Глава 19: Глава 18 «Дознаватель»
Глава 18 «Дознаватель»
198
1
---
Вольница. Гостиница «Рваный парус». Номер на третьем этаже. Утро.
Матуй проснулся от того, что кто-то стучал в дверь.
Он открыл глаза и на мгновение не понял, где находится. Потолок был деревянным, с тёмными балками. Окно — маленьким, с мутным стеклом. Пахло пылью, старой мебелью и чем-то кислым, что осталось от предыдущих постояльцев.
Потом он вспомнил. Вольница. Бар «Пиратская дочка». Граз. Бой. Пустота.
Он сел на кровати и посмотрел вокруг. Комната была небольшой, но чистой. Две кровати, стол, три стула, шкаф с облупившейся краской. На столе лежал кошель с золотом — тем самым, что они забрали у Граза после боя. Двадцать пять монет с каждого. Плюс то, что было в карманах его людей. Хватало на несколько дней.
Корсо спал на второй кровати, отвернувшись к стене. Нико спал на полу, укрывшись плащом. Торн сидел у окна, глядя на улицу. Ли Чен и Виллар спали в соседней комнате.
Стук повторился.
— Кто там? — спросил Матуй, вставая.
— Это я, — раздался голос Ли Чена. — Открой. Есть разговор.
Матуй подошёл к двери и открыл. Ли Чен стоял на пороге, и его лицо было серьёзным.
— Что случилось? — спросил Матуй.
— Ничего, — ответил Ли Чен. — Но я хочу поговорить. О том, что было в баре.
Матуй кивнул и пропустил его внутрь. Они сели за стол. Корсо проснулся и сел на кровати, протирая глаза. Нико тоже зашевелился.
— Я думал о том, что ты сделал, — сказал Ли Чен. — Пустота. Та сила, что вышла из твоего кинжала. Я никогда такого не видел.
— Я тоже, — признался Матуй. — Я не знал, что это сработает.
— Но это сработало, — сказал Ли Чен. — И это опасно. Я чувствовал это. Когда ты использовал Пустоту, я почувствовал холод. Настоящий холод. Как будто что-то... чужое проснулось.
Матуй молчал. Он тоже это чувствовал. Пустота внутри него всё ещё пульсировала, как сытый зверь. Она была довольна. Она хотела ещё.
— Я не буду использовать её без необходимости, — сказал он. — Обещаю.
— Я верю тебе, — ответил Ли Чен. — Но я хочу, чтобы ты знал: эта сила — не просто оружие. Это часть тебя. И если ты не научишься её контролировать, она может поглотить тебя.
Матуй кивнул.
— Я знаю.
Он посмотрел на кинжал, лежавший на столе. Тот был ржавым, как всегда. Но Матуй знал: внутри него что-то живёт. Что-то, что ждёт.
— Итак, — сказал Корсо, вставая. — Что будем делать сегодня?
— Отдохнём, — ответил Матуй. — Мы заслужили.
— Я хочу прогуляться, — сказал Нико, поднимаясь с пола. — Я никогда не был в таком большом городе. Хочу посмотреть.
— Иди, — сказал Матуй. — Но будь осторожен. Здесь каждый второй — враг.
— Я пойду с ним, — сказал Торн, вставая. — Кто-то должен присмотреть за мальчишкой.
— Я тоже прогуляюсь, — сказал Виллар, заходя в комнату. — Хочу купить кое-что. Может, новую швабру.
— А я останусь, — сказал Ли Чен. — Хочу изучить карты. Может, найду что-то о Рифе.
Матуй кивнул.
— Хорошо. Все свободны. Но если что-то случится — возвращайтесь немедленно.
---
Вольница. Улицы. Полдень.
Нико шёл по улицам Вольницы, и его глаза расширялись от восторга. Он никогда не видел такого города. Дома громоздились друг на друга, как будто их строили в спешке. Улицы были узкими и извилистыми, и по ним сновали люди — пираты, торговцы, авантюристы. Воздух был пропитан запахами — соль, рыба, ром, порох. Где-то играла музыка. Где-то кричали.
