Глава 9: Глава 9.
Глава 9.
43
5
Утром она просыпается раньше всех в 6 утра. Снимает с себя наушники и берет свою домашнюю одежду, переодевается. Потом идет в ванную и через 38 минут выходит полностью готовая. Потом спускается на кухню (тихо) и готовит всем банановые панкейки.
В 6:48 утра в кухню заходит Тони, одетый в тренировочный костюм. Он замирает в дверях, видя Морган за плитой. Его брови взлетают вверх.
— Ранняя пташка. И готовит. — Он подходит ближе, осторожно нюхая воздух. — Банановые панкейки. Без подгорелых краёв. Без дыма. Без участия Пятницы. — Он смотрит на неё с отцовской гордостью, смешанной с подозрением. — Кто ты и что сделал с моей дочерью, которая обычно спит до десяти?
Морган рассмеялась. — Пап, ну во-первых мне в школу скоро. Во-вторых у меня хорошее настроение и в-третьих.. волнуюсь немного. Так-что я готовлю нам всем завтрак.
Тони кивает, понимающе. — А, понятно. Нервы. Из-за… определённого паучьего гражданина, который, как я предполагаю, тоже сегодня идёт в школу. — Он берёт чашку кофе, которую уже приготовила для него Пятница. — Ну, что ж, я одобряю. Лучше направить нервную энергию в кулинарию, чем в… перепрошивку школьных серверов, чтобы изменить своё расписание на его. Хотя я бы понял. — Он делает глоток кофе, наблюдая, как она переворачивает панкейк. — Он… он хорошо к тебе относится, да? Вчера вечером, после того как мы ушли? Ничего… неприемлемого?
Она слега усмехается и продолжает готовить. — Что по твоим меркам «неприемлемое»?
Тони ставит чашку, его лицо становится серьёзным. — Неприемлемое — это всё, что заставляет тебя чувствовать дискомфорт, давление или неуважение. Всё, что происходит без твоего явного и энтузиастичного согласия. Всё, о чём ты не можешь рассказать мне или маме без страха или стыда. — Он смотрит на неё прямо. — Вот это. Всё остальное… это твоя жизнь. Но если он когда-нибудь перейдёт эти границы, он будет иметь дело не только со мной. Но и с Пеппер. А она страшнее.
— Тогда… все было слишком приемлемо))
Уголки рта Тони подрагивают в почти улыбке. Он кивает, облегчённо. — Хорошо. Это всё, что мне нужно было знать. — Он подходит к плите и смотрит на стопку панкейков. — Они выглядят… съедобно. Даже аппетитно. Пеппер будет в восторге.
В этот момент в кухню входит сама Пеппер, уже одетая для работы. Она с удивлением поднимает брови. — У нас на кухне происходит революция? Или это особый случай?
— Ну мамаааа, я просто готовлю! Что такого-то?? — Она дожаривает последний панкейк, кладет его в стопку и выключает плиту, поворачиваясь к ним.
Пеппер подходит и обнимает её сзади, целуя в висок. — Ничего такого. Это прекрасно. И пахнет потрясающе. — Она замечает выражение лица Тони и мягко улыбается. — И кто-то, кажется, сегодня немного спокоен. Дроны ещё не запущены?
— Дроны на зарядке, — ворчит Тони, но беззлобно. — И я спокоен. Я принял неизбежное. И смирился с мыслью, что моя дочь влюблена в… в хорошего человека. — Он говорит это так, будто признаётся в чём-то постыдном, но в его глазах видна гордость.
Морган накладывает им панкейки и кладет еще всем ягод (клубнику и голубику). Ставит на стол и наливает себе чай. Садится на стул и с игривой улыбкой отвечает отцу — Оу, значит, кое-кто всё таки признал это, да?) Ну чтож, теперь буду ждать одобрения в виде прекращения гиперконтроля и наблюдения за мной и Питером.
Тони садится, беря вилку с преувеличенным достоинством. — Одобрение дано. Гиперконтроль… будет снижен до приемлемого уровня наблюдения за физической безопасностью. Это моё последнее предложение. — Он указывает на неё вилкой. — Но если я хоть раз замечу, что он причиняет тебе боль, даже случайно, этот паучок узнает, что значит иметь дело с Железным Человеком в режиме «разгневанный отец». Понятно?
Пеппер садится рядом и качает головой, но её глаза смеются. — Просто ешь свои панкейки, дорогой. Они восхитительны, Морган. Спасибо.
Морган кивает и Тони, и Пеппер. Потом говорит. — Кстати, я сегодня в гости к Питеру иду после школы.
Тони замирает с куском панкейка на полпути ко рту. Он медленно опускает вилку. — К нему домой. В Квинс. — Он произносит это как учёный, сталкивающийся с неожиданной аномалией. — К его тёте. В квартиру. Без… моих систем безопасности, моих датчиков, моих… стен.
Пеппер кладёт руку ему на руку. — Тони, дыши. Это нормально. Она идёт в гости к своему другу. В его дом. У которого, я уверена, есть дверь и, возможно, даже замок. — Она смотрит на Морган. — Ты поговорила с его тётей? Она в курсе?
Тони добавляет, его голос становится выше. — И там есть пожарная лестница? И запасные выходы? И… он не живёт над каким-нибудь складом химикатов, верно?
