Глава 3: Часть 3
Часть 3
14
0
Лес был живым. Слишком живым. Каждый шаг Марека по упругому, мшистому покрову сопровождался взрывом активности: переливчатое жужжание крупных, похожих на стрекоз насекомых с радужными крыльями; шорох в кустах, где мелькали тени существ с шестью лапками и пушистыми хвостами; птицы, чьи трели складывались в осмысленные, пугающе сложные мелодии. Воздух был плотным от пыльцы, запахов и звуков. Сенсорная перегрузка после стерильной тишины космоса была почти болезненной. Он шел осторожно, стараясь не шуметь, хотя его скафандр скрипел и шипел при каждом движении, выдавая его присутствие.
Журчание воды становилось громче. Он раздвинул ветви странного кустарника с лазурными листьями и вышел на небольшую поляну, по которой протекал ручей. Вода была кристально чистой, переливаясь на солнце, которое пробивалось сквозь кроны неестественно изогнутых деревьев. Источник воды найден. Первый пункт протокола выживания…
И тут он замер. Его взгляд сфокусировался на противоположном берегу ручья. Там, у воды, стояли они.
Два существа. Четвероногие. Определенно парнокопытные, судя по строению ног. Размером примерно с крупного пони. Но цвет… Один был ярко-оранжевым, с гривой и хвостом цвета соломы, на голове красовался нелепый красный бант. Второй – лимонно-желтым, с ярко-розовой гривой, заплетенной в косички. Они… разговаривали? Марек не слышал слов из-за расстояния и шума ручья, но их движения, кивки головой, жестикуляция передними копытами – все указывало на осмысленную беседу. А потом оранжевое существо рассмеялось – заливистым, высоким смехом, который эхом прокатился по поляне.
Мозг Марека взбунтовался. Этого не могло быть. Пони. Ярких, кричащих расцветок. Говорящие. Смеющиеся. С бантами и косичками. Это противоречило всем законам биологии, эволюции, здравого смысла. Галлюцинация? Последствия травмы? Действие неизвестных токсинов в атмосфере? Но ощущения были слишком реальны.
Он стоял неподвижно, скрытый листвой, пытаясь осмыслить увиденное. Его научный разум лихорадочно перебирал гипотезы: генетическая мутация, неизвестный вид, разумная жизнь, развившаяся по совершенно иным эволюционным путям… Но все гипотезы разбивались о сюрреалистичность картины. Это были персонажи из детского мультфильма, ожившие и помещенные в реальный, дышащий мир.
И тут желтое существо подняло голову и посмотрело прямо на него. Его большие, мультяшно-огромные голубые глаза расширились от удивления, потом от страха. Оно ткнуло копытом своего оранжевого компаньона, указывая на заросли, где прятался Марек.
Оба пони замерли, глядя на него. Марек видел, как их любопытство сменяется тревогой, а затем – паникой. Желтая пони издала пронзительный визг и спряталась за оранжевую. Та, в свою очередь, приняла боевую стойку, выставив вперед копыта, и что-то сердито крикнула в его сторону высоким, звенящим голосом.
«Не стрелять!» – машинально пронеслось в голове Марека, хотя он был безоружен. Он медленно поднял руку в универсальном жесте приветствия – открытая ладонь.
Реакция была обратной. Пони восприняли это как угрозу. Оранжевая что-то снова выкрикнула, затем обе развернулись и с невероятной для их комплекции скоростью умчались в глубь леса, их яркие гривы мелькали между деревьями. Через мгновение на поляне снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь журчанием ручья и его собственным учащенным дыханием.
Он остался один. Но знание о том, кто населяет этот мир, легло на него тяжелым грузом. Говорящие пони. Цветные кошмары. Он медленно опустил руку. Что это было? Дружелюбные местные жители, напуганные его видом? Или опасные существа, чья милая внешность обманчива? Его скафандр, белый, громоздкий, технологичный – он, должно быть, выглядел для них монстром, пришельцем из металла и стекла.
«Монстр…» - эхом отозвалось в его сознании. Ирония ситуации была убийственной. Он, человек науки, представитель передовой цивилизации, теперь сам оказался в роли пугающего чудовища для обитателей этого… этого невозможного места.
Нужно было спрятаться. Переосмыслить. Он отошел от ручья, углубляясь в заросли подальше от поляны. Нашел густой кустарник у подножия огромного дерева с фиолетовой корой. Забрался внутрь, стараясь не оставлять следов. Отсюда был виден ручей, но сам он был скрыт от случайных глаз.
Он сидел там, в своем белом скафандре, окруженный чужой, абсурдной жизнью, и пытался примирить данные своих приборов, протоколы выживания ЕКА и реальность говорящих цветных пони. Колебание между научным скепсисом и свидетельством собственных глаз было почти физически ощутимым. Он знал, что этого не может быть. Но он это видел. И теперь ему нужно было выжить в мире, который насмехался над всеми его знаниями. Страх был реален. Непонимание – тотально. Одиночество – абсолютно.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!