Глава 6: Глава 5

Глава 5

26

0

ДАот Диана Адамова
Поделиться

Я остановилась перед парнем и спрятала руки в карманы пальто.

— На свидание ты всё ещё не согласная? — Кир нагло заигрывал со мной.

— Давай будем просто друзьями.

Мое мнение осталось неизменным, но ничто не мешало нам общаться и дружить. Да и наученная уже горьким опытом, я сразу предупредила Кирилла:

— Между нами ничего не может быть.

— Ради тебя я готов ждать, когда ты передумаешь. — Он дерзко улыбнулся.

— Ки-ир… Пожалуйста.

Я устала, а переживания так вымотали меня, что сил спорить уже не было. Но в голос всё равно просочилось предостережение.

— Обсудим проект? — он распахнул шире дверь.

Возвращаться домой не хотелось.

Я села в машину. Парень занял место за рулём и аккуратно тронулся.

— Не могу не спросить, почему ты не соглашаешься? Тебе нравится кто-то другой?

— Нет, — отвернулась я к окну. Мне хотелось закатить глаза от самоуверенности Кирилла. Хотя я не могла отрицать, что он симпатичный.

— Мы можем не торопиться… — Кирилл сбился, когда я бросила на него гневный взгляд. — Дружба так дружба, — сдался парень.

Я коротко кивнула.

— Ты красивая. Это будет трудно. — Одноклассник окинул меня быстрым взглядом. А я вжалась в сиденье.

— Кир, ты идёшь напролом, как медведь! — возмутилась я.

— Хэх, такого мне ещё никто не говорил, — рассмеялся парень, и я вместе с ним.

— Если ты будешь продолжать, я выйду.

Вскинув руку, он замолчал и провёл пальцами перед губами, будто застёгивал молнию.

Через несколько минут машина остановилась в центре города, где располагались самые популярные торговые точки: кондитерская, магазины одежды и косметики, сувенирные лавки и салоны красоты. Мимо прогуливались парочки. Кто-то держался за руки, кто-то целовался на морозе, не стесняясь и не боясь обветренных губ потом.

Мы же с Кириллом просто шли рядом. Он старался.

Нельзя назвать нашу вечернюю прогулку удачной: погода выдалась холодной, и, чтобы согреться, мы скорее забежали в ближайшее кафе, где каждая девушка не оставила Кирилла без внимания. Я заметила их горящие взгляды, которыми они смотрели на него, и недовольные мины в мою сторону.

— Не обращай внимания, — успокоил меня Кир, заметив, как я кошусь по сторонам. — Тебе не идёт хмуриться.

— Ты им всем нравишься.

— Мне не важны все. — Кир окинул их взглядом и отпил кофе, делая вид, что игнорирует мой негодующий взгляд.

— Ла-адно, давай обсудим проект по обществознанию? — предложила я, надламывая вилкой яблочный штрудель.

— О семье и браке мы можем поговорить в следующий раз. Ты же мне не откажешь ещё в одном… в одной встрече?

Кирилл явно хотел сказать «свидание», но вовремя заменил это слово.

«Интересно, его настырность врождённая или приобретённая с годами».

Я вдруг задалась вопросом: какая у него способность?

— Нам вообще-то проект сдавать уже на следующей неделе. Давай посерьёзнее?

— Что у нас там было?

Парень разблокировал телефон, чтобы посмотреть структуру, которую мы успели накидать на перемене.

— Смена фамилии супругов и фамилии детей, — опередила его я.

— Могу тебе пару примеров рассказать из опыта, у меня же полно родни.

Кирилл без умолку рассказывал, жестикулировал, улыбался, заставляя и меня сопереживать и смеяться вместе с ним. Впрочем, и о комплиментах он не забывал, вворачивая их по поводу и без, отчего я сидела с красными щеками. К концу вечера я уже не воспринимала их слишком серьёзно, поймав себя на мысли, что в этом весь Кир — шутить и дарить девушкам комплименты.

Кафе мы покидали под устремлёнными на меня острыми осуждающими взглядами женской половины посетителей. И это выглядело странно, потому что мы даже за руки ни разу взялись — у них не было повода так реагировать. Но они это делали.

Мы шли к машине, и Кирилл расспрашивал, как я жила в Коми, говорил про университеты, зная, кажется, о каждом крупном вузе страны, и в отличие от моей мамы нисколько не настаивал на том, чтобы я осталась в Ростове и продолжала учиться здесь.

Кирилл интересовался мной.

