Глава 2: Пёс империи
Пёс империи
124
0
Белый. Ослепительно белый свет ударил в глаза, обжигая сетчатку. Мир вокруг двоится, расширяясь и сужаясь, переплетаясь в витиеватые узоры. В далеке звучат голоса, хриплые, тихие, на совершенно непонятном языке, они то шепчут рядом, то отдаляюсь, будто звучат через толщу льда, всё это превращается в какофонию звуков, цветов и непереносимой боли. Неужели это смерть?
Зима. Удар. Хруст.
Всегда казалось, что она будет выглядеть иначе, что она будет ослепительно красива, грациозна, но…
Оглушавшая ломота в ребрах, застрявшая где-то под сердцем, будто весь воздух выбит из легких.
Удар. Ещё один.
Ослепительная белизна рассеивается, медленно, мучительно, перебиваясь тяжелым дыханием, воздуха становится слишком много. Рот наполняется жидкой слюной с привкусом металла.
Вздох, отдающий в ребра невыносимой болью. Зрение восстанавливается. Каменный пол. Руки. И в то же мгновение спазм сковывает желудок, подгоняя желчь к горлу.
Тело буквально выворачивает наружу, извергаясь желчью, спазм за спазмом болью отдает во всём теле, лишь только эта пытка кончается, как крепки руки хватают за волосы и тянут к верху. Невольно закинув голову, взгляд падает на потолок. Такой же камень, поросший мхом. Неизвестный тянет вверх, заставляя слабое тело встать. Ноги не слушаются, то и дело подкашиваясь, руки слабо, почти на ощупь хватаются за воздух, пока не получается ухватиться за что-то теплое, каменно-твёрдое. Слабо переводя взгляд вверх…
Искажённая зелено-желтая гримаса впивается красными огнями, по оскаленным клыкам стекает слюна, это существо перехватывает меня под руку, не давая упасть, в этот момент удается разглядеть его… лицо? Ужасающее, поистине ужасающая тварь, впивается мелкими мигающими глазками, проговаривая что-то на непонятном языке. Это приводит меня в неописуемый ужас, из груди невольно вырывается отчаянный, хриплый крик:
- ВИНСАЯ!
И вокруг становится темно.
Откуда я знаю это имя?
***
Время тянется тягучей каплей, веки налиты свинцом, сколько это длилось невозможно сказать, тело с силой куда-то тянут, с трудом продираю глаза, пытаясь увидеть хоть что-то. В голове полный туман, будто всё сознание выжжено начисто, вместо него лишь поглощающая пустота, это и пугает, в теле всё ещё нет сил, получается лишь слабо поднять голову.
Темные мраморные стены, витые кованные светильники с горящими огненными шарами, на стенах непонятные руны, не похожие ни на что, переплетающиеся между собой и бесчисленное количество картин, каких-то уродливых существ, меньше всего напоминающий людей. Их кожа самых разнообразных цветов – от зеленой до темно-красной, кто-то имеет рога, хвосты, крылья и кажется, что каждый из них сейчас выпрыгнет из картины, чтобы разорвать слабое тело на куски и обглодать до кости, не подавившись.
Сердце пропускает удар.
Ещё.
Голова готова разорваться на части от невыносимой боли. Истошный крик, кажется мой. Ощущение, словно череп сейчас расколется на куски от невыносимой, тягучей боли, которая пронизывает каждую клетку тела, но вместе с тем, мышцы наливаются силой, кровь горит, расползаясь по каждому сосуду от головы, снова становится тяжело дышать, но грудь больше не ломит от каждого вздоха. Восстанавливается слух, шум отходит на дальний план, слышен мельчайший шелест за стеной, завывание ветра между мраморными плитами, далекие шаркающие шаги. В глазах больше не двоится, больше нет тумана и бегающих черных точек.
Этот коридор мне знаком. Смутное предчувствие колит голову.
Я смотрю вверх. Меня тащат полуорки-стражники, облаченные в легкие доспехи. Они больше не видятся ужасающими монстрами, а как что-то… разумеющееся?