— Держись рядом, — сказал Торн, идя следом. — Не отставай.
— Да, да, — ответил Нико, но его взгляд уже был прикован к лотку с едой. — Смотри! Они продают жареных ящеров! Я никогда не пробовал!
— Ты и не попробуешь, — проворчал Торн. — У нас нет денег на ерунду.
— У нас есть двадцать пять золотых! — возразил Нико. — Ну, то есть, у капитана есть. Но он же не откажет?
Торн вздохнул.
— Ты невозможен.
Они шли дальше, и Нико смотрел по сторонам. Он видел флаги разных пиратских команд, вывешенные над дверями. Видел корабли, стоящие в гавани. Видел людей, которые выглядели опасными — с саблями, с кинжалами, с шрамами.
И тогда он увидел это.
Стена дома. А на стене — листовка. Нико остановился. Торн тоже.
— Что это? — спросил Нико.
Торн нахмурился. Он подошёл ближе и сорвал листовку со стены. На ней был нарисован портрет. Лицо. Знакомое лицо.
— Это... — начал Нико.
— Воррон, — закончил Торн. — Инквизитор.
Нико смотрел на листовку. Под портретом было написано крупными буквами: «ПРЕДАТЕЛЬ. ВРАГ ОРДЕНА. НАГРАДА ЗА ПОИМКУ — 500 ЗОЛОТЫХ. ЖИВЫМ ИЛИ МЁРТВЫМ».
— Почему это висит здесь? — спросил Нико. — В Вольнице же нет Ордена.
— Значит, его ищут очень сильно, — ответил Торн. — Настолько, что даже здесь осмелились вывесить.
Нико посмотрел на улицу. Он видел ещё листовки — на других стенах, на столбах, на дверях таверн. Везде было лицо Воррона. Везде было слово «предатель».
— Капитан должен это увидеть, — сказал Нико.
Торн кивнул.
— Идём. Немедленно.
---
Вольница. Гостиница «Рваный парус». Полдень.
Матуй сидел за столом, изучая карту. Ли Чен сидел напротив, делая пометки. Корсо стоял у окна, глядя на улицу.
Дверь распахнулась. Нико вбежал первым, за ним — Торн. У Нико в руках была листовка.
— Капитан! — крикнул он. — Смотри!
Матуй взял листовку. Посмотрел на портрет. Надпись. Слово «предатель».
— Воррон, — сказал он тихо.
— Он в розыске, — сказал Торн. — Орден ищет его. И ищет серьёзно, раз осмелился вывесить это в Вольнице.
Матуй смотрел на портрет. На лицо человека, который преследовал их. Который охотился за ними. Который хотел отнять Клинок.
— Он был нашим врагом, — сказал Корсо, подходя ближе. — Но теперь... он сам стал врагом Ордена.
— Он предал их, — сказал Нико. — Или его предали. Мы не знаем.
Матуй задумался. Воррон. Инквизитор, который хотел убить их. Инквизитор, который потерял память. Инквизитор, который теперь в розыске.
— Это меняет всё, — сказал он. — Если Воррон больше не с Орденом... он может знать что-то. Что-то важное.
— Или он может быть опасен, — сказал Ли Чен. — Он может искать нас. Чтобы отомстить.
— Или чтобы попросить помощи, — сказал Матуй.
Он снова посмотрел на листовку. Награда — 500 золотых. Живым или мёртвым. Значит, Орден хочет его вернуть. Очень хочет.
— Мы должны узнать больше, — сказал Матуй. — Кто в Вольнице может знать о нём?
Корсо задумался.
— Есть один человек, — сказал он. — Пират по кличке Дознаватель. Все зовут его Дозик. Он знает всё обо всех. Он — информатор. Если кто-то и знает, где Воррон и что с ним, то это он.
