Глава 32: Глава XXIII. Очень сладкие пончики чистой совести

Пищевой синтезатор на кухне тихо мурлыкал, его звук плавно сливался с напевом тетушки Мэй. Чейз уже сидел за столом, принюхиваясь к аромату сахарной пудры. Обмотанные когти он осторожно сложил вместе и спрятал на коленях под столом.

— Перед сном поешь, поболтаем. Я все знаю, но хочу услышать историю из твоих уст, — оставив в покое кофемашину, миссис Хопкинс тоже устроилась на мягком стуле рядом с Чейзом.

Островок с кухней располагался недалеко от окон. Видно дороги не было, как и зданий напротив. Лишь ленивый поток сиренево-серых облаков иногда проскальзывал мимо их этажа. Даже птицы не заглядывали так высоко.

— Вау… Вы даже испекли мне… Что это? — как только угощение было готово, Честер осторожно приподнял синюю тарелку перебинтованной пятерней и покрутил ей перед собой. Кругляши пышного теста заблестели на свету ламп.  За пару часов юноша уже успел наловчиться и не боялся что-нибудь разбить из-за когтистых пальцев, перевязанных друг с другом.  Но все же осторожничал. — Похоже на донаты.

— Это пончики, милый. Приготовила тебе, как своему самому любимому пациенту.

— А, вот оно что. Как я и догадывался… — Чейз клюнул носом вниз. Аромат карамельной корочки был заманчивым. — Так сегодня я пациент?

— С такими руками… — тетушка потянулась к его руке, но Честер осторожно убрал ее обратно под стол. — Я просто хочу убедиться, что тебе не передавили суставы.

— Доктор Дирк постарался. Я почти не чувствую боли, благодаря этому корсету. «Лимбо», как его назвали Зи и Сэм.

— Название подходит… — Мэй все же смогла притянуть к себе левую руку юноши. Его пальцы казались длиннее в два раза, а сам сновидец напоминал сейчас чудаковатого персонажа из старого фэнтези-фильма. Мягко повернув ладонь, женщина кивнула, взяла пышку и сама поднесла ее ко рту Чейза. — Вижу, тебе тревожно есть, когда рядом с лицом когти. Давай я помогу.

Чейз усмехнулся, но откусил от выпечки с благодарностью:

— Спасибо. Вы настоящая спасительница. Очень добры. Но все же, — Чейз мельком пригляделся к проекции часов на черном холодильнике, было уже 22:35, — когда начнется наш сеанс? Мне есть что рассказать вам, много накопилось!

Несмотря на быстрое приготовление, пончики обладали самым настоящим домашним вкусом. Тетушка позаботилась о Чейзе как одна из попечителей, а не только как его психотерапевт. Но их разговор продлился достаточно долго, тем не менее, был качественным и успокоил юношу. Закончили сеанс терапии они, примерно, в десять минут одиннадцатого. И сразу после мэй отправила Честера на боковую.

Перед тем как уснуть, сновидец снял дримерс с переносицы и отложил  его на прикроватную тумбу. Тетушка села на край кровати и подняла плед выше, накрывая юношу до плеч.

— Я слышала от Зигмунда, что ты о чем-то вспомнил? — и тут, застав сновидца врасплох, тетушка контр-атаковала. Знала, что подопечный не сможет отвертеться и все ей расскажет, на этот раз чистосердечно. — Ты говорил так много об Астрин, но так ничего и не рассказал о себе или о семье своей, если хоть что-то известно. Почему молчишь? Может, это что-то важное, Чейз. Мне стоит об этом знать, если это касается тебя.

— Да, это важно. — И Честер решительно раскололся. — Я вспомнил себя. И видел последние секунды своей жизни… Все произошло так быстро. — Пока он говорил, тетушка с заботой погладила его по волосам. Это хоть и на малость смягчило и расслабило Чейза. — Я был совсем ребенком, и вот теперь я в теле взрослого парня… У меня в душе разлом. Бездна между тем, кем я был и кем в итоге стал.

Мэй молчала. Собиралась с мыслями.

— Кем… я стал? — но он надеялся услышать ответ.

