Глава 3: Глава 3. Лис в цветнике
Глава 3. Лис в цветнике
47
0
Вероятно, Лире стоило уточнить время, когда же Ледфорд все-таки явится в библиотеку. Конечно, можно попробовать поймать его где-нибудь в коридоре, но… нет. Она все равно не знает, где искать, а иметь дело с поклонницами откровенно не хочется.
Так что Лира отправляется в библиотеку пораньше: можно тогда просто сделать домашнюю работу на будущее. Вряд ли с Ледфордом будет так легко.
Библиотека пахнет так же, как и обычно: сухой запах бумаги, смешанный с ароматом лаванды и чего-то неуловимо магического. Лира еще с первого дня заметила блеск защитных заклинаний на полках: от влаги, от всяких жучков. Увы, от нерадивых студентов все это совершенно не помогает — иногда попадаются экземпляры с чужими пометками или крайне неприличного содержания рисунками.
Однажды кто-то даже использовал в качестве закладки кусок мяса! Ладно бы цветок, это Лира может понять, но еда?
Библиотекарша, миссис Кэкл, поднимает взгляд от толстого тома по истории магических формул для уборки и кивает ей:
— Приветствую, мисс Торн. Будете делать домашнюю работу?
Когда Лира впервые вошла в эту библиотеку, она ожидала увидеть за стойкой женщину, которая будет старой настолько, будто работает здесь с самого основания школы, но нет. Миссис Кэкл молода и весьма симпатична, даже очки у нее в форме звезд с блестящей оправой.
Наверное, на них даже написаны символы какой-нибудь формулы, чтобы можно было… видеть пыль? Или заранее знать, что студент испортил книгу, не перелистывая каждую страницу.
— Да, — говорит Лира, а потом вздыхает: — И ждать Ледфорда.
Миссис Кэкл аккуратно поправляет очки и с любопытством приподнимает одну бровь:
— Итоговый проект, верно? Где вы сядете? Я передам ему, как только он зайдет.
Лира благодарно улыбается.
— Дальний стол у окна, где раздел о магических растениях.
— Удачной учебы, — кивает миссис Кэкл. — О правилах вам напоминать, к счастью, не нужно.
И снова возвращается к увесистому тому, лежащему перед ней.
Лира же направляется к дальнему столу у окна, потому что там всегда тихо и спокойно. Вероятно, поклонницы Ледфорда потянутся за ним и сюда, но вдруг все получится лучше, чем она ожидает? Олив иногда говорит ей, что она слишком много думает о плохом. А хорошие вещи же случаются!
Что ж, Лире просто остается понадеяться на эти самые хорошие вещи, хотя она в них не то, чтобы сильно верит.
За очередным эссе время тянется куда быстрее, чем просто за разглядыванием того, как другие студенты бродят там, за окном.
Она слышит Ледфорда раньше, чем видит. Точнее, она сначала слышит девичьи голоса, а потом шаги — но не голос Ледфорда. Лира бы не удивилась, если бы он вообще никому не отвечал, позволяя разговорам идти вокруг него. Почему-то его поклонниц это, похоже, никогда не смущало.
Но, что удивительно, к ней приближается лишь одна пара ног.
Ледфорд садится напротив нее и кладет на стол справочник по магическим растениям. Лире почти хочется коснуться его рукой — убедиться, что ей не привиделось. Он принес с собой то, с чем можно заниматься? И даже его подружки остались где-то в стороне: Лира слышит их приглушенное шушуканье за шкафами, но они не сели рядом с ними.
— Привет, — говорит Ледфорд.
И Лира позволяет себе осторожную улыбку в ответ. Может, все и правда будет не так плохо?
Лира делает глубокий вдох.
— Итак, — начинает она. — У меня есть план работы. Сначала мы собираем информацию обо видах растений, которые мы можем вырастить в Оранжерее школы. Ничего опасного, понимаешь? Потом начнем эксперименты с простыми цветами, чтобы понять, какие формулы лучше держатся…
Но чем дольше она говорит, загибая пальцы, тем больше понимает, что обрадовалась она преждевременно.
Потому что Ледфорд просто смотрит на нее пустым рассеянным взглядом, как будто слушает вовсе не ее, а что-то за окном. Он вообще хоть что-то услышал? Потому что он никак не реагирует! Да, кивнул пару раз, но за этим движением будто ничего и не стоит!
