Глава 15: Глава 15. Ночная стычка
Глава 15. Ночная стычка
259
0
Ночь была слишком тихой.
Нора почувствовала это первой. Она сидела у окна, закутавшись в плед, и смотрела, как туман стелется по двору. Ей не спалось. В голове всё ещё звучали слова, сказанные на собрании, и цветок, который распустился в её ладони, всё ещё жёг кожу, будто оставил невидимый след.
А потом она услышала.
Шаги. Много. Слишком много для этого часа.
Она вскочила.
— Вставайте! — крикнула она, и голос её сорвался. — Маркус! Рэми! Элис!
Маркус поднялся первым. Он не спрашивал, что случилось. Просто натянул ботинки, схватил куртку и уже был на ногах. Элис села на кровати, бледная, с широко распахнутыми глазами. Рэми уже стоял у двери, прижав ладонь к косяку.
— Их много, — сказал он. — И они уже внутри.
Первый удар обрушился на дверь.
Дерево содрогнулось, но выдержало. Второй удар был сильнее. Третий — выбил щеколду.
В коридоре загорелись факелы. Не лампы. Факелы. Оранжевый, пляшущий свет заливал стены, и в этом свете замелькали лица. Десятки лиц. Искажённые злобой, страхом, азартом. Студенты Эмберлина, Морлейна, Брайркрофта. Все, кого Виктор сумел убедить, что Холлоу — угроза.
— Наружу! — рявкнул Маркус. — Не дайте им зажать нас в комнатах!
Он выскочил в коридор первым. И сразу врезался в толпу.
Маркус был не похож на себя. Он двигался иначе — быстро, точно, будто знал, куда придёт каждый удар. Он не дрался. Он танцевал. Уворачивался за мгновение до того, как кулак летел ему в лицо. Бил туда, где противник только собирался оказаться.
— Слева! — крикнула Нора, и Маркус повернулся, не глядя, отправив в стену парня с факелом.
Но их было слишком много.
Нора выбежала следом. Она не умела драться, как Маркус. Не умела ставить барьеры, как Рэми. Но она умела другое.
Она вскинула руки — и из пола ударили корни.
Настоящие. Толстые, тёмные, живые. Они пробились сквозь камень, оплели ноги нападавших, рванули их вниз. Кто-то упал. Кто-то закричал. Нора не останавливалась. Она слышала землю, слышала её гнев, и земля отвечала.
— Держите центр! — крикнул Рэми.
Он стоял посреди коридора, и вокруг него дрожал воздух. Барьеры возникали из ничего — тонкие, прозрачные, но прочные. Они гасили заклинания, отбрасывали нападавших, не давали им пройти дальше.
Элис исчезла.
В какой-то момент она просто перестала быть. Не убежала, не спряталась. Стала тенью. А потом появилась за спиной одного из Эмберлина — высокого парня с алым шарфом. Кончики её пальцев коснулись его шеи. Парень вздрогнул, захрипел и рухнул, будто из него вынули все силы разом.
Элис не остановилась. Она двигалась, как призрак, между сражающимися, касаясь то одного, то другого. И с каждым прикосновением её лицо становилось ярче, волосы — темнее, движения — увереннее. Она больше не боялась. Она была.
— Не дайте им пройти в комнаты! — крикнула Нора.
И тогда на защиту встали другие.
Те, кто ещё вчера боялся. Те, кто сидел в углах и прятал глаза. Те, кто считал себя пустыми.
Из дальней комнаты выскочил парень с перемотанной рукой. Он не умел создавать огонь, но умел направлять воздух — и первая же волна сбила с ног троих нападавших.
Рядом с ним встала девушка, которая, как выяснилось позже, умела внушать. Она не сражалась. Просто смотрела — и враги замирали, терялись, забывали, зачем пришли.
Кто-то ослеплял вспышками. Кто-то заставлял камень дрожать под ногами. Кто-то плевался колючими искрами, не понимая, как это работает, но это работало.
