Глава 2: Горький

В нос бьет одуряющая, пьянящая смесь запахов шоколада, ванили, раскаленных котлов и корицы — терпкий грубоватый дух Америки, острый смолистый аромат тропических лесов. Вот так я теперь путешествую. Как ацтеки в своих священных ритуалах. Мексика, Венесуэла, Колумбия. Двор Монтесумы. Кортес и Колумб. Пища богов, пузырящаяся и пенящаяся в ритуальных чашах. Горький эликсир жизни.
Джоанн Харрис. Шоколад

— Добрый день, мисс Вивьен! — Гермиона опустилась на стул перед стойкой и положила голову на руки. — Мне пару порций фигурок из горького шоколада, только, умоляю, безо всяких сердечек.

— Чем-то расстроена? — хозяйка поставила перед девушкой большое блюдо, наполненное шоколадными треугольничками, и подмигнула. — Могу посоветовать безусловно работающие кокосовые шоколадки из Гватемалы. Никакой магии, но страсть обеспечивают стопроцентно.

— Ох, оставьте! Дурацкий день, сегодня каждый считает своим долгом напоминать мне о любви, — Гермиона раздражённо мотнула головой, бросила на стойку пятнадцать сиклей и, подхватив поднос, быстрым шагом направилась к своему привычному столику около фикуса. С того дня в начале зимы она так и не встретилась больше за ним с профессором Снейпом, но регулярно оставляла после занятий листок с вопросами, вкладываемый в эссе, и просиживала вечера в библиотеке, разыскивая подсказанные книги.

— Гермиона, там… — хозяйка, кажется, хотела о чём-то её предупредить, но девушка отмахнулась и продолжила путь. Что бы там ни было — это единственный столик, сидящие за которым закрыты от посетителей, несмотря на то, что вход оттуда прекрасно просматривается.

— Ой… — добравшись наконец до места, Гермиона замерла, чувствуя, как щёки заливает краска. — Простите, профессор, я не знала, что вы здесь…

— Мисс Грейнджер? Я думал, что вы предпочтёте провести сегодняшний день с Уизли, что-то случилось? — зельевар насмешливо вскинул бровь.

— Случилась Лаванда, — девушка непримиримо встретила его взгляд. — И вообще, вы, в отличие от Уизли, хотя бы молчите, так что я предпочитаю вашу компанию!

      Выпалив это, Гермиона в ужасе прижала ладонь ко рту. До неё только спустя минуту дошло, с кем она разговаривает и мгновенно захотелось взять свои слова обратно, но было поздно.

— Садитесь, мисс Грейнджер, — устало бросил профессор Снейп, потирая переносицу и больше не глядя на неё. — Похоже, избавиться от вашего общества здесь мне уже не светит, так что можете оставаться, только не забывайте про правило. Ваше место за вами лишь пока вы молчите.

— Простите, — пискнула девушка, ставя на стол блюдо с шоколадками и убирая поднос на стоящую неподалёку стойку. — Я не хотела…

— Молчание, мисс Грейнджер. Я думал, вы овладели этим навыком, — после этих слов зельевар потерял к девушке всякий интерес и снова уткнулся в книгу.

      Пунцовая от стыда, Гермиона поспешила последовать его совету и тоже уставилась в книгу, сдвинув на середину стола шоколадные треугольники, чтобы было удобнее расположить «Самые чудовищные проклятья в истории», том четвёртый. Краем глаза она заметила, что перед Снейпом тоже стояла тарелка с прямоугольниками шоколадок.

      Некоторое время стояла тишина, и девушка полностью погрузилась в книгу, попутно бросая в рот терпко-горькие шоколадки, не глядя вытаскиваемые из тарелки. Но неожиданно рука нащупала что-то, что, несомненно, крайне мало походило на шоколад — тёплое, шершавое и приятное на ощупь. Гермиона медленно подняла голову, пытаясь понять, что не так, и наткнулась на насмешку в глубине чёрных глаз.

      Осторожно переведя взгляд на стол, она почувствовала, как снова краснеет — ещё чуть-чуть и из ушей повалил бы пар, как от бодроперцового. Маленькую ладошку Гермионы крепко держал профессор Снейп.

— Простите, — девушка судорожно дёрнулась, пытаясь оправдаться. — Я случайно, честное слово! Я больше не буду!

      На глаза у неё навернулись слёзы, и стоило зельевару отпустить её, как Гермиона поспешила вскочить.

— Вот, возьмите, я не хотела, правда! — умоляюще произнесла она, вытаскивая из кошелька несколько сиклей и готовясь выслушивать ядовитую отповедь. Однако профессор Снейп снова удивил её.

— Успокойтесь, мисс Грейнджер. В конце концов, сегодня четырнадцатое февраля, в этот день положено угощать девушек шоколадом. Что бы вы там себе ни думали, но я ещё не опустился до того, чтобы отчитывать ученицу за крохотное недоразумение.

— Вы… Что? — Гермиона в шоке застыла на месте, глядя на профессора громадными глазами. Ей показалось, или этот человек и вправду только что пошутил? — Вы серьёзно? То есть, извините, спасибо, и…

— Сядьте уже, — отмахнулся от её лепета зельевар. — В крайнем случае, если вам так уж неймётся, можете заказать ещё шоколада и будем считать инцидент исчерпанным. Не пытайтесь превратить меня в монстра.