— Так-так-так, пап! Спокойно! Во-первых, тетя Мей сама пригласила меня и с нетерпением ждет нашей встречи. Во-вторых, мой паучок абсолютно нормальный и милый чел, живет тоже в нормальном месте, так что прекрати)
Тони закрывает глаза и делает глубокий, преувеличенный вдох. — «Мой паучок». — Он повторяет это, качая головой. — Ладно. Ладно. Его тётя пригласила. Это… это хорошо. Значит, есть взрослый надзор. — Он открывает глаза. — Но ты активируешь трекер в браслете. И… ты звонишь, когда придешь, и когда уйдешь. И… — он видит взгляд Пеппер, — и всё. Ладно. Иди. Познакомься с тётей. Попробуй её пирог. Узнай, хороший ли она человек. — Он снова берёт вилку, но его рука дрожит. — Я просто… я волнуюсь. Это моя работа.
—Ммм.. Окей. Но только пишу, а не звоню. Ко скольки дома быть?
Тони и Пеппер обмениваются взглядом. — К восьми, — говорит Пеппер спокойно, но твёрдо. — Школьный день, дорогая. У тебя ещё есть домашние задания. И это даст тебе достаточно времени, чтобы пообщаться. Согласна? — Её тон оставляет место для обсуждения, но её глаза говорят, что это разумный компромисс.
Тони кивает, явно желая сказать «к шести», но сдерживаясь.
Морган смотрит на отца, а потом с улыбкой кивает маме. — Договорились)
Тони отодвигает свою тарелку (панкейки съедены) и встаёт. — Хорошо. Тогда я… пойду подготовлю тебе машину. — Он говорит это, избегая её взгляда.
— Тони, — Пеппер говорит мягко, — она может дойти до школы. Это в двух кварталах.
— Я знаю! — отвечает он, уже на ходу к выходу. — Но сегодня… сегодня я хочу отвезти. Просто так. Один раз. Без споров. — Он исчезает в коридоре, оставляя Морган и Пеппер на кухне.
Морган доедает панкейки. — Ладно, мам, я пошла одеваться в школу. Пусть папа отвезет меня сегодня, раз ему так хочется..
Пеппер улыбается, глядя ей вслед. — Иди. И наслаждайся днём. И передай привет Питеру от нас. — Её взгляд становится тёплым. — Он хороший мальчик, дорогая. Мы это видим. Так что расслабься и получай удовольствие.
Когда Морган поднимается наверх, Пеппер идёт в гараж, где Тони уже стоит рядом с одной из своих самых незаметных (но все равно очень дорогих) машин. Он нервно постукивает пальцами по капоту. — Она скоро придёт? Всё в порядке с машиной? Датчики? Системы безопасности?
Пеппер подходит к нему и обнимает его сбоку, кладя голову ему на плечо. — Всё в порядке, Тони. Машина в порядке. Твоя дочь в порядке. Её парень… тоже в порядке. Ты сделал всё, что мог. Теперь дыши. И доверься ей.
Он поворачивается и обнимает её, пряча лицо у неё в шее. — Это так чертовски сложно, Пеп. Отпускать.
— Знаю, дорогой. Знаю. Но иногда отпускать — это самый сильный поступок из всех.
Морган приходит (уже одетая в школьную форму и с рюкзаком на плечах) к ним как раз в тот момент, когда Тони обнимает Пеппер. Она тихо говорит — Какие же вы милашки))
Тони и Пеппер разрывают объятия, слегка смущённые, но улыбающиеся. Тони откашливается и принимает деловой вид. — А, вот ты где. Машина готова. Поехали? — Он открывает пассажирскую дверь для неё с театральным намёком. — Мадемуазель.
Пеппер подмигивает Морган, словно говоря: «С ним всё в порядке».
Она с милой улыбкой (от того, как мило они обнимались) на лице садится в машину, пристегиваясь ремнем.
Тони садится за руль, и машина плавно выезжает из гаража. Первые несколько минут он едет молча, сосредоточенно глядя на дорогу. Затем он тихо говорит:
— Ты знаешь, что можешь рассказать мне всё, что угодно, да? Даже если это что-то… связанное с ним. Или с чем-то ещё. Я могу выглядеть так, будто взорвусь, но я выслушаю. Всегда.
Морган посмотрела на него.. затем кивнула. — Ага.
Пару минут молчания, а потом она говорит — Пап, ты только.. знаешь, что в школе никто не знает о том, что мой отец сам Тони Старк. Так что не свети лицом, ладно?
Тони фыркает, но улыбается. — Обещаю вести себя как неприметный, ничем не примечательный водитель. Хотя моё лицо — это произведение искусства, скрывать его — преступление. — Он делает паузу. — Серьёзно, никто не знает? Никто не догадывается? Я думал, в эпоху социальных сетей это невозможно.
Она погладила его по щеке, а потом сказала, чуть подмигнувши. — Я тщательно это скрываю.
Он наклоняет голову, прижимаясь к её ладони на мгновение, затем возвращает взгляд на дорогу. — Умная девочка. Как твоя мать.
Он подъезжает к школе и останавливается в отдалении, как она просила. — Ладно, вот твоя секретная высадка. Удачи. И… будь умной. И счастливой. — Он смотрит на неё, и в его глазах видна вся его любовь и доверие.
Она целует его в щеку. — Спасибо, пап. Люблю тебя. И… хорошо проведи время с мамой, вам тоже нужно лично пространство. — Сказала она с легким намеком. Потом вышла из машины (взяв рюкзак), закрыла дверь и пошла в школу.
Тони сидит в машине и смотрит, как она исчезает среди других учеников. Он трогает щёку, которую она поцеловала, и медленно улыбается. — Личное пространство, да? — бормочет он себе под нос, заводя машину. — Умная девочка. Слишком умная.
Он отправляет сообщение Пеппер: «Высадил. Всё хорошо. Она сказала, что нам нужно личное пространство. Наглеет. Люблю тебя. Может, устроим себе свидание? Без дронов.»
Затем он уезжает, оставляя школу позади, с лёгким сердцем и новой, тёплой уверенностью, что, несмотря на все его страхи, всё будет хорошо.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!