Глава 15: Глава IX. Вина и виноватые

Несчастные руки, ставшие орудием пыток, моментально вытянулись вперед. Острые, как иглы, когти Чейза нисколько не удивили и не напугали Зигмунда.

— Ну? И что же, думаешь, ты мне показываешь? — щелкнув по костяному пальцу Чейза, директор только больше разозлился.

— Это что?.. Где мои руки?! — Честер повысил тон, но звучал уже отчаянно. Его сердце билось так быстро, что в горле и ушах ощущалась неприятная пульсация.

— Нос зажми. — Зигмунд лишь глаза закатил. Он ненавидел нытье, и даже страх в некотором роде его раздражал. — Мои сновидцы должны быть сильными.

— Нос? Я пробовал… Я уже…

— Ну что ты опять ноешь?! — Зи схватил Чейза за ворот, а затем откинул юношу брезгливо от себя. — Что ты за размазня такая? Соберись давай! — процедил он сквозь стиснутые зубы.

Честер опешил и не мог поверить в то, что Зигмунд действительно сорвался на него. Он все еще был напуган, и сейчас поведение директора поставило его в тупик.

Резким движением Гранд поднял запястья сновидца и развел их в стороны. Он сжимал кости с силой и держал, несмотря на попытки Честера отстраниться. Будь у того кожа, несомненно, от захвата остались бы синяки. А затем холодные голубые глаза встретились с испуганными глазами напротив.

— Я же учил тебя. Переносицу с дримерсом зажимаешь, и это сбрасывает все настройки. Окошко отключения системы только отклони, иначе выйдешь! — Вот и сновидец наконец увидел настоящего Зи, вспыльчивого и не желающего ждать. — В следующий раз ушами слушать надо, когда я учу тебя, Чейз. Мои сновидцы всегда должны быть собраны.

— Не могу я! Не могу… — проведя рукой рядом с носом, Честер случайно уколол щеку и завыл от боли. — Они острые! Как мне зажимать нос?! Я так глаза себе выколю!

Отпустив руки Честера, Зигмунд устало вздохнул:

— О злой рок судьбы… — не смотря на лицо сновидца, Зи зажал его дримерс сам. Мужчина выразил всем своим видом величайшую усталость от работы с идиотами. — У тебя есть ладони, Чейз. С двух сторон зажимаешь ими и все! Логику включай.

— Ай! Ну все, отпускайте… — взмолил юноша, сказав это внос.

Через несколько секунд Зигмунд отошел от сновидца. Взгляд последнего скользнул вниз. Покрываясь привычным теплом переплетения вен и плоти, его руки вновь приняли прежнее состояние. Несколько раз сжав пальцы в кулаки, Чейз шумно выдохнул. Он боролся с накатившим на него желанием беспомощно разреветься:

— Я неуклюжий. Я был напуган, это не нытье, — оправдал себя юноша, хотя прекрасно понимал, что Зи было до лампочки.

— Учиться надо! Наказание мое.

Зигмунд подумал, что, будь Джейд на месте Чейза, он швырнул бы его об стенку. Как минимум. Когда дело касалось секретаря, Зи не мог контролировать себя, а особенно свою злость.

Честер, однако, нахмурился и схватился за локти, как бы приподнимая себя. Холодный материал корсета нагрелся от прикосновения к телу. Юноша все еще ощущал дискомфорт после агрессивного поведения директора, и не заметить это было невозможно. Потому Зи снисходительно ухмыльнулся и потрепал сновидца по волосам, словно собственного сына. Даже голос его смягчился.

— Ты как? — в этом вопросе действительно были нотки сочувствия. — Выглядишь, будто смерть увидел.

— Да. Увидел. Свою… — кивнув, пресно ответил юноша, больше не желая показывать уязвимость.

— Во снах редко погибают, не переживай. — Зи мягко подбодрил, пусть и не слишком действенно.

— А, то есть… это возможно? — Слегка замявшись, Честер обернулся, чтобы найти танцующие фигуры. Их вид успокаивал: хитрый взгляд молодого Зигмунда даже под маской было не скрыть; та занавесом покрывала его лицо ниже носа и грудь.

— В Люцид все возможно, Чейз.

«Значит, я могу однажды не проснуться. — Понял сновидец. — А может, это уже случилось со мной? Но как?» — и догадки его, верно, были недалеки от истины.

Ньюэлло несколько раз с особой осторожностью коснулся лица: пальцы больше не прокалывали кожу и не цепляли ее. Подушечки вернулись в норму и были максимально мягкими. Впервые он осознанно поблагодарил Создательницу за то, что та сотворила его таким, какой он есть.