Холлоу не бежал.
Холлоу сопротивлялся.
Бой длился долго. Коридор превратился в месиво из дыма, криков и теней. Стены покрылись трещинами от заклинаний. Пол был усыпан осколками, обломками дерева и чьей-то обувью. Воздух стал горячим, как перед грозой.
Маркус дрался, как одержимый. Он пропускал удары, но не замечал их. Его тело двигалось само, будто подчиняясь не разуму, а чему-то более древнему. Он видел врагов раньше, чем они появлялись. Знал, кто ударит, кто отступит, кто струсит. И бил. Точно. Безжалостно.
Нора прикрывала его. Корни, которые она поднимала, уже не были просто растениями. Они стали оружием. Они хлестали, опутывали, рвали. Земля гудела под ногами, и этот гул пугал нападавших сильнее, чем любые заклинания.
Рэми стоял в самом центре. Его барьеры держали оборону там, где остальные не успевали. Он не атаковал. Он защищал. И этого было достаточно. Одна за другой вражеские атаки разбивались о его стену, как волны о скалу.
Элис была повсюду.
Она появлялась за спинами, касалась плеч, шей, рук — и люди падали. Без криков, без крови. Просто оседали на пол, лишённые сил. И с каждым прикосновением Элис становилась ярче. Её волосы уже не были мышиными — они стали почти чёрными, блестящими, живыми. Кожа светилась. Глаза горели.
Она больше не исчезала.
Она была.
И это пугало.
— Хватит! — раздался крик.
Голос был знакомым. Властным. Таким, что даже сражающиеся остановились.
В конце коридора стоял Виктор.
Он был бледен, но держался прямо. В руке — клинок, похожий на осколок стекла. Лицо его было перекошено яростью, но в глазах мелькало что-то ещё. Сомнение. Или страх.
— Отступаем! — рявкнул он.
Его сторонники, те, кто ещё держался на ногах, попятились. Они уходили, спотыкаясь, волоча раненых, не оборачиваясь.
— Ты пожалеешь, — бросил Виктор, глядя на Рэми.
— Уже пожалел, что ты пришёл, — ответил тот.
Виктор сбежал.
Он развернулся и исчез в темноте, не оглядываясь. За ним, как стая, потянулись остатки его армии.
В коридоре наступила тишина.
Она была тяжёлой, как после бури. Все стояли, тяжело дыша, не веря, что всё закончилось. Кто-то сполз по стене на пол. Кто-то зажимал рану. Кто-то плакал — тихо, беззвучно.
Нора опустила руки. Корни, что она подняла, медленно ушли обратно в пол, оставив после себя трещины и комья земли.
Элис появилась рядом. Лицо её пылало — живое, яркое, полное цвета. Волосы рассыпались по плечам, и в них, кажется, появились новые оттенки. Она смотрела на свои руки, будто впервые их видела.
Маркус стоял у стены. Одежда разорвана, на лице кровь. Но он улыбался. Скупо, устало, но по-настоящему.
— Мы справились, — произнёс он.
— Да, — ответила Нора. — Справились.
А потом пришёл ректор.
Он появился в конце коридора, и от одного его вида все замерли. Пламя факелов качнулось, будто испугавшись. Кроули был бледен, но спокоен. Слишком спокоен. Так, как бывает перед бурей.
— Что здесь произошло? — спросил он.
Голос его был тихим. Но в нём звенел такой холод, что никто не решился ответить.
— Ночная стычка, — произнёс Рэми. — Нападение на Дом.
— Кто начал?
— Эмберлин.
Ректор обвёл взглядом избитые стены, разбросанные вещи, студентов, стоящих с оружием и без. Он не задал больше вопросов. Просто развернулся и пошёл прочь, бросив через плечо:
— Все остаются на местах. Завтра я разберусь.
И ушёл.
Нора выдохнула. Она не верила, что всё закончилось. Знала: это только начало. Но в эту ночь они выстояли.
И это было важно.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!