Один из них перехватывает мой взгляд и сразу же делает вид, что не видит меня, но… он словно знает меня. Он отводит глаза слишком быстро. Слишком испуганно. Будто увидел призрака. Или будто узнал того, кто должен быть мёртв. Он словно не верит в то, что видит и боится своих мыслей, как и я.
Тело дальше волокут по длинному коридору, изредка проходят слуги, совершенно разные – эльфы, гномы, дриады, даже парочка худощавых полуорков, облаченных в придворные наряды, шарахаясь и перешептываясь они буквально отскакивают подальше и ускоряют шаг, частично, я понимаю, что они говорят, но получается лишь кусками. Они бросают жалостливые взгляды, перемешанные со страхом.
Меня самого сковывает страх, первородный, почти животный, всё это знакомо, но я совершенно не понимаю почему, почему мозг больше не боится этих лиц? Почему я знаю эти картины, почему меня тащат? Куча вопросов сразу поселяется роем в голове, перебивая друг друга и не находя ни единого ответа, этот поток сознания останавливается в один момент.
Перед лицом дверь темного дуба, в обрамлении золоченного портала.
Древесина гладкая, увенчанная светлой вставкой другого дерева – герб, на котором какое-то крылатое существо держит меч и возносит его к небу, откуда спускается дракон. Ниже герба две дверных ручки в виде таких же драконов, держащих в пастях массивные железные кольца.
Дверь резким движение стражников распахивается, в нос ударяет гнилостный запах. Слепящий свет бьет по глазам. Пышный тронный зал, под ногами красный ковёр, дробящий пространство на две части и упирающийся в высокий черный трон.
На троне, неестественно скорчившись сидит существо, облаченное в богатые одежды, его черные глаза впиваются в меня, будто предвкушая незабываемый ужин, со мной в качестве парного поросенка. Его лицо знакомо мне больше всего – хищные, заостренные черты лица, исполосованные глубокими морщинами, вздувшиеся черные вены по лицу, красные длинные волосы с глубокой сединой, небрежно раскинутые по плечам и неизменно надменный взгляд.
Стражи бросаю меня на пол, в паре метров от трона, сажусь на колени и слышу, как они торопливо удаляются, хлопая дверью за спиной.
Существо вновь окидывает меня взглядом, долго, не мигая и медленно, лениво протягивает:
- Хамсонат Анг Гэйн. Первый Некромант Империи. Глава Отделения Специального Гвардейского полка по Тайным Расследованиям. Приемник генерала Ханора. Племянник Императора Арканора покойного Гилберта Таэра и мой… брат. Вот мы и встретились, - его губы растянулись в насмешливой улыбке, - как себя чувствуешь, после пробуждения? – почти издевательски произнес он, будто прекрасно зная, насколько это отвратительно.
К горлу подскочил ком. Лиррак Таэр. Воспоминания потоком ударили в голову, приобретая более четкие очертания. Имена, города, лица, Бездна.
- Лиррак… - лишь слабо выдавил я, пытаясь произнести хоть ещё одно слово, но в то же время, будто проверяя новую информацию на прочность, пробуя её на вкус, перекатывая по языку, ударяясь об острые клыки во рту.
Злость. Ненависть. Отчаяние. Они нахлынули волной, смотря на этого демона. Да, именно демона.
- О, ты даже помнишь моё имя! – расхохотался он. – Бездна, даже сейчас, отходя от раздвоения души ты слишком силён, чтобы валяться в беспамятстве. – с огорчением сказал он.
Я лишь с удивлением смотрел на него. Душа? Раздвоена? О чём он говорит?
- Похоже, ты ещё не всё вспомнил, Гэйн. – улыбка мгновенно спала с его лица. – Тогда я напомню. – Он выпрямился на троне, одаривая меня взглядом полным ненависти. – 40 лет назад ты ворвался именно в этот зал, желая убить меня и заодно сорвать мою свадьбу, не так ли? – я лишь кивнул. – Ты использовал печать Хозяина Зла и убил своего дядю Гилберта, спутав со мной.