— Зачем тебе это? Расширяй горизонты! Ты же уже взрослая, выбирай сама.

Невольно я задумалась и представила себя студенткой столичного вуза, как прохожу практику в отделении…

— Вот, вижу по глазам, что мыслишь в правильно направлении, — усмехнулся Кир.

Я сразу ощутила себя не просто школьницей, а кем-то с большой буквы, способной покорить любую вершину. Что мне это под силу, и не обязательно идти на поводу чужих желаний.

— Если бы у тебя была ещё сила, ты могла бы выбрать то направление, где она тебе поможет.

Я отвернулась, улыбка сошла с губ.

— А ты? Ты так и не сказал, куда хочешь поступать. И… какая у тебя сила, — осмелела я.

— Я вольная птица. — Кирилл пожал плечами, а я от его слов вздрогнула, но это осталось незамеченным для него, и он продолжил: — В психологи, наверное. Я вроде неплохо разбираюсь в людях, к каждому могу найти подход.

Я с опаской глянула на парня, соглашаясь: за пару часов с ним я забылась и отвлеклась от тягостных мыслей.

Мы остановились в переулке возле автомобиля. Кир повернулся ко мне лицом.

— Как считаешь? — Он ласково поправил выбившуюся прядь волос.

Похоже, он и правда действовал как-то по-особому: я не увернулась, продолжая завороженно слушать.

— Ты такая хрупкая и беззащитная… — он понизил голос, склонясь ко мне. Тёплое свежее дыхание обдало кожу. — Стоит тебе закрыть глаза — и твои желания исполнятся.

— Хочешь защитить меня? От чего? — прошептала я. Лицо Кирилла было в нескольких сантиметрах от моего, не было нужды говорить громко.

— От всего.

Я моргнула, приходя в себя, и сделала шаг назад. Он на самом деле знает подход к людям.

— Забыл? Друзья, — напомнила я парню.

Неожиданно вдалеке раздался вороний «кар». Птица каркала где-то за поворотом, на основной дороге, но этого хватило, чтобы Кирилл остановился.

А я, к своему несчастью, вспомнила того, кого следовало бы забыть.

Кирилл сдержанно-понимающе кивнул, принимая мой отказ. Открыл пассажирскую дверь, приглашая сесть внутрь.

— Но у тебя твёрдый характер… — заключил парень.

И не только он.

Я сделала шаг назад, а потом и вовсе села в машину, уставившись в одну точку перед собой.

«Чертовски сильная, даже не будучи инициированной», — говорил Филипп. Но он имел в виду то, как сила моей сущности защищает меня. Кир же не знал ничего обо мне. Возможно, что он, как и остальные Сведущие, тянулись к скрытой внутри меня жар-птице.

Я покосилась на Кира за рулём — мне следовало бы быть с ним поосторожнее.

Настроение окончательно испортило пришедшее на телефон уведомление. Виктория выложила их с Артёмом фотографию. Судя по всему, они тоже вместе провели вечер.

С болезненной решимостью я принялась детально разглядывать снимок и искать в нём ответы. Искать то, что я не хотела видеть. И хоть глаза Артёма не выражали особой радости, он не обнимал Вики, не держал за руку, а лишь стоял рядом, облокотившись о перила, будто они в ссоре, но сам факт снимка говорил сам за себя.

Кирилл аккуратно вытащил из моих рук телефон и заблокировал экран. Я не заметила, как мы подъехали к дому.

— Увидимся, — улыбнулся Кир и подмигнул.

Когда я открыла дверь подъезда и махнула Киру, машина тронулась. Я уже собиралась зайти в дом, как заметила на дереве чёрного ворона.

В этот раз я не сомневалась, чей это соглядатай. Его. Я смотрела птице в глаза, не отрывая взгляда, словно пытаясь проникнуть в голову её хозяина и разгадать, зачем он послал его следить за мной.

Стоило мне отвернуться, птица громко каркнула, и я вздрогнула.

— Да чтоб тебя, — прошипела я.

Ворон склонил голову набок, внимательно следя за удаляющейся машиной.

— Не тебе мне указывать! — возразила я.

Ворон снова громко каркнул и агрессивно захлопал крыльями.

— Он сделал свой выбор, — с негодованием заявила я. — И вообще, лети отсюда, не нужно за мной следить!

Я махнула рукой на птицу. Та широко расправила крылья, подалась вперёд, готовясь к прыжку. Помедлила секунду и, резко взметнувшись в небо, улетела.

