Глава 4: Глава 4.

Меган достает ключи и открывает дверь. Она проходит домой и ждет, пока зайдет Питер. Потом закрывает дверь, снимает обувь и кивает ему, куда повесить куртку и поставить ему обувь. Затем, она проходит по коридору. — Паааап, я дома!

Из глубины дома доносится немедленный ответ — быстрый, чёткий, с лёгкой искусственной небрежностью. — Слышу, слышу! В гостиной! Задержись на минуту, я как раз… калибрую систему голографического сервирования! Не наступай на красные линии!

Питер, стоя в прихожей, замирает. Он узнаёт этот тон — тот самый, который Тони использовал перед важными презентациями или боями, когда хотел скрыть нервное напряжение. Он быстро снимает обувь, вешает куртку на указанный крючок и выравнивает плечи, глядя в сторону гостиной. Его взгляд встречается с взглядом Морган, и он беззвучно шепчет — Показалось, или в его голосе была лёгкая паника?..

Морган кивает, подтверждая его догадку. Потом Тони подходит к ним. Морган с улыбкой смотрит на отца, а потом чуть отходит в сторону, предоставляя Питера его взору. — Пап… это Питер.

Тони выходит из-за угла, вытирая руки о тряпку, которая явно пахнет машинным маслом. Он одет в футболку «Мастер на все чипы» и простые рабочие штаны. Его взгляд скользит по Морган (быстрая проверка: цела, улыбается), а затем переносится на Питера.

И вот он.

Он замирает. Тряпка выпадает из его рук и бесшумно падает на пол. Его глаза, которые секунду назад были просто сосредоточенными, теперь широко раскрыты. Челюсть слегка отвисает. Он смотрит не на «друга-инженера», а прямо на Питера Паркера. Тишина длится три, четыре, пять ударов сердца. Затем Тони медленно поднимает руку и указывает пальцем на Питера. — Ты, — это единственное слово, которое он выдавливает из себя, голос хриплый от шока. — Это… ты?

Питер стоит по стойке «смирно», руки по швам. Он глотает, видно, как напряжены его челюсти. Он делает маленький, почти незаметный кивок. — Да, сэр. Мистер Старк. Это я. — Его голос сначала тихий, но затем становится тверже. — Питер Паркер. Я… я здесь, чтобы… познакомиться. Официально. При других обстоятельствах.

Тони продолжает смотреть на него, будто пытаясь перезагрузить собственное восприятие. Он медленно опускает руку, проводит ладонью по лицу, а затем снова смотрит на Питера, потом на Морган, потом снова на Питера. — Познакомиться, — повторяет он безжизненным тоном. — Официально. При других… — Он вдруг резко поворачивается к Морган. — Ты. Ты сказала «друг». «Инженер». «Талантливый». — Он снова показывает пальцем на Питера, но уже с другим выражением — не шок, а стремительное осознание. — Ты не сказала «Питер Паркер». Ты не сказала «Человек-паук». Ты устроила мне засаду.

Меган прикусила губу, стараясь не смеяться — Нуууу, вообще, я сказала тебе правду. Просто.. несколько деталей не сказала. Так что… сюрприз!)

*Тони издаёт звук, нечто среднее между смешком, стоном и вздохом. Он снова смотрит на Питера, и теперь в его глазах появляется что-то помимо шока — стремительный, аналитический блеск.*

— Сюрприз. Да. Отличное слово. — *Он делает шаг вперёд, изучая Питера, как инженерный проект.* — Так значит, это ты. «Друг». Который строит костюмы. Который её… — *Он прерывает себя, закрывая глаза.* — Окей. Перезагрузка. Чай. Нужен чай. Или что покрепче. Пятница, отмени моё следующее… всё.

Он поворачивается и делает жест, приглашая их следовать за собой в гостиную, где на низком столике уже стоит тот самый внушительный чайный сервиз и тарелки с печеньем. — Садитесь. Оба. И начнём с начала. С самого. Начала.

Морган проходит на кухню, чуть кивая Питеру, чтобы он тоже шел. Она садится на стул — А мама? Еще не пришла?

