровное, без единого прыщика, лицо Ирины, я не смогла ответить. Очередной спазм заставил стиснуть зубы.

В класс заходила последней. Сразу за спиной щёлкнул замок — учительница с жабьим ртом заперла дверь.

Конверты. Бланки бесячего розового цвета. И строчки, которые расплывались перед слезящимися глазами. Я смотрела на текст, но видела только вспышки картинок. Страшных. Словно в калейдоскопе фантазий Кинга.

Воздух уходил в чужие лёгкие. Я вдыхала, а голова кружилась от нехватки кислорода. Добавилась тошнота.

Ирина подняла руку:

— Можно выйти?

Но вместо Ирины я видела утопленницу с водорослями вместо волос. Она тянула к потолку руку, с которой стекала зеленоватая вода, и скалила чёрные осколки зубов.

Учительница (которая осталась жабой) помотала головой:

— Прошло всего десять минут.

Мама не предупреждала, что будет так плохо. Хотелось спрятаться в ванне с кипятком. Сварюсь — и пускай. Главное, избавиться от ощущений, которые будут преследовать до старости.

Когда когда по венам побежал горящий бензин, я не выдержала.

— Можно выйти, — бросила уже по пути.

Замок щёлкнул, едва я дотронулась.

— Я же сказала, ещё слишком рано, — запричитала жаба.

— У меня понос, — держась за живот, выдавила я.

Жаба заперла за мной дверь.

Первым делом брызнула в лицо холодной водой. Кожа зашипела, и я вместе с ней.

Глянула в зеркало. И заорала.

На меня уставилась старушенция: древняя, как окаменевшее говно первого в мире мамонта. Мокрые глаза без ресниц не моргали. Губы кривились в улыбке. Палец с обкусанным ногтем вытянулся в мою сторону.

Я зажмурилась. Ущипнула себя за щёку.

В зеркале была только я.

По дороге в класс ноги пружинили — наконец-то таблетка подействовала. Решала тест, поглядывая на цветочный горшок в углу. А монстера шептала из него ответы на сложные вопросы.

Дома в зеркало не смотрелась, в витрины магазинов тоже. День так вымотал, что я завалилась спать. Очнулась среди ночи. В окно бил свет от рекламного щита, который воткнули совсем недавно: "ЖК эконом-класса в черте города — всего 29 миллионов". Всего-то.

Точно знаю: деревьев за окном не было. Но на стене надо мной кривилась и тянулась тень руки. Я рванула к выключателю. Щелчок — и… Ничего.

— Всё бегают, торопятся, — прискрипел голос, — Сядь. В ногах правды нет.

Тень исчезла. Я съехала на пол прямо по дверному косяку.

— Слабый мы стали народ.

— Кто ты? — выдавила я.

— Прабабка твоя. Дозвонилась по связи крови.

— Но ты умерла!.

Раздался протяжный скрип. Отсмеявшись, прабабка ответила:

— Где это видано, чтобы травница от ягод помирала? Не-ет. Живу да забот не ведаю. Неужто Икота не рассказывал? Икоша!

— Привет-с-с-твую.

По полу пробежал мохнатый паук. Я замахнулась, чтобы прихлопнуть — но он отпрыгнул.

— Ты не можешь ему навредить. Это дух. Полезный дух. Помог тебе с экзаменом. Обучение у вас никудышное. Вот в наше…

Я обрубила причитания:

— А ты сама где? Покажись.

Бабка не спешила.

— Ау, есть кто? — позвала я.

Свет люстры моргнул и, задумавшись на секунду, загорелся, выгоняя тени из углов.

***

Я перестала верить глазам. Я видела и слышала то, чего нет. На коленях мамы вместо пушистой красавицы сидела облезлая кошка с выпученными глазами и распухшим пузом. Пока в Майбах садился мужчина в дорогом костюме, каждое его движение отдавалось звоном и шуршанием. У улыбчивой кассирши из сердца сквозь блузку сочилась струйка крови.

Настал день выпускного, и прабабка вернулась. Её лицо теперь перемещалось по другим людям. И не заботило ведьму, что лицо старушенции не идёт физруку в застиранном "Адидасе". Она не говорила. Просто таращилась на меня.

— Да что?! — заорала я на классуху, когда бабка снова показала себя.

Моя слюна долетела до стёкол очков и осталась там каплями. Классуха сняла очки и, пока протирала их рукавом, распорядилась:

— Проверяйте декорации — и будем приглашать гостей.

Мы не хотели скучную церемонию. Выход под марш и рукопожатие с директором — не в тренде. Поэтому подготовили перфоманс.

— Саня, дёрни груз номер три, — крикнул Дима, приглядываясь к потолку над сценой.

Картонка, на которой мы полночи рисовали гранитный камень (и чуть не разосрались, пока выбирали цвета), подскочила.

— Отлично, а теперь мешок номер пять.

Другая картонка в виде челюстей тоже дёрнулась. Верёвка натянулась. На секунду показалось, что она прохудилась — но механизм работал безупречно.

В зал вышли родители, и всё завертелось. Приветственное слово, благодарности, поздравление директрисы. Я пристроилась на край узкой лавочки рядом с одноклассницей, которая напялила платье с глубоким декольте — конечно, ей же есть, что показать, — и тщательно смывала косметику по́том. Не специально, конечно.

