Глава 21: Глава 20 «Два дня»
Глава 20 «Два дня»
198
1
Вольница. Торговый дом Сованини. Подземные казематы. Утро.
Воррон проснулся от холода.
Он лежал на каменном полу, свернувшись в комок. Цепи на его запястьях были натянуты — он дёрнулся во сне и теперь не мог пошевелить руками. Спина болела. Рёбра болели. Голова болела. Всё тело болело.
Он открыл глаза. Первое, что он увидел, — потолок. Низкий, каменный, покрытый мхом. Где-то капала вода. Кап. Кап. Кап. Звук был ровным, как удары сердца.
Он повернул голову. Лира сидела рядом, прислонившись спиной к стене. Она ещё спала. Её лицо было бледным, под глазами залегли тёмные круги. На щеке всё ещё был синяк — от удара мородера. Но она дышала ровно. Живая.
Воррон попытался сесть. Цепи зазвенели. Лира вздрогнула и открыла глаза.
— Ты проснулся, — сказала она тихо. — Я думала, ты не очнёшься.
— Я тоже, — ответил Воррон. Голос был хриплым.
Он посмотрел на свои руки. Цепи. Железные. Тяжёлые. Они впивались в кожу, оставляя красные следы. Он сжал кулаки. Больно. Но он чувствовал, что ещё жив.
— Где мы? — спросил он.
— В казематах, — ответила Лира. — Под торговым домом. Я слышала, как охранники говорили. Это Сованини. Они торгуют людьми.
Воррон кивнул. Он помнил. Мородеры. Лодка. Крик. Потом темнота.
— Сколько мы здесь?
— Не знаю, — сказала Лира. — Может, день. Может, два. Я потеряла счёт времени.
Воррон посмотрел на стену. На ней были царапины — следы от ногтей. Кто-то пытался выбраться. Кто-то умер здесь.
— Мы выберемся, — сказал он.
Лира посмотрела на него. В её глазах была усталость. Но она кивнула.
— Я знаю, — сказала она. — Ты обещал.
Внезапно за дверью камеры раздались шаги. Тяжёлые. Медленные. Воррон напрягся. Лира прижалась к стене.
Дверь открылась.
На пороге стоял мужчина. Немолодой. Седые волосы, аккуратно уложенные. Дорогой камзол. На пальцах — перстни. На поясе — ключи. Он держал в руках листовку. Ту самую. С портретом Воррона.
Он вошёл в камеру и сел на бархатный стул с высокой спинкой, который слуги внесли следом. Стул поставили прямо перед клеткой. Мужчина устроился удобно, положил ногу на ногу и посмотрел на пленников.
— Доброе утро, — сказал он. Голос был спокойным. Вежливым. Как у человека, который привык к роскоши. — Меня зовут Сованини. Я владелец этого дома.
Воррон смотрел на него. Не отводил глаз.
— Вы, должно быть, тот самый Воррон, — сказал Сованини, поднимая листовку. — Инквизитор. Предатель. Награда за поимку — пятьсот золотых. Неплохо. Очень неплохо.
Он посмотрел на листовку, потом снова на Воррона. Его глаза были холодными. Оценивающими.
— Сначала я думал продать вас как обычного раба, — сказал он. — Но потом увидел это. — Он помахал листовкой. — И понял, что вы стоите гораздо больше.
Воррон молчал.
Сованини улыбнулся. Улыбка была тонкой, как лезвие.
— Я уже отправил сообщение в Орден, — сказал он. — Пусть приезжают на торги. Я продам вас им. За гораздо большую сумму, чем сто золотых. А вашу спутницу... — он посмотрел на Лиру, — продам отдельно. Она молодая. Красивая. За неё дадут хорошие деньги.
Лира побледнела. Воррон рванулся вперёд, но цепи натянулись. Он упал на колени.
— Не трогайте её! — крикнул он.
Сованини посмотрел на него с интересом.
— О, — сказал он. — Вы её защищаете. Как благородно. Но, к сожалению, у вас нет выбора. Торги состоятся через два дня. И вы оба будете там.
Он встал. Слуги убрали стул.
— До встречи, — сказал Сованини и вышел.
Дверь закрылась. Шаги стихли.
Воррон остался на коленях. Лира подошла к нему, обняла за плечи.
— Воррон, — сказала она. — Всё в порядке. Мы выберемся.
— Он продаст тебя, — прошептал Воррон. — Из-за меня. Ты здесь из-за меня.
