Глава 2: (Не)реальная история

(Не)реальная история

4

0

DMот Dmitry Makedonov
Поделиться

– Ну хорошо, мы рады, что ты пришел. Расскажи о себе.

На диване сидел Иван Ковров – местная молодая знаменитость с белыми, как снег, кудрявыми волосами. Он был в свободном худи, просторных штанах и кроссовках, в общем, был в своей повседневной одежде и зашел на кастинг скорее для смеха, чем для дела. Напротив него сидели двое тощих пацанов, у которых неизвестно откуда взялись деньги на кино и на аренду старой камеры, что стояла рядом на высоком штативе.

– Я думаю, вы и так обо мне многое знаете... – Иван усмехнулся, но продолжил речь, потому что ему нравилось говорить о себе.

Михаил Лишвиц слушал его бред, но улыбался – ведь им нужен был этот смазливый перекаченный дурак. Который всё-таки был профессиональным актёром. И Михаил уже видел, как хорошо Ковров будет смотреться в кадре: стереотипный красавчик, от которого сохнет полгорода, погибнет в кадре самой страшной смертью из возможных, уж Михаил об этом позаботиться. Пусть он был оператором фильма и никакого отношения к сценарию не имел, режиссёр и сценарист фильма, Дмитрий Акулов, был его лучшим другом и коллегой вот уже пять лет и о некоторых нюансах сценария Михаил имел право говорить.

Он посмотрел на него, на Дмитрия.

Акулов, как и всегда, был в очках с чёрной оправой, худ и бледен, но, ко всему прочему, прибавилась густая чёрная щетина, которой никогда прежде не было и дикое напряжение, видимое в раскрытых, бегающих, как у наркомана, глазах. Он будто бы не слушал, что говорит Ковров, и щипал волоски отросшей бороды. Под его глазами появились яркие мешки, очевидно, от недосыпа. В последнее время Дмитрий сильно изменился. Не так давно ни щетины, ни бегающих глаз, ни мешков под глазами у него не было. В начале месяца он вдруг пропал и появился неделю назад уже таким, но при этом с деньгами. Михаил подозревал, что, потерявший всякую надежду найти спонсоров, Дмитрий взял кредит и теперь не спал ночами, думая об ответственности, что легла на него. Однако, Михаила беспокоили не только внешние перемены. Иногда он замечал в друге странные повадки, будто бы появившиеся из ниоткуда. Подчас Михаил, смотря на друга, испытывал что-то похожее на зловещую долину или эффект Манделы. Но когда Дмитрий начинал говорить о кино всё сразу же вставало на свои места.

– Ну вот как-то так, – сказал Ковров.

Дмитрий тут же поднял взгляд и кивнул.

– Хорошо. Мы тебе напишем.

– Это чё, отказ? – развёл руками Иван.

– Нет. Это значит, что мы тебе напишем.

Ковров пожал плечами, встал и вышел из комнаты.

– Ты серьёзно? – спросил Михаил. – Он ведь лучший кандидат. Зачем ты его забраковал?

– Я не браковал его. Я сказал, что напишу ему. Мне нужно посмотреть на других претендентов.

Ещё одна странность: он говорил односложно, будто схемами. Раньше ему невозможно было рот заткнуть, а теперь бы одно лишнее слово выудить.

Михаил отпил кофе и глянул в экранчик камеры. Запись шла без перебоев, и он этому ужасно радовался. Изначально, идея Дмитрия снимать на старую камеру показалась ему глупой: слишком высокий риск поломки, слишком много проблем при монтаже, слишком хреновая картинка и звук. Но Акулов отрыл где-то весьма недурную камеру, которая исправно работала и, к тому же, создавала нужную атмосферу любимого фильма как Михаила, так и Дмитрия.

«Ведьма из Блэр».

Дмитрий давно заразился идеей снять за копейки то же самое, что сняли «америкосы» двадцать лет назад. Так и появилась эта камера, так и появился этот сценарий. «Сон в летнюю ночь» – не самое хорошее название для хоррора. Михаилу оно казалось странным. Это название подходило скорее романтической комедии или классической музыке по типу «Лунной сонаты», но Дмитрию, почему-то, оно нравилось.

Название было, но вот сценарий так и не был завершён. Дмитрий написал примерно половину, ровно до момента, когда главные герои оказываются в лесу, а вот дальше он собирался писать «что бог пошлёт». Казалось, Дмитрий исписался и в том числе по этой причине не спит по ночам – он выдумывает продолжение и концовку. Съёмки в лесу начнутся через месяц, в мае, когда ещё не будет клещей и уже не будет весенней прохлады. К тому моменту сценарий должен быть написан.

Но актеров они должны найти ещё раньше.

Михаил думал обо всём об этом и молчал, как вдруг в комнату вошла девушка. Она поздоровалась с Дмитрием, тот сухо ответил ей и пригласил сесть. Михаил не знал её, но взгляда с неё уже не мог свести. Он впервые видел такую странную, неестественную и в то же время притягательную красоту. Девушка начала диалог с Дмитрием и время от времени кидала взгляд на Михаила, отгадав в нём оператора. Но он не слышал их разговора, потому что во все глаза глядел на белый пучок её волос и на её локоны, струившиеся по шее; он опускал взгляд на её высокую шею и поднимал его, смотря на яркие голубые глаза и вытянутый нос с горбинкой. Казалось, он был не человеком, а роботом на производстве, сканирующим изделие в поиске недостатков. Но он этих недостатков не нашел. Таким людям, понял Михаил, место либо среди моделей, либо среди актрис. Третьего не дано.

– Хорошо... – Дмитрий выслушал ту часть монолога, которую Михаил пропустил мимо ушей и думал над следующим вопросом. – Ладно. Прежде всего мне интересно, зачем вы здесь. Для чего вам этот фильм? Портфолио? Хобби? Интерес?

Девушка не долго думала. Пожала плечами и честно ответила:

– Ради денег. Вы написали, что платите за каждую смену, вот я и подумала... Почему бы и нет.

Тут Михаил понял, что у этой девушки нет шансов.

Дмитрий кивнул и, так же не глядя в глаза, сказал, что они ей перезвонят.

– Ну что, смотрим следующих? – спросил Михаил.

– Нет. – Дмитрий взял ручку, блокнот и сделал заметку. – Больше мы ни в ком не нуждаемся.

И всё-таки Михаил понял, что его давний друг изменился сильнее, чем казалось.

Казалось бы, пять лет для крепкой дружбы – не так много. Тем не менее их объединяло очень многое. Прежде всего любовь к кино. Они нашли друг друга на курсах кинематографии от местной киностудии и успели сделать два фильма. Первый, небольшой фильм, сделанный без гроша, но с искренним энтузиазмом, оказался наиболее удачным. Следующий фильм, уже на тридцать минут хронометража, они делали год, но финальный результат расстроил их обоих. Они поняли, что энтузиазма и желания мало. Нужны были деньги.

Второй их совместной работой был «фильм ужасов» о призраках. Михаил всегда говорил, что это фильм ужасов в кавычках, потому что ничего пугающего сделать им не удалось. Это понимал и режиссёр фильма, Дмитрий. На вечеринке по случаю премьеры он, напившись до состояния, когда обсуждаются либо политика, либо секс, рассказывал Михаилу, что мечтает снять кино о духе леса, которым его пугала бабка. О духе, жившим среди сибирских морозных чащоб. О демоне, чьи руки-корни пронизывают каждый сантиметр земли и ощущают прикосновение добычи. На такой фильм нужны были деньги. И вот, пропав из соцсетей месяц назад, он возвращается с деньгами и половиной сценария, желая сделать фильм мечты. Но откуда деньги, куда он пропал, и почему он так сильно изменился, Михаил не спрашивал. Потому что спросил один раз и получил категоричный, не свойственный мягкому характеру Дмитрия ответ.

«Не твоё дело».

