Глава 6: Глава 7: СЕМЬ МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ
Глава 7: СЕМЬ МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ
1
0
Округ Сьерра. Неизвестная локация в горах. Апрель 1984 года. 22:17.
Семь месяцев.
Семь месяцев с того дня, как артиллерия сравняла округ Сьерра с землёй.
Семь месяцев снега, ветра и тишины — той тишины, которая хуже любого взрыва. Потому что в ней слышно, как умирает надежда.
Округ Сьерра перестал существовать 12 октября 1983 года в 18:00.
Двести тридцать семь артиллерийских снарядов калибра 155 мм упали на территорию бывшего округа за один час. За ними пришли ракеты с вертолётов AH-64 Apache. А когда всё закончилось, A-10 Thunderbolt II ещё три часа вычёсывал окрестности, превращая в фарш всё, что шевелилось.
Приказ из Пентагона был коротким: «Стереть с лица земли. Никаких следов вируса SAWD-83»
Они стёрли.
Город Сьерра — руины. Уэст-Сьерра — пепел. Поссум-Спрингс — воронка диаметром полкилометра. Тюрьма округа, где всё началось, исчезла с лица земли вместе с тремя этажами скальной породы под ней.
Но вирус оказался живучее.
Их было четверо.
Капрал Джеймс «Блю» Харрис — командир, который не приказал никому умирать, но сам чуть не умер дважды. Левое плечо раздроблено осколком, три ребра сломаны, шрам через всю спину.
Рядовой первого класса Дэниел «Ривер» Ривера — снайпер, который починил C-130 под обстрелом. Он потерял слух на правое ухо от близкого взрыва взрывного. И потерял надежду, что когда-нибудь увидит свою семью в Поссум-Спрингс — потому что Поссум-Спрингс больше нет.
Специалист Маркус «Дэвис» Дэвис — пулемётчик, здоровяк с добрым сердцем и тяжёлой рукой. Он тащил Харриса два километра под снегом, когда у того открылось внутреннее кровотечение. Никто не знает, как он это сделал. Он сам не знает.
Сержант Виктор «Вик» Миллер — санитар, который должен был умереть от осколка в бедро, но выжил. Хромает, постоянно кашляет кровью, но всё ещё усмехается и называет это «гриппом».
Они жили в старой охотничьей хижине в горах, на полпути между тем, что когда-то было округом Сьерра, и тем, что никогда им не было.
Хижина принадлежала деду Риверы. Старый охотник построил её в 1962 году для зимней ловли пушнины. Сейчас она стала их фортом, их тюрьмой, их последним домом.
— Дров осталось на три дня, — сказал Ривера, заходя внутрь и отряхивая снег с куртки. — Может, на четыре, если топить через раз.
— Через раз не пойдёт, — ответил Миллер, сидя у печки с перевязанной ногой. — У Харриса температура. Если мы не будем топить каждые четыре часа — он не проснётся.
— Он и так не просыпался уже двое суток, — буркнул Дэвис, помешивая в котелке остатки тушёнки. — Может, пора признать...
— Не признавать, — оборвал Ривера. — Он вытащил нас из ада. Мы вытащим его из простуды.
— Это не простуда, Дэнни. — Миллер поднял на него глаза. Серые, усталые, но всё ещё живые. — Это сепсис. Осколок в плече загноился. Ему нужны антибиотики, хирург и чистая операционная. А у нас есть ржавый нож, бутылка виски и твоя молитва.
Ривера отвернулся к окну.
Снаружи выла вьюга. Снег шёл уже третью неделю без остановки. Армия не вернётся. CDC не пришлют вертолёт. Они забыли округ Сьерра. Или сделали вид, что его никогда не существовало.
— Есть ещё кое-что, — тихо сказал Дэвис.
Он вытащил из рюкзака спутниковое радио — старенькое, ещё с M113, которое они успели забрать перед тем, как танк сгорел.
— Ловил сигнал сегодня утром. Повторяют каждые четыре часа.
Он включил запись.
Из динамика, сквозь шипение и треск, раздался голос. Женский. Холодный. Официальный.
*«...повторяем для всех выживших в карантинной зоне "Сьерра". Вирус SAWD-83 классифицирован как ликвидированный. Зона признана неопасной для жизнедеятельности. Любое присутствие гражданских или военных лиц на территории бывшего округа Сьерра запрещено под страхом немедленной ликвидации. Повторяю: зона признана чистой. Возвращение не допускается. Это последнее сообщение от Объединённого комитета по чрезвычайным ситуациям штата Вашингтон. Конец связи.»*
Хижину наполнила тишина.