Из-за другой кулисы послышалось:

— Димон!

Дима, который тайком курил электронку и разгонял рукой облако пара, вопросительно кивнул.

Саня подцепил груз и подкинул, припугивая. Он тут же протянул руку, чтобы его поймать — но просчитался. Мешок летел дальше. Выше. Верёвка со свистом скользила по шарниру. Декорация целилась на макушку директрисы.

Я представила, как верёвка лопается. И с криком, застрявшим в груди, увидела, как это происходит наяву.

Одна Миссисипи. Зубы оторвались от верёвки. Две Миссисипи. По небу летели две челюсти: одна верхняя, другая тяжелее; какая отыщет жертву? Три Миссисипи. Зубы, которые должны были грызть гранит науки, коснулись головы Димы.

Звук вышел тихим, но гораздо громче Дима упал. Голова ударилась о край лавки. И её содержимое, подобно тыквенной мякоти, брызнуло на меня.

Время застыло. Нет. Оно буквально застыло. Ребята словно играли в "Морскую фигуру": девочки распахнули рты. Парни с выпученными глазами замерли в полупозициях: к Диме или от него.

И вот она я. Жду аттестат. В жутко красивом платье с кружевами. Когда-то оно было голубым, но теперь его украшают бордовые сгустки. Их пока немного — взрыв головы "заморозился" в самом начале.

— И что сидишь? Думаешь, время вечно будет ждать? — говорит знакомый голос.

— И-икота?

— Делать что будешь?

С пола сверкают три пары глаз.

Я хихикаю:

— Не думаю, что подорожник тут поможет.

И заливаюсь гремучей смесью смеха и слёз.

— А ну — не реви!

Икота снуёт туда-сюда возле моих ног.

— Что мы имеем?

Заставляю себя взглянуть на Диму. Он лежит на спине: шея под странным углом, ноги-руки раскинуты.

— Т-труп, — всхлипываю.

— А из средств спасения?

— Спасения трупа?! — изучаю Икоту, но у надгробного камня эмоций больше, чем у паука.

— Придумай что-то, что вернёт его.

Живот пронзает знакомая боль. Ну, конечно. Лучшее время для повторения программы.

— Я, блин, не всемогущий бог! И не ведьма!

— Ошибаешься.

Лоб одной из одноклассниц собирается складками, а лицо словно оплавленный воск обвисает на щеках и покрывается пигментными пятнами.

— Если это экспресс-курс ведьмоства, то момент неудачный. Исправляй всё сама! — взрываюсь я.

— Для этого нужно личное присутствие. Думай. Ищи.

Оглядываюсь. В тени кулис — застывшие лица. Особенно выделяется Саня: побелевший и поседевший. В зале — улыбки и блестящие глаза родителей. Они ещё не знают. На краю сцены — корзина с фруктами для классухи.

— Ананасы помогут? — поворачиваюсь я к прабабке.

В лоб прилетает щелбан. Перед глазами пару секунд кружится хоровод из звёздочек.

— Балбесина! Тебе для чего Икота с пелёнок знания нашёптывал? Учись использовать их и открывшийся дар!

Своим ведьмовским зрением я увидела Ирину. По случаю праздника она нацепила ещё больше тины, слизь шлёпалась с рук на пол. Так вот почему её кожа всегда сияет здоровьем!

Цепляю несколько водорослей. Лицо Ирины становится голубоватым, словно ей поплохело. Ничего, потерпит.

Первую водоросль укладываю на трещину, из которой выглядывает мозг, и завязываю под подбородком. Кожа Димы ещё тёплая.

Водоросль впитывает кровь и наливается буро-коричневым цветом. Накладываю ещё слой. И третий — внахлёст, чтобы зафиксировать.

— Снимать их нельзя, — объясняет бабка. — Почешется — и пиши пропало.

Руки заляпаны слизью. Я вытираю их о платье — всё равно оно испорчено — и разглядываю одноклассников. Прохожусь и захлопываю рты.

— Аттестат в крови… — Из динамиков гремит трек Димы, и зал взрывается аплодисментами.

Дима открывает глаза. Поднимается, щупает затылок. Ребята таращатся на него.

— Дмитрий, аттестат ждёт! — подгоняет директриса.

Дима бежит на сцену.

Ирина покачивается. Она подходит ко мне и шепчет, дыша болотом и комарами:

— Не знаю, как ты это сделала… Но молодец. Если хочешь, дам запасное платье, — она изучает меня и добавляет: — Будет маловато, но лучше, чем… Малиновое варенье.

Программа проходит идеально. Однокласники произошедшее не обсуждают — боятся выставить себя безумццами.

Прабабка появляется, когда я чищу зубы перед сном.

— Поздравляю. 

— Чего тебе?

— Осознаёшь ли ты, что оказия случилась по твоей воле? — она щурится, глаза скрываются под складками век.

— Оказия?! Парень чуть не умер, потому что я подумала "А что, если?"!

Бабка качает головой:

— Именно поэтому я здесь — учить. Когда в ведьме просыпаются силы — а это случается редко — клан чувствует это.

Я сплёвываю и полощу рот.

— Ты примешь помощь? — спрашивает она.

— А есть выбор?

Бабка качает головой. Лицо расплывается в зеркале, оставляя дымку.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1