— Как же хорошо, когда есть кожа, — кивнул Чейз и обернулся, рассматривая пустое темное пространство вокруг них. — А что тут произошло? И где актовый зал? — когда взгляд остановился на желтом свете проектора, сновидцу внезапно сделалось весело. — Это вы там, Зи?..

Лед постепенно растворялся в стеклянном стакане с карамельным айс-латте. Зигмунд перемешивал напиток небрежным движением руки, отвлекаясь на сцену с насмешливой улыбкой. В руках у Ньюэлло тоже появился прохладительный напиток: апельсиновый фреш, о котором он только что подумал, — захотелось остыть после нервотрепки в Мегахраме.

На сцене появился третий персонаж: женщина со светлыми волосами, собранными в французский пучок:

— Отлично. В списке остался танец, — в ее руке засиял голографический планшет, блики от него ультрамариновым свечением плыли по коричневой юбке в пол. — Зи? Сэм? Вы уже придумали, что будете исполнять?

Когда она обратилась к юношам, их танцующие фигуры покрылись тьмой. Зигмунд, сидевший в зале, подобному кинотеатру, откинулся на мягком красном кресле, по-лисьи усмехнулся и шумно выдохнул:

— Вот, сейчас будет мой любимый момент.

Чейз внимательнее пригляделся к сцене. Уж если Зигмунда впечатляло происходящее, что уж до него.

— Нет. — Ворчливый тон голоса Сэма прорезал тьму. Две фигуры, высокие, но еще юные, появились под светом второго прожектора.

— Танец живота! — восхитился Гранд. — Все эти монетки, платки, воланы шелковых убранств! Мы утрем всем носы, приготовьтесь.

— Не буду я это танцевать.

— И Сэм согласен! — решив за друга, Зи приобнял Ричардсона за плечо. Выглядело это несколько комично, как если бы шустрый лис взял опеку над огромным и злым, вечно недовольным волком.

— Вы уверены, что справитесь? — Учительница сомневалась. Но все же вовсю выводила фамилии вызвавшихся закрыть гештальт праздника последним выступлением.

— Конечно нет, — хмуро бросил Сэм, но был перебит радостным голосом друга.

— Проще простого! Изначально, этот танец был придуман мужчинами. Я готов поручиться за нас, миссис Модест!

— Поняла. Так и запишу.

Фигуры и свет плавно переплетались в новые формы, а школьные декорации погружались во тьму, пока не остался один прожектор, освещающий две фигуры. Юноши были облачены в восточные наряды: длинные воланы полупрозрачных золотистых тканей закрывали их ноги, а сверху, от груди, тянулись цепи с монетами, звенящими при каждом движении.

Зи и Сэм танцевали, отводили руки от центра и двигали ногами от бедра в такт звучавшей на фоне музыки. Она становилась громче и даже немного мешала разговаривать присутствующим сновидцам. По периметру пустой карты появлялись пестрые квадраты подушек с кисточками, а шлейф благовоний исходил от каждого движения танцующих.

— Мы вошли в кэш. Запись воспоминаний идет уже пятнадцать минут. Ты, кстати, многое пропустил, — Зи хитро усмехнулся. Что такое скрывал этот Сэм Ричардсон? — А там… Да, танцуют. Ты не смотри так, нам по пятнадцать было, мы многое пробовали в первый раз, — спокойно выразил мысль Зигмунд.

— А, ясно тогда…  — повисло неловкое молчание, потому Чейз добавил. — Но танцуете вы хорошо.

— В самом деле. Благодарю.

Монетки звенели, а босые ноги, играючи, плясали по роскошным красным коврам, беспорядочно раскинутыми по деревянному серому полу.

Зи подошел максимально близко к танцующему Сэму, стянул с него маску и посмеялся над глупым выражением лица. Настоящий Зигмунд остался совершенно невозмутим: воспоминания никак не реагировали на чужое вмешательство. Ричардсон же не отводил взгляда, смотря серьезно, с вызовом. Но юный Гранд, пляшущий рядом, хохотал над ним, обманывая ловким движением пышных одежд, иногда нарочно наступая другу на ногу.

Чейз решил спросить первое, что пришло на ум:

— Вы с Сэмом друзья со школы? Или уже нет?

— Поменьше вопросов, — кашлянул в кулак Зигмунд и добавил непривычное для ушей Чейза «пожалуйста».

Мужчина кинул ему маску, снятую с Сэма, но она моментально растворилась в воздухе, оставшись кристаллами на ладони Зи. Атрибут одежды вернулся обратно к владельцу, и лицо юного Ричардсона снова скрыла полупрозрачная серебристая вуаль.

— Постарайся не умирать, — а уже это было сказано Чейзу.  — Никогда не знаешь, выдержит ли твое сердце новое испытание… — Шепот прошелся мурашками по рукам Чейза.