Мама уже дремала, когда я зашла домой. Я прикрыла дверь в её комнату и направилась в душ. Тёплая вода помогла избавиться от усталости. Жаль только, беспокоящие мысли из головы вода не могла вымыть, потому что иначе уснуть я сегодня смогу с трудом.

Ночью действительно спалось плохо, но не потому, что я размышляла о поступке Артёма, продолжая искать ответы, а потому что мне снились… необычные сны.

 

В комнате стояла плотная тишина, даже тиканья часов не было слышно, когда я проснулась. Только дурацкий ворон, похоже, вернулся и громко каркал на дереве за окном, будто вызывая на диалог или заставляя проснуться.

Грудь быстро поднималась и опадала, бёдра сжались. Я лежала, успокаивая дыхание. И понимала, что меня разбудила молния, которая прострелила всё тело. Между ног пульсировало.

«Кажется, вчера здесь не было этой тени? Или была?»

Я никак не могла собраться с мыслями и безучастно смотрела в потолок, по которому едва заметно двигались тени веток, переползая на стены. Одна была похожа на тень змеи, она медленно скользила, пока не скрылась в тёмном углу.

«Что это было?»

Рука потянулась к животу и ниже. Меня бросило в пот.

«Я что… испытала во сне оргазм?!»

Бёдра мелко подрагивали, а грудь налилась и была настолько чувствительной, что я не могла к ней прикоснуться.

Отдёрнула руку и повернулась на бок, но уснуть не смогла. Перед глазами стояли сцены из сна с участием меня и… Артёма.

Мне снились его уютные объятия, обжигающие поцелуи. Тяжесть его тела ощущалась такой реальной, словно и не во сне. Я дотронулась пальцем до шеи, где его губы касались меня. Кожа в этом месте горела, будто это было наяву.

«Боже!» — мысленно простонала я и зажмурилась, чувствуя, как пылают щёки.

Уснула только под утро. О том, чтобы выспаться, речи не шло. Проспав будильник, я поднялась и озадаченно уставилась на кровать: одеяло всё скрученное, простынь сильно измята, на подушке следы пота, будто я и правда не спала на ней, а занималась… сексом. Аккуратно, со страхом дотрагиваясь до постели, все ещё пытаясь понять, сон ли это был, я заправила бельё.

Поняв, насколько проголодалась за ночь, я зашла в кухню и принялась есть омлет с овощами прямо из сковородки. За этим меня и застала мама.

— Дашунь, — протянула она, — куда ты так торопишься? Положи в тарелку и ешь нормально за столом.

Но я только отправила в рот очередной кусок и тут же запила его чаем. Мама улыбнулась и покачала головой.

— А кто такой Артём? Я слышала, ты ночью звала его.

Еда встала в горле, и я поперхнулась. Чай ударил в нос и неприятно обжёг. Мама заботливо постучала по спине.

— Так, ну-ка, садись, — велела она, положила омлет в тарелку и поставила передо мной.

— Д-да т-так, о-одноклассник, — заикаясь и краснея, ответила я.

— Хорошее имя.

Мама спрятала лукавую улыбку за чашкой. А я посмотрела на омлет и поняла, что больше не могу съесть и кусочка.

А если она слышала? В своём сне я не была тихоней и стонала не сдерживаясь. Надеюсь, больше этого не повторится.

— Я побегу, чтобы не опоздать. — Не глядя на маму, я вышла из кухни.

Но на следующую ночь это случилось опять.

Тело горело от удовольствия, а перед глазами меркли звёзды, когда я проснулась. Перевела взгляд на открытую дверь, на ватных ногах подошла к ней и тихо прикрыла. Прижалась к ней спиной.

«Господи, если так будет продолжаться, надо закрываться на всякий случай. Когда уже это закончится?»

Но сны не прекращались и становились только откровеннее и жарче.

Это продолжалось каждую грёбаную ночь и не собиралось заканчиваться!

После того, как каждую ночь я отдавалась Артёму, в гимназии я избегала смотреть на него и радовалась, когда он не появлялся.

Перед сном я наивно представляла, как он обнимает Вики, представляла на своём месте её, в надежде, что беспрестанная боль притупит мои чувства, отрезвит и сны прекратятся. Но нет. Стоило уплыть в царство снов, от блондинки не оставалось и следа. Были только я и Артём.

