Глава 5: Глава 5

Глава 5

20

0

Mот MarinaVetrova
Поделиться

По совету смотрителя маяка тело матроса завернули в парусину и перенесли в ледник. В небольшой пещерке, где взрослому мужчине приходилось ходить, наклонив на бок голову, плотными рядами стояли ящики с продуктами и хозяйственная утварь. Закрытый массивной деревянной дверью, он был практически не виден на поверхности, поэтому Васе пришлось сопроводить процессию с телом убитого. Матросы были хмуры и молчаливы. Они сказали несколько прощальных слов, оставив тело в леднике, а выйдя на воздух вылили немного грога на камни.

– You hear? (Вы слышите?) – насторожился Рыжий.

– Yes, someone is singing (Да, кто-то поет), – отозвался здоровяк.

Они обернулись. На горизонте не было ни одного корабля. Ветер усилился, солнце проглядывало сквозь тучи. Откуда-то доносилось тихое пение.

– It's a mermaid (Это русалка), – сказал краснолицый, делая глоток из фляги. – They took John. They're singing welcome songs to him. Have you seen any ships here? When we arrived, there wasn't a single boat in sight. I wonder if the mermaids lured us to their wild island to devour us. (Они забрали Джона. Поют ему приветственные песни. Вы видели здесь корабли? Как мы тут появились ни одной лодки на горизонте. Сдается мне русалки заманили нас на свой дикий остров, чтобы сожрать.)

– You're a drunk fool, all you think about is women (Пьяный дурак, тебе только о бабах и думать), – навис над ним здоровяк. – And it's sickening without your fairy tales. (И без твоих сказок тошно.)

– It's a sea devil. (Это морской дьявол), – отозвался рыжий. – John has the same trident cuts as my brother. Only Kenny's lucky he didn't get his throat cut. (У Джона такие же порезы от трезубца, как и у моего брата. Только Кенни повезло, что по горлу не попало)

– I doubt that anyone wanted to kill Kenny. (Сомневаюсь, что кто-то хотел убить Кенни), – отозвался здоровяк.

– Why this? (Почему это?)

– Your brother and John stole something and got what they deserved. (Твой братец с Джоном обокрали кого-то и теперь получили по заслугам.)

Рыжий набросился с кулаками на здоровяка. Остальные матросы принялись их разнимать.

– Stop it! (Хватит!), – рявкнул переводчик.

– Go home. We have to cook the catch. Cook, take some of the food here. We can't let ourselves eat each other (Идите в дом. Надо приготовить улов. Кок, возьми здесь часть продуктов. Не хватало чтобы мы еще сожрали здесь друг друга.), – обратился он к краснолицему.

Краснолицый и здоровяк подхватили несколько ящиков из ледника, и моряки двинулись к зданию почты.

– Мальчик постой, – окликнул Васю переводчик.

Он дождался, когда матросы ушли достаточно далеко.

– Подержи фонарь. Мне нужна твоя помочь.

Вася взял карбидовую лампу, и они зашли в ледник. Помещение было узкое, вдоль стен стояли ящики с продуктами. В глубине ледника лежал матрос. Его тело положили на досках, оставшихся после постройки здания почты. Переводчик достал нож и разрезал парусину, закрывавшую грудь.

– Свети сюда, – сказал он Васе.

Мужчина продолжил свою работу, разрезая рубаху матроса. К горлу Васи подступил рвотный позыв. Вся грудь трупа была в глубоких порезах, ссадинах. На шее были следы от пальцев, застывшие фиолетовыми подтеками. На скуле огромный синяк.

– Посмотри на эти порезы, мальчик. Очень странные. Они в точности повторяют те, что у другой.

Переводчик перевернул нож и рукояткой провел по разрезам.

– Видишь, они разной глубины, как и у другой. Это очень странно. Но здесь их очень много. Похоже на когти, да. Ты веришь в призраков? – он повернулся к Васе и посмотрел на него с ухмылкой.

Вася пожал плечами. Бабушка в детстве говорила ему, что под лавкой живет домой, а в бане банник, поэтому надо везде мисочку с молоком оставлять. Мать говорила, что все это сказки, а надо Богу молиться. Вася так и не определился кого слушать. На всякий случай решил оставлять у печи хлебный мякиш и молиться по утрам.

– Я много учился и прочитал книги, очень хорошие и мудрые, но видел вещи, которые был за пределами знаний человека. Не хочу я здесь сталкиваться с тем, что не может объяснить это, – переводчик постучал указательным пальцем по своему лбу.