Что за бессмыслица?
Он здесь сидит здесь как мебель. Даже от стула больше толку, чем от него. И справочник, который он принес, лишь лежит в стороне, совершенно нетронутый.
Лире аж захотелось его — не справочник, конечно, а Ледфорда — стукнуть из чистого болезненного любопытства: а вдруг произойдет что-то интересное? Некоторые артефакты же чинятся так. Как говорится, ударь, чтобы заработало. Правда, вряд ли в этом случае это для нее закончится хорошо.
Так что вместо этого она с хлопком закрывает книгу.
— Ты вообще меня слушаешь?
Возможно, она сказала это куда громче, чем планировала, потому что Ледфорд слегка вздрагивает. Но это хотя бы ответ сам по себе — нет, совсем не слушает.
Он медленно моргает и, наконец, похоже, действительно смотрит на нее. Его губы трогает странная, крайне непривычная улыбка — это не та, слащавая и пустая, а совершенно иная. В ней есть что-то неприятное и язвительное.
— Смысл? — произносит он сухо, как будто читает особенно скучную книгу. — Они все равно будут голосовать за меня. А оценки меня не волнуют.
Одно дело — думать об этом, прокручивать в голове неприятную мысль, а другое — слышать, как Ледфорд признается в своей особенности с таким равнодушием, как будто он даже не догадывается, насколько это все нечестно и неправильно!
Ей кажется, что она забывает, как дышать — яркая, раскаленная добела ярость обжигает ее язык.
Этот ленивый, самовлюбленный…
Как он смеет говорить, что все, что она делает — неважно?
Да как он смеет…
— Я не собираюсь выезжать на твоей фамилии! — рычит Лира, всеми силами стараясь не кричать, иначе ее услышат, наверное, даже в самой дальней башне. — Я хочу честной победы!
Ледфорд в ответ лишь медленно моргает, как будто ни капельки не верит, что Лира говорит совершенно серьезно. Как будто ему и в голову не приходило, что не всем нужны его подачки! И почему-то это ранит даже больше.
— Почему нет? — наконец говорит он. — Хоть кому-то из нас она принесет пользу.
Лира аж давится воздухом от праведного возмущения. Она даже не уверена, что ее возмущает больше: то, что Ледфорд искренне не видит собственной привилегированности и считает, что ему его фамилия ничего не приносит; или то, что он уверен — Лира хочет воспользоваться его популярностью.
Хотя она только что сообщила ему, что она все это в гробу видала!
Ей хочется кричать, высказать ему все, что она думает о нем, о его фамилии, о его лени, и о том, как у него вообще хватает наглости…
Но прежде, чем Лира успевает сказать хоть слово, из-за книжных шкафов выходят они — его поклонницы. Сразу три девушки идут очень быстро и крайне решительно. Лира узнает только одну из них — ту, которая назвала ее «заучкой» в столовой. Тиану.
— О, ты здесь! — восклицает она и улыбается настолько слащаво, что, наверное, от сахара у нее зубы должны заскрипеть. — Я тут нашла очень интересную информацию о цветах! Может, ты хочешь посмотреть?
Ледфорд, что удивительно, лишь слегка поворачивается в ее сторону, задумчиво наклоняет голову набок и медленно кивает, как будто даже это он находит чудовищно скучным. Впрочем, Тиана не останавливается, не прекращая улыбаться.
Она шагает вперед, остановившись прямо перед столом, и бросает на Лиру крайне недовольный взгляд, как будто надеется, что одного только его хватит, чтобы она ушла.
А ей так хочется, но они даже план до конца не обсудили!
Лира могла бы и сама частично поработать, но уж план-то надо согласовать!
— Имитируешь бурную деятельность, Торн? — весело спрашивает Тиана, и две девочки за ее спиной хихикают.
Лира так сильно сжимает край стола, что у нее болят пальцы. Она надеется, что не покраснела от гнева… Но до того момента, как она скажет что-то лишнее, всего один шаг — всего одно неприятное высказывание. Всего один миг перед тем, как она позволит себе опозориться перед ними всеми.
— Я надеюсь, что ты помнишь расписание, на которое согласился, — говорит Лира Ледфорду.
Потому что им все еще нужно работать, потому что… потому что…
Ледфорд в ответ лишь кивает, смотря будто сквозь нее. В его взгляде нет ни уважения, ни понимания. Только пустота.