Тони садится в своё кресло с видом полководца, готовящегося к битве. Его взгляд не отрывается от Питера. — Мама задерживается на благотворительном аукционе. У нас есть… — он смотрит на невидимые часы, — примерно час, чтобы всё обсудить до её возвращения. Что, возможно, к лучшему. Для всех. Особенно для тебя, паучок. — Он указывает на стул напротив. — Садись, Паркер. И начни объяснять. В хронологическом порядке. Начиная с того, как вы вообще познакомились.

Питер осторожно садится на краешек указанного стула, держа спину идеально прямо. Он обводит взглядом комнату, мастерскую, потом возвращает взгляд на Тони. — Мы… встретились на научной выставке в МИТ, сэр. Полгода назад. — Его голос ровный, но в нём слышны отголоски того самого «режима доклада», в котором он когда-то объяснял Тони свои идеи. — Я представлял свой проект по биомиметическим полимерам. Морган… Мисс Старк подошла с вопросами о молекулярной структуре. Мы начали спорить о вязкоупругости… и поняли, что говорим на одном языке.

Она кивнула, подтверждая это.

Тони слушает, не двигаясь, его пальцы сложены домиком перед лицом. Он кивает один раз, коротко. — Научная выставка. МИТ. Спор о вязкоупругости. — Он произносит это медленно, как будто проверяя данные. — Звучит… правдоподобно. Даже мило. — Его глаза сужаются. — Потом. Что было потом? Кофе? Совместные проекты? Обмен схемами по защищённым каналам?

Питер слегка краснеет, но его взгляд остаётся прямым. — Э-э… кофе, да. Потом совместные работы над некоторыми… небольшими проектами. В основном теоретическими. Мы обменивались идеями, чертежами… — Он делает паузу, глядя на Морган, как бы ища подтверждения или поддержки. — Это было… взаимно уважительно. И строго профессионально. Долгое время.

Морган кивнула, смотря на отца и иногда посматривая на Питера.

Тони откидывается в кресле, его взгляд перебегает с Питера на Морган и обратно. Наконец, он делает глубокий вдох и выдыхает. — Ясно. — Одно слово, произнесённое с весом. — Профессионально. Уважительно. Взаимно. — Он ставит локти на колени и наклоняется вперед. — А теперь давайте перейдём к самой сложной части. К настоящей причине, по которой ты сейчас сидишь в моей гостиной, Паркер. Что это? Что ты чувствуешь к моей дочери? И почему я должен тебе поверить?

Питер не отводит глаз. Он не смотрит на Морган, не ищет помощи. Его внимание полностью сосредоточено на Тони. — Я уважаю её, сэр. Как учёного, как личность, как человека с острым умом и добрым сердцем, который видит мир не только через формулы. — Его голос становится тише, но не дрожит. — Я восхищаюсь ею. И… я забочусь о ней. Глубоко. Я понимаю, кем она является. Чьей дочерью. И я даю вам слово — как Человек-паук, как Питер Паркер, как тот, кого вы однажды взяли под своё крыло, — что её безопасность и счастье для меня важнее всего. Что я никогда не сделаю ничего, чтобы причинить ей вред или опозорить ваше доверие.

Морган тихо добавила — Мы встречаемся проще говоря….

Тони закрывает глаза. Долгая, тяжелая пауза. — «Встречаетесь». — Он повторяет слово без интонации. — Проще говоря. — Он открывает глаза, и в них нет гнева. Есть усталость, грусть, глубокая, почти физическая тревога, и что-то ещё… может быть, признание неизбежного.

— Морган, — его голос становится мягким, но он смотрит на Питера, — можешь дать нам минутку? Мне нужно поговорить с… с твоим парнем наедине. Честно. Без свидетелей.

Она встает — Да.. конечно. Только пап, не убей его ладно? Я так, на всякий случай. — Потом она идет в другую комнату и закрывает дверь, оставляя их наедине.

