Глава 1: Глава 1. Возвращение к свету
Глава 1. Возвращение к свету
301
0
Первое, что он почувствовал, — тепло.
Оно пришло не извне. Не от камина, не от одеяла, не от чьих-то рук. Оно родилось внутри, где-то под рёбрами, и медленно растеклось по телу, как вода по пересохшему руслу. Кассиан лежал с закрытыми глазами и боялся пошевелиться. Боялся, что стоит сделать вдох — и тепло исчезнет, рассыплется, как сон, который не выдерживает утра.
Но тепло не уходило.
Оно было настоящим. Живым.
Таким, какого он не помнил.
Он открыл глаза.
Потолок лазарета. Каменный, с тёмными прожилками, уходящими от угла к углу. Знакомый до боли. Он видел его слишком много раз — после дуэлей, после срывов, после ночей, когда тело отказывалось держать его. Но теперь всё было иначе.
Он медленно поднял руку.
Пальцы не дрожали. Кожа была бледной, но не бескровной. Шрамы — те самые, что покрывали ладони, запястья, тянулись к локтям, — были на месте. Они не исчезли. Но они больше не светились. Не пульсировали. Не болели.
Он смотрел на них, как на чужие.
Как на старую карту, по которой больше не нужно идти.
— Ты проснулся.
Голос прозвучал тихо, но в тишине лазарета он показался оглушительным.
Кассиан повернул голову.
Ада сидела на стуле у его кровати. Она не спала — это было видно по лицу. Бледная, с тёмными кругами под глазами, с волосами, собранными в неровный пучок. На ней всё та же старая куртка, что была вчера. Или позавчера. Или неделю назад. Он не знал, сколько прошло времени.
Но она улыбалась.
Не той улыбкой, что он видел раньше — горькой, с вызовом, с прищуром. А другой. Мягкой. Тёплой. Настоящей.
— Как ты? — спросила она.
— Жив.
— Это уже неплохо.
— Лучше, чем я ожидал.
Она чуть наклонилась, будто хотела коснуться его лица, но не решилась. Просто смотрела, и в её серо-зелёных глазах было столько всего, что Кассиан на мгновение забыл, как дышать.
— Что произошло? — спросил он.
— Ты закрыл дверь. Собой.
— И что потом?
— А потом ты не исчез.
Он долго смотрел на неё. Слова не доходили. Слишком большие. Слишком невозможные.
— Колодец. Я его не чувствую.
Ада кивнула.
— Я знаю.
— Вообще.
— Я знаю, Кассиан.
Он сел. Резко, слишком быстро — голова закружилась, перед глазами поплыло. Ада подалась вперёд, схватила его за плечо, удержала.
— Тише. Ты ещё слаб.
— Я не слаб.
— Ты полсуток пролежал без сознания. Посиди.
— Полсуток? — Он нахмурился. — А до этого?
— А до этого ты был мёртв. Почти.
Кассиан медленно выдохнул. Он не помнил. Только вспышку. Свет. Боль. И её крик, который всё ещё стоял в ушах, как эхо.
— Я думал, что исчезну.
— Я тоже.
— Но не исчез.
— Не исчез.
Они замолчали. За окном шумел ветер, и в этом шуме было что-то мирное, почти домашнее. Кассиан слушал его и думал, что раньше не замечал таких вещей. Раньше он слышал только Колодец. Его гул. Его зов. Его дыхание.
Теперь — тишина.
— Пустота. Она была во мне всегда. Я к ней привык.
— И что теперь?
— Теперь её нет.
Он поднял руки и снова посмотрел на шрамы. Они были просто шрамами. Мёртвыми линиями на живой коже. Не болели. Не тянули. Не звали.
— Я свободен.
Ада не ответила. Она просто смотрела на него, и в её глазах стояли слёзы. Не проливаясь, но дрожа на ресницах.
— Ты свободен. Это правда.
Он потянулся к ней. Медленно, как во сне. Коснулся её щеки — теперь уже без перчаток. Его пальцы были тёплыми. Она вздрогнула, но не отстранилась.
— Ты тёплый.
— Я знаю.
— Раньше ты был холодным.
— Раньше я был мёртвым.
Она зажмурилась, и одна слеза всё-таки сорвалась, скатилась по щеке. Кассиан стёр её большим пальцем.
— Не плачь.
— Я не плачу.
— Конечно.
Она усмехнулась — мокро, сдавленно, но по-настоящему.
— Ты невозможный.
— Ты уже говорила.
— Потому что это правда.
Он слабо улыбнулся. Впервые за долгое время. И от этой улыбки у Ады внутри что-то дрогнуло.
— Я боялась, что потеряю тебя.
— Я тоже боялся.
— Ты? — Она подняла бровь. — Ты вообще умеешь бояться?
— Теперь умею.
— И как?
— Паршиво.
Она тихо рассмеялась. Смех получился сдавленным, но настоящим. Кассиан смотрел на неё и думал, что готов слушать этот смех вечно.
— Ты должен поесть.
— Не хочу.
— Надо. Ты не ел несколько дней.
— Дней? — Он нахмурился. — Сколько я был без сознания?