— Чистой, — повторил Миллер. — Они назвали это место чистым. Там, где неделю назад мы видели сотни зомби, теперь чистый снег и радиационный фон в пределах нормы.
— Они не знают, — сказал Ривера. — Или не хотят знать.
— О чём?
Ривера повернулся к ним. Его лицо было бледным, глаза — чёрными от недосыпа и страха.
— Я видел их. Вчера. Когда ходил к южному склону за дровами.
— Кого? — спросил Дэвис, замирая.
— Зомби. — Ривера сглотнул. — Троих. Обычных. Они шли по руслу замёрзшей реки. Медленно. Сломанно. Но они шли. На юг.
— На юг — это к Сиэтлу, — прошептал Миллер.
— Я знаю.
— Но артиллерия... A-10... Мы видели, как они разнесли всё в щепки.
— Вирус живёт в мёрзлой земле, — сказал Ривера. — Мой дед говорил, что чума возвращается каждые десять лет, потому что её не убить холодом. Только жаром. А зима в Сьерре длится семь месяцев.
— Семь месяцев мы здесь, — сказал Дэвис. — Семь месяцев ждали, что нас спасут. И никто не пришёл.
— Значит, мы спасаем себя сами, — ответил Ривера.
В ту ночь Харрис очнулся.
— Ривер... — прохрипел он, открывая мутные глаза. — Что с приказом?
— Какой приказ, капрал? — Ривера поднёс к его губам кружку с тёплой водой. — Армия нас бросила. Округ стёрли с карты. Мы сами по себе.
Харрис медленно повернул голову. Посмотрел на потолок. На трещины в брёвнах. На снег, пробивающийся сквозь щели.
— Не бросила, — сказал он. — Забыла. Это хуже.
— Нам нужно двигаться, — сказал Миллер, опираясь на костыль, который Дэвис смастерил из ветки. — На юг. К Сиэтлу. Там есть база Национальной гвардии. Они не могли эвакуироваться все.
— Триста километров по снегу, — подсчитал Дэвис. — С раненым, с хромым, с одним автоматом на четверых. И с зомби, которые тоже идут на юг.
— Звучит как самоубийство, — сказал Миллер.
— Да, — согласился Ривера. — Но оставаться здесь — это смерть медленная. А я предпочитаю быструю.
Он подошёл к стене, снял старую винтовку деда — Remington 700, смазанную, заряженную, готовую к бою.
— Кто со мной?
Дэвис поднялся первым. Потом, кряхтя и матерясь, Миллер. И наконец, шатаясь и опираясь на стену, — Харрис.
— Я привёл вас в этот ад, — сказал капрал. — Я и выведу.
Они собрали последние припасы: три банки тушёнки, пять обойм к M16, один осколочный гранаты, аптечку без лекарств и карту, на которой округ Сьерра был нарисован зелёным — цветом жизни, которой там больше не было.
На пороге хижины Ривера обернулся.
— Прощай, дед, — тихо сказал он. — Ты построил хороший дом. Но мы не хотим в нём умирать.
Дверь захлопнулась.
Вьюга снова взвыла, заметая следы.
Семь месяцев снега.
Семь месяцев тишины.
Семь месяцев, за которые вирус SAWD-83 ушёл в спячку под землёй — и проснулся снова.
Но это уже не история о Харрисе, Ривере, Дэвисе и Миллере. Это история о том, что было после.
Потому что через семь месяцев, когда снег растаял и первые зелёные ростки пробились сквозь пепел Сьерры, на юге, у границ Сиэтла, зафиксировали первую вспышку.
Симптомы: потеря страха, потеря боли, потеря себя.
Диагноз: SAWD-83.
И никто не знал, что четверо солдат — грязных, голодных, вооружённых одной винтовкой на четверых — уже три недели как перешли горы и стоят у ворот военной базы Льюис-Маккорд.
И что один из них, капрал Харрис, держит в руке пробирку с замороженной кровью взрывного зомби — единственный образец, который может помочь создать вакцину.
И что он не отдаст её никому, кроме генерала, который отдаст приказ спасти то, что осталось от округа Сьерра.
Потому что округ Сьерра — это не просто название на карте.
Это был их дом.
Это был их ад.
И они вернулись, чтобы рассказать об этом.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!