По пути к выходу Вася прихватил несколько луковиц. Если матросы начнут подъедать их запасы, то еды надолго не хватит.

Они вышли на воздух. Опять откуда-то послышалось пение. Казалось, что музыка обволакивает пространство. Переводчик поежился, прислушался к звукам. Когда они затихли двинулся в путь.

Вася шел следом по тропе и нес лампу. Он грыз лук и размышлял о событиях прошедшего дня. Устал он от этих гостей. Ясно было, что убивец кто-то из них.

Подойдя к почте, они услышали шум борьбы и крики, доносившиеся из домика. Ворвавшись внутрь, увидели здоровяка и рыжего. Они стаяли в центре комнаты, подняв руки со сжатыми кулаками. Остальные матросы подзуживали и улюлюкали. Лицо рыжего было разбито, огромный пульсирующий фингал под глазом, на губах алела кровь, бровь была рассечена. Здоровяк выглядел лучше, но и ему сильно досталось, нос был явно сломан, а подбородок залила кровь.

– What's going on? (Что здесь происходит?) – взревел переводчик.

Здоровяк не обратил на него внимания, но воспользовался тем, что Рыжий на секунду опустил руки, и отвесил ему знатный удар в ухо. Матрос рухнул на пол. Здоровяк сел на него верхом и начал наносить сокрушительные удары по лицу. Левый, правый, левый правый.

Вася подскочил к нему со спины и дернул за воротник назад, чтобы остановить эту мясорубку. Здоровяк покатился по полу, но быстро вскочил и набросился на парня. Мощный кулак, перевязанный обрезками парусины, сверкнул прямо перед носом Васи. Он вывернул ступню, развернул корпус и плечо и со всей силы левой рукой врезал здоровяку в челюсть.

Раздался грохот, словно гора упала с неба. Все в доме замерли.

– Давид и Голиаф. Мальчик стал мужчиной, – нарушил гробовое молчание переводчик. – Как тебя зовут?

– Василий.

Парень нагнулся к поверженному врагу. Тот был без сознания, но дышал. Окровавленные ленты на кулаках развязались и сбились. Вася начал из распутывать. Он видел там что-то в момент, когда матрос пытался ударить. Под тканью парень обнаружил широкие металлические пластины с отверстиями для пальцев.

Над ним склонился месье Бавард и присвистнул.

– Our bone-breaker is a brilliant. He always has a trump card up his sleeve for a tavern brawl. (А наш костолом молодец. Всегда держит козырь в рукаве для кабацкой драки.)

Внезапная догадка осенила Васю. Он снял с руки здоровяка пластину и положи в карман. Надо поделиться своей идеей с Сергеем Константиновичем.

Парень подошел к рыжему матросу, тот пришел в себя и сидел, прислонившись к стене. Он попытался встать, но упал. Жестом показал Васе, что ему надо на улицу. Тот помог ему подняться и поволок к выходу. Рыжего качнуло и он опять рухнул на пол, Вася не смог удержать его.

– Help them reach the lighthouse. (Помоги им дойти до маяка), – приказал переводчик коку.

Тот не двинулся с места.

– You (Ты), – показал лысый пальцем на юнгу. Мальчишка спрятался за спиной старика.

– Bavard, help the winners reach the lighthouse (Бавард, помогите победителям дойти до маяка), – бросил фокуснику переводчик.

– Laisse-moi. Je vais rester ici jusqu'à ce que le vaisseau arrive. (Увольте. Я буду сидеть здесь, пока не придет корабль.)

– Vous avez oublié qui vous protégeait. N'oubliez pas que ce bateau, sans ma parole, vous emmènera directement dans le sac de pierre prison de la Santé. (Вы стали забывать, кто гарантировал вам защиту. Помните, что этот корабль без моего слова доставит вас прямо в каменный мешок тюрьмы Санте.)

– C'est de votre faute. Il est venu chercher votre cargaison. Qu'est-ce qui est à moi? J'ai pris les gens, et vous avez pris le diable de mer. (Во всем виноваты вы. Пришли за вашим грузом. Что мой? Я забрал у людей, а вы забрали у морского дьявола.)

– Je te livrerai au tribunal quand je reviendrai. (Я отдам тебя по трибунал, когда вернемся.)

– Peut-être que nous ne sommes plus destinés à sortir de cette île. (Может быть, нам уже не суждено выбраться с этого острова.)

Переводчик подошел к Рыжему, помог ему подняться и вместе с Васей они поволокли его к маяку.

