Глава 4: Глава 4. Целесообразность

Глава 4. Целесообразность

119

0

ЭТот Элина Темирова
Поделиться

Дорога далась нелегко. Амайя совершенно не привыкла к тяготам долгих путешествий. Фактически, Пуэрто де Лус, или Город Колдунов, как его еще прозвали жители княжества Солимар, был единственным местом, которое молодая магесса знала, несмотря на то, что родилась-то она, вполне вероятно, вовсе не там. Однако девушку привезли и поместили в приют для магически одаренных детей настолько рано, что из своей прошлой жизни Амайя не помнила ровным счетом ничего. Да и не хотела бы. Зачем? Только лишние болезненные воспоминания. 

Другим сиротам, у которых магический дар проявился достаточно поздно, чтобы запомнить свой прежний дом и семью, Амайя никогда не завидовала. Малыши, попав в приют, поначалу часто плакали в подушку ночи напролет и скучали по дому, родителям, братьям и сестрам. Те, кто был постарше, становились отстраненными или озлобленными, случались даже попытки побегов. Конечно же, безуспешные.  Наглядевшись на такое, Амайя пришла к выводу, что лучше уж вовсе ничего не знать о своем происхождении, чем без конца проклинать судьбу и оплакивать утерянное. 

В пути экипаж то и дело подскакивал и скрипел на кочках, лишая девушку возможности полноценно заснуть. Приходилось бессмысленно пялиться в окно на проплывающие мимо пейзажи, до которых Амайе не было никакого дела. Душу грызла тоска, обида, едкая злость на то, как все в итоге обернулось. И, конечно, на Хавьера, который своим нелепым благородством разрушил жизнь той, что любила его. Циник внутри, впрочем, то и дело вопрошал, а действительно ли в благородстве тут дело, однако Амайя отгоняла от себя эти отравляющие мысли. От них было уже слишком тошно. Несколько раз приходилось напрягать всю волю, чтобы просто позорно не расплакаться прямо перед Себастьяном и Панчо. 

Последний, всю дорогу то травил свои бесконечные байки о службе, заливисто хохоча, то принимался вдруг учить попутчиков уму-разуму, хотя об этом его, естественно, никто не просил. К счастью для Амайи, после нескольких односложных ответов на вопросы и невнятного мычания невпопад, от нее Рохас отстал, видимо, признав неинтересным собеседником, которому и сказать-то нечего. Весь огонь на себя принял Себастьян, хотя по сухости его реплик было видно, что и ему эти задушевные разговоры приносили мало удовольствия.  

Когда Панчо, наконец, утомился и захрапел, развалившись на скамье напротив, Амайя облегченно вздохнула и тоже было хотела вздремнуть, но никак не могла найти удобного положения. В итоге магесса кое-как прижалась к боковой стенке у окна и прикрыла веки. Когда она ощутила, что сон вот-вот завладеет ею, карета в очередной раз подпрыгнула на кочке, отчего девушка болезненно, до искр из глаз, ударилась головой. 

Амайя прошипела себе под нос проклятие и потерла ушибленное место.
— С вами все в порядке, сеньорита Экспосито? — вдруг участливо спросил Ривас, даже не пытаясь иронизировать над случившимся.
— Конечно, лучше и быть не могло, — досадливо проговорила она. — Благодарю за беспокойство, сеньор Ривас. 

Он немного помедлив, а затем проговорил:
— Себастьян.
— Что, простите?
— Можете звать меня по имени, — пояснил Ривас. — Я вот подумал: к чему лишние церемонии? Пусть в академии мы почти не пересекались, но все же мы из одного выпуска, оба в ранге мастеров-адептов. К тому же работать будем вместе. Думаю, там, в Фирузе, тоже лучше будет держаться вместе. И давайте уже перейдем на ты. Если вы… то есть, ты не против.
— Ну, как хочешь… Себастьян, — равнодушно ответила девушка. 

Ривас пристально посмотрел на девушку, словно пытался что-то понять, но никак не мог.
— Амайя, — после длительной неловкой паузы, наконец, решился Себастьян. От интонации, с которой он, возможно, впервые произнес ее имя, сердце девушки неприятно кольнуло. Это было слишком больно. Слишком знакомо. Слишком похоже на то, как это имя звучало в устах совсем другого мужчины.
— Да? — мимолётно поморщившись, словно от боли, ответила девушка. Ее раздражало, что собеседник продолжал смотреть на нее. Спокойно. Пристально. Изучающе.
— Скажи, я чем-то обидел тебя? — вдруг спросил Ривас.
— Нет. С чего ты взял?
— Просто, мне кажется, ты чем-то расстроена.
— Тебе не кажется.
— Я что-то сказал не то? Может, задал нетактичный вопрос?
— Что? Нет! — Беседа начала утомлять Амайю, потому она смогла удержаться от колкости: — Хотя знаешь, это даже как-то самонадеянно. Есть тысячи причин, по которым человек может быть не в духе, а ты вообразил, что дело непременно в тебе. Думаешь, вокруг тебя весь мир крутится, а, Себастьян?
— Вовсе нет, — кажется, ничуть не огорчившись и никак не отреагировав на выпад, ответил он. — Просто я не всегда понимаю чувства других. Вот и спрашиваю напрямую. Мне бы не хотелось недомолвок, ведь нам работать вместе. Целесообразней было бы выстроить по крайней мере нейтральные, а лучше доверительные отношения.
— Целесообразней? — усмехнулась Амайя. Непробиваемое и какое-то снисходительное спокойствие, в котором пребывал Себастьян, почему-то раззадорило ее. Что-то внутри подталкивало расшевелить этого человека, уколоть, вывести из равновесия. — Ты всегда был таким странным? И почему я прежде не замечала?
— Все просто, — не дернув и бровью, ответил Ривас. — Прежде, во время учебы в академии, в наших взаимодействиях не было никакой необходимости. Теперь же ситуация изменилась.
— Правда? — уже с откровенным ядом в голосе парировала Амайя. — А вот я и теперь не вижу в этих самых «взаимодействиях» никакого толка. Так что я, пожалуй, все-таки вздремну, если не возражаешь.

Амайя снова принялась ворочаться, чтобы найти хоть минимально удобное положение для сна.
— Можешь положить голову мне на плечо, — все так же невозмутимо предложил Себастьян. — Так будет удобнее. И меньше вероятность опять удариться головой.
— Вот еще! — проворчала Амайя и продолжила свои жалкие попытки. 

Когда они, наконец, увенчались успехом, сон быстро одолел девушку, даря долгожданное забытье.


КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

4 из 31