Я старалась лечь спать как можно позже, сидела над книгами до глубокой ночи, в надежде не увидеть сновидений, чтобы закрыть глаза и тут же проснуться утром. Потом начала ставить будильники ночью на каждые полчаса, чтобы не засыпать глубоко. Но всё, что я ни предпринимала, было напрасно. Артём продолжал мне сниться. И я сдалась.

Тело уже знало, каким приятным бывает удовольствие, меня захлёстывало предвкушением, как только я видела Артёма во сне.

С каждым новым днём мама становилась всё более мрачной. Вернувшись поздно с работы, она постучала в дверь и зашла в комнату.

— Совсем ты заучилась, — сказала мама, разглядывая серые круги под глазами от недосыпа и усталости.

— А что ты хочешь: выпускной класс, нагрузка большая, заданий много. Вот и не высыпаюсь. — Я пожала плечами и отвернулась.

— А дверь зачем закрываешь?

— Не хочу тебе мешать, я же поздно ложусь.

— Держи, — мама протянула мне баночку с витаминами.

Изучив инструкцию, я закинула в рот таблетку и запила водой из бутылки. Хуже не будет. Может, мне и правда не хватает микроэлементов.

Перед глазами мелькнул вспышкой вчерашний сон. Я зажмурилась и вздохнула. Похоже, не витаминов мне не хватало.

Перед мамой было стыдно, потому что заниматься получалось с трудом, и я её обманывала. Все мысли были о другом.

Во мне шла мучительная борьба: я пристрастилась и каждый день уже ждала, когда снова увижу во сне Артёма и окажусь в его сильных руках. Яркие чувственные сны стали для меня возможностью сбежать в другую реальность. Единственным местом, где мы могли быть вместе. Но в то же время они меня бесконечно выматывали. Я устала от снов, которые навсегда останутся только снами.

— Долго не сиди, отдыхать тоже нужно, — сказала мама.

Я кивнула и продолжила читать учебник. А закончив, легла в кровать и уже по привычке накрылась с головой одеялом, чтобы не было слышно моих стонов.

 

Утром, увидев Артёма на крыльце гимназии, я прибавила ходу, вновь испытывая жар и истому. Потянула за шарф, приспуская его. Воздуха не хватало.

Прошла мимо, не взглянув, и зашла в здание. Мне оставалось только надеяться, что он никаким образом не догадывается, чем мы занимаемся в моих снах. И не мог узнать.

У раздевалки меня нагнала Элла.

— Что-то ты плохо выглядишь последние дни, — подруга посмотрела на мои невыспавшиеся глаза.

— Плохо спится.

— Это потому, что ты пытаешь догнать двух зайцев.

— К-каких зайцев? — Я уставилась на Эллу.

О чём она говорила? А ведь я… не знала, на что она способна. Огляделась на других Сведущих и покраснела от того, что кто-то из них мог знать о моих снах. Подруга, видимо, расценила это по-своему.

— Я о том, что ты готовишься к поступлению в два совершенно разных вуза: на переводчика и в медицинский. Это очень большая нагрузка — сдать столько ЕГЭ. И важно хорошо высыпаться.

Я покивала и промолчала, потому что, кажется, всё, что я читала в учебниках, вылетало в трубу. Мы поднялись на второй этаж и подошли к кабинету английского.

— Твоё любимое какао, — рядом остановился Кирилл и протянул мне бумажный стаканчик с горячим напитком. — Элла права, сон очень важен. А то ты доведёшь себя, останутся от тебя рожки да ножки.

Я с радостью приняла напиток и сделала глоток.

«Скорее уж пёрышки и клювик», — мысленно поправила я его, уводя взгляд.

— А ты, я смотрю, внимательный ухажёр, да? — Элла поддела Кира.

— Хоть у меня и серьёзные намерения, я всего лишь друг. — Парень печально вздохнул.

Мне оставалось только закатить глаза на его игру, и мы с Эллой улыбнулись друг другу.

На сдвоенном уроке физкультуры я почувствовала себя плохо, отпросилась в медпункт и вышла в коридор, оставляя за спиной скрип кроссовок и удары баскетбольного мяча. Воздух стал прохладнее, и я почувствовала, что меня знобит. Голова закружилась. Я поднесла ладонь ко лбу — похоже, у меня жар.

Измерив температуру, медсестра показала мне допустимые тридцать шесть и шесть на градуснике. А моё недомогание списала на давление, освободила от занятия и отправила обратно за вещами.

Лоб и правда уже был нормальный. А ещё влажный от пота. И я решила, что всё дело в недосыпе.