Поэтому он ничего не спросил и после кастинга. Что было в голове режиссёра Михаил не знал. Мало ли что.

Они вышли на улицу и холодно распрощались. Дмитрий, снова вопреки характеру, направился домой пешком, вместо того чтобы заказать такси. Михаил смотрел на удаляющуюся фигуру друга и думал, что будет дальше. Ответ на ум не приходил.

Он глянул в вечернее прохладное небо и поправил сумку с камерой. Вытащил сигарету и закурил. Михаил направился домой в ожидании новостей от друга.

Как и многие его сверстники-студенты, он жил на съёмной квартире. Жил один, тихо и спокойно. После долгого пути по мокрым улицам, парень стоял в коридоре и смотрел на двадцатиметровую студию с удовольствием. Смотрел и думал, как ему повезло с районом и что ему хватает денег на оплату жилья. Он положил камеру в шкаф, вышел на балкон, закурил, посмотрел на отражение в зеркале. Оно стояло здесь, на полу балкона, ещё с прошлых жильцов. Михаил посмотрел на своё гладко выбритое лицо, поискал прыщи, остатки подросткового акне. С удовольствием отметил, что всё в порядке, всмотрелся в зелёные глаза, где увидел сетку красных капилляров, столпившихся вокруг зрачка, и осознал, как сильно хочет спать.

Ночь пришла быстро. Март приближался к своему концу, но ночной холод был таким же, как и зимой. Михаил поплотнее укутался в одеяло и вдруг подумал, не сумеет ли он найти её – девушку с кастинга. Но тут же вспомнил, что, задумавшись, даже имя её не запомнил. Но Михаил всё равно взял телефон, открыл соцсеть, где вышел на страницу Дмитрия. Просмотрел список его друзей, но не нашел её. Однако, заметил другое. Он увидел, что Дмитрий в сети был ровно месяц назад. Хотя, телефон всё это время был при нём.

Михаил не подумал о последней мысли, как следовало бы. Он откинул её вместе с телефоном и закрыл глаза, в ожидании сна.

И тот не заставил себя долго ждать.

 

Он стоял перед окном. Оно занимало практически весь его взор, а за стеклом простирался бесконечный зелёный лес. Панорама была неподвижной и бесшумной. Но Михаил чувствовал приближение чего-то необъяснимого. Чего-то зловещего.

Над горизонтом сгущались тучи. Через мгновение они заполонили небо, а за ними, из-под горизонта шел мороз. Он окутывал своими белыми объятиями деревья и приближался к окну. Михаил отпрянул от него и увидел, как холод проник сквозь стекло, облепил стены комнаты и через мгновение настигнет его.

Но тут Михаил проснулся.

Он увидел потолок и люстру и понял, что не может сдвинуться с места. Тело было сковано невидимыми цепями.

Сонный паралич.

Они бывали у него часто, и потому Михаил отлично запомнил мамин совет: ничего не делать, просто спокойно дышать. Что удивительно, он знал о кошмарах, что видели его знакомые во время параличей, но сам никогда кошмаров не видел. Ему везло.

Но когда Михаил опустил глаза к балкону, он тут же осознал, что его везение закончилось.

В углу комнаты, за шкафом, стояла высокая фигура. Михаил видел только контур массивной спины и плоской овальной головы. Но что он видел отчётливо, так это оленьи рога – они острыми углами вонзались в потолок и были разветвлёнными, как голые кроны погибшего дерева.

Нечто стояло неподвижно, но Михаил слышал, как скрипят ветки, слышал треск древесины. Прошли томительные страшные секунды, и вдруг рогатое нечто рванулось прямо на Михаила, протянув свою костлявую руку. Он закричал и вырвался из объятий сна.

Михаил вздрогнул, обнаружив, что по-прежнему лежит на спине. Он сел и посмотрел в пустоту комнаты. Ничего не было. В комнате стояла только тишина. Вдалеке слышались гудки автомобиля и шум дороги. Михаил снова лег, укрылся одеялом, словно коконом, выдохнул и закрыл глаза.