Зайдя в дом смотрителя все трое остолбенели. В печи лежала голова Сергея Константиновича. Бледная кожа сочилась потом, выпученные глаза уставились на вошедших.

– Помогите, – могильным голосом произнесла голова.

– Что за чертовщина у вас здесь происходи? – спросил переводчик.

Из входа в маяк выглянул Михаил Николаевич.

– До вашего приезда все было спокойно.

– Что это? – показал переводчик на голову.

– Лучшее средство от насморка, – ответил старик. – Часик так полежать и как отрежет.

– Лечимся мы так, – сказал Вася.

Они отнесли Рыжего в комнату к брату.

– У нас тут лазарет какой-то, – заворчал смотритель, помогая им уложить Рыжего на пол.

Раненый матрос бредил. Он повторял одну и ту же фразу. Вася прислушивался, было очень сложно разобрать. Что-то похожее на «фал мара».

– Что значит это «фал мара»? – спросил он у переводчика.

– Морской дьявол, – ответил он. – Он бредит. Не стоит придавать этому большое значение.

– Что с ним случилось? – спросил Василь.

– Он был в трюме, когда мы встали на мель.

– Я бы не сказал, что вы встали на мель. Пароход врезался в остров при ясной погоде, – проворчал смотритель и вышел из комнаты.

Переводчик обвел взглядом помещение, потрогал сети с птицами, которые висели и в Васиной комнате.

– Bedlam, – вздохнул он. – Ты видели наш груз – животные и птицы. Бавард должны доставить их живыми для одного коллекционера в Лондон. Путь долгий, пролегает через северные моря. Чтобы экспедиция удалась был оборудован тепловой купол в трюме, где с помощью водяных трубок поддерживался климат родных для этих тварей мест. День и ночь при куполе был матрос, следившей за печью, которая давала тепло этому ноеву ковчегу. Была очередь этого несчастного. Это точно сделал человек. Тем более там не было опасных зверей. Только…

Переводчик забыл слова. И показал на ладони, будто маленький зверек бежит по ней.

– Векша? – предложил Вася.

– Ес, векса. Пусть будет векси. Эти звери не представляют угрозу для человека. Они очень миролюбивый. Я знаю, что матрос дружил с этим зверьем.

Переводчик подошел к постели моряка. Достал нож и привычным движением разрезал бинты. Под ними были воспаленные раны, кожа вокруг покрылась водянистыми пузырьками.

– Кто-то не доживет до утра, Васили, – сказал он и направился к выходу.

В дверном проеме показался Михаил Николаевич. Он подбежал к раненому.

– Вот ворона. Что каркать? Зачем ткань испортил? – закричал он вслед переводчику и выбежал из комнаты. Было слышно, как он хлопочет у плиты.

– Вася, что стоишь там столбом? Иди павлину пшена насыпь, – крикнул старик. – Сейчас мы зверобоем раны промоем. Еще посмотрим кто не доживет.

Сергей Константинович вылез из печи. Смотритель накинул ему на плечи огромный зимний тулуп из черной овчины.

Парень поплелся кормить экзотических птиц. После они пообедали, как в старые добрые времена и Вася проводил ученого к его дому.

Сергей Константинович чувствовал себя намного лучше. Он сел за письменный стол и начал заполнять бланки наблюдений.

Вася устроился на табурете у окна, рассматривая картинки новой книги о птицах.

– Совсем забыл, – подскочил он. – Я нашел это у здоровяка.

Подросток достал из кармана металлическую пластину и рассказал о их бое.

– Я думаю, что убийца здоровяк. Смотрите, если между каждым пальцем приделать шип или лезвие, то получатся такие следы.

– Может быть, может быть. В любом случае у нас есть матрос, который точно видел злодея и сможет его узнать. Надо бы подстроить их встречу.

– Душегуб же стразу его и убьёт.

– Да, ты прав. Нам надо их собрать, но обезопасив матроса и нас самих.

– Надо бы поскорее решить, пока он не отошел ко Господу.

– Точно, ко Господу. Вася, ты гений. Мы соберем их для молитвы о здравии их товарища. Сколько их у нас?

Сергей Константинович достал игральные карты и начал выбирать из них с картинками. Взяв карту с изображением юноши, который с восхищением смотрел на розу, ученый нахмурился. Вася подумал, что это портрет наследника далекой тропической страны. Быть может, оттуда привезли моряки редких птиц и животных.

– Вот валет бубей. Будет юнгой, – с этими словами он взял перо, обмакнул в чернильницу и вывел над головой восточного царевича «Юнга».

Мужчина продолжил выбирать картинки.