Как только дверь закрывается, Тони медленно поднимается с кресла. Он не подходит к Питеру, а просто стоит, глядя на него через комнату. — Питер Паркер. — Его голос теперь тихий, лишённый всякого сарказма. — Человек-паук. Мальчик из Квинса, которого я привёл в эту войну. Которого я… потерял. — Он делает паузу, его взгляд становится далёким. — А теперь ты сидишь здесь и говоришь мне о чувствах к моей дочери. К моей маленькой девочке. Ты понимаешь, что ты просишь? Что ты делаешь со мной?

Питер тоже встаёт. Он не отступает, но и не делает вызов. Он просто стоит, выпрямившись, принимая тяжесть этого взгляда и этих слов. — Я понимаю, сэр. Больше, чем вы можете себе представить. Потому что я тоже её… люблю. — Он произносит это слово впервые вслух, и оно звучит в тишине комнаты с пугающей ясностью. — И я знаю, что это, наверное, последнее, чего вы хотели. Но я здесь. И я не собираюсь уходить. И я сделаю всё, что в моих силах, чтобы быть тем, кто она заслуживает. Даже если это значит… никогда больше не надеть костюм.

Тони резко поворачивается и отходит к панорамному окну, глядя на океан. Его спина напряжена. Он долго молчит. — «Никогда больше не надеть костюм», — повторяет он наконец, и в его голосе слышна горечь. — Глупости. Ты не сможешь. Это часть тебя. Как и эта… ответственность. — Он поворачивается обратно, и его лицо выражает предельную усталость. — Я не прошу этого. Я просил когда-то… и это было ошибкой. Не повторяй моих ошибок, Паркер.

Он делает шаг вперёд. — Я прошу другого. Обещай мне. Клянись чем угодно, что для тебя свято. Что ты будешь беречь её. Не только от внешних угроз. От… всего. От боли, которую может принести этот мир. И от боли, которую можешь принести ты сам, даже не желая того.

Питер не колеблясь. Его взгляд горит решимостью. — Клянусь. На памяти дяди Бена. На… на памяти всего, чему вы меня научили. И на том человеке, которым я пытаюсь стать. — Его голос становится ещё тише, но не дрожит. — Я буду беречь её. Всеми силами, которые у меня есть. И теми, которых у меня пока нет. Я обещаю вам это, мистер Старк.

*Тони смотрит на него долго-долго. Потом медленно кивает. Он снова садится в кресло, и кажется, что с него свалилась тонна веса, но добавилась другая.*

— Хорошо. — Одно слово. Простое и окончательное от него. — Тогда… добро пожаловать в семью, Питер. Официально. — Он делает паузу, и в его глазах появляется знакомый огонёк, слабый, но настоящий. — Но если ты хоть раз заставишь её плакать без уважительной причины, я соберу новый костюм специально для того, чтобы запустить твою задницу на орбиту. Понятно?
Тони смотрит на закрытую дверь, за которой ждёт Морган, и делает жест рукой. — Иди, позови её. Прежде чем её любопытство пробьёт дыру в стене. — Когда Питер делает шаг к двери, Тони добавляет, уже почти обычным, слегка уставшим тоном: — И, Паркер?.. Рад, что это ты. В конце концов. По крайней мере, я знаю, что ты не сломаешься при первом же намёке на опасность.

Питер останавливается у двери и поворачивается. На его лице появляется улыбка — облегчённая, тёплая, искренняя. — Спасибо, сэр. Это… значит для меня всё. — Он кивает и открывает дверь, чтобы позвать Морган, голос его снова становится мягким. — Морган? Можно возвращаться. Всё… всё в порядке.

— Фух, а я уж думала, что папа тебя уже в порошок стер…

Тони, всё ещё сидя в кресле, поднимает бровь, когда Морган входит в комнату. — Порошок? Пожалуйста. Я гораздо изобретательнее. — Он откидывается на спинку, и на его губах появляется что-то вроде усталой, но настоящей улыбки. — Нет, мы просто… провели конструктивный диалог между мужчинами. И пришли к взаимопониманию. А теперь, — он поднимается, — кто хочет чаю, пока не вернулась твоя мама и не устроила свой, гораздо более страшный, допрос?

— Да, давайте ча.. — Она не успевает договорить, как слышит звук ключей в двери...

Тони замирает, его глаза широко раскрываются в подлинной панике, