Глава 2: Глава 2

Глава 2

57

0

Mот MarinaVetrova
Поделиться

Открыв глаза, он увидел, что лежит в постели, а из руки торчит трубка, ведущая к капельнице.

«Слава Богу, я в больнице» – вздохнул он облегченно.

– Дорогой, ты очнулся! – обратилась к нему женщина, сидящая рядом с койкой.

Мужчина непонимающе уставился на нее, пытаясь вспомнить, кто это.

– Это я, твоя мама. Я так волновалась.

Эта женщина точно не его мать, в этом он был уверен. Она скорее годилась ему в дочери. На вид ей было не больше сорока лет. Незнакомка словно сошла со страниц французского романа. Лёгкое льняное платье цвета слоновой кости свободно струилось вдоль фигуры, на плечи был небрежно наброшен полупрозрачный шёлковый платок. Она взволнованно сжимала ручку мягкой кожаной сумки коньячного цвета и пристально рассматривала Иванова.

– Вы помните меня? – подошел к постели мужчина в белом халате.

– Вы мой папа? – неуверенно переспросил Владимир Георгиевич.

– Нет, я доктор Пирс. Вы уже лежали в нашей клинике месяц назад, помните.

Иванов отрицательно помотал головой.

– Вы помните свое имя?

– Меня зовут Владимир Георгиевич…

– Ах, мой сын сошел с ума, – взвизгнула женщина.

– Подождите, мадам! Это нормально, такое бывает после укола шипом рыбы-бородавочника.

– Это нормально? Мой сын говорит, что он русский.

– Мадам, Георгиевич похоже на сербскую фамилию, не переживайте вы так.

– Мальчик мой, тебя зовут Роберт Синклер, мой маленький Робби. Ты помнишь?

– Нет, – ответил Иванов.

– Робби, мой мальчик! – женщина заплакала и достала из сумки белый платок.

– Мистер Синклер, сколько вам лет? – продолжил опрос доктор.

– Шестьдесят девять.

– Я больше не могу это слышать, доктор. Продолжите потом без меня. Оставьте нас с сыном наедине.

– Да, конечно, мадам Синклер! – доктор вышел из палаты.

Когда за врачом захлопнулась дверь, женщина так крепко схватила Иванова за руку, что ее длинные ногти больно вонзились в кожу.

– Я не знаю, что за комедию ты тут ломаешь, но мы с отцом устали тебя выгораживать. Если ты валяешь дурака из-за сюрпризов, которые нашли у тебя на яхте, то можешь не переживать, вопрос с полицией решен. Автомат Калашникова? Ты серьезно? Даже не хочу знать зачем он тебе. А что ты прятал в переборках? Решил поменять фамилию на Эскобар? Но ты, кажется, забыл, что здесь не курорт. Хватит размениваться на эти мелочи. Мы отправили тебя на этот райский остров с простой задачей – купить карту. Она у тебя?

– Старинная карта с красным крестом?

– Да, старинная с красным крестом, – передразнивая заплетающуюся речь мужчины, мадам Синклер дала ему подзатыльник. – Где она?

– Я видел ее, но не помню, где… – Иванов потер ноющий от боли затылок.

– У тебя неделя на поиски карты, мерзавец. Если не сможешь ее найти, то я сдам тебя во Французский легион. Будешь кормить комаров в Мали.

– В Мали сейчас нет легионеров.

– О, Боже! А это ты помнишь? Значит и карту найдешь.

Женщина убрала руку с запястья сына, на коже остались три кровавые полоски.

– Неделя! Я приеду через семь дней, – она направилась к выходу. – И ты сделал татуировку? Сведи ее до возвращения во Францию. Если отец увидит, то лишит тебя наследства.

Владимир Георгиевич осмотрел руки в поисках тату и удивился их внешнему виду. Конечно, он следил за собой и любил спорт, но его предплечья и бицепсы никогда не были такими накачанными. В итоге он увидел татуировку, о которой говорила женщина – затейливые черные таитянские узоры на левом плече, обрамляющие десять круглых пустых медальонов.

Открыв дверь, мадам Синклер обратилась к Иванову:

– Добрых снов, дорогой! Помни, что мы с папой очень любим тебя!

«Что за бред! Это сон, или я ударился головой, когда поскользнулся. Точно, я же упал. Как же было холодно!» – мужчина поежился от воспоминаний.

В палату вошел доктор.

– Мисье Синклер, я против того, чтобы вы выписывались из больницы, но ваша мать настаивает на домашнем лечении. Через полчаса мы подготовим машину, которая доставит вас в аэропорт. Мадам Синклер забронировала самолет, чтобы вы как можно скорее попали на остров.