— Четверо суток.
Кассиан замер.
— Четверо...
— Да. Нора выхаживала тебя, как могла. Элис почти не отходила. Маркус караулил у двери. А Рэми... — Ада замолчала.
— Что Рэми?
— Он сказал, что ты вернёшься. Что видел это.
— Видел?
— В камнях. Или в чём-то ещё. Ты же знаешь, он не объясняет.
Кассиан откинулся на подушку. Четверо суток. Для него — одно мгновение. А для них — вечность.
— А ты? — спросил он. — Ты была здесь?
— Всё время.
— Почему?
Ада посмотрела на него так, будто он спросил какую-то глупость.
— Потому что я не могла уйти.
— Из-за чувства долга?
— Из-за тебя.
Он не нашёл, что ответить. Просто смотрел, как она сидит рядом — усталая, бледная, но живая. И понимал: всё, через что он прошёл, было не зря.
— Иди сюда.
— Что?
— Иди.
Она пересела на край кровати. Кассиан взял её за руку — осторожно, будто она могла рассыпаться.
— Я не исчез. И не исчезну.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что теперь мне есть ради чего жить.
Ада опустила голову. Он видел, как дрожат её плечи.
— Ты не можешь так говорить.
— Почему?
— Потому что я тогда не смогу отпустить тебя.
— А кто просит?
Она подняла глаза. В них стояли слёзы, но теперь — другие. Светлые.
— Я больше не отпущу.
— И не надо.
Он потянул её к себе. Ада не сопротивлялась. Легла рядом, уткнулась лицом в его плечо, и Кассиан обнял её — крепко, как человек, который только что вернулся с того света.
Они лежали молча. Ветер за окном шумел. Где-то внизу, в глубине Блэквуда, Колодец дышал. Но теперь его дыхание не пугало.
Оно было просто частью этого места.
Как и они.
— Что теперь?
— Не знаю. Но это уже неважно.
— Почему?
— Потому что мы вместе.
Она улыбнулась.
— Звучит, как конец сказки.
— Нет. — Он погладил её по волосам. — Как начало.
В дверь постучали.
Громко. Настойчиво. Ада вздрогнула, приподнялась. Кассиан не выпустил её.
— Не сейчас.
— Это может быть важно.
— Пусть подождёт.
— Кассиан...
Дверь распахнулась.
— Ада! — Нора влетела в палату, запыхавшаяся, с выбившимися из пучка рыжими прядями. — Ты здесь! Слава всему!
Она остановилась, увидев их. Глаза её расширились.
— Профессор... вы... вы живы.
— Как видишь.
Нора перевела взгляд на их сплетённые руки. Потом — на Аду. На её мокрые щёки. И вдруг улыбнулась — широко, по-детски, как будто увидела чудо.
— Я знала. Я знала, что всё будет хорошо.
— Нора, — Ада высвободилась из объятий и села. — Что случилось?
— Древние. Они всё ещё здесь. Собрались в Зале Испытаний. Ждут.
— Чего?
— Вас. Обоих.
Кассиан медленно выдохнул.
— Пусть ждут.
— Они не будут ждать долго. — Нора покачала головой. — Они уже посылали за вами. Я еле успела первая.
— Спасибо.
— Но это ещё не всё. — Она замялась. — Виктор... он тоже там. Стоит рядом с Древними. Как будто он один из них.
Ада переглянулась с Кассианом.
— Это плохо.
— Да. Но не смертельно.
— Ты только очнулся. Ты не можешь идти.
— Я могу.
— Кассиан...
— Я. Могу. — Он сел, спустил ноги на пол. Голова закружилась, но он удержался. — Лучше помоги мне одеться.
Ада не стала спорить. Она знала: если он решил — не остановит. Вместо этого она подошла к шкафу, достала его рубашку и жилет. Помогла надеть. Пальцы её были ловкими, но осторожными, будто она боялась сделать ему больно.
— Ты изменился.
— В каком смысле?
— Ты не просишь уйти. Не отталкиваешь.
Он поймал её руку.
— Я больше не боюсь.
— Чего?
— Что ты увидишь, кто я на самом деле.
Ада подняла глаза.
— Я и так вижу.
Он поцеловал её. Быстро, но крепко. Нора тактично отвернулась к окну.
— Всё. Идём.
— Ты уверен?
— Нет. Но если мы не пойдём, они придут сюда.
— И что?
— Лучше встретить их на ногах, чем лёжа.
Они вышли из лазарета.
Коридоры Блэквуда встретили их тишиной. Но теперь в этой тишине не было страха. Только ожидание. Студенты, попадавшиеся на пути, останавливались, провожая их взглядами. Кто-то кланялся. Кто-то просто отступал к стене.
— Они смотрят на нас, как на богов.
— Нет. Как на надежду.
— Это одно и то же.
— Нет. Боги требуют жертв. Надежда — даёт силы.
Ада не ответила. Она чувствовала, как внутри неё растёт свет. Не тот, что рвался наружу в гневе. Другой. Мягкий. Тёплый. Спокойный.
Они шли к Залу Испытаний.
И с каждым шагом становились сильнее.
Потому что больше не были одни.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!