Глава 1: Слово

Слово

6

0

ОКот Ольга Кунавина
Поделиться

В начале февраля из имения пришло известие о том, что старая графиня Репнина окончательно слегла. Сын её не стал мешкать и тут же отправился на вокзал. Когда он устраивался в своём купе, до него неожиданно долетел обрывок чужого разговора.

- Да, моя тётушка была большой чудачкой, - насмешливо произнёс женский голос в соседнем купе. – Она пообещала своему жениху, что не выйдет замуж ни за кого, кроме него. 

- Если мне не изменяет память, жених вашей тётушки скончался от холеры, когда поехал навестить родных, – раздался мужской голос.

- Всё верно. И хотя ей потом дважды делали предложение весьма состоятельные люди, она осталась верна данному слову.

- Вы осуждаете её?

- Если бы она согласилась выйти за кого-нибудь из этих двух господ, её семье не пришлось бы так долго бедствовать. Их несчастья закончились только тогда, когда мой отец, её младший брат, женился.

- Да, ваша матушка была одной из самых богатых невест, - заметил собеседник дамы. И видимо, что-то в его голосе не понравилось его спутнице.

- Во всяком случае, я ни за что бы не выбрала участь старой девы! – воскликнула она.

            Услышав последнюю фразу, Репнин невольно улыбнулся, но затем улыбка слетела с его лица. Весь путь граф умолял бога, чтобы тот позволил ему застать мать живой. Встретивший Репнина на перроне кучер, заверил его, что больной стало лучше. Граф сразу же прошёл в покои матери, однако та спала. Репнин велел прислуге не будить её и немного посидел возле постели больной. Последний раз они виделись осенью, когда, вернувшись из свадебного путешествия, Репнин заехал к матери вместе с молодой женой. Графиня уже тогда серьёзно недомогала: она всё никак не могла оправиться после внезапной смерти любимой воспитанницы Вареньки, случившейся два года назад.

          Выйдя из покоев матери, Репнин, держа в руке канделябр, в котором горели три свечи, направился к себе, однако, дойдя до лестничной площадки, он вдруг услышал слабое мяуканье. Граф обернулся и осветил коридор. Никой кошки не было, однако мяуканье продолжало ему слышаться. Стараясь ступать бесшумно, чтобы не потревожить больную, Репнин миновал её спальню и, дойдя до конца коридора, осторожно дотронулся до дверной ручки последней комнаты, что была расположена справа. Дверь оказалась не заперта. Граф переступил порог. Это была комната Вареньки.  В ней до сих пор нежно пахло её духами. Над изящным бюро висели две акварели, а на столике для рукоделия лежала раскрытая книга. Граф подошёл к столику и, закрыв книгу, прочёл её название её название: «Жан-Жак Руссо. Юлия, или Новая Элоиза».

«Лето выдалось очень холодным. Варенька сильно простудилась, попав под дождь, а доктора в это время не было – он находился у дочери в ожидании появления внука. За три дня сгорела моя бедняжка», - неожиданно вспомнил Репнин слова из письма матери, полученного им, когда он гостил у родственников. Вдруг сзади снова раздалось мяуканье, на этот раз оно было громким и отчаянным. Граф стремительно обернулся, но увидел лишь своё отражение в большом зеркале-псише. Репнин принялся тщательно осматривать комнату, освещая каждый уголок, пока не дошёл до шкафа: именно оттуда до него вновь донеслось кошачье мяуканье. Репнин открыл дверцу, и из шкафа, путаясь в платьях, выскочила кошка.

- Фрося! – позвал её Репнин, но кошка бросилась к входной двери и исчезла.

 

Утром Репнин снова был у постели матери. Её только что осмотрел доктор, который нашёл положение вполне удовлетворительным. Старая графиня действительно чувствовала себя лучше, она с большим интересом расспрашивала о том, что делается в Петербурге. Сын удовлетворил её любопытство, а затем передал пожелания скорейшего выздоровления от жены. Посидев ещё немного у больной, он спустился вниз, чтобы позавтракать. Компанию ему составил доктор. Едва они сели за стол, как в комнате появилась кошка. У неё была шерсть красивого дымчатого оттенка и голубые глаза. Кошка подошла к Репнину и потёрлась об его ногу.

- А я уж было подумала, что она сбежала, - сказала, входя с самоваром, экономка. – Столько дней ведь не появлялась!

- Чья же это красавица? – поинтересовался доктор.

- Барышни нашей покойной, - ответила экономка. – Очень уж она её любила.

После завтрака доктор уехал по своим делам, и граф остался один. Делать решительно было нечего. Чтобы хоть чем-то занять себя, он велел заложить небольшую повозку, чтобы проехаться по окрестностям.  

Въезжая в большое село Ветлугино, Репнин увидел отца Александра, стоявшего у перевёрнутых на бок саней и отчитывавшего нерадивого возничего за сломанное дышло. Репнин предложил батюшке довезти его. Тот согласился. Когда возок подъехал к небольшой площади, где располагались школа, магазин и почта, Репнин обратил внимание на стоявшую на школьном крыльце хорошенькую, румяную от морозца девушку и высокого симпатичного молодого человека в сюртуке с наброшенной на плечи серой шинелью.

- Не иначе скоро быть свадьбе, - улыбнулся Репнин и кивнул в сторону беседовавшей пары.

