Глава 22: Башня мага

Башня мага

154

0

Nот Nichkaa
Поделиться
Мы поднялись по винтовой лестнице — ступени здесь были узкими, будто их делали для ног поменьше наших, и каждый шаг отдавался в груди глухим эхом. Наконец, мы оказались перед дверью в лабораторию колдуна. Она была приоткрыта, и изнутри тянуло холодом и чем-то острым, похожим на запах грозы после дождя.
Колдун стоял у стола, склонившись над чем-то, что слабо светилось голубым. Когда мы вошли, он не вздрогнул, будто знал, что мы придём.
— А, здравствуйте, молодые люди, — спокойно сказал он, не отрываясь от работы. — Спасибо, юная леди, что помогли найти то, что я так долго искал. Лунный камень — такая редкость.
Гарольд нахмурился, будто пытался поймать в воздухе что-то невидимое.
— Такие же редкие как наши кулоны? — переспросил он. — Мы видели про них в книге «Опасные магические артефакты». Зачем вы нам их дали? Зачем они нам нужны? Что с ними не так? И правда ли, что с их помощью можно заглядывать в прошлое?
Колдун наконец поднял голову. В его глазах мелькнуло что-то похожее на усталость.
— Ну-ка, молодой человек, не так много вопросов сразу, — мягко, но твёрдо оборвал он. — Во-первых, я их вам дал, потому что у меня была парочка. Пять штук лишних. Ну, сделал себе один, а переборщил… раз в пять, да. Вот какая бывает невнимательность. А потом думаю: девать некуда, пусть ребята хорошим дам.
Он говорил это так обыденно, будто речь шла не о могущественных артефактах, а о лишних пуговицах.
— А про их свойства и способности… — он махнул рукой, будто отгоняя надоедливую муху. — Так это же много где написано. Тем более то, что в этой книжульке — слишком много там понаписано, да не всё точно. И не про ваш кулончик. Ваш-то по-проще… он для телепортации. Ну и ещё можно заглядывать… немножко. В определённые места.
Мирабель сжала пальцы в кулаки. Его небрежность царапала, как песок по стеклу.
— «Книжулька»? — тихо переспросила она. — Эту книгу мне отец дал. Он хотел, чтобы я знала, что магия бывает опасной.
Колдун чуть склонил голову, будто впервые по-настоящему её разглядел.
— Твой отец — мудрый человек, — спокойно признал он. — Он знает, что некоторые вещи лучше не трогать. Но иногда… иногда вещи сами находят тех, кто должен их коснуться.
— То есть вы не случайно нам их дали, — медленно проговорил Гарольд. — Вы знали, что мы будем пытаться их использовать. Знали, что мы начнём искать ответы.
Колдун не ответил сразу. Он взял лунный камень и покатал его в пальцах. Камень светился, будто внутри него жила маленькая луна.
— Скажем так, — наконец произнёс он. — Я не раздаю вещи просто так. Но и не раскрываю все карты сразу. Прошлое — опасная штука. Оно не любит, когда в него лезут с разбега. Оно любит тишину. И осторожность.
Мирабель сделала шаг вперёд.
— Но мы уже залезли, — тихо сказала она. — Мы нашли записку. От моего прадеда, Фрэнсиса Младшего. Там написано про какое-то происшествие. Про закрытие предприятий. И чернила… они были как кровь.
Колдун замер. Даже лунный камень в его руке будто на секунду перестал светиться.
— Фрэнсис Младший, — повторил он, и в его голосе не было прежней лёгкости. — Значит, вы дошли и до этого.
Он посмотрел на них так, словно только сейчас понял, что перед ним не просто любопытные дети, а те, кто держит в руках ниточки, ведущие в очень тёмное место.
— Вы не понимаете, во что ввязались, — тихо сказал он. — Эти кулоны… они не просто показывают прошлое. Они могут его задеть. А прошлое, если его задеть, может ответить.
— Ну, извините, пожалуйста, — тихо сказала я, и голос мой чуть дрогнул. — Если вы считаете, что мы хорошие люди… и не совсем глупые… то почему вы нам не расскажете, как это действует? Мы же можем как-то накосячить. Сделать что-то не так, и всё пойдёт вверх дном. Вы сказали — «задеть прошлое»… Что это вообще значит — задеть?
Колдун на секунду прикрыл глаза, будто устал от вопросов, а потом снова посмотрел на меня — и в этом взгляде было не раздражение, а какая-то старая, тяжёлая усталость.
—Ну задеть, юная леди, - это значит его поправить. Дда-да, не смотрите на меня такими красивыми глазами. Если кулон достаточно мощный, то с помощью него можно телепортироваться в прошлое. Например, можно посмотреть, как вымерли динозавры. Можно попытаться их спасти, а если их спасти, то мы нас может и не стать. Так что с этим надо быть очень осторожными, мои юные друзья. И не балуйтесь с кулонами просто так. Они вам нужны были для того чтобы от Родрика сбежать. Потому что если бы он вас у меня застукал, мне было бы плохо, а я не хочу, чтобы мне было плохо, чтобы меня ругали. Ну и вы ещё правильно поняли, то что их эти кулончики не надо показывать Родрику. Так что вы молодцы, ребята, а теперь брысь отсюда. Мне ещё надо лунный камень исследовать. Может опять какую-нибудь побрякушку сделаю...
Он снова склонился над столом, давая понять, что разговор окончен.
Мы с Гарольдом переглянулись. В его глазах читалось то же, что и у меня: «Он ничего нам не расскажет. Или расскажет, но не всё». Мы молча вышли из лаборатории, прикрыв за собой тяжёлую дверь.
На улице зарядил дождь — не тот весёлый, летний, что смывает пыль, а тяжёлый, серый, будто небо решило выплакать всё сразу. Капли барабанили по крышам, стекали по стёклам, превращая мир за окном в размытую акварель. Нам ничего не оставалось делать, кроме как поспешить к моей комнате и спрятаться там от этой мокрой тишины.
Как только дверь закрылась, Гарольд стянул промокший плащ и повесил его на спинку стула, чтобы хоть немного подсох. Я села на край кровати, подтянув колени к груди, и уставилась на кулон, который всё ещё сжимала в кулаке. Он был холодным, как лёд, и в его глубине мерцала серебряная нить, будто пыталась что-то сказать.
— Он не хотел нам врать, — вдруг тихо произнёс Гарольд, садясь рядом. — Просто… он не может рассказать. Или не имеет права.
Я покачала головой.
— Или ему кажется, что мы слишком маленькие, чтобы понять. Но мы не маленькие, Гарольд. Мы нашли записку прадеда. Мы видели, как замок щёлкнул сам. Мы уже в этом по уши.
Гарольд помолчал, потом осторожно положил ладонь поверх моей, накрывая кулон.
— Тогда будем разбираться сами, — спокойно сказал он. — Без его «брысь отсюда». У нас есть записка. У нас есть книга. И у нас есть друг. Этого хватит.
Я слабо улыбнулась. Не потому что стало совсем не страшно, а потому что страх теперь был не один на один, а на двоих.
За окном дождь всё лил и лил, будто пытался смыть все тайны, но они не смывались. Они оседали где-то глубже — в памяти, в семейных портретах, в почерке прадеда на пергаменте. И мы сидели в тёплой комнате, слушая, как капли стучат по крыше, и знали: завтра мы снова начнём искать. Только теперь — уже не надеясь на подсказки взрослых.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

22 из 27