Стон вырвался из моей груди. Твою ж Бездну!
- Ты уничтожил добрую часть императорского дворца и был обречен на изгнание, ведь таких тварей как ты, Гэйн, нельзя казнить. Нельзя изничтожить с лица этого мира, ни тебя, ни твоего вороватого дядюшку-ублюдка, вы как бельмо на лице аристократии. – сквозь зубы процедил Лиррак. – Твоя душа, мразь, была разделена на два мира. И твоих дружков, потому что убить вас слишком просто, но нельзя. Вы слишком цены. Легко быть ценным, когда это не принадлежит тебе.
- К чему ты клонишь, Лиррак? – вдруг осмелев спросил я.
- Ты ещё смеешь спрашивать!? – он сорвался почти на крик. – Из-за тебя, из-за этой гребаном печати, империя на гране исчезновения. ТЫ! ИМЕННО ТЫ! Высвободил энергию Бездны, которая поглотила большую часть магии нашего мира. Мы на гране краха. Маги Гайдала создали кристаллы, с помощью которых создают искусственных магов. Сильнее первородных. Могущественнее. Эта чума дошла и до нас, они разваливают нас изнутри. И это твоя вина, —он говорил уже спокойнее, но с такой неприкрытой ненавистью. – Признаюсь Гэйн, я ненавижу тебя за это…
Я не дал договорить.
- Я в курсе. – смиренно сказал я. – Если я такой неприкрытый злодей в твоих глазах, а тем более империи, зачем я здесь?
- Действительно, зачем ты здесь, - развел руками Лиррак, - Приемник Ханора, нечаянный герой пророчества… - задумчиво протянул он. – Не буду тянуть, не желаю видеть тебя более. Я ставлю тебе условие. Одно. Либо ты спасаешь империю, я даю тебе всё – армию, лучших магов, любые средства и возвращаю часть твоей души, либо ты сдыхаешь как собака, в ближайшее время и больше никогда не увидишь ни своего дядюшку, ни свою гномку, ни того змееныша и их участь будет не лучше твоей.
Он замолчал. Я не знал, что ему ответить. Перспектива была… Ну мягко говоря, не радужная. Я плохо помнил тех, о ком он говорит, но в сердце забилось чаще, отдавая в виски барабанной дробью. Они мне действительно дороги, они очень много значат. Но ещё не понимая почему.
- Когда… Когда ко мне вернутся воспоминания?.. – прошептал я, не смотря на Лиррака.
- В течении нескольких дней. – отчеканил Лиррак.
- У меня есть возможность обдумать твоё предложение?
- Нет.
Рывком я встал с ковра, пошатнувшись. На негнущихся ногах подошёл к Лирраку и протянул левую руку, с удивлением отметив, что на неё какая-то странная татуировка в виде ровных линий, связанных между собой. Я не совсем понимал, что делаю, но казалось, что так нужно. Лиррак резким движением схватил мой руку по локоть, я сделал так же, затем заговорил, прищурив глаза:
- Хамсонат Анг Гэйн, ты принимаешь клятву Императору Лирраку Кайр Таэру?
- Лиррак Кайр Таэр, я принимаю клятву. – громко ответил я, в это же мгновение, по татуировке прокатилось красно-багровое свечение, сковавшее меня лишь на пару секунд, после чего незримые нити пронзили тело, сковывая меня клятвой верности Лирраку.
Моему злейшему врагу.
Лиррак с брезгливостью откинул мою руку, после чего сказал:
- Сейчас ты отбываешь в родовое поместье Гэйнов. В полночь прибудет артефактор Тирэсс и лекарь Скшифр, они закроют печать. Тебя сопроводит леди Дакар, — тихо сказал Лиррак, затем задумавшись, совсем без злобы, отчаянно добавил. – Ты последняя надежда Империи и Азура.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!