– Король пик – здоровяк, Валет крести – рыжий, смотри, даже похож. Король червей – кок. Наш увечный матрос – валет червей. Да, символично…

– А остальные?

– Не думаю, что фокусник и переводчик в этом замешены.

– Почему?

Вопрос Васи удивил Сергея Константиновича. Он поднял брови и задумавшись посмотрел в окно.

– Не все, Вася, что написано черным по белому можно прочитать полностью. Что-то остается между строк. Но я не возражаю, – продолжая говорить, он выбирал карты. – Твоя педантичность только делает тебе честь и в очередной раз демонстрирует твое исключительное внимание ко всем аспектам… Вот короли бубей и треф.

Он подписал каждую карту и разложил их на столе.

– Хорошо. У нас 7 персон. 6, если быть точными, – с этими словами он отложил валет червей, на котором было написано «Раненый матросъ».

– Если мы группами приведем их к нему, сославшись на тесноту пространства, а каждый из нас во время молитвы будет наблюдать за ними, то поймем, кто злодей. Идем, – сказал ученый, снимая с вешалки тулуп. – Пригласим наших гостей к молитве.

Идея вызвала бурное одобрение у моряков. Все понимали, что жизнь матроса с такими тяжелыми увечьями может закончиться в любую минуту. После того, как переводчик озвучил им наше предложение, они одобрительно закивали.

Юнга и кок зашли в комнату вместе с Константином Сергеевичем. Рыжий встал рядом с ними. Матрос лежал, открыв глаза, его лицо было белым. Если бы не редкие всхлипы, то можно было принять его за мертвеца.

Сергей Константинович встал в дверном проеме, чтобы иметь хороший обзор и отрезать путь отхода злодею, если тот попытается скрыться.

Молитву начал рыжий. После нескольких слов явно с латинскими корнями, которые уловил ученый, матрос перешел к мелодичному стихотворению, а в конце затянул явно грустную песню. Сергей Константинович на минуту подумал, что их план раскрыт и убийца рыжий, который теперь потешается над тем, что переводчика не было рядом, но остальные моряки были спокойны и с благоговением слушали этот гимн жизни, который закончился громким свистом. Даже эта хулиганская выходка никого не смутила. Матросы перекрестились левой рукой, а после каждый подошел к товарищу и похлопал его по плечу, сказав пару явно утешительных слов.

Ученый проводил моряков к выходу, ожидая, что кто-то из них еще может выдать себя. Он вышел с ними на крыльцо и смотрел как они молча шли к зданию почты.

«Может быть кто-то оглянется, ускорит шаг, свернет в сторону. Как еще возможно выдать себя?», – размышлял он. Но мужчины медленно и спокойно шли, опустив головы.

Приближался шторм. Небо затянуло серой хмарью, на северо-востоке вдали виднелась черная туча. Воздух словно светился. Казалось, что искриться мох. Вокруг разливался запах озона.

Новая группа богомольцев шла от здания почты. Сергей Константинович зашел в дом. Беглым взглядом окинул просторную столовую, заглянул к матросу. Тот лежал закрыв глаза и периодически всхлипывал.

Ученый услышал, как моряки зашли, он поспешил встретить их, но замешкался. На пороге Васиной комнаты стоял переводчик. Сергей Константинович сделал шаг на встречу ему, но задел столик, опрокинул стакан с водой. Шум разбудил матроса, он открыл глаза и застонал, но, увидев товарищей, улыбнулся.

Переводчик приложил указательный палец к губам, призывая не шуметь. Возможности повернуться или добраться до двери уже не было. Ученый не видел лица всех стоявших. Здоровяк, фокусник, старик-матрос и переводчик занимали в комнате намного больше пространства, чем маленький юнга, жилистый рыжий и кок. В дверях стоял Вася. Теперь вся надежда была на него.

Бавард начал молитву. В этот раз не было никаких песен и свиста. Ученый угадал «Отче наш» и «Ave Maria», далее похоже последовала долгая проповедь. Вася внимательно наблюдал за собравшимися. В завершении каждый подошел к матросу и похлопал его по плечу, сказав несколько слов.

Матрос застонал, словно пробуждаясь из небытия, он начал сгибать и разгибать пальцы, вращать головой, приподниматься на локтях. Рыжий бросился к брату.

– Fuath mara! Fuath mara! (Морской дьявол! Морской дьявол!) – хрипел матрос.

Он сел на постели, обвел собравшихся стеклянным взглядом и поднял руку. Длинный, мертвенно бледный палец его руки указывал на Васю.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

5 из 6