Глава 8: Глава 8. Маркус и Нора
Глава 8. Маркус и Нора
301
0
Всё началось с мелочей.
Маркус не заметил, когда именно Нора стала частью его дня. Просто в какой-то момент он поймал себя на том, что ищет её глазами, заходя в столовую. Что прислушивается к её голосу, доносящемуся из-за двери. Что знает, как она пахнет — сушёными травами, дымом и чем-то тёплым, как хлеб.
Это было странно.
Он не привык к такому. Всю жизнь он держал людей на расстоянии. Сначала — потому что боялся, что вторая личность вырвется и навредит. Потом — потому что привык быть один. А теперь эта рыжая девчонка с веснушками и вечно растрёпанными волосами заняла столько места в его мыслях, что вытеснила всё остальное.
Она изменилась.
Он заметил это не сразу, но теперь не мог не видеть. Нора больше не была той пухленькой, неуклюжей девочкой, что пряталась в углу и вздрагивала от каждого шороха. Она похудела, вытянулась, стала какой-то... плавной. Волосы отросли, и теперь она заплетала их в небрежную косу, из которой вечно выбивались рыжие пряди. Но главное — глаза. В них горел тот самый огонь, что когда-то заставил её выйти в лес ночью и услышать голос земли. Он не угас. Только разгорелся сильнее.
Маркус смотрел на неё и думал, что она красивая.
Не просто милая. Не просто славная. Настоящая.
И от этого было ещё страшнее.
Он тоже изменился.
Личности слились. Это произошло не в один день, но к концу осени он уже не делил себя на «того» и «этого». Он был один. Целый. Но эта цельность далась дорого. Организм не был готов к таким нагрузкам. Его дар — предугадывать удары, видеть опасность за мгновение до неё — выматывал так, что после долгой тренировки он едва держался на ногах. Иногда сознание просто отключалось. Он падал, как подкошенный, и приходил в себя уже на полу, с гулом в голове и вкусом крови во рту.
Поэтому он тренировался.
Много. Часто. До изнеможения.
Он вставал затемно, выходил на поляну, бил по дереву, пока не сбивал кулаки. Потом — снова. И снова. Он учился держать удар не только кулаком, но и телом. Учился распределять силы. Учился не выгорать.
И у него понемногу получалось.
Нора не мешала.
Она приходила, когда он заканчивал. Садилась рядом, протягивала кружку с травяным отваром. Он брал, пил, молчал. Иногда она замечала, что у него дрожат руки, и тогда брала его ладони в свои, начинала растирать, что-то шептать. Маркус не спрашивал, что именно. Знал: помогает.
— Ты опять переусердствовал, — говорила она.
— Я в порядке.
— Ты бледный, как смерть.
— Значит, хорошо потренировался.
Она качала головой, но не спорила. Просто оставалась рядом.
Однажды вечером они сидели у камина в общей комнате. Все разошлись: Ада и Кассиан ушли в башню, Элис и Рэми — на крышу, смотреть на туман. Остались только они вдвоём. Огонь потрескивал, отбрасывая на стены тёплые, дрожащие тени.
Нора сидела на полу, вытянув ноги. Маркус — рядом, облокотившись на скамью. Между ними было полшага. Может, меньше.
— О чём думаешь? — спросила она.
— О том, что устал.
— От тренировок?
— От всего.
Она повернула голову. Он смотрел в огонь, и лицо его было не таким, как всегда. Не дерзким. Не злым. Просто усталым.
— Ты слишком много на себя берёшь, — сказала Нора.
— А кто ещё?
— Я. Ада. Рэми. Элис. Мы же команда.
— Это другое.
— Почему?
— Потому что я... — Он осёкся.
— Что?
— Не знаю. Просто чувствую, что должен.
Она не ответила. Просто взяла его за руку. Тихо. Без слов.
Маркус вздрогнул, но не отдёрнул.
— Я не знаю, что делаю, — произнёс он.
— Никто не знает.
— Я серьёзно. Я не из тех, кто умеет... это.
— Что — это?
— Ну... быть с кем-то. Говорить. Не портить всё.
Нора улыбнулась.
— Ты сейчас говоришь. И пока ничего не испортил.
— Это только начало.
— Тогда продолжай.
Он повернулся к ней. Её лицо в свете камина было таким тёплым, таким близким, что у него перехватило дыхание.
— Ты правда не боишься? — спросил он.
— Чего?
— Меня.
— Нет.
— А зря.
— Маркус. — Она сжала его ладонь. — Я видела тебя в бою. Видела, как ты падаешь и встаёшь. Как защищаешь всех. Как держишь себя, когда другие ломаются. Я не боюсь тебя. Я... я восхищаюсь тобой.
Он не знал, что ответить.
Поэтому просто наклонился и поцеловал её.
Неловко. Нежно. Как человек, который впервые делает что-то по-настоящему важное.
Нора замерла. Потом ответила. Её губы были мягкими, тёплыми, как лето, которого в Блэквуде никогда не было.
Когда они отстранились, оба дышали тяжело.
— Это всерьёз, — прошептала она.
— Я знаю.
— Ты не сбежишь?
— Нет.
— Точно?
Маркус усмехнулся — впервые за долгое время по-настоящему, без злости и сарказма.
— Ты привяжешь меня к полу, если что.
— Могу.
— Ловлю на слове.
Она рассмеялась. Он — следом. И в этой маленькой комнате, у старого камина, среди теней и тишины, родилось что-то новое. Тонкое. Хрупкое.
Но настоящее.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!