Глава 14: Глава 14. Битва
Глава 14. Битва
301
0
Ночь накрыла Блэквуд тишиной.
Но это была обманчивая тишина. Та, что стоит перед бурей. Ада чувствовала её кожей — как холод, что полз по спине, как гул, что зарождался где-то глубоко под землёй. Она стояла у окна в башне и смотрела вниз, на сад, что раскинулся перед главными дверями. Туман был густым, но сквозь него пробивался одинокий силуэт.
Виктор.
Он стоял в центре сада, под старым дубом, и смотрел вверх. Прямо на их окно. И даже с такого расстояния Ада видела его ухмылку. Не злую. Не безумную. Уверенную. Как у человека, который знает, что сегодня всё закончится.
— Он пришёл, — произнесла она.
Кассиан подошёл сзади. Он уже был одет, в руке сжимал свой плащ.
— Знаю.
— Один.
— Это ловушка.
— Возможно.
— Не выходи.
Ада обернулась.
— Ты же знаешь, что я выйду.
Кассиан долго смотрел на неё. Потом вздохнул.
— Тогда я с тобой.
— Нет.
— Ада...
— Он ждёт меня. Если я приду с тобой — он увидит слабость. Пусть думает, что я одна.
— А если он нападёт?
— Значит, я отвечу.
Она накинула куртку и вышла.
Сад встретил её холодом.
Трава была мокрой от тумана. Фонари горели, но их свет был тусклым, как умирающие свечи. Ада шла медленно, не спуская глаз с Виктора. Он не двигался. Просто стоял, засунув руки в карманы, и ждал.
— Ты вышла, — произнёс он, когда она остановилась в нескольких шагах.
— Ты хотел этого.
— Хотел.
— Тогда говори.
Он усмехнулся.
— Ты всегда была дерзкой. Даже когда не имела на это права.
— Права? — Ада прищурилась. — Кто дал тебе право решать, кто чего достоин?
— Порядок. Кровь. История. Всё то, что ты растоптала, когда пришла сюда.
— Я не растоптала. Я освободила.
— Ты сломала. — Голос Виктора стал жёстче. — Ты разрушила иерархию, которая держала этот мир веками. Ты посеяла смуту. Ты сделала так, что пустые начали верить, будто они — нечто большее.
— Они и есть нечто большее.
— Они — мусор, который забыл своё место.
Ада сделала шаг вперёд.
— Ты сам не веришь в это. Иначе не стоял бы здесь один.
— Я не один. — Виктор улыбнулся. — Просто ты ещё не видишь остальных.
И тогда началось.
Он атаковал первым.
Резкий взмах руки — и воздух перед Адой разорвался. Она ушла в сторону, чувствуя, как заклинание проносится мимо, обжигая щёку. Из темноты, из-за деревьев, из-за стен — отовсюду — начали появляться фигуры. Студенты. Много. Они выходили молча, с оружием, с горящими заклинаниями. И они были не на её стороне.
— Ты хотела войны? — крикнул Виктор. — Получи.
И Блэквуд взорвался.
Магия вспыхнула в коридорах, во дворе, на лестницах. Заклинания сталкивались, разрывая ночь вспышками света. Крики, треск камня, звон оружия — всё смешалось в один оглушительный гул.
Маркус ворвался в бой первым.
Он не ждал команды. Просто выскочил из дверей Холлоу и бросился в толпу. Его тело двигалось само — он уклонялся, бил, снова уклонялся. Он видел удары до того, как они случались, и отвечал раньше, чем противник успевал закончить замах.
Нора была рядом.
Корни рвались из земли, оплетая ноги, сбивая с ног, заставляя нападавших падать. Она не атаковала, но её сила держала оборону лучше любого оружия.
Рэми встал в центре двора.
Его барьеры вспыхивали один за другим, закрывая проходы, гася заклинания, отбрасывая толпу. Он был неподвижен, как скала, и так же несокрушим.
Элис исчезла.
Она появлялась и исчезала, касаясь врагов кончиками пальцев. Один за другим они падали, лишённые сил. И с каждым прикосновением Элис становилась ярче. Её волосы блестели, глаза горели. Она больше не пряталась.
Ада и Кассиан сражались вместе.