- Эх, если бы так, ваше сиятельство, - вздохнул отец Александр, посмотрев на молодых людей. – С позапрошлого лета ни одной свадьбы.

- И в чём же дело? – полюбопытствовал Репнин.

- То жених утонет, то невеста заболеет и умрёт, то ещё какое-нибудь несчастье перед самым венчанием произойдёт.

 

Когда Репнин вернулся домой, экономка сообщила ему, что час назад старая графиня скончалась. Нужно было сделать необходимые распоряжения по устройству похорон, чем Репнин незамедлительно и занялся.

Старую графиню похоронили на ветлугинском кладбище. На следующий день Репнин пригласил к себе управляющего. К его удивлению, дела в имении обстояли превосходно. Молодой граф недоумевал: последние годы мать уверяла его в том, что они уже давно еле сводят концы с концами, а всё их благополучие мнимое. Вину за разорение графиня возлагала на покойного мужа, а единственный выход из сложившейся ситуации видела лишь в удачной женитьбе сына. Репнин всегда любил и уважал мать и никак не мог найти объяснение её поведению. Зачем было вводить его в заблуждение, если всё обстояло с точностью наоборот?

Сразу же после ужина граф поднялся к себе. Он разделся, прилёг на постель и тут же уснул, не успев погасить свечу. Проснулся Репнин от чьего-то холодного прикосновения. Он открыл глаза и замер: рядом с ним на кровати сидела его мать. Лицо графини было мучнисто-белым, в руках она держала свой любимый браслет из трёх нитей жемчуга с большим овальным сапфиром, обрамлённым бриллиантами.

- Я взяла на себя страшный грех, - сказала княгиня. – Это я отравила Вареньку. Как бы я ни любила её, я бы никогда не допустила вашего брака. Она нам не ровня. Да, отец её был из благородных, но мать-то – цыганка, он её из табора забрал, к тому же невенчанные. Я видела, какими глазами ты смотришь на неё. Мне казалось, что ради этой девушки ты даже откажешься от титула. Я поняла, что надо действовать быстро и решительно, поэтому и организовала твою летнюю поездку. Когда ты уехал, я объяснила ей всю ситуацию, сказав, что у меня давно имеется для неё состоятельный жених. Я даже пообещала этот браслет, который ей так нравился, в качестве свадебного подарка. В ответ она рассмеялась и сказала, что и так получит его, потому что вы обручились, и что она непременно напишет тебе обо всём. Нельзя было, чтобы даже малейший отголосок этого скандала дошёл до чьих бы то ни было ушей и повредил репутации нашей семьи. Я приказала слугам перехватывать всю её почту. К моему счастью, она вскоре простудилась, и тогда я добавила ей в лечебный отвар с шиповником яд.

- Что же вы наделали, матушка? – простонал Репнин.

- Сын мой, я освободила тебя от данного ей слова.

           Внезапно дрожь сотрясла графиню. Она была настолько сильной, что браслет в руках графини порвался. Жемчужины посыпались на пол. Репнин машинально соскочил с кровати, чтобы поднять их, как свеча вдруг погасла, и он очутился в кромешной темноте.

Потрясённый открытой ему покойницей тайной, Репнин спустился вниз и в тяжёлых раздумьях просидел в столовой до самого рассвета. Затем он приказал оседлать коня и направился в Ветлугино, чтобы переговорить с отцом Александром, однако тот ещё вечером уехал в отдалённую деревню. 

Граф вышел из церкви и пошёл на кладбище.  Графиня была похоронена рядом с мужем, напротив четы покоилась Варенька. Репнин вдруг вспомнил то лето, когда они с Варенькой тайно обручились, поклявшись друг другу в вечной любви, а потом последовавшую за этим поездку к кузену, в поместье которого он и получил известие о смерти своей возлюбленной. По возвращении мать уговорила его отправиться в Петербург, где через год он познакомился со своей будущей женой.

Сзади раздалось жалобное мяуканье. Граф обернулся и увидел дымчатую кошку с голубыми глазами. На её шее висел жемчужный браслет с сапфиром.

- Фрося? – растерянно произнёс Репнин.

Он потянулся к кошке, но она прыгнула в сторону и исчезла в сугробе. На том месте, где она сидела, из-под снега виднелось что-то розовое. Граф наклонился и рукой, одетой в перчатку, отгрёб снег в сторону. Он не мог поверить глазам: перед ним лежали кремовые розы, срезанные им собственноручно и положенные минувшей осенью на могилу Вареньки. Зимние морозы не смогли убить нежные бутоны.

Граф с удивлением взял руки цветы, как вдруг тонкие, вялые стебли ожили и принялись расти и стремительно обвивать его кисти, плечи… - словом, всю его фигуру. Стремясь освободиться от этих объятий, Репнин пытался разорвать их, но ничего не мог сделать, словно от его сопротивления они только становились ещё сильнее. Розы, оплетая его, своими шипами, напоминавшими гвозди, всё больнее и больнее впивались в его тело.

- За что? – с отчаянием крикнул граф.

- За то, что нарушил своё слово, – бесстрастно ответил ему невидимый голос, раздавшийся над его головой. 

 

Репнина нашёл под вечер вернувшийся из поездки отец Александр. Граф лежал на могиле, сжимая в руках засохший букет роз. Отец Александр вместе с дьячком перенесли графа в церковь и послали за доктором. Приехавший доктор осмотрел умершего и заявил, что граф скончался в результате сердечного приступа.

 

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1