— За сегодня ты многое пережил, Чейз, — она начала отдаленно, чтобы его не испугать. — Ты такой же добрый и отважный молодой человек, каким я тебя знала. Ты не изменился, вспомнив прошлое.

— Если это хорошо, тогда…

— Важнее, чтобы это было хорошо именно для тебя, Честер. Думай о себе.

— Я постараюсь. — Честер выдохнул, собрался с духом и сказал. — Меня звали Кристиан, мне было около тринадцати лет. Все, что случилось со мной, произошло во сне. На опасной и реалистичной карте, которую для меня создала моя подруга. Я умер не только там, но и на самом деле. Помню я от кого-то убегал, либо хотел это сделать. Еще помню сильную боль в груди. Как все потемнело и… И больше я ничего не помню.

— Ты сказал, что Крис ушел на карте какой-то его подруги, да? Какой подруги, Чейз? — Мэй чуть наклонилась, вслушиваясь в рассказ сновидца..

Честер рвано задышал и оглядел комнату в растерянности. Говорить или нет? А затем снова посмотрел на тетушку.

— Я… в первый же рабочий день, чуть больше месяца назад, встретился с ней. Эта девушка мила, добра, но… я не помню ее. Хотел бы вспомнить. Она скрывается за аватаром парня. И знаете, не зря это делает. Есть те, кто может навредить ей. Я не дам навредить ей. Никому.

— Допустим. Это уже очень хорошо, Чейз! Ты паркурил в реалистичных снах, где физика не отличалась от реального мира. А твоя подруга — создательница этой карты. Тогда, значит, она винит себя в том, что с тобой случилось?

— Да. Звучит… — Чейз почти проговорил это, но тетушка его перебила.

— Странно. Действительно странно! — и только услышав это от Хопкинс, до него дошло. — Директора сновидческих компаний не разрешают своим пользователям создавать нечто подобное. Как же тогда юные сновидящие нарушили правила? Обошли возрастные ограничения и родительский контроль?

От размышлений в ушах стоял звон и, как только он прекратился, нужный пазл был найден. На дримерсе Честера загорелись датчики. Астрин. Все это время она не узнавала его из-за внешности. Однако, именно она и есть та гениальная подруга, на чьей карте погиб Крис.

— С самого первого дня… — почти шептал Чейз. — Я вижу этого пентестера, Астора Хинна. Я даже выяснил, что вне снов, без аватара, это девушка. Астрин. И она… обошла все ограничения, благодаря хакерским навыкам.

— Это она… Вернула Кристиана?

— К жизни? — на этот вопрос Мэй только коротко кивнула. — Да. Она мне призналась, что попыталась это сделать. Но не застала успех. — Чейз шумно выдохнул. — Знаете, я кажется понял. Она воскрешала Кристиана с помощью мимика, и вот поэтому я так выгляжу.

— Был… выбран случайный аватар. — Осознание коснулось сердца миссис Хопкинс. Она сжала ткань плотной юбки и часто заморгала. А потом показала на макушку юноши. — Это объясняет… твои…

Розовые волосы.

— Да. И мой необычный цвет волос это тоже объясняет. — Чейзу оставалось только подтвердить сказанное. — Но как это сделала маленькая девочка? Как Астрин… воскресила меня?

Гром. Честер поджал колени и посмотрел на окно. Вся комната на секунду залилась светом и каждый предмет отбросил тень. Тетушка Мэй села ближе к юноше, обняла его и прижала к сердцу. Чейз не заметил, как подался в ее сторону и прижался в ответ. Он не сказал, но подумал, как благодарен, что Мэй была сейчас с ним.

— Сынок, что ты знаешь про Джейда? — Мэй заглянула под пышную челку Честера, где нашла блестящую голубую повязку, а еще ниже — его испуганные глаза. — Помимо того, что он секретарь Зи и Сэма. Ты знаешь, откуда он? Сколько ему лет?

— Только не говорите, что он тоже…

Мэй не сказала, но кратко кивнула. Она улыбалась, стараясь не напрягать юношу своей задумчивостью.

— Девять лет назад Сэм вытащил Джейда из памяти Зигмунда. У них получилось перенести в реальность часть воспоминаний, но это сработало только с мимиком.  И та сенсация с беременностью…

— Они испугались… — Честер вспомнил, как нервно закурили Гранд и Ричардсон, когда дело дошло до новостей о госпоже N.

