Глава 3: Главыа 3

Главыа 3

12

0

Eот EvaVesta
Поделиться

«Уважение и страх не одно и то же» —

Джейд

Один из величайших колдунов Внешнего Мира, властелин душ и мастер перевоплощений Шан Цунг открыл глаза. Первое, во что упёрся его взор, были не своды темного дворца, а белый потолок с люстрой, украшенной кремовыми плафонами.

Чернокнижник поморщился и часто заморгал. Он, конечно, был уроженцем Земного Царства, но покинул его так давно, что успел забыть вкус обыденности. Какие, к чёрту, плафоны? Какая белёная известь?

Он вновь закрыл и открыл глаза — картина не изменилась.

— Ба, ты чего? — раздался откуда-то сбоку высокий, почти писклявый голос.

Странно. Обычно по пробуждении он привык слышать хриплый, маслянистый баритон Куан Чи или лязг доспехов стражи.

— Алён, давай быстрее. Я не собираюсь тебя ждать больше десяти минут! — пробасил другой голос, мужской и полный наглого нетерпения.

— Ты что, не видишь? Бабушке плохо!

— Блин, ну нас в клубе ждут!

Шан Цунг решил разобраться в происходящем немедленно. По привычке он попытался вскочить одним резким движением — выгнуть спину и сорваться с места, застыв на ногах в боевой стойке. Но тело, его новое, чуждое тело, имело свои взгляды на законы физики. Оно было тяжелым, инертным и пугающе мягким. Прыти, отточенной веками магических практик, не было и в помине.

Ничего не оставалось, кроме как позорно, по-тюленьи перекатиться на бок и кое-как принять вертикальное положение. В процессе этого унизительного маневра колдун обнаружил нечто ужасающее: на его руках блестел ярко-зеленый лак, нанесенный на длинные ногти. Ступни были облачены в тёплые носки с нелепыми оленями и втиснуты в домашние тапочки, а само туловище скрывал халат на молнии — в весёленький цветочек.

Первым желанием было сорвать с себя эту «броню» из ситца и найти подобающие одежды, но в дело вмешались те самые «мошки», что жужжали над ухом.

— Бабушка! Что с тобой? — к нему неслась девчонка лет шестнадцати. Обычная земная девица в нелепых тряпках. Явно не принцесса Китана и уж тем более не Милина, его верное и смертоносное творение.

До Шан Цунга начало медленно доходить: его свергли. Каким-то непостижимым образом он оказался в ином мире — безнадежно скучном, лишенном магии и величия.

Девчонка бросилась «бабушке» в объятия. Колдун, которого боялись целые миры, отстранился так резко, словно его коснулась ядовитая змея. Его взор упал на высокого, крепкого юношу, стоявшего в дверях. Тот недовольно пялился в прямоугольную стекляшку, испускавшую бледный свет.

«Неплохой прикорм», — хищно подумал Шан Цунг. Чтобы вернуть силу и найти дорогу на родной Остров, ему понадобятся души. Много душ. А этот экземпляр выглядел достаточно витальным.

— Бабушка? — не унималась девчонка, глядя на него с тревогой.

Полностью игнорируя назойливое создание, Шан Цунг направился к юноше. Он старался идти твердой, величественной походкой повелителя, хотя тапочки с оленями предательски шаркали по линолеуму. Поравнявшись с жертвой, он резко замахнулся, готовясь сомкнуть пальцы на шее юнца и вырвать его жалкую сущность...

И в этот миг реальность нанесла ответный удар. В пояснице что-то звонко хрустнуло, а затем вонзилось раскаленным шипом.

— Проклятый сосуд! — взревел Шан Цунг, мгновенно сложившись в три погибели перед оторопевшим ухажером. Острая боль парализовала волю, заставив великого мага припасть к собственным коленям.

— Эй, Алён... — парень недоверчиво покосился на скорченную фигуру, — чё происходит? У неё что, перемкнуло?

Та, подбежав к юноше, вцепилась в его руку, с опаской глядя на родственницу.

— Я не знаю... Бабушка сегодня какая-то странная.

— Странная? — ухмыльнулся парень. — Это ещё мягко сказано. Она на меня сейчас так зыркнула, будто сожрать хотела.

Шан Цунг, всё ещё опираясь на дрожащие колени, медленно поднял голову. Из-под нависших накрученных н бигуди буклей он вперил звериный, полный древней ненависти взгляд прямо в глаза юнца.

— Твоя душа... будет моей... — прошипел он, обнажая зубы в хищном оскале.

— А знаешь что? Ты прав, погнали в клуб, — залепетала в ужасе Алёнка.

Они буквально вылетели из квартиры.

Оставшись в тишине, Шан Цунг принялся мучительно выпрямляться, разминая затекшие члены и пытаясь договориться с несговорчивой плотью.

Изучая это странное жилище на предмет магических артефактов, он обнаружил зеркало в прихожей. Взглянув в него, чернокнижник едва не взвыл от ярости. Из глубины на него смотрела хоть и не старая, но явно «пожившая» женщина. Неповоротливая, с легким избыточным весом и нелепой высокой прической, напоминающей гнездо.

Колдун с содроганием представил, сколько жизней ему придется поглотить, чтобы заставить этот сосуд двигаться хотя бы в сотую долю его истинной мощи. Но важнее было другое: кто посмел совершить столь изощренное злодеяние?

Рэйден? Нет, бог грома слишком прямолинеен и скучен. Он бы скорее испепелил врага на месте, чем стал плести такие тонкие интриги. ...Значит, Шао Кан. Император всё-таки почуял угрозу. Понял, что величие его главного колдуна начало затмевать его собственный трон, и решил избавиться от него самым гнусным способом. И как раз накануне Турнира! Того самого момента, когда судьбы миров должны были решиться раз и навсегда. Император возжелал забрать всю славу себе.

Шан Цунг выпрямился, превозмогая пульсацию в пояснице. Предательство Шао Кана жгло сильнее любой боли.

— Что ж, мой Император, — прошептал он, глядя на свое отражение в халате. — Ты совершил роковую ошибку. Ты оставил мне разум. И клянусь всеми тенями Преисподней, я заставлю тебя захлебнуться твоим триумфом.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

3 из 7