– Самолет на остров? – удивился Владимир Георгиевич.

– Да, ваш дом на Маркизах.

В палату зашла медсестра, которая принесла рюкзак с одеждой и личными вещами. Женщина отсоединила катетер капельницы от руки и наложила повязку.

– Я дам вам обезболивающее и лекарство от панкреатита. Принимайте его согласно рецепту. Вам надо быть осторожнее с таким опасным диагнозом, – врач оставил на тумбочке листок бумаги и баночки с таблетками. – Но вам обязательно надо приехать сюда на обследование через неделю. Я удивлен тому, что вы выжили после такого тяжелого отравления токсинами. Это маленькое чудо и прошу вас ценить тот шанс, который вам дала судьба.

После того как врач вышел, Владимир Георгиевич переоделся. Стиль Бобби Синклера ему был не близок. В рюкзаке он нашел розовые шорты с черными пальмами и белую футболку. Еще в рюкзаке был телефон, солнечные очки и розовая кепка.

Рассматривая себя в зеркале, он увидел блондина лет тридцати с приятными чертами лица и развитой мускулатурой.

«Это сон, хотя очень реальный, и боль была невыносимой, а я не очнулся. Ладно, надо добраться домой», – подумал Иванов.

Выйдя из здания клиники, он, согласно инструкциям врача, направился на парковку, где его должно было ждать такси в аэропорт. На улице стояла жара и солнце светило так ярко, что пришлось надеть темные очки. Перед глазами появилось сообщение:

ВЫБОР РЕЖИМА

Травоядные Х Хищники

Владимир Георгиевич сдернул очки. Сообщение пропало.

«Наверное, панкреатит разбушевался» – подумал он и проглотил одну из таблеток, которые дал врач.

Прислушавшись к телу, он почувствовал, как привычно ноет шея.

«Что за дичь? Оказался в теле молодого парня с панкреатитом, так еще и от боли в шее не избавился» – вздохнул мужчина.

И вдруг учитель понял, что может видеть двумя глазами. Это казалось так естественно. Он попеременно закрывал то один, то другой и, обрадовавшись, даже подпрыгнул на месте. Прохожие с изумлением смотрели на его чудачества.

– Все в порядке. Просто я прозрел, – попытался объяснить им свое поведение Владимир Георгиевич. – Даже если это сон, он прекрасен!

Доехав до взлетной полосы, Иванов поднялся на борт небольшого пассажирского самолета, на борту которого красовались красные буквы «ATR».

Через час полета он начал скучать. Попытался открыть телефон, но не знал ПИН-код. Его взгляд упал на солнечные очки.

Он осторожно взял их в руки и рассмотрел со всех сторон – очки как очки. Осторожно надев их, он опять увидел системное сообщение:

ВЫБОР РЕЖИМА

Травоядные Х Хищники

Сообщение высвечивалось поверх всех предметов и в какую бы сторону он ни поворачивал голову, оно следовало за его взглядом.

– И как мне выбрать? – спросил мужчина вслух. – Лучше травоядные. Зачем нам хищники.

Он сконцентрировался взглядом на слове «Травоядные», и оно полыхнуло зеленым цветом.

Перед глазами возникло новое сообщение:

Добро пожаловать на Маркизы!

Тотемы зовут!

Затем буквы превратились в экзотических разноцветных птиц, которые, взлетев, растаяли в воздухе.

В левом нижнем углу появилась маленькая карта, на которой угадывались очертания салона самолета. Справа от мини-карты располагалась иконка с буквой «И». Владимир Георгиевич выбрал ее и увидел пункты «Карта» и «Воспоминания». Сконцентрировавшись на карте, ему открылся лист с очертаниями островов и надписью вверху «Маркизы». Пока информации не густо. Он вернулся в основное меню и выбрал «Воспоминания». Перед глазами пролетела череда пустых черных квадратиков. Владимир Георгиевич разочарованно снял очки и задремал.

Прилетев на Маркизы, в аэропорту его встретил старик с табличкой «Бобби-Бой Синклер». Высокий худощавый загорелый мужчина лет семидесяти пяти, его белоснежные волосы были аккуратно зачесаны назад. Бежевые шорты, голубое поло, белые носки и туристические сандалии выдавали человека, который ценит комфорт больше моды. Рядом с его ногой сидел лабрадор.

– Kaoha, малыш! Как ты?

Собака бросилась к Иванову, прыгала вокруг и лизала руки.