— Где его найти? — спросил Матуй.
— В порту, — ответил Корсо. — У него там логово. Но он не любит незнакомцев. Придётся заплатить.
Матуй кивнул.
— Хорошо. Мы идём к нему. Сейчас.
---
Запредельное море. Где-то на границе с Вольницей. Маленькая лодка. Полдень.
Лира гребла. Вёсла были тяжёлыми, но она не останавливалась. Воррон сидел напротив, глядя на горизонт. Он тоже греб, но его движения были медленнее — он всё ещё был слаб.
— Ты как? — спросила Лира.
— Нормально, — ответил Воррон. — Просто устал.
— Отдохни, — сказала она. — Я справлюсь.
Воррон кивнул и опустил весло. Он посмотрел на амулет на своей шее. Тот был тёплым. Как всегда.
— Мы плывём уже два дня, — сказал он. — Где мы?
— Не знаю, — честно ответила Лира. — Но мы в Запредельном море. Я чувствую.
Она посмотрела на горизонт. Облака были серыми, тяжёлыми. Ветер был холодным. Море было тихим.
Слишком тихим.
— Что-то не так, — сказала Лира, переставая грести.
— Что? — спросил Воррон.
— Тишина, — ответила она. — Слишком тихо.
Она посмотрела по сторонам. Ничего. Только облака. Только море. Только тишина.
И тогда она увидела их.
Корабли. Три. Маленькие, быстрые. Они вынырнули из облаков, как призраки. На их парусах были символы — черепа с костями. Мородеры.
— Воррон! — крикнула Лира. — Проблема!
Воррон обернулся. Увидел корабли. Побледнел.
— Греби! — крикнул он. — Быстрее!
Они схватили вёсла и начали грести. Но было поздно. Мородеры были быстрее. Они окружили лодку. С их кораблей полетели крючья. Один зацепился за борт. Потом второй. Потом третий.
— Держись! — крикнула Лира.
Но лодку уже тянули к кораблю. Мородеры — грязные, оборванные, с дикими глазами — прыгнули на борт. Они схватили Лиру и Воррона. Скрутили им руки. Отобрали амулет.
— Что у нас тут? — спросил один из них, глядя на пленников. — Двое. Свежие. Живые.
— Продадим, — сказал другой. — За них дадут хорошие деньги.
— Нет! — крикнула Лира. — Отпустите нас!
— Заткнись, — сказал мородер и ударил её по лицу.
Воррон рванулся, но его держали крепко. Он смотрел на Лиру, и в его глазах была ярость. Бессильная ярость.
— Не трогайте её! — крикнул он.
— Молчи, — сказал мородер. — Или получишь то же самое.
Их бросили в трюм. Тёмный, сырой, вонючий. Дверь захлопнулась. Лира сидела на полу, прижимая руку к щеке. Воррон сидел рядом, сжимая кулаки.
— Прости, — сказал он. — Я не смог...
— Молчи, — сказала Лира. — Ты не виноват. Мы выберемся.
Воррон посмотрел на неё. В её глазах была решимость. Она не сдалась. Она не боялась.
— Как? — спросил он.
— Я не знаю, — ответила она. — Но мы выберемся. Обещаю.
Воррон кивнул. Он сжал её руку. Её пальцы были холодными. Но она не отстранилась.
— Мы выберемся, — повторила она. — И найдём твоих пиратов.
---
Вольница. Порт. Логово Дозика. Вечер.
Матуй и его команда стояли перед дверью в подвал. Дверь была тяжёлой, обитой железом. На ней был вырезан символ — глаз, окружённый змеями.
— Это здесь, — сказал Корсо.
Матуй кивнул и постучал.
Тишина. Потом скрип. Дверь открылась на несколько сантиметров. Из щели выглянул глаз.
— Кто вы? — спросил голос. Хриплый. Недоверчивый.