За порогом следующего воспоминания лил дождь, веяло сыростью. Брызги долетали до ног Честера, покрывая его штаны россыпью холодных капель. Там маленький Зи держал котенка в руках, плотно-плотно прижав к своей груди, чтобы согреть. А Сэм встал рядом, раскрыв над ними зонт:

«Давай тогда ко мне, — предложил юноша. — Моему отцу плевать будет, хоть слона домой принесу. Он редко объявляется и не заметит котенка».

«Ты правда сделаешь это ради мистера Тимбитса?» — Зи погладил рыжего кота и застегнул куртку, спрятав его внутри прежде, чем поднять любопытный взгляд на Сэма.

«Я сделаю это ради тебя, болван!»

Следующее воспоминание: Зигмунд опустил найденыша на пол в комнате своего друга, животное опасливо осматривалось, однако, картинка резко изменилась: теперь котенок уже лежал на руках Сэма, довольный безопасностью и заботой новых хозяев. Он растянулся в струнку, оставив черное худи Ричардсона в своей шерсти.

«Тимбитс, не скучай, я буду часто приходить играть!» — помахал ему Гранд, совсем не обращая внимания на Сэма.

«Остался бы уже у меня жить, только ради него и приходишь» — чем вызвал резкое недовольство в свой адрес.

«А можно?! Я только маме позвоню» — глаза маленького Зи засветились неподдельной радостью.

Таким Чейз видел его впервые. Тряхнув головой, чтобы отвлечься от яркого детского воспоминания, полного особых манящих запахов и светлых акварельных оттенков, юноша взглянул на настоящего Зигмунда. Теплая улыбка придала ясность происходившей картине: в воспоминаниях их общего с Сэмом детства ему было очень хорошо.

«Интересно, а сейчас, — возникла мысль у Чейза, — все ли у них… Так дружно?»

— Так вот, как вы подружились?

— Ага. — Гранд усмехнулся. Говорил он так, словно совершенно не сдерживал свои порывы. Не как обычно, то есть не подбирал каждое слово, а произносил то, что действительно думал. — Я заставил Ника, отца Сэма, перевести его в мою школу.

— Серьезно?..

— Более чем. Я умею убеждать. Ха, — Зигмунд опасливо оглядел Чейза и подмигнул ему.

Пока воспоминание застыло, ожидая дальнейшего взаимодействия, директор еще раз проверил скорость записи данных. А Чейз, пока настроение у Зи хорошее, вдогонку спросил:

— Расскажите лучше, как я попал на ту… Башню? Что это было? Даже мой корсет стал… светиться.

— Времени мало. Дважды объяснять не буду. — Сухо произнес директор и жестом дал понять, что пора двигаться к мелькающей сцене с новым воспоминанием. — Ты попал в Мегахрам. Это Суперкомпьютер, мозги всего LUCID. Сон для нас создал пользователь под ником DEV. И это не позывной, как у моих ребят, а никнейм*. Он или она невероятный проектировщик нейроснов: все созданные им карты очень популярны и монетизированы дороже других.

*сетевое имя, псевдоним. Используется в интернете в местах общения или при регистрации в играх

— Насколько дороже?

— Около шести миллиардов просмотров на самой популярной карте. Однако… Мегахрам, куда ты попал, — сам по себе очень опасен. Если снова там окажешься, немедленно выходи. Его защищает не только Миранда, но и толпа мимиков. Понятно объясняю?

— Так это он DEV, значит… — Чейз в шоке глянул на Зи и сглотнул, надеясь, что прошептанные им слова сейчас не были слышны. Проговорился.

— Кто он, Чейз?

«Вляпался… Теперь как скрывать, что я подружился с хакером?..» — сновидец почти что схватился за голову, но отшатнулся от своих рук с непривычки. А вдруг снова изменятся?

— Да тот пентестер.

У Зигмунда вытянулось лицо:

 — То есть таинственный DEV — один из моих пентестеров? Вот оно как получается… А мы думали, что оплачивали счет компании, а не человеку.

— Он собрал для вас Суперкомпьютер? Это… Это впечатляет. Зачем ему скрываться?

— Не важно, зачем. Важно, что он меня обманывал. Вычислю. А ты будь осторожен. Не общайся с ним. Не всем в LUCID можно доверять. И учись пользоваться экзоскелетом. Понадобится. — К счастью, Зи решил не обсуждать личность Астора. — Ты должен быть сильным, Чейз. Должен пользоваться всем, что мы с доктором Дирком тебе дали. Голографическое полотно одного лишь ребра, запрограммированное видоизменяться по твоему желанию, — стоит около миллиона канадских долларов. Ребер на тебе шесть штук. И нет, я не требую с тебя денег, которые идут на лечение. Я просто хочу, чтобы ты по достоинству оценил все, что я делаю для тебя.