— Да. — Мэй положила руки на колени и устало помотала головой. — Их пугает, что люди узнали о лазейке, об ошибке в коде. И начнут доставать мимиков из снов. Поэтому страшно. Нам на смену… грядет нечто новое. Мимики вытеснят людей, и, кто знает, как на это ответит новый Бог.

Когда стало понятно, что ответ затянулся, тетушка посмотрела на подопечного. Она решила, что тот уже уснул. Однако, нет. Он с ужасом смотрел в пустоту между шкафом и окном, и не решался спросить то, что было на уме. Тетушке сделалось неловко из-за молчания. Она не хотела пугать юношу, тем более перед сном. Молния засверкала за окнами, но в этот раз гром был еле слышен. Полил дождь. Утром и лужи не останется, солнце в Нью-Летбриге весной всегда беспощадно.

— Что-то я разговорилась, нельзя было тебе такое сообщать. — Женщина медленно встала, опираясь на колени, и выпрямилась. Однако, не успела уйти.

— Нет, я просто… — взгляд Ньюэлло вновь оживился. Юноша посмотрел на перевязанные пальцы, а затем на миссис Хопкинс. — Спасибо. Теперь я понимаю, почему Джейд показался мне таким знакомым. Мы оба произошли от мимиков и воспоминаний. И мне  жаль, что вы боитесь нас.

— Я не боюсь тебя, Чейз. Я лишь выразила беспокойство. Людям свойственно переживать из-за того, чего они не понимают, — мягко уточнила Мэй. Это удивило Честера. А ведь он уже решил, что от него отреклись. — Стала бы я помогать тебе, выхаживать тебя, если бы боялась?

— Но почему ко мне другое отношение?

— Потому что Джейд — часть Зи. А уж кому, как не Зигмунду знать, на что способна даже толика его воспоминаний?

Попрощавшись на ночь, Чейз и Мэй пожелали друг другу спокойной ночи. Сегодня Честер испытал то, что проходил все эти долгие пять месяцев: уснул и не видел снов, а лишь темноту и себя посреди ней, спящего в холоде, вдали от чего-то цельного. Настоящее «Я» звало его к себе, как часть незавершенного пазла.

***

— Пей, тебе нужно восстанавливаться. — Сэм приподнял Зи, подложив под его голову еще одну подушку. А сам встал у кровати, подготавливая пиалу с куриным бульоном. — Вот так. Пей медленно, еще не остыло.

Зи сделал несколько неуверенных глотков, а затем хлебнул побольше с особым аппетитом. Хороший знак.

— Понравилось? — уточнил Сэм, убирая поднос с посудой на тумбу.

— Ну, для раненого директора неплохие кулинарные навыки, — Зи хитро улыбнулся, когда ему вытерли губы салфеткой.

Однако Ричардсон зацепился за другие слова.

— Прости за мой внешний вид. Я старался скрыть раны, чтобы ты снова не обратился. Но лучше не снимай вишневый пластырь, не будем рисковать. — Сэм указал ему под нос. Голографические полоски были почти незаметны, но источали чарующий вишневый аромат.

— Твой… вид?

В окружении Зи не было никого, кто бы выглядел так круто, как Сэм Ричардсон. Раны лишь добавили остроты его чертам и опасности характеру. Зигмунд загордился им с особой силой.

Потянувшись вперед, он с уверенностью протянул:

— Я выиграл эту жизнь, ведь у меня есть такой брат, как ты. А ведь ты действительно рос со мной и стал совсем родным. Могу предположить, что проклят лишь за это.

— Не говори так. — Сурово буркнул Ричардсон. — Это не везение и не проклятие. Это то, что ты заслужил.

Утро началось странно. Обычно в ранние часы директор LL не позволял себе быть таким заботливым, тем более откровенным. Иногда в наших слабостях кроется сила. И именно она, тонкой ниточкой, вытаскивала Зи из того пекла, в котором его держало ненавистное проклятье.

— Я нашел способ спасти тебя, — прошептал Сэм, словно их могли подслушать. — И на этот раз у нас все получится.