Глава 1: Развеяв прах над нашей головой.
Развеяв прах над нашей головой.
20
0
Шарф опять размотался. Я, раздраженный, резким движением поправил его. Красный, мягкий и совсем не мужественный. Он раздражал меня, но я не мог перестать носить его.
«Позвони.»
Номер телефона блондинки полетел в ближайшую урну. К черту этих шлюх, предлагающих свое тело направо и налево. К черту эти многоразовые встречи. К черту эти обязательства: все равно их не выполняю.
Кольцо на безымянном пальце давило, но я понимал, что не имею права его снять. Этот поступок бы разом перечеркнул остатки нашей связи, которая истончалась с каждым днем. Ее уже, фактически, не осталось.
Прах счастливого брака развеян по ветру.
***
— Проснись уже, а, — Саша смотрела на меня с осуждением. Ну да, ввалиться в квартиру в два часа ночи не было хорошей идеей.
— Сама ключи мне дала, — я отвернулась к стенке и прикрыла глаза. — И я не спала.
— Вообще? — ответом подруге послужило пожатие плечами. — Что опять случилось?
— В том то и дело, что ничего. Он не ночевал дома. Так что там делать мне?
— Дождаться в кои-то веки и поговорить? — я на это только вздохнула. Ну сколько раз объяснять, что ничего из наших с Андреем разговоров выйдет.
— И, как итог, я бы все равно оказалась здесь, — с этим подруге было не поспорить.
Что случилось на этот раз? Что заставило Андрея не прийти на семейный — если это можно так назвать, — ужин, о котором он был уведомлен заранее? Почему после нескольких лет счастья все начало скатываться по наклонной прямиком вниз?
Когда начался конец нас?
— Зой, — я посмотрела на Сашу, — тебе пора домой, подруга. Муж заждался.
***
«Надеюсь, она смогла достаточно хорошо тебя обслужить!»
— Что, прям так и написала? Кла-асс, моя девочка растет!
— Ты на чьей стороне, Калинина?
— Зои, — Настя с улыбкой пожала плечами. — Прости, но женскую солидарность никуда не денешь… да и ты ведешь себя по-ублюдски, Белинский. По-ублюдски и ужасно глупо. Как предатель и кобель.
Сменив фамилию она, черт возьми, ничуть не изменилась: все такая же прямолинейная зараза. Сколько лет уже мечтаю ее прибить за «бесценные» советы по поводу семейной жизни.
— Я хоть раз отрицал это?
— Так в чем же проблема, блин?! — блондинка вдруг заорала на меня. — Что с тобой творится, придурок? Дома не ночуешь, ни о чем не говоришь, трахаешь других баб. Это нормально для женатого мужика? Ты, Белинский, кобель, и я, учти, уже сказала Зое, что пора бы подавать на развод…
Ноутбук захлопнулся в сопровождении противного звука треснувшего экрана. Я раздраженно хлопнул по нему ладонью, добивая.
Развод? То страшное, о чем я даже не думал. Каждый день казалось, что вот уже завтра, еще чуть-чуть и все наладится: все снова станет, как раньше. Зоя перестанет смотреть на меня, как на врага, а я перестану искать приключения на стороне, как бы штамповано это не звучало.
Черт возьми, я даже понять не могу, как мы докатились до такого!
В двери повернулся ключ: Зоя вернулась домой. Перед глазами встала привычная картина того, как она, наклонившись, стягивает кроссовок. И мне так хочется сказать, что пора бы обуть что-то потеплее, но имею ли я теперь на это право?
— Где ты была? — спрашиваю, когда она проходит мимо.
Зоя остановилась посреди комнаты и посмотрела на меня. В ее глазах была глухая точка и отчаяние. Злость и обида пропали несколько месяцев назад.
— Могу я задать тот же вопрос? — ее голос дрожал. Время шло, но одно оставалось неизменно: все чувства она любила выплеснуть через слезы. Но сейчас нельзя, ей нужно держаться. Вот дойдет до спальни, а так уже можно дать волю слезам. — Почему ты молчишь?
— А какого ответа ты ждешь? — ответ прозвучал глухо. Я знал, что сейчас будет. Как на повторе, в очередной раз она развернулась ко мне боком и закрыла лицо руками. Но в этот раз с ее губ сорвался всхлип. Худые плечи затряслись. Хотелось подойти и погладить по голове, но я знаю, что она не подпустит меня к себе.
— Катись куда хочешь! Ненавижу тебя! — дверь в спальню захлопнулась, а стекла в окнах задрожали.
Я вцепился в свои волосы и застонал.
Урод. Какой же я урод. Заслужил, конечно. Но она… начала все она, черт возьми. Она начала эту череду измен, когда я так мечтал о свободной минуте, проведенной рядом с ней.
Она полгода назад лежала голая в нашей постели со своим однокурсником. Не я. Да даже сейчас ни одна из тех потаскух, с которыми я провел ночь, не бывала в нашей квартире. Она же притащила его сюда, и они трахались на постели, которую мы вместе выбирали к новой кровати.