«Иными словами: «ты самый неблагодарный сновидец которого я знал, Честер Ньюэлло» — перевел про себя юноша. — Вместо «спасибо» накричал на своего спасителя и завыл, как дворовой пес на цепи».

— А зачем столько делать для пушечного мяса? — из-под бровей посмотрел на него Честер. Мало ли что он думал сейчас о благодарности, ведь его гордость до сих пор задевал этот ошейник на шее и неоновые надписи. Рабское клеймо. — Или несчастные REM внезапно стали для вас приоритетом?

Зи присвистнул, убрав правую руку в карман брюк. Он покачал головой и посмотрел в сторону. Не ожидал, что Чейз посмеет так высказаться.

— Ты, гляжу, бесстрашный, от слова совсем, — улыбнулся директор, скорее, одобряя, чем насмехаясь. — Это не я, еще раз повторяю. Это система тебя так увидела. Лучше скажи спасибо, что не уничтожила, как делает с вирусными программами.

— А могла?..

— Не сомневайся. Ты далеко не обычный тантиец, Чейз. Но лучше нам разобраться с кэшем. — Зи несколько горько посмеялся и указал одной рукой вперед. — Почему я не удивлен, что самое яркое воспоминание Сэма: перфоманс танца, который мы придумали на выпуск из средней школы? Неужели не было ничего лучше, чтобы поставить на экран загрузки?

Сцена исчезла, исчезли и персонажи, выступавшие на ней, и даже фреш, который только-только успел попробовать Чейз, испарился из его рук. Все слилось в ураган красок. Перед смотрящими появилось запароленное окошко.

— Утечка личной информации. — Зигмунд подошел к нему и вызвал клавиатуру. Напечатав пароль, он смог проникнуть в систему, в самые тайные воспоминания Сэма Ричардсона. — Есть! Мой пароль сработал, а это значит, что хакер не успел изменить информацию. Мы вовремя перехватили кэш.

— Правда? Так мы можем…

И только они поспешили обрадоваться, как на все обозрение вышло сообщение о фатальной ошибке:

“Error. Warning! Data restricted. System files will be deleted in 60, 59, 58…”*.

*«Ошибка. Внимание! Данные защищены. Системные файлы будут уничтожены через 60, 59, 58…»

— Не подошел пароль! Нас хотят удалить вместе с файлами!

— Нас?! — воскликнул Чейз и обошел окно, чтобы убедиться, что отсчет был реальным.

— Мы можем застрять здесь! — Зи вызвал клавиатуру. Он начал перебирать все возможные пароли, которые сам знал.

Растерявшись, Честер в панике запустил свою страничку в LUCID. Он нашел в друзьях Астора и набрал его по видео, направив камеру на фатальную ошибку.

Пентестер ответил не сразу, но, когда вышел на связь, с той стороны послышался невероятно усталый голос:

— Этот скряга все не угомонится?

Зи медленно повернул голову на прозвучавший голос:

— Я его знаю… Я знаю, кто ты! — крикнул директор, но не отошел от парящей клавиатуры.

— Да? И я знаю, кто ты! Пернатая крыса!

У Зигмунда резко сузились зрачки. Так его называл только Ричардсон, и никто более не слышал эту особенно-жестокое прозвище.

— Это ты заблокировал пластину Сэма?! Отвечай!

— А что мне за это будет?

— Я не сдам тебя ему, и ты, возможно, не умрешь!!!

— Забавно. — Прыснул смехом Астор. — Как если бы мне было дело до смерти. У вас с Чейзом интересный способ запугивать.

— Астор, скажи пароль, прошу! — взмолил его сновидец.

— Нет. Но я отменю деактивацию дримерса. Скажи спасибо Чейзу. И не звони мне больше, идиот!

Хинн сбросил звонок. Обратный отсчет остановился на двадцати секундах. Надпись “Restricted”* так и не исчезла с экранов. Множественные ошибки заполонили карту, пока пластины сновидцев не отключились сами из-за нагрузки сети.

*(англ.): «Защищено»

Дримерс типа А, закрепленный на переносице Зигмунда, взвыл тонким писком и задрожал. Запахло паленым. Пластина нагрелась, и в следующий миг ее корпус треснул с оглушительным щелчком.

— Черт! — Зи дернулся, едва успев смахнуть с себя устройство. Оно рухнуло на пол, оставляя после себя тонкую струйку дыма.

Директор SD затих, наблюдая, как дримерс дернулся в последний раз и отключился. Датчики погасли.

— Он сжег дримерс Сэма… — голос Зигмунда предательски задрожал. — Его воспоминания… пропали!