– Мы знакомы? Я не Каоха, – удивленно посмотрел на мужчину Владимир Георгиевич.

– Kaoha на маркизском «Привет», Kaoha nui «Большой привет», Mаuruuru «Большое спасибо Тедди, что встретил меня в аэропорту». Да, твоя мать сказала, что ты потерял память. Но я думал, что меня ты уж точно вспомнишь. Кто научил тебя ловить марлина? Неужто и Рекса забыл? Старый пес так рад тебя видеть.

– Извините, я вас не помню.

– Ничего, сынок! – старик похлопал его по плечу. – Я твой сосед, мистер Шнайдер, но все зовут меня просто Тедди. Твоя мама попросила приглядеть за тобой, пока она не приедет. Ты главное береги себя. А пока давай я отвезу тебя домой.

Мужчина поднял руку и указал на выход из аэропорта.

– Вчера из ремонта привезли Вилли, – сказал старик, когда они вышли на парковку.

Владимир Георгиевич пожал плечами.

– Да, не сладко тебе пришлось, Бобби-Бой, если ты забыл про Вилли. Твой любимый джип. Помнишь, как мы нашли его в джунглях у заброшенной американской базы.

Шнайдер шел медленно, прихрамывая.

– Я ничего не помню. Извините.

– Ну, это не страшно, сядешь за руль и все вспомнишь. Я решил сначала на нем забрать тебя, но артрит разбушевался, а на моей Хильде есть круиз-контроль, – засмеялся Тед, подойдя к пикапу Toyota Hilux.

Владимир Георгиевич сел на переднее сиденье рядом с водителем, а пес расположился на заднем. На приборной доске была игрушка - фигурка таитянки с гитарой и в юбке из пальмовых листьев. Только это была не молодая стройная девушка, а пышка с внушительными формами.

– Забавный сувенир, – ухмыльнулся учитель.

– Эх, Бобби, похоже нам придется знакомиться заново, – сказал Шнайдер, заводя двигатель. – Это же ты мне эту игрушку подарил.

– Не помню, – улыбнулся Владимир Георгиевич и развел руками.

– Хорошо! Давай всё сначала. Я твой сосед. Ты приехал на этот райский остров полгода назад и купил особняк рядом с моей скромной лачугой. Сам я на острове пятнадцать лет, – старик выехал на шоссе. – Когда дети выросли, а я вышел на пенсию, моя Грета придумала для нас отличное приключение – кругосветное путешествие. Что может быть лучше круиза? Это как путешествовать по всему миру со своим домом, только не на дурацком автобусе с сортиром, который зовут дом на колесах, где целыми днями сидишь за рулём, так, что пятая точка становится квадратной к концу дня. Нет, круиз – это другой уровень. Сидишь в шезлонге посреди океана, попивая из треугольного бокальчика волшебный нектар, отдыхаешь в бане, играешь в бридж или бинго.

Голос старика дрогнул, он включил круиз-контроль и потер пальцы, искалеченные артритом.

– Мы с ней посетили больше десяти стран за месяц. Я за всю свою жизнь дальше Ганновера, где живет двоюродная сестра, не выбирался. Как моя дорогая Грета была счастлива… Проклятая оливка! – он ударил кулаком по рулю, – Застряла у неё в горле. Пара минут и всё, супруга на небесах. Капитан принял решение зайти в ближайший порт и меня вместе с трупом жены оставили прямо на этом острове. Я хотел отвезти её на родину, но пока эта бюрократическая канитель… Решил остаться здесь. Так мы с моей любимой и нашли наш новый дом. Каждый день я прихожу к ней на могилу и приношу цветы Тиаре, она так и не успела их увидеть, а ей бы они очень понравились.

По щекам старика пробежали слезы, и он быстро смахнул их тыльной стороной ладони.

– Хорошо вас понимаю, – хотел поддержать Теда Владимир Георгиевич. – Я тоже вдовец.

– О, малыш Бобби, тебе дали какие-нибудь таблетки? – рассмеялся Шнайдер. – Ты и женат-то не был. Ну, не беда отдохнёшь под солнышком, а еще тебе надо показаться мамаше Теура, нашей местной знахарке. Она быстро тебя в порядок приведет.

Дорога проходила через джунгли, и старик положил руку на руль, привычными движениями закладывая крутые повороты.

– Здесь хорошо, тихо и спокойно. Люди очень добрые. Община местных приветливая и дружная. Мы все здесь стараемся друг другу помогать. Остров маленький.

Они выехали на дорогу, проходившую вдоль берега маленькой бухты, в которой стояли на якоре несколько десятков белоснежных парусных яхт, и попали в портовый городок.