Однако, даже сквозь теплое одеяло он чувствовал пронизывающий кости холод.

 

Прошла неделя, но Дмитрий ему так и не написал. Михаил звонил ему сам, дважды, но каждый раз сталкивался с одной лишь фразой – «Абонент временно недоступен». Что оставалось? Заниматься своими делами.

Тем более для них у Михаила был целый месяц.

Той весной он работал в университете, сидя в приёмной комиссии. Работал примерно до трёх часов дня, а затем уезжал на фотосессии или домой. Четыре недели прошли обыденно. Апрель сменил март и уж сам подходил к концу. Последнее его воскресенье рискнуло стать очередным скучным днём без событий. Однако, когда Михаил стоял на балконе, всматриваясь в уходящее под горизонт небо, он вдруг услышал звонок, но не телефона, а двери. Не понимая, кто мог прийти к нему без предупреждения, и опасаясь, что это могли быть какие-нибудь странные соседи, Михаил подошел к двери и посмотрел в глазок.

За дверьми стоял Дмитрий, всё в той же одежде, всё с той же щетиной, всё с теми же мешками под глазами. Его взгляд упёрся в дверь, веки не моргали, никакого движения он не производил. Очевидно, подумал Михаил, друг над ним шутит.

– Ну привет! – крикнул он из-за двери. – Теперь не занят?

– Собирайся, – прозвучал хриплый голос. Дмитрий по-прежнему стоял неподвижно, но говорил как обычно. – Через два дня выезжаем.

– С тобой всё нормально? – Михаил всё-таки открыл дверь. И как только он это сделал, Дмитрий переменился в лице и даже вновь заулыбался. – У тебя взгляд был, как у ненормального.

– Со мной всё в порядке, – ответил Дмитрий. – Просто много чего навалилось. Собирайся, – повторил он просьбу.

– Куда и когда?

– Всё узнаешь на Главной площади. Через два дня, утром. Всё, дела не ждут. – Дмитрий похлопал друга по плечу и направился вон из подъезда.

Михаил был настолько удивлён поведением друга, что не успел даже сформулировать какую бы то ни было мысль. «Главная площадь...» Что ещё за главная площадь? Михаил захлопнул дверь, ломая над ответом голову.

В календаре, что висел над его диваном, была обведена чёрной ручкой дата: через два дня у него должна состояться новая фотосессия. Клиент платит хорошие деньги. Михаил прикусил губу, начав поиски оправдания. Заболел, дела на работе, реализация мечты. Что сказать лучше? Наверное, не так важно. Михаил открыл ноутбук и написал клиенту правду.

Он едет снимать кино.

В этот же миг на почту пришло уведомление. Михаил открыл её и увидел письмо от неизвестного адресанта. Письмо оказалось без текста, но с прикреплённым файлом: «Сон в летнюю ночь» – гласило название. Михаил открыл его и понял, что перед ним источник вдохновения Дмитрия – история о лесном демоне, пожирающем души, с которого и началась идея «Сна в летнюю ночь».

Через десять минут Михаил узнал много нового о мифологии забытого сибирского народа, проживавшего в глубине веков совсем неподалёку, в ста километрах от города. Он узнал о чудовище, которого изображали как великана, стоящего на каменных ногах, как оленя с горящими глазами, как ворона с тремя головами и как...

Тут Михаил понял, что не может шевельнуться. Потому что перед собой он видел почти такое же создание, что видел во сне. На фотографии некоего антрополога, сделанной в далёкой пещере, было нарисовано пеплом нечто с переплетёнными острыми рогами, с длинным телом и руками с шестью пальцами на каждой.

Когда Михаил смог убедить себя, что увиденный им образ той ночью не похож на то, что он видит перед собой, он глянул ссылку на изображение. Нажал на неё. Но открывшаяся ссылка не прогрузилась, выдав ошибку «404».

Что ж, и на том спасибо.

Он вновь посмотрел на изображение, затем выключил ноутбук и закрыл его.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

3 из 7