Лира как можно быстрее собирает свои вещи, стараясь при этом ничего не помять: книги, перо, заметки. Ничего не должно пролиться или испортиться. Несчастный справочник продолжает лежать по правую руку от Ледфорда, все еще закрытый, все еще совершенно нетронутый.
— Завтра после занятий, — повторяет она еще раз и очень быстро направляется к выходу из библиотеки.
У нее едва хватает сил, чтобы вежливо попрощаться с миссис Кэкл, которая в отвратительном поведении Ледфорда — и его подпевал — явно не виновата.
Лира сама не знает, куда направляется, просто ей хочется оказаться как можно дальше от библиотеки. Где-нибудь, где тихо и спокойно… Где почти никого нет.
И впервые за весь день удача, похоже, ей улыбается: в одном из коридоров она натыкается на Олив, которая, к счастью, тоже одна и, похоже, просто гуляет, а не чем-то занята.
— Лира? — она звучит крайне обеспокоенно. — Ты в порядке?
Лира в ответ лишь быстро мотает головой, внутри себя разрываясь между ослепляющим гневом и отчаянными слезами. Она так не хочет думать обо всем этом унижении.
— Пойдем за мной, — говорит ей Олив и хватает за руку.
Она решительно тащит ее дальше: сначала по коридорам, а потом наружу, в мягкую прохладу вечера. Но на этом Олив не останавливается, потому что они следуют дальше и дальше, приближаясь к оранжерее.
Внутри нее даже еще прохладнее, чем на улице. И, конечно, сильно влажнее, потому что растениям нужна вода. Заходящее солнце, проникающее сквозь заколдованные стекла, бросает на ее лицо и руки цветные отблески. Пахнет одновременно чем-то сладким и горьким.
А еще здесь очень тихо и спокойно.
Лира даже не сразу замечает, как чудовищное напряжение, сжимающее ее грудь, потихоньку отступает: она, наконец, может нормально вдохнуть. Наконец, может говорить.
— Что он натворил? — спрашивает Олив, садясь на скамью под высокой, увитой растениями аркой.
Лира вскидывает руки и резко плюхается рядом с ней — немного больно, но ладно. Да, вышло крайне неэлегантно, но у нее просто нет сил сдерживаться.
— Ты даже не представляешь! — фыркает Лира. — Или представляешь… Полный кошмар!
Она высказывает все: и что думает об этом эгоистичном выскочке Ледфорде, и о его подружках-подпевалах, и о том, насколько же все нечестно, особенно что касается голосования.
— Ему вообще плевать на всех! — резко заканчивает Лира. — Ходит, всем улыбается, но внутри будто нет ничего! Пустышка!
Олив молчит с минуту, а потом мягко обнимает ее за плечи.
— Вот пусть и идет… куда-нибудь. А я знаю, что ты его переупрямишь. Ты же… ты же Торн!
И хихикает, отчего Лира начинает смеяться тоже. Напряжение окончательно покидает ее, оставляя за собой лишь усталость. Она улыбается Олив, а потом замечает движение среди роз и папоротников.
Что-то яркое и оранжевое.
Лис? Да, верно — он медленно выходит на тропинку и садится, уставившись на них. Он выглядит совершенно спокойным, как будто каждый день так выходит к студентам.
— Наверное, его завхоз школы кормит? — предполагает Олив.
Лис подходит ближе, и Лира согласно мычит. Да, дикое животное так себя не ведет.
Олив дотягивает до его шерсти первой:
— Ого, какой мягкий…
Лира, конечно, не может удержаться и тоже осторожно протягивает руку, чтобы погладить. Да, шерсть мягкая и теплая. Лис тихо урчит — забавный и приятный звук, очень успокаивающий. Она снова его гладит, чуть сильнее.
«А что если...» — вдруг думает она, глядя на пушистый хвост лиса. — А что если создать огненный цветок, который будет напоминать лисий хвост?»
Мысль ей кажется странной, но очень интересной. Конечно, придется повозиться, потому что цветы не должны гореть, да и магический огонь может быть опасен…
Лис урчит громче, извиваясь под ее руками, и Лира улыбается.
Да, она все решила. И не важно, что там скажет Ледфорд — все равно же согласится, — она создаст очень яркий и красивый цветок.
Даже если для этого придется перелопатить всю библиотеку и переупрямить самого ужасного студента этой школы.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!