— Нет, — сказала Лира твёрдо. — Я здесь, потому что сама так решила. Я знала, на что иду. И я не жалею.
Воррон посмотрел на неё. В её глазах была решимость. Она не врала.
— Я видел их, — сказал он вдруг. — Вчера. В окошко. Корабль. «Летучий». Пираты. Они ушли. Но я видел их.
— Ты говорил, — сказала Лира. — Но как ты узнал? Откуда ты знаешь, что это они?
Воррон замялся. Он не знал, как объяснить.
— Я слышу голос, — сказал он. — Внутри. Он говорит со мной. Он сказал, что они идут. Что они ищут меня.
Лира смотрела на него. Долго. Молча.
— Ты слышишь голос? — переспросила она.
— Да, — ответил Воррон. — Я знаю, это звучит безумно. Но это правда. Он говорит со мной с тех пор, как я очнулся на пляже. Он говорит, кто я. Что я должен делать. Он сказал, что пираты идут.
Лира помолчала. Потом тихо сказала:
— Я верю тебе.
Воррон посмотрел на неё.
— Почему?
— Потому что, — Лира улыбнулась, — я видела, как ты смотришь. Ты не сумасшедший. Ты просто... потерянный. И я хочу помочь тебе найти себя.
Воррон сжал её руку.
— Спасибо, — сказал он.
Он посмотрел на дверь. На цепи. На стены.
— Мы выберемся, — сказал он. — Я обещаю.
---
Вольница. Гавань. «Летучий». Утро.
Матуй стоял на палубе, глядя на город. Вольница была такой же, как он её запомнил. Шумной. Грязной. Живой. Но теперь он смотрел на неё иначе. Теперь он знал, что где-то там, в подземельях, сидит человек. Тот, кого он искал.
— Капитан, — сказал Корсо, подходя к нему. — Мы пришвартовались. Что дальше?
Матуй не ответил. Он смотрел на город. На дома. На улицы. На людей.
— Я иду к Сованини, — сказал он. — Сейчас.
Корсо схватил его за руку.
— Ты с ума сошёл, капитан?
Матуй обернулся.
— Что?
— Ты слышал, что сказал Дозик? — спросил Корсо. — У Сованини сотни охранников. Профессиональных. Они не мародёры. Они не пираты. Они — солдаты. Они обучены. Они вооружены. Если ты пойдёшь туда один, тебя убьют.
— Я не один, — сказал Матуй. — Со мной команда.
— Капитан, — Корсо сжал его плечо. — Даже с командой мы не справимся. У них численное преимущество. У них укреплённые позиции. У них подземелья, которые они знают лучше нас. Мы не можем просто ворваться.
Матуй смотрел на него. В его глазах был гнев. Но он знал, что Корсо прав.
— Тогда что ты предлагаешь? — спросил он.
— Давай подумаем, — сказал Корсо. — Придумаем план. Не будем действовать на эмоциях.
Матуй выдохнул. Медленно. Считая до десяти.
— Хорошо, — сказал он. — Идём в гостиницу. Будем думать.
---
Вольница. Гостиница «Рваный парус». Номер. Утро.
Команда собралась вокруг стола. Матуй сидел во главе. Корсо — рядом. Нико, Торн, Ли Чен, Виллар — напротив.
— Итак, — сказал Матуй. — У нас есть два дня. Через два дня — торги. Если мы не успеем, Воррона продадут Ордену. Или кому-то хуже.
— Что мы знаем о Сованини? — спросил Торн.
— Торговый дом, — ответил Корсо. — Один из самых богатых в Вольнице. Торгуют оружием, припасами, людьми. У них связи с Орденом. Они поставляют рабов на шахты. На рудники. На плантации.
— Сколько у них людей? — спросил Ли Чен.
— Не знаю точно, — ответил Корсо. — Но много. Сотни. Может, больше.
— А охрана в казематах? — спросил Матуй.
— Тоже много, — сказал Корсо. — Они не дураки. Они знают, что рабы могут попытаться сбежать. Поэтому держат их в подземельях. Там один выход. И он охраняется.
— А во время торгов? — спросил Нико.
— Во время торгов их выводят на площадь, — сказал Корсо. — Там их показывают покупателям. Там тоже охрана. Но меньше. Потому что площадь открытая. И потому что они не ожидают нападения.
— Значит, во время торгов у нас больше шансов, — сказал Матуй.
— Больше, — согласился Корсо. — Но не намного. Нам нужно что-то, что отвлечёт охрану. Что-то, что даст нам время вытащить Воррона.
