Глава 23: Глава 21. Призрак инженера

Следующая неделя превратилась в сюрреалистический марафон. Дни слились в череду школьных уроков, которые мы отсиживали на автопилоте, домашних заданий, сделанных для вида, и ночных бдений над ноутбуком Лики в нашем подземном убежище. Имя «Александр Сергеевич Попов» стало нашей мантрой, единственным ключом к спящим гигантам, запертым под землёй.

Всё началось сразу же после спуска из ангара, в тусклом свете аварийных ламп нашей базы. Первоначальный восторг схлынул, оставив после себя горький привкус реальности. Мы стояли вокруг старого ящика, который служил нам столом, и молчали.

— То есть, — подвёл я итог, озвучивая то, что все и так понимали, — мы нашли не армию спасения, а очень дорогой и очень большой набор конструктора «Сделай сам», в котором не хватает половины деталей.

Кир пнул ногой пустую консервную банку.

— Отлично. И где мы достанем запчасти для робота размером с небоскрёб? В «Леруа Мерлен»?

Соня, всё ещё бледная после своего падения, тихо добавила:

— Должен быть другой путь. В документах... там были личные дела. Папки с именами учёных.

Идея Лики зажгла в нас новую искру надежды.

— Точно! Главный инженер проекта «Бродяга». Если кто-то и знает, как запустить этих красавцев, то только он.

Влад остудил наш пыл холодной логикой:

— Прошло больше десяти лет. Он может быть мёртв. Или в тюрьме. Или... его могли заставить замолчать навсегда.

Мы склонились над экраном ноутбука. Лика вбила имя в поисковую строку.

— Александр Сергеевич Попов...

— Погоди, — перебил я её, заглядывая через плечо. Я взял в руки одну из старых папок и открыл страницу с фотографией. На ней молодой учёный получал награду. — Тут сказано, что ему было двадцать пять, когда проект стартовал.

В комнате повисла тишина. Мы переглянулись. Двадцать пять лет. Возраст, когда большинство только заканчивает университет, а этот человек уже руководил созданием машин, способных изменить ход истории. Это одновременно пугало и внушало уважение.

Эта мысль преследовала нас всю неделю, пока мы пытались вести двойную жизнь. Школьный коридор превратился в декорацию для нашего заговора. Обсуждение продолжалось везде, где можно было шептаться: у окна на перемене, в очереди в столовой, прячась между стеллажами в библиотеке.

* **На физике:** Соня выводила на полях схемы реакторов вместо конспекта.

* **На алгебре:** Я смотрел на доску, но видел перед собой чертежи «Кречета».

* **На физкультуре:** Кир лениво перекатывал мяч по площадке, мысленно прокладывая маршруты для будущих поисков.

Лика стала похожа на тень. Она приходила в класс с огромными синяками под глазами.

— Ничего нет, — шептала она нам на литературе, захлопывая ноутбук. — Налоги, штрафы, недвижимость... Пусто! Как будто Александра Сергеевича Попова никогда не существовало. Его просто стёрли.

К вечеру субботы надежда почти иссякла. Мы снова собрались на базе, окружённые горами бесполезной информации. Лика в отчаянии ударила ладонью по крышке ноутбука.

— Всё! Это тупик!

Тишину нарушил лишь скрип моего стула. Мой взгляд бездумно блуждал по разложенным на столе документам. И тут он зацепился за знакомое лицо на пожелтевшей газетной вырезке.

— Стоп, — сказал я, поднимая листок. — Смотрите. Вот Попов получает премию. А кто стоит рядом с ним?

Я передал вырезку Лике. Она увеличила фотографию на экране.

— Профессор Аверин... Декан факультета прикладной физики Воронежского государственного университета...

Её пальцы снова взлетели над клавиатурой. Мгновение спустя она победно вскинула голову.

— Аверин до сих пор преподаёт! У него есть страница на сайте университета! Он был коллегой Попова. Он должен что-то знать!

Влад кивнул, глядя на часы:

— Завтра понедельник. После третьей пары у нас будет окно.

Кир хищно ухмыльнулся, разминая плечи:

— Кажется, у нас намечается внеклассный урок по истории науки.

Мы нашли нить. Тонкую, едва заметную, но реальную. Александр Сергеевич Попов перестал быть просто именем на бумаге. Он стал нашей целью. И на следующей неделе мы планировали нанести визит его старому другу. Добровольный или нет.