«Раст» — это петля. Клетка без прутьев. Ад, выкованный из багов и чужого смеха.

Сотни людей одновременно просыпаются голыми на берегу океана. У каждого — камень в правой руке и факел в левой. Ни имени. Ни прошлого. Ни воспоминаний о том, кто ты был до того, как песок впитал твою мочу от страха.

Первая ночь — самая честная. Ты еще не знаешь, что лес шепчет на частоте мертвых. Что медведи здесь — ходячие мясорубки с глючной анимацией. Что другие люди — это просто мешки с лутом, которые кричат.

Но проходит день. Ты строишь деревянную коробку. Ставишь верстак. Учишься плавить металл в печи, которую слепил из глины и камня. Каждый твой шаг — это чья-то диссертация о неолите. Каждая смерть — пик данных в чужом логе.

Однако ты этого не знаешь. Ты думаешь, что выживаешь. Что борешься с холодом и голодом. Что враги — это другие голые безумцы с топорами.

Ты не знаешь, что над вами — не небо. Что радиация — не ошибка природы. И что кто-то очень умный платит огромные деньги, чтобы смотреть, как ты умираешь в сотый раз и снова встаешь на пляже.

Добро пожаловать в Раст. Эксперимент, который забыл, что он эксперимент.

Он пришел в себя от соленого вкуса во рту. Глаза открылись — небо было неестественно синим. Слишком синим. Как на старых постерах про экологию.

— Опять.

Слово вырвалось само. Он не знал, почему сказал «опять». Просто какая-то струна внутри вибрировала каждый раз, когда он видел этот берег.

Его звали… нет. У него не было имени. Был ник, который он сам себе придумал на второй день — Кремень. Глупо, но лучше, чем «Пользователь_4815162342».

Он поднялся. Камень. Факел. Голод — 500. Здоровье — 100.

Кремень огляделся. На пляже лежало еще трое. Один уже вставал — рыжий, с веснушками, дрожащими руками. Двое других еще корчились, словно их вырвало из материнской утробы.

— Слушай, — начал Кремень, но рыжий перебил:

— Не надо. Я знаю. Нужно рубить дерево, собирать камни, делать кирку, убегать от медведя. Я это уже делал. Много раз.

— Сколько?

Рыжий замер. Моргнул. Зрачки его дернулись вбок, потом вверх — туда, где висела пустота.

— Я… не помню. Сто? Тысячу? Кажется, я умирал во сне. Или спал в смерти. Ты когда-нибудь чувствовал, что твои руки помнят то, чего не помнит голова?

Кремень промолчал. Потому что да. Его пальцы уже сами складывали примитивный топор. Не думая. На автомате. Как будто кто-то переписал его нервную систему.

— Меня зовут Тихон, — сказал рыжий и протянул руку. — На четвертый день прошлой петли меня убили из самодельного пистолета. Пуля вошла в левый глаз. Я помню, как металл ломал кость. Это не должно было случиться. Мы еще не открыли порох.

— Оперируешь терминами, как ученый, — заметил Кремень.

— А может, я им и был.

В этот момент двое других на пляже наконец встали. Женщина с короткой стрижкой и мужчина с длинным шрамом на плече. Никто из них не смотрел на небо. Смотрели под ноги. Уже искали ресурсы.

Стадо пришло.

И Кремень вдруг понял, что ненавидит эту предсказуемость. Этот сценарий, который разыгрывался тысячу раз. Ученые назвали бы это «выученной беспомощностью». Но что, если это наоборот — слишком хорошая выучка?

Он посмотрел на горизонт. Там, за деревьями, стоял заброшенный маяк. И каждый раз, когда Кремень проходил мимо, он слышал изнутри не ветер. А шепот. Мерный, как кардиограмма. Словно маяк дышал.

— Сегодня я пойду туда, — сказал он.

Тихон побледнел:
— Там радиация. Смерть за десять секунд.

— А ты откуда знаешь, если никогда не доходил?

Рыжий открыл рот и закрыл. Потому что действительно — откуда?

Потому что кто-то вложил это знание мне в голову, — подумал Кремень. — Как и умение делать топор. Как и страх перед маяком. Как и…

— Пойдем со мной, — попросил он.

Тихон посмотрел на лес. На двух новичков, которые уже рубили дерево. На свою пустую полоску голода.

— Ладно. Но я возьму бинты.

— У тебя нет бинтов.

— Будут.

Они ушли в лес, даже не обернувшись. И не заметили, как в тот самый момент, когда их спины скрылись за кронами, женщина с короткой стрижкой перестала рубить дерево. Подняла голову. И улыбнулась — идеально симметричной, нечеловеческой улыбкой.

В ее глазах на секунду вспыхнули и погасли зеленые цифры.