— Да, да, конечно, — девушка кивнула и смущённо бросилась к Вивьен, торопясь сбежать из-под пронизывающего до костей раздражённого взгляда.

      Почти бегом добравшись до стойки, Гермиона протараторила нечто вроде «Ещё шоколада, горького и побольше», а получив желаемое так же быстро, едва не бегом бросилась обратно.

      Поставив тарелку на стол, с которого чудесным образом исчезли две предыдущие, Гермиона поспешила спрятаться за книгой, чтобы не смотреть на зельевара. Однако того почему-то не устроило такое поведение студентки, и он прижал её книгу к столу, открывая лицо.

— Мисс Грейнджер, — он тяжело вздохнул. — Вы заставляете меня чувствовать себя чудовищем. Берите шоколад, это не опасно. Клянусь, он не отравлен, и я не буду снимать с вас баллы за то, что вы возьмёте себе несколько шоколадок. В конце концов, они были куплены на ваши деньги. И не закрывайтесь книгой, так можно испортить глаза — слишком мало света падает на страницы. Положите её на стол.

— Спасибо… — потерянно произнесла Гермиона. — Я… Хорошо, сэр, как скажете.

      Она протянула руку, взяла шоколадку и снова уткнулась в книгу, старательно не глядя на профессора. Он тоже больше ничего не говорил, и через некоторое время Гермиона расслабилась, хотя при одном воспоминании о недавно произошедшем, её щёки начинали пылать. Впрочем, через некоторое время Гермиона пришла к выводу, что профессора тоже люди, и значит нет ничего удивительного в том, что Снейп на самом деле умеет вести себя нормально. Это только для неё он «Ужас Подземелий», а для кого-нибудь, кого никогда не учил, может быть даже вполне неплохим человеком.

      Незаметно подкрался вечер, и Гермиона заторопилась — нужно было вернуться в Хогвартс вовремя и придумать хорошее объяснение для того, где она весь день пропадала, хотя, может быть, её никто и не спросит — Рон был с Лавандой, а Гарри с Чжоу.

— До свидания, профессор, я пойду, — попрощалась девушка и торопливо зашагала к выходу. Зельевар что-то буркнул ей в спину, отдалённо похожее на прощание, но Гермиона не разобрала.

      На выходе из Хогсмида профессор Снейп её догнал:

— Вы кое-что забыли, мисс Грейнджер.

— Что? Я не… — Гермиона обернулась, пытаясь вспомнить что бы такого могла забыть.

— Вот, это ваше. На будущее — думайте о своём алиби заранее, — он сунул ей в руки небольшой шуршащий пакетик, внутри которого угадывалось шоколадное сердце, и, не останавливаясь, прошёл мимо. — Теперь можете с полным правом сказать всем своим друзьям, что были в кафе с поклонником. Только выберите кого-нибудь не слишком умного, вроде МакЛагена или Корнера.

      С этими словами профессор Снейп двинулся дальше, не бросив в сторону Гермионы даже короткого взгляда, а девушка так и осталась стоять, переваривая услышанное. Пошёл снег, несколько крупных хлопьев упали ей на лицо, а Гермиона всё так же не могла пошевелиться, прижимая к себе бережно перевязанный розовой лентой подарок. Сердце в груди металось как бешеное, кровь стучала в висках, мешая сосредоточиться, и только одна мысль потихоньку оформилась в её голове: Северус Снейп умеет заботиться.

      Как бы там ни было, а в это Гермиона не верила никогда. Но шоколадка в руках утверждала обратное…

***

— Северус, подождите!

— Что такое, Вивьен? Я спешу, давайте быстрее.

— Вот, возьмите, это валентинка…

— Я знаю, что это! Но кажется ясно сказал, что терпеть не могу этот день и не собираюсь принимать участие во всех этих глупостях!

— Нет-нет, вы не поняли, это для Гермионы! Передайте, пожалуйста, я прошу вас…

— Боже мой, Вивьен, вы что надо мной издеваетесь? Как вы себе это представляете?

— Северус, умоляю, вам ведь не сложно?! Девочка не подумала о том, чтобы составить себе хорошую отговорку, а если она опять скажет всем, что сидела в библиотеке — её затравят! Пожалуйста, Северус, вы ведь знаете — дети бывают такие жестокие… Просто скажите ей, что это чтобы она смогла придумать себе алиби.

— Почему вы не дали ей эту дурацкую безделушку сами, если так хорошо во всём этом разбираетесь? Она студентка, а я преподаватель, вы понимаете, как это будет выглядеть? Я не могу, Вивьен!

— Она бы не взяла у меня, а вам будет легче, ведь вы её учитель! Прошу вас, Северус!

— Чёрт с вами, сколько эта чушь стоит?

— Нисколько, что вы, это ведь мой подарок.

— Хорошо, дайте сюда, надеюсь она не успела дойти до замка… И это ни капельки не смешно, Вивьен, мне запрещено иметь любые отношения на работе!

— Это всего только шоколадка, Северус. Не принимайте так близко к сердцу. До свиданья!

— Прощайте.
…