Глава 42: Глава 42 «Ласточка»

Глава 42 «Ласточка»

130

0

Rот Robin_Rodri
Поделиться

Глава 42 «Ласточка»

Поутру Кайл проснулся от кофемашины на кухне. Он спал на диване в гостиной, укрывшись первым попавшимся пледом. Недовольное мычание — и Авриил закинул подушку на голову от звуков.

—С пробуждением, принцесса! Ноги в руки — и пусть этот день споёт тебе о том, как чудесен мир! — Ариан откровенно издевался, выключив машинку на время, пока говорил, и включая обратно, когда замолчал.

Но начал говорить Кайл:

—Аа-аа-а-а-а, Ариа-а-а-а-н, что за чёрт, ты не мог сварить этот кофе, а не включать адскую машину для размалывания костей? — возмущался он, повернув голову на доктора. Тот же, в свою очередь, снова выключил машинку, сделав ошарашенное лицо.

—Откуда ты знаешь, что я перемалываю в ней не только кофейные зёрна? — Машинка вновь включилась, и Кайл страдальчески вздохнул, поворачиваясь на спину и закрываясь с головой пледом.

Через пару минут наступила тишина, и вскоре рядом с Кайлом поставили чашку на столик. Приоткрыв себе глаз, он увидел Ариана, застёгивающего рубашку, пока две чашки со свежим кофе стояли на столе. Комочек из одеяла и торчащих волос поднялся, принимая сидячее положение, медленно потянувшись к чашке.

—Спасибо, — тихо буркнул Кайл, прикрывая глаза от запаха напитка под носом.

—Как прошла ночь? Сильно выпил? — С заботливой улыбкой Ариан плюхнулся в кресло напротив, завязывая галстук.

—Нет, мы больше болтали, чем пили, играли потом в мафию и потом разошлись. Выпили по одному или двум коктейлям, может быть... Но устал я по ощущениям как собака... Ты на смену сегодня?.. Ам... прости, дай мне десять минут на сборы тогда.

—Что? Хей, дружище... сиди спокойно... На работу ухожу я, а не ты. Оставлю тебе ключи, а ты потом оставь их в моём почтовом ящике. Я вернусь с работы и заберу. Можешь отсыпаться вообще спокойно, чувствуй себя как дома.

И Ариан с улыбкой начал более суетливо собираться. Кайл не успел даже толком его поблагодарить: лишь с пледом на плечах дошёл до двери, провожая и закрывая после. Уснул он снова достаточно быстро и проснулся за полдень. Пока пришёл в себя, пока сделал что-то на завтрак и проверил чат, прошло ещё пару часов.

Возвращался Кайл ближе к вечеру, и к его удивлению машина Джонсона оказалась припаркованной на подъездной дорожке.

—Папа вернулся? Но время всего 6... Даже мама ещё на работе...

Такое внезапное возвращение домой немного озадачило, но Кайл лишь улыбнулся, подумав, что сможет провести с отцом больше времени. В последнее время они оба практически даже не пересекались друг с другом, и Кайл тосковал по их болтовне вечерами за телевизором.

Открывая входную дверь, он сразу услышал разговор на повышенных тонах. Джонсон на кого-то ругался, и Кайл впервые слышал, чтобы отец в целом повышал голос. Нервно сглотнув, он разулся и, оставив сумку в коридоре, медленно прошёл к лестнице на звуки ссоры, расстёгивая куртку.

Поднявшись на второй этаж, Кайл остановился рядом с проёмом в гостиную.

От слов, которые, кажется, он слышать точно не должен был, сердце забилось в бешеном ритме. Руки похолодели, а в горле резко стало настолько сухо, что любой глоток казался режущим.

—Да я понятия и не имел ничего об этом! — подал голос Емельян, на которого всё это время орали.

—«Не имел»? — голос Джонсона был подобен удару хлыста. — Ты хочешь сказать, что это просто совпадение? Что он сам, по своей воле, начал прогуливать, врать, пить и шляться с непонятной компанией!? Без твоего мудрого руководства?

—Я не водил его никуда! Я не его нянька!

—Тогда скажи мне, пожалуйста, почему в этом чёртовом дневнике только твоё имя и мелькает?! Куда ты его втянул, чёрт побери?! — Джонсон размахивал до боли знакомым Кайлу блокнотом; его лицо было багровым от ярости.

—Я ничего с ним не делал! — упрямо, отчеканивая каждое слово, повторял Ян. — Он сам ко мне пришёл! Сам спрашивал!

—И что же ты ему ответил, гений? Что жизнь — это дерьмо, а все вокруг предатели? Это твоя любимая тема! Почему?! — Джонсон шагнул вперёд, сжимая дневник так, что костяшки пальцев побелели.

—Почему, когда я пытаюсь сохранить эту семью, ты рушишь всё просто чуть ли не одним своим существованием?! Он даже не общался с тобой до этого! Так каким образом ты ему вообще втёрся в доверие?! Почему мой ребёнок пишет все эти ужасы? Почему всегда, стоит тебе появиться где-то рядом, как всё летит к херам в ту же минуту!

