Глава 1: Рекомендации на 2046-й

Рекомендации на 2046-й

69

2

НОот Николай Оргей
Поделиться

Порой в городе никто не пропадает без вести.

Просто по неизвестной причине город стирает некоторых из нас, пока толпа за окном спешит по своим делам и не замечает, что кого-то вдруг не стало.

Артем понял это глубокой ноябрьской ночью 2026 года, когда снова пытался спрятаться от жизни за светящимся экраном смартфона. После отчисления из университета он уже полгода не выходил из съемной однушки на двенадцатом этаже. Жил по ночам, заказывал еду с бесконтактной доставкой и часами листал бесконечную ленту коротких видео, стараясь не думать о завтрашнем дне.

За окном моросил дождь. Оранжевые фонари освещали мокрые улицы спального района. Артем лежал на продавленном диване под пледом и машинально смахивал ролики вверх.

После очередного свайпа его замерзшие пальцы замерли над экраном.

Видео было снято от первого лица. Парень в серой штормовке и черных перчатках медленно шел по полутемной комнате. Фонарик на его груди выхватывал из мрака облупившиеся обои с бледным геометрическим узором, криво висящую полку с парой учебников по высшей математике и знакомый до каждой трещины пластиковый подоконник.

Артем сел, и сердце на миг замерло.

Это была его комната. Та самая, в которой он сейчас сидел. Только на видео казалось, что здесь не жили лет пятнадцать: обои отслоились и свисали сухими лохмотьями, пол покрылся толстым слоем серой пыли, а окна были заклеены крест-накрест выцветшим малярным скотчем.

Парень в штормовке подошел к окну. Луч фонарика скользнул наружу, к знакомому пейзажу: угловой девятиэтажке напротив, круглосуточной аптеке с неработающей буквой «Т» и покосившемуся тополю у трансформаторной будки. Только на видео аптеку заколотили ржавыми листами железа, а от тополя остался сухой обломанный остов.

— Что за бред, — прошептал Артем.

Он открыл комментарии и быстро набрал: «Эй, чел, откуда это видео? Это же моя квартира. Я прямо сейчас здесь сижу».

Кнопка отправки мигнула. Кружок загрузки прокрутился пару раз и застыл. На экране появилось: «Ошибка сети. Повторите попытку позже».

Артем нахмурился. Индикатор Wi-Fi показывал полный сигнал. Он снова открыл комментарии, чтобы посмотреть, что пишут другие, и замер, вчитываясь в мелкий серый шрифт:

«Офигеть, вы реально пролезли в Сектор-4? Там же после карантина периметр под током».

«Да, через коллектор зашли. Мертвая зона. Ни звука. Даже крыс нет».

«Жуть какая. Посмотрите на стол, там кружка стоит, будто человек только что вышел».

Под каждым комментарием было:

2046-11-10

Артем нервно усмехнулся, пытаясь убедить себя, что это чей-то изощренный пранк, сбой приложения или нейросеть подменила системную дату. Но ладони уже вспотели, а к горлу подкатила тошнота. Он снова включил видео.

Парень в штормовке подошел к столу — тому самому, что стоял в двух метрах от дивана Артема. Луч фонарика скользнул по столешнице. Под толстым слоем пыли лежали старые проводные наушники с перебитым проводом, помутневшая бутылка воды с зеленым осадком на дне и белая керамическая кружка со сколом на ручке.

Артем медленно повернул голову.

На его столе, в тусклом свете монитора, лежали ровно такие же наушники, стояла наполовину пустая бутылка минералки и белела кружка со сколом. Из нее он пил чай полчаса назад.

— Нет, нет, нет… — Артем вскочил с дивана, едва не запутавшись в пледе.

Незнакомец в черных перчатках протянул руку и осторожно коснулся края стола. За кадром прозвучал тихий голос:

— Самое странное в этой зоне — вот такие квартиры. В ноябре двадцать шестого здесь объявили экстренную эвакуацию из-за утечки, но многие так и не вышли отсюда. Просто исчезли. Будто реальность вырезала их вместе с куском времени. Вот, смотрите, кто-то сидел на диване, листал ленту, а потом — раз, и его нет. Даже телефон оставил.

Незнакомец направил фонарик на диван. На истлевшем за два десятилетия велюре лежал старый смартфон в треснувшем прозрачном чехле.

Артем посмотрел на свои руки. В них был зажат тот самый телефон — с трещиной в левом нижнем углу чехла.

Сердце, пару раз громко ударив в виски, остановилось. Артем бросился к окну, дернул занавеску и прижался лбом к холодному стеклу.

Улица внизу была пуста. Оранжевые фонари все так же ровно горели, но дождь прекратился. Не было ни машин, ни редких ночных прохожих.

Вдруг вывеска аптеки мигнула и погасла.

Артем кинулся к входной двери, дернул замок и распахнул ее.

На лестничной площадке стояла непроглядная темнота. Не было ни привычного запаха подъезда, ни звука гудящего лифта, ни шума соседского телевизора за стеной. Артем крикнул, но не услышал собственный крик.

Он попятился обратно в комнату, случайно задел напольную вешалку и вскрикнул. Но опять не услышал собственный голос. Захлопнув дверь, Артем судорожно вцепился в телефон. Видео все еще шло. Маленький светящийся экран оставался единственным окном в мир, который продолжал жить дальше.

Парень в штормовке уже направлялся к выходу из комнаты. Он бросил взгляд через плечо, осветив фонариком пустой угол у шкафа. Потом луч скользнул вниз.

У ног сталкера лежала вешалка, которую Артем уронил минуту назад.

— Жуткое место. Будто бы здесь кто-то за мной наблюдает.

Видео оборвалось. Экран потемнел.

Артем несколько раз провел пальцем по экрану, пытаясь перезапустить ролик.

Появилась надпись:

«Видео недоступно».

В комнате стало невыносимо тихо. Артем стоял посреди своей однушки и смотрел на белую кружку со сколом.

Всю осень он мечтал, чтобы его оставили в покое. Чтобы от него перестали ждать решений, звонков, ответственности и каких-то шагов вперед. Он и сам понемногу вычеркивал себя из жизни, прячась за экраном.

Похоже, город просто услышал его просьбу.

Артем медленно подошел к дивану, опустился на край и положил телефон рядом — ровно туда, где через двадцать лет его найдет случайный сталкер.

За окном не было ни звука. В комнате — тоже.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1