Сука. Я думал убью ее тогда. И убил бы, если бы этот парень не проснулся. Вышвырнуть его из моего дома, предварительно избив до полусмерти, было лучшей наградой.
А потом она проснулась. Подошла ко мне и поцеловала, как ни в чем ни бывало. Будто это не она повела себя, как последняя шлюха.
Твою мать! Уже следующей ночью я занимался сексом с пергидрольной блондинкой, подцепленной мною в клубе. Я думал, что месть удастся, я успокоюсь и поговорю с Зоей. Но она узнала: какая-то ее знакомая отмечала день рождения в этом же клубе и увидела меня.
Последовал скандал. Зоя так кричала и ревела, размазывая тушь по щекам. Так натурально, словно это не она в двадцать один ведет себя, как уставшая от семейной жизни сорокалетняя потаскуха. Именно это я ей и сказал.
Она смотрела затравленно, как пойманный с поличным преступник. И, клянусь, я наслаждался ее оправданиями. Они звучали поистине глупо и забавно. Измене нет оправдания: ни ее, ни моей.
Случайность.
Алкоголь.
Никакого внимания с моей стороны.
Мне было плевать на жалкие ее попытки оправдать свой поступок. Я пошел на измену осознанно, в чем честно признался.
Наверное, если бы тогда я промолчал, мы бы все уладили и нормально зажили, будто ничего не было. Я знаю, Зоя смогла бы простить меня, зная, что совершила тоже самое. Я бы тоже смирился.
Но я не промолчал. Высказал свои мысли вслух. Казалось, в ушах стоял грохот разрушения нашего семейного очага. Уютного, домашнего и спокойного.
Удары ее слабых кулаков в кои-то веки отзывались болью. Ее ногти вспарывали кожу на моих руках. А сама Зоя выглядела, как разъяренная кошка. Кусалась, царапалась, рычала.
Тот день стал началом.
И начала это все Зоя. Я долго думал об этом и понимал, что я могу это закончить. Так почему бы не сделать это сейчас?
Почему бы не положить конец вечным ссорам, слезам и крикам? Я прекрасно понимаю, что момент уже упущен: мы никогда не смиримся с произошедшим. Не Зоя. Она слишком долго ждала.
В спальне было темно. Она сидела на кровати, поджав ноги и смотрела на нашу фотографию, висящую на стене. Свадебная. Наполненная счастьем и теплом. Верой в то, что все будет хорошо, ведь не зря мы через столько прошли в прошлом.
Я сел на кровать и взял ее за руку, которую Зоя в кои-то веки не выдернула. Ее заплаканные глаза посмотрели на меня. Я поднял ее руку и поцеловал пальцы. Хотелось почувствовать, как эти пальцы трогают мое лицо. Родные, нежные прикосновения. Боги, как давно я их не ощущал.
Вдруг пришло осознание, что сейчас все изменится.
— Давай попробуем начать все заново? — она посмотрела на меня и помотала головой. — Почему? — секунда молчания, в течение которой мое сердце пропустило удар.
— Я подала на развод, Андрей, — выдернув свою руку, Зоя легла, на кровать и свернулась калачиком. Слезы опять потекли из ее глаз.
Я не мог осознать сказанного. Казалось, что происходит мой кошмар. Но в том-то и дело, что кошмар. Не реальность.
— Прости, — она гулко вслипнула. И этот всхлип отозвался эхом в моей голове. — Я устала ждать, Андрей. Не могу уже, — ее пальцы прикоснулись к моей руке, но тут же отдалились.
Я убью Настю.
Кто же еще мог надоумить мою преданную Зою, которая готова жертвовать собой, что доказала в прошлом, на такой глобальный шаг? Конечно же Калинина. И я, клянусь, сверну ей шею при встрече.
Не за то, что подсказала Зое такую идею: из-за того, что моя жена сейчас ревет, не понимая, что ей делать.
Она любит, я знаю. Не может не любить. И сейчас от осознания, что не дождалась чуть-чуть, готова себя задушить.
— Прости, — я так и не понял, за что.
— Ничего, — погладил ее по волосам, — ты все правильно сделала: я не заслуживаю прощения.
Хотелось что-нибудь разбить. Например, посуду, которую Аня подарила нам на свадьбу. Но я знал, что этими действиями заставлю Зою рыдать пуще прежнего.
Хватит с нее.
На балконе было холодно: январь выдался донельзя зимним. Достав мобильный из кармана, я открыл контакты. Имена. Одни женские имена. Черт возьми, я еще ни разу не чувствовал себя такой мразью как сейчас!
Симка улетела куда-то во тьму. Хотелось полететь вслед за ней. Осознание грядущего еще не пришло, и я глупо смотрел на проезжающие под окнами машины, не понимая даже, как мне реагировать на ситуацию.
Наверное, стоило с самого начала сказать, Зое, чтобы она не дурила.
Но я этого не сделал.
И теперь я опять стою перед угрозой ее потерять.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!