—Твой ребёнок?.. — Ян выждал паузу, словно подбирая слова, пока не усмехнулся. — Ну конечно... как я мог забыть.

—Ты понял, о чём я... Емельян!

—Как я мог забыть, что у тебя всего один ребёнок! Самый правильный... самый золотой... самый «беспроблемный» и «невинный».

Уж прости, что у твоего «сына» есть свои мозги на плечах, и не всегда я должен быть козлом отпущения для его провалов!

А знаешь, да! Я сделал это специально! Я специально его «испортил», втёрся в доверие и ввязал в проблемы! Именно чтобы ты разочаровался в своём сыночке корзиночке!... Ой, и что ты сделаешь теперь? Сбежишь заглушать горе в другую семью — к другому ребёнку? Ну иди, иди, может, там тебе повезёт больше...

—Емельян! Я ещё раз... — но Джонсон не успел договорить, и Ян буквально вспылил, вспыхнул подобно спичке, что наконец-то зажглась.

—Дориан!! Моё имя — Дориан Авриил!!Ох, нет!Или тебе больше хочется стереть последнее, что осталось от мамы?!
Может, тебе вообще плевать было на неё изначально?! Тогда это объясняет, почему ты ненавидишь меня! Ну же, скажи это наконец-то вслух, чёрт возьми! Ты и так сделал всё, чтобы я стал изгоем в этой семье! Я просто хочу услышать наконец-то это лично от тебя!

Ну же, это не так трудно! «Ян, ты тут лишний!» — и всё!

Но вместо дальнейших криков прозвучал шлепок…

Не громкий, как в кино, а приглушённый и оттого — по-настоящему пугающий. Звук, от которого по спине пробежал ледяной холод.

Голова Емельяна резко повернулась от удара набок. Прядь чёрных волос мигом упала ему на лицо, скрывая глаз и след на щеке. Он не вскрикнул. Не издал ни звука. Он просто застыл, став на мгновение не человеком, а фигурой, изображающей стыд и унижение.

Наступила тишина.

Она была недолгой, но невероятно плотной, давящей, как свинец, заливший комнату. В этой тишине не было ничего, кроме тяжёлого, с присвистом вырывающегося из лёгких дыхания Джонсона. Он стоял, всё ещё занеся руку, и смотрел на свою ладонь, на которой, казалось, пылал след удара, что он вряд ли когда теперь смоет. Он смотрел на неё с таким ужасом, будто это была не его рука, а нечто чужое.

Воздух застыл, затаив дыхание вместе с Кайлом, стоявшим в дверях. Единственным движением в комнате была медленно наливающаяся багровой полосой щека Емельяна, проступающая сквозь пряди его волос, и мелкая, предательская дрожь в опущенной руке Джонсона. В этой тишине был слышен не просто шок, а гулкий, оглушительный грохот рухнувшего доверия... если оно было между ними вообще.

—Знай своё место! Не смей говорить такие вещи. Я любил её... Больше жизни любил... и обещал заботиться о тебе. — Голос Джонсона поник, и он сделал шаг назад от сына, сжимая чужой дневник.

—Я не верю тебе... Ты предал её в момент, когда выбросил все связанные с ней вещи, не оставив мне даже фотографии...
Ты предал её в момент, когда запретил мне даже говорить её имя...
Ты предал её в момент, когда оставил на мне шрамы... и предавал каждый раз, когда бросал и предпочитал бутылку, — голос Яна своей тяжестью резал тишину. Он не поднимал голову на отца, медленно опустил руку с щеки, сжимая ту в кулак.

—Ненавижу тебя... Лучше бы ты избавился от меня сразу после похорон...и что это за взгляд? Или ты удивлён, что в этот раз удар таки на видном месте?..ох не переживай .Заживёт быстро..как на шавке

Совсем тихо, почти беззвучно прошипел Ян чуть морща нос ,наслаждаясь каждым словом после ,резко рванулся к выходу, вылетая из гостиной и сталкиваясь с Кайлом в дверном проёме. Старший брат инстинктивно протянул руку, пытаясь остановить младшего.

—Ян, подожди!

Но в ответ он получил лишь один взгляд — полный боли, гнева и разочарования. Лёгкий, но решительный толчок в грудь заставил его отступить, давая проскочить мимо. Тот в два прыжка спустился по лестнице, на ходу натягивая куртку, и через секунду хлопнула входная дверь, оставив в доме гробовую тишину.

Джонсон вышел из комнаты почти сразу, но, увидев Кайла, стоящего в проходе, замер. Кайл повернул к отцу голову, и на лице читались разные эмоции. Он не верил в то, что отец мог кого-то ударить; не верил в то, что отец сделал всё, что перечислил Ян... не верил, что корень проблемы с самого начала был настолько глубоким и незаметным...

Разочарование смешивалось с удивлением и отвращением... Но их диалог... только начинался.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

42 из 42