Они думали. Молчали. Каждый пытался придумать что-то.
— Мы могли бы устроить поджог, — сказал Торн. — В другом конце города. Чтобы охрана побежала туда.
— Слишком очевидно, — сказал Ли Чен. — Они поймут, что это отвлекающий манёвр.
— А если подорвать что-то в самом торговом доме? — предложил Нико. — Что-то, что заставит их запаниковать?
— Например? — спросил Матуй.
— Не знаю, — признался Нико. — Просто мысль.
Матуй задумался. Подрыв. Это могло сработать. Но где взять взрывчатку? И как подложить её так, чтобы никто не заметил?
— У нас нет взрывчатки, — сказал Корсо, как будто прочитав его мысли. — Но мы можем её достать. На чёрном рынке. В Вольнице есть всё.
— Сколько времени это займёт? — спросил Матуй.
— День, — ответил Корсо. — Может, два.
— У нас два дня, — сказал Матуй. — Значит, нужно действовать быстро.
Они снова замолчали. Думали.
И тогда дверь распахнулась. Нико вбежал в комнату. Он запыхался. В руках у него был клочок бумаги.
— Капитан! — крикнул он. — Я нашёл это на доске объявлений!
Он бросил бумагу на стол. Матуй взял её. Прочитал.
«ТОРГОВЫЙ ДОМ СОВАНИНИ. ТОРГИ. ЧЕРЕЗ ДВА ДНЯ. НА ПЛОЩАДИ СВОБОДЫ. ВСЕ ЖЕЛАЮЩИЕ ПРИГЛАШАЮТСЯ. БУДУТ ПРЕДСТАВЛЕНЫ: РАБЫ, АРТЕФАКТЫ, РЕДКОСТИ. ВХОД — 5 ЗОЛОТЫХ».
— Через два дня, — сказал Матуй. — На площади Свободы.
— Это в центре города, — сказал Корсо. — Открытое место. Много людей. Много охраны.
— Значит, у нас есть два дня, — сказал Матуй. — И у нас нет плана.
Он посмотрел на команду. На своих людей. Они смотрели на него. Ждали. Верили.
— Мы сделаем это, — сказал он. — Мы освободим Воррона во время торгов. Сделаем отвлекающий манёвр. Подрыв. Что-то, что заставит охрану запаниковать. А потом вытащим его.
— А как мы вытащим его из клетки? — спросил Торн. — Клетки будут заперты. Ключи у охраны.
— Значит, нам нужны ключи, — сказал Матуй. — Или что-то, что откроет замок.
— Я могу сделать отмычку, — сказал Ли Чен. — Я умею.
— Хорошо, — сказал Матуй. — Тогда план такой. Завтра мы идём на площадь. Смотрим. Изучаем. Считаем охрану. Находим слабые места. Потом дорабатываем план.
— А сегодня? — спросил Нико.
— Сегодня мы спим, — сказал Матуй. — Отдыхаем. Набираемся сил. Потому что завтра и послезавтра нам понадобятся все силы, которые у нас есть.
Он посмотрел на команду.
— Пираты Четырёх Ветров, — сказал он. — Мы справимся. Мы всегда справлялись.
— Справимся, — эхом отозвались они.
Матуй кивнул. Он сжал кинжал. Тот был ржавым, как всегда. Но Матуй чувствовал, как внутри него что-то пульсирует. Пустота. Она ждала. Она хотела выйти.
— Скоро, — прошептал он. — Скоро.
---
Вольница. Торговый дом Сованини. Подземные казематы. Ночь.
Воррон лежал на каменном полу, глядя в потолок. Лира спала рядом, положив голову ему на плечо. Он чувствовал её дыхание. Тёплое. Живое.
Он думал о пиратах. О «Летучем». О молодом капитане с кинжалом. Он видел его. Видел его лицо. Видел, как он сражался с призраками. Видел, как он управлял мёртвыми.
— Кто ты? — прошептал Воррон. — Почему я тебя знаю?
Ответа не было. Только тишина. Только капли воды. Только дыхание Лиры.
И тогда он услышал голос. Тот самый. Тихий. На грани слуха.
«Он идёт. Они идут. Через два дня. На торгах. Они будут там».
Воррон закрыл глаза.
— Я буду ждать, — сказал он. — Я буду ждать.
Он сжал руку Лиры. Её пальцы были тёплыми. Она не проснулась.
— Мы выберемся, — сказал он. — Обещаю.
---
Конец двадцатой главы
---
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!