– Вот и цивилизация, – улыбнулся Тед. – Короткая экскурсия. Направо гостиница, гостиница, гостиница, само собой сувениры, рестораны и продуктовый магазин. Налево почта, агентство недвижимости, больница и аптека. Дай бог, чтобы тебе больше не понадобилась больница, так это здесь называется, хотя на мой взгляд обычный медпункт – кроме аспирина и бинтов там ничего нет. Если что-то более-менее серьёзное, как у тебя было, это только больница на Таити. Как же туда добраться спросишь ты? Аэропорт или яхта. Ну, конечно, самолётом быстрее. Есть ещё вертолётная площадка, но до Таити ты на вертолёте не долетишь, только на соседний остров сможешь добраться. Так мы здесь и живём в изоляции. Это даже лучше, проблемы внешнего мира нам не страшны. А еще налево обитель бездельников – мэрия…

Тед притормозил у небольшого серого здания и открыл окно.

– Сволочи, когда отремонтируете дорогу? Куда идут мои налоги? – прокричал старик и дал газу. – Я живу здесь пятнадцать лет и каждый день пишу им о том, что таких ужасных дорог я не видел нигде, а толку. У меня кровная вражда с местным, как он себя называет мэром, а на мой взгляд обычный вымогатель.

Проехав немного вперед, он продолжил экскурсию:

– Направо полиция. Налево банк и грабительский обмен валют. Направо церковь. Налево бар и музей. Направо река. А сейчас начнется то, с чем я безрезультатно борюсь. Запомни этот клочок асфальта, дальше ты его не увидишь. Отсюда и до наших домов разбитая грунтовка.

Машина начала считать кочки, и Владимир Георгиевич инстинктивно схватился за потолочную ручку.

– Да, дороги здесь крутые, но можно привыкнуть, особенно, если хороший автомобиль. А я своей лошадкой очень доволен. Хотя в дождь не рекомендую тебе кататься, особенно в горах, где большей частью грунтовка или бездорожье. На мой взгляд, носиться там на джипе самоубийство. Ну всё, малыш Бобби, приехали. – Тед затормозил у поворота на подъездную дорожку. – Зайду ещё на неделе тебя проведать. Если заскучаешь по рыбалке, заходи. Я живу выше по дороге. Хорошего дня!

Джип старика-соседа поднял столб пыли и скрылся за поворотом. Солнце слепило глаза, и Иванов надел очки. Всплыло системное сообщение:

Карта обновлена

Все объекты, мимо которых они проезжали с Тедом, теперь имели свои отметки на карте.

«Опять этот бред. Надо прочитать побочные эффекты у таблеток», – он бросил очки в рюкзак.

От дороги поместье отделяла невысокая стена из тёмного базальта. Над ней поднимались бугенвиллии и кокосовые пальмы, полностью скрывая дом от посторонних взглядов. Лишь кованые ворота и узкая подъездная аллея намекали, что за тропической зеленью находится одна из самых дорогих вилл острова.

Толкнув ворота, Иванов попал в изысканный тропический сад. У одной из клумб стоял старик-таец с лейкой.

– Мистер Синклер, – поднял садовник руку. – Рад вас видеть. Меня зовут Таароа, я забочусь о доме и присматриваю за садом.

– Рад знакомству! Владимир, – протянул руку Иванов.

Таароа даже глазом не моргнул и пожал мужчине руку.

После ужина Владимир Георгиевич осмотрел территорию. Двухэтажный особняк находился на склоне, с которого открывался прекрасный вид на городок и бухту. На просторной площадке перед домом был бассейн. Это место было похоже на райский уголок и если бы не запутанность всей этой ситуации, боль в ноге и ноющий бок, то он был бы на седьмом небе от счастья.

За день Иванов смертельно устал. Он надеялся, что утром проснется у себя дома, выпьет сладкий чай, дочка и внучка будут рядом, а все это окажется просто последствиями палёных звездочек, которыми угощал трудовик.

Но перед сном возникла проблема. За всю жизнь он спал без пижамы только во время службы в армии, а в огромной гардеробной Синклера ничего подходящего найти не удалось. Он проверил все и, наконец, нашел подходящий комплект с пестрым узором турецких огурцов на самой дальней полке и случайно сдвинул заднюю панель шкафа. За ней была секретная комната. Осветив помещение фонариком, Иванов увидел, что она с пола до потолка набита оружием.

– Хватит с меня на сегодня. Оставлю это до завтра, – Владимир Георгиевич закрыл панель, взял пижаму и пошел спать.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

2 из 8