По пути в раздевалку я замедлилась, услышав в коридоре знакомые голоса, которые говорили на повышенных тонах.

Возле двери в кабинет директора друг напротив друга стояли Артём и его родители. Они меня ещё не заметили, нас разделяли несколько метров. Однако даже с такого расстояния я расслышала грубые слова Николая.

Мне бы уйти и не вмешиваться, но в спортзал вела одна дорога — мимо них.

— Засунь свои мечты куда подальше, ты меня понял? Ты дома не появляешься! В гимназии тебя нет! Твои прогулы уже вот здесь! — Николай поднёс ладонь к своей шее. Артём молчал в ответ, сверля отца суровым взглядом.

Несмотря на наши с Артёмом разногласия, я продолжила путь, обозначая своё присутствие. И будто подсознательно тем самым защищая парня, надеясь своим появлением прекратить чужую ссору.

— Здрасьте… — проговорила я, приблизившись, и остановилась рядом с Артёмом.

Николай не обратил на меня никакого внимания и продолжил уже тихо:

— Если учишься — тогда ходи, и дома чтобы ночевал, — он выставил палец на Артёма. — А пока — ни на одну тренировку ты больше не пойдёшь. И ещё: поступать ты будешь туда, куда я решу. Делаешь так, как я тебе говорю, или пеняй на себя!

У меня не нашлось сил пошевелиться, хотя угроза была адресована не мне.

Моего локтя коснулись нежные руки Екатерины, отвлекая моё внимание. Она отвела меня в сторону, с лёгким недоумением обвела моё бледное лицо взглядом.

— Как у тебя дела, Даша?

Поджав губу, я обернулась на Артёма.

Его не трогали слова отца, его больше волновало то, что я оказалась рядом и вмешалась, услышала то, чего, по его мнению, слышать не должна была.

Оправдываться перед Екатериной за свой нездоровый вид не хотелось. Я посмотрела на неё, вспоминая её слова: «извечный конфликт отцов и детей».

— У меня в порядке. Я побегу, учитель ждёт. — Я отступила под враждебным взглядом Николая и недовольным — Артёма.

Став невольной свидетельницей ссоры, я теперь мучилась новыми догадками. Артём по-прежнему не хотел идти на поводу у отца. И хоть прогулы были меньшей проблемой, но вкупе с тем, что он и дома почти не появлялся, вызывали больше вопросов.

«Где же он проводил всё время?» — Поджав губы, я наблюдала в окно, как Артём покидает гимназию и уходит в сторону конюшни.

Что ж, если не считать того, что мы с Артёмом учились в одном классе, избегать друг друга у нас получалось отлично.

Благодаря заботе Кирилла, сытному обеду, который он мне взял, шоколадному батончику и ещё одному стаканчику с какао, я досидела до последнего урока и вместе с остальными покинула гимназию.

После занятий должна была состояться последняя тренировка по конному поло перед игрой. Девчонки, как обычно, торопились к конюшне, чтобы занять лучшие места у забора с видом на белое поле. Махнув Элле и Виктории, я прошла мимо всеобщего сбора.

Учитывая странную вспышку жара и то, что я так и не пришла в себя до конца, я держала путь домой.

Впрочем, я поддалась чувствам и обернулась напоследок. Игроки как раз вывели на поле лошадей и седлали их.

— Даш, садись! — отвлёк меня голос Кирилла.

Рядом стоял красный внедорожник. Парень наклонился через центральную панель и открыл мне дверь.

Я нехотя согласилась. Не терпелось скорее попасть домой.

— Ты мой спаситель сегодня, — устало произнесла я и пристегнулась.

— Я до сих пор не пойму, почему ты во мне сомневаешься? Сбежала куда-то, ищи тебя там в толпе среди болельщиц, — пожурил Кир в шутку.

Парень молча довёз меня до дома. Повернулся ко мне и вздохнул. Хотел что-то сказать, рука дёрнулась к моему лицу… и упала обратно на руль, когда я скорее вышла из машины.

— Спасибо, что подвёз!

— До завтра, — прищурившись, произнёс Кирилл.

Нельзя давать ему повода. Однако он обещал мне помочь в поисках родителей, и эта услуга обязывала быть вежливой. От того, что снова приходилось быть удобной, в груди росло раздражение. Привычка быть удобной затмевала все попытки разобраться в себе. Я попросту не знала, какая я на самом деле. Всё, о чём бы я ни подумала, казалось неправильным.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

6 из 37