Они не договаривались. Просто встали спиной к спине, и их магия сплелась, как два потока. Кассиан бил точно, холодно, безжалостно. Ада — мощно, с той силой, что проснулась в ней после слияния с дверью. Вместе они были не просто бойцами. Они были бурей.
Но врагов было слишком много.
Студенты сражались на обеих сторонах. Одни — за Аду. Другие — за Виктора. Третьи — просто от страха, от злости, от усталости. Коридоры превратились в поле битвы. Стены дрожали. С потолков сыпалась пыль.
А потом появились Древние.
Они вышли из тьмы, не спеша, будто происходящее их не касалось. Семь фигур в чёрных плащах. Они встали по периметру сада, не вмешиваясь. Просто наблюдали.
Ада увидела их.
И поняла.
Они не на стороне Виктора. И не на её стороне. Они ждут. Ждут, когда битва выжжет всех, когда слабые падут, когда останется только пепел. И тогда они возьмут то, что осталось.
— Хватит!
Голос Ады разнёсся над садом, как удар колокола.
Она вышла вперёд. Одна. Без оружия. Без магии. Просто подняла руки.
— Хватит! — повторила она.
И все замерли.
Кто-то опустил меч. Кто-то застыл с заклинанием, готовым сорваться. Тишина накрыла двор, как вода.
Ада обвела их взглядом.
— Что мы делаем? — произнесла она. — Ради чего? Ради того, чтобы они, — она кивнула в сторону Древних, — смотрели, как мы убиваем друг друга?
Никто не ответил.
— Мы можем уничтожить друг друга. Или можем построить что-то новое. Выбор за вами.
Тишина.
Потом один из студентов, совсем юный, в порванной мантии, медленно опустил оружие.
За ним — другой.
Третий.
Четвёртый.
Виктор кричал.
— Стоять! Не слушайте её! Она лжёт! Она уничтожит вас всех!
Но его уже не слышали.
Он стоял в стороне, сжимая кулаки, и лицо его перекосилось от бессильной ярости. Его сторонники один за другим опускали оружие. Те, кто ещё недавно клялся ему в верности, теперь отводили глаза. Он остался один. В самом центре сада, под старым дубом, среди тех, кто больше не хотел сражаться.
— Вы все трусы, — процедил он. — Вы все заслуживаете того, что с вами будет.
Он сделал шаг назад. Ещё один. Его лицо было бледным, как у призрака. В глазах — не злость. Не страх. Что-то иное. Пустота. Та, что приходит, когда человек теряет всё.
— Ты ещё пожалеешь, — бросил он Аде.
Она не ответила.
— Ты слышишь? Пожалеешь!
Она просто смотрела. Без торжества. Без ненависти. Смотрела, как человек, которого она победила не силой, а тишиной.
Виктор развернулся.
Он не побежал. Пошёл. Медленно, с прямой спиной, через расступающуюся толпу. Никто не остановил его. Никто не бросил вслед оскорбления. Только тишина, тяжёлая, как саван, провожала его до ворот.
У самых ворот он остановился.
Постоял секунду. Потом снял с груди брошь Эмберлина — ту самую, что носил с первого курса, — и бросил её на землю. Металл звякнул о камень, покатился и замер в траве.
И Виктор ушёл в туман.
Битва закончилась.
Не победой. Не поражением. Просто — кончилась.
Студенты расходились. Раненых уносили. Кто-то плакал. Кто-то сидел на земле, обхватив голову руками. Ада стояла в центре, чувствуя, как внутри неё медленно гаснет свет.
Кассиан подошёл сзади.
— Ты справилась.
— Нет.
— Справилась.
Она повернулась. Его лицо было в саже, на руке — кровь. Но он стоял.
— Виктор ушёл, — сказала она.
— Знаю.
— Он вернётся.
— Вернётся.
— И что тогда?
Кассиан взял её за руку.
— Тогда мы снова будем готовы.
Она не ответила. Просто прижалась к нему, чувствуя, как бьётся его сердце — ровно, сильно, спокойно.
Древние всё ещё стояли в тени.
Они не ушли.
Но и не вмешались.
Они смотрели.
И в этом взгляде Ада не видела ни злобы, ни одобрения. Только ожидание.
Как будто они знали: это ещё не конец.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!