— Мы ищем Дознавателя, — ответил Матуй. — У нас есть деньги.
Глаз посмотрел на них. Потом дверь открылась шире. На пороге стоял человек — невысокий, худой, с длинными седыми волосами и лицом, покрытым морщинами. Он был одет в потрёпанный халат, и на его поясе висело несколько ключей.
— Дозик, — сказал он. — Это я. Заходите. Но если вы пришли с оружием — оставьте его у двери.
Матуй кивнул. Они оставили оружие и вошли.
Внутри было темно. Пахло бумагой, чернилами и чем-то кислым. Дозик провёл их в комнату, заваленную картами, свитками, книгами. На столе горела свеча. В углу стоял сундук.
— Итак, — сказал Дозик, садясь за стол. — Что вы хотите знать?
— Воррон, — сказал Матуй. — Инквизитор. Он в розыске. Мы хотим знать, где он.
Дозик замер. Его глаза сузились.
— Воррон, — повторил он. — Тот, чей портрет висит по всему городу. Предатель.
— Да, — сказал Матуй. — Он.
Дозик молчал. Он смотрел на Матуя долго, и в его глазах было что-то — страх, интерес, что-то ещё.
— Зачем он вам? — спросил он наконец.
— Это наше дело, — ответил Матуй. — Мы платим. Ты отвечаешь.
Дозик усмехнулся.
— Хорошо. Но информация стоит дорого. Особенно такая.
— Сколько?
— Сто золотых.
Матуй посмотрел на Корсо. Тот кивнул.
— Мы заплатим, — сказал Матуй. — Но сначала скажи, что знаешь.
Дозик наклонился вперёд. Его голос стал тихим.
— Воррон был лучшим инквизитором Ордена. Он был шавкой Верховного. Он убивал пиратов. Много пиратов. Но потом что-то случилось. Он потерял память. Амулет, который дал ему Верховный, перестал работать. И Воррон сбежал.
— Где он сейчас? — спросил Матуй.
— Не знаю, — ответил Дозик. — Но я знаю, что его ищут. Орден отправил три корабля. Они обыскивают все острова. Они хотят его вернуть. Живым или мёртвым. Но лучше живым.
— Почему живым?
— Потому что он знает слишком много. Он знает о планах Ордена. О том, как они обрабатывают новобранцев. О том, как они стирают память. Если он расскажет это кому-то — у Ордена будут проблемы.
Матуй задумался.
— А если он не помнит?
— Тогда они напомнят, — сказал Дозик. — Они найдут его. И вернут. И он снова станет их оружием.
Матуй сжал кулаки. Он не знал, почему это его волнует. Воррон был его врагом. Но что-то в этой истории — в том, как с ним обошлись — отзывалось в нём.
— Спасибо, — сказал он. — Вот твои деньги.
Он положил на стол кошель. Дозик взял его, проверил, кивнул.
— Ещё одно, — сказал он. — Если вы найдёте его первыми — будьте осторожны. Он опасен. Даже без памяти. Даже без амулета. Он — оружие. И оружие не знает пощады.
Матуй кивнул.
— Мы будем осторожны.
Они вышли из подвала. Улица была тёмной. Фонари горели тускло. Где-то играла музыка. Где-то кричали.
— Что теперь? — спросил Корсо.
Матуй посмотрел на небо. Звёзды были яркими.
— Мы найдём его, — сказал он. — Раньше, чем Орден.
— Зачем? — спросил Нико. — Он же наш враг.
— Потому что, — ответил Матуй, — он может знать что-то о Рифе. Или о Клинке. Или о том, почему я такой. И потому что... — он замолчал на мгновение. — Потому что никто не заслуживает быть чьим-то оружием.
Он посмотрел на кинжал. Тот был ржавым, как всегда. Но Матуй чувствовал, как внутри него что-то пульсирует.
— Идём, — сказал он. — У нас есть работа.
---
Конец восемнадцатой главы
---
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!