Глава 9: Глава 9. Нора

Глава 9. Нора

259

0

ЛУот Лорэл Уэтмор
Поделиться

Ночь накрыла Блэквуд тишиной.

Нора лежала в кровати, слушала, как дышат остальные, и не могла уснуть. Сон не шёл, сколько бы она ни закрывала глаза. Что-то мешало. Не мысль, не тревога. Ощущение. Будто кто-то звал её — не по имени, не голосом, а иначе. Через кожу. Через кровь. Через что-то, что она не могла объяснить.

Она поднялась.

В комнате было тепло. Камин ещё тлел, бросая на стены красноватые отблески. Маркус спал, отвернувшись к стене. Элис свернулась под одеялом, как зверёк. Рэми, как всегда, не спал, но не пошевелился, когда она встала.

Нора натянула плащ и вышла.

Коридоры Холлоу встретили её холодом. Лампы горели через одну, и тени лежали на полу, как лужи. Она шла тихо, хотя могла бы не таиться: в этот час здесь всё равно никого не было. Только ветер за стенами, только старые половицы под ногами.

Она вышла во двор.

Туман был густым, но не страшным. Он стелился по земле, как молоко, и расступался перед ней, будто признавал. Нора не боялась. Она вообще впервые за долгое время не чувствовала страха. Только зов.

Она вошла в лес.

Деревья стояли чёрные, мокрые, но не враждебные. Нора шла между ними, и с каждым шагом что-то внутри неё раскрывалось. Она не знала, куда идёт. Просто шла, ведомая чем-то, что было старше её, старше Блэквуда, старше самого леса.

У старого дуба она остановилась.

Он был огромен. Кора — в глубоких трещинах, ветви — как руки, протянутые к небу. Нора прижала ладонь к стволу и замерла.

И тогда она услышала.

Это было не слово. Не звук. Шёпот. Он шёл не снаружи, а изнутри, из-под коры, из-под земли, из-под корней. Растения говорили с ней. Травы. Мох. Грибы, прячущиеся в сырости. Всё, что росло и дышало, — шептало.

— Ты слышишь нас, — произнёс дуб.

Нора вздрогнула, но руку не отдёрнула.

— Я слышу, — ответила она.

— Ты первая за долгое время.

— Я не знала, что так можно.

— Ты всегда могла. Просто боялась.

Она закрыла глаза. Голос дуба был глубоким, медленным, как течение подземной реки. Он рассказывал ей о том, что лежит под Блэквудом. О корнях, что уходят в темноту. О земле, что помнит всё. И о том, что внизу, под камнем и глиной, есть нечто древнее. Живое. Спящее.

— Оно просыпается, — прошептал дуб.

— Что это?

— То, что было здесь до нас. До стен. До Колодца.

— Оно опасно?

Дуб молчал. Потом листья его, сухие, мёртвые, слабо зашелестели.

— Оно голодно.

Нора отшатнулась. Рука соскользнула с коры, и шепот стих, будто кто-то задул свечу. Лес снова стал просто лесом: тихим, холодным, наполненным ночным дыханием.

Она постояла ещё немного, приходя в себя. Потом медленно пошла обратно.

В голове её звучали чужие слова: «оно голодно».

Она не знала, что это значит. Но поняла одно: под Блэквудом действительно что-то есть. И оно не спит так крепко, как думают все.

Когда она вернулась в комнату, Маркус не спал.

Он сидел у камина, на полу, обхватив колени руками. Лицо его в отблесках огня казалось усталым, постаревшим. Он не обернулся, когда Нора вошла.

— Где ты была? — спросил он.

— В лесу.

— Ночью?

— Да.

Он покачал головой.

— Сумасшедшая.

Нора не ответила. Подошла и села рядом, не спрашивая разрешения. Между ними было расстояние — в полшага, не больше, но оно ощущалось как пропасть.

— Не приближайся ко мне, — произнёс Маркус, не глядя на неё. — Я нестабилен.

— Я знаю.

— Тогда зачем сидишь?

Она долго молчала. Смотрела на огонь, на то, как угли дышат, разгораясь и угасая.

— Потому что ты тоже, — ответила она наконец.

Маркус повернул голову.

— Что «тоже»?

— Боишься.

Он хотел возразить, но не стал. Только сжал челюсти и снова уставился в камин.

— Я не боюсь, — произнёс он после паузы.

— Боишься. Не темноты. Не врагов. Себя.

— Откуда ты знаешь?

— Вижу.

Он усмехнулся. Некрасиво, зло.

— Ты ничего не видишь.

— Зато чувствую.

Он замолчал. Пламя тихо потрескивало, и в этом треске было что-то успокаивающее, как в шёпоте дождя.

— Я не могу контролировать это, — сказал Маркус. — Оно внутри меня. Всегда. Даже сейчас. Даже когда я просто сижу и смотрю на огонь.

— Ты не должен контролировать всё.

— А что должен?

— Жить.

Он повернулся к ней. В глазах его не было ни дерзости, ни злости. Только усталость. И что-то ещё, глубоко спрятанное, о чём он не говорил никому.

— Я не знаю, как, — признался он.

— Никто не знает, — ответила Нора. — Но можно учиться вместе.

Они сидели так до рассвета. Не касаясь друг друга. Не говоря больше ни слова. Но впервые за долгое время Нора чувствовала, что Маркус не один. И что она — тоже.

А это уже было что-то.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

9 из 20