Глава 13: Глава 13. Виктор

Глава 13. Виктор

259

0

ЛУот Лорэл Уэтмор
Поделиться

Виктор Фарроу не всегда был таким.

Когда-то он был мальчиком, который боялся темноты. Маленьким, худым, с вечно разбитыми коленками и слишком серьёзным взглядом. Он рос в огромном доме, где всегда пахло воском и старым деревом, где по коридорам гуляли сквозняки, а портреты предков смотрели со стен с молчаливым укором. Его отец, глава рода Фарроу, человек с холодными глазами и тяжёлой рукой, говорил, что сила — это не дар. Это обязанность.

Виктор запомнил эти слова навсегда.

Он был единственным наследником. Единственным, кто должен был продолжить род. И он делал всё, что от него требовали. Учился. Тренировался. Изучал магию крови, ритуалы, историю. Он умел улыбаться, когда хотелось кричать, и молчать, когда хотелось ударить. Он рано понял: в его мире слабость не прощают. А он не имел права быть слабым.

Холлоу он ненавидел с первого дня.

Не потому, что они были беднее. Не потому, что у них не было чистой крови. А потому, что они были грязью, которая не знает своего места. Они приходили в Блэквуд, как воры в чужой дом, и смели дышать одним воздухом с теми, кто строил этот мир. Они не уважали иерархию. Не понимали её. И за это их следовало ломать.

Так говорил его отец.

Виктор верил.

Он стал старостой Эмберлина не по наследству. Он заслужил это. Делом. Кровью. Железной волей. Его боялись, и это было правильно. Страх — это уважение. Страх — это порядок.

А потом появилась Ада Харт.

И всё пошло не так.

Она была из тех, кого он презирал больше всего. Пустая. Дерзкая. С улицы. Она не склонила головы, не опустила глаз, не признала его власти. Более того — она посмела выиграть. Сначала в Лабиринте. Потом — в дуэли. Она сломала не только его планы. Она сломала его репутацию.

Теперь он лежал в лазарете, в той самой палате, где недавно была она, и смотрел в потолок. Голова гудела. В груди жгло. Там, где её подружка коснулась его, остался след — тонкий, бледный, как ожог от невидимого пламени.

Виктор сжал кулаки.

Он не был сломлен. Он был зол. А злость — это топливо. Нужно только правильно его использовать.

На следующий день он встал. Оделся. Посмотрел в зеркало. Лицо было бледным, но спокойным. Глаза — сухие, холодные. Он поправил мантию, провёл ладонью по волосам и вышел.

Эмберлин встретил его тишиной.

Никто не задавал вопросов. Никто не выражал сочувствия. Все знали: Виктор не из тех, кто нуждается в жалости. Он сел во главе стола, взял чашку с чаем и обвёл взглядом собравшихся.

— Слухи уже пошли? — спросил он.

— Да, — ответила Сесиль, его правая рука. — Говорят, что ты... что Элис...

— Что?

— Что она забрала у тебя силу. Что ты упал.

Виктор усмехнулся.

— Что-то в этом роде.

Он отпил чай. Вкус был горьковатым, но он не поморщился.

— Это хорошо, — произнёс он.

Сесиль нахмурилась.

— Хорошо?

— Да. Пусть говорят. Пусть боятся. Пусть думают, что Холлоу набирает силу. Это нам на руку.

Он поднялся.

— Собери всех, кто с нами. Морлейн, Брайркрофт, все недовольные. Нам нужно, чтобы к концу недели в Блэквуде не осталось ни одного человека, который считал бы пустых безобидными.

— Но что мы скажем?

— Правду. — Виктор улыбнулся. — Почти.

Слухи распространялись быстро.

Он знал, как это работает. Одно слово — в коридоре. Другое — в библиотеке. Третье — за ужином. Люди любят страх. Люди любят истории. Особенно те, что подтверждают их собственные страхи.

— Харт сломала Колодец.

— Пустые учатся воровать магию.

— Элис теперь может высосать кого угодно.

— Они собираются захватить Блэквуд.

Сначала шептались. Потом начали бояться. А страх — это оружие. Виктор знал это лучше всех.

Он встречался со старостами. С теми, кто колебался. С теми, кто завидовал. С теми, кто искал виноватых. Он не угрожал. Не давил. Он просто говорил. Спокойно. Убедительно. О том, что Холлоу — это угроза. Что Ада и её друзья — не жертвы, а бомба, которая уже тикает. Что Совет Древних неспроста вызвал её в столицу.

— Они знают, — говорил Виктор. — Совет знает, что она опасна. И если они решат, что Блэквуд не справляется, они пришлют сюда людей. И тогда достанется всем.

Ему верили.

Потому что он говорил правду. Почти.

К концу недели ситуация изменилась.

Студенты старших Домов начали сторониться Холлоу. Кто-то перестал пускать их в библиотеку. Кто-то — в общую столовую. В коридорах всё чаще звучали оскорбления. Несколько раз дело доходило до драк.

Холлоу огрызался.

Маркус сбил с ног одного из Морлейна. Нора впервые повысила голос, защищая Элис. Рэми встал между ними и толпой, и его красные глаза заставили отступить даже самых смелых.

Но Виктору этого и нужно было.

Он стоял у окна в своём крыле и смотрел, как внизу, во дворе, группа студентов из Холлоу шла на тренировку. Их было мало. Они держались вместе. И всё же в их походке появилось что-то новое. Не страх. Не злоба. Упрямство.

— Вы зря это делаете, — произнёс Виктор, не оборачиваясь.

Сесиль стояла за его спиной.

— Что именно?

— Держитесь за них. Они утащат вас на дно.

— Они не слабые.

— Это неважно. — Виктор повернулся. — Важно то, что о них думают. А думают о них всё хуже.

— И чья это заслуга?

— Моя.

Он улыбнулся. Но улыбка вышла холодной.

— И это только начало, — добавил он. — Когда Ада вернётся, она увидит, что её «семья» стала изгоями. Что их травят. Что их боятся. И тогда она сорвётся. А когда она сорвётся, весь Блэквуд увидит, какая она на самом деле.

Сесиль молчала.

— Ты думаешь, она вернётся? — спросила она наконец.

— Я знаю, — ответил Виктор. — Такие, как она, всегда возвращаются.

Он снова повернулся к окну.

— И вот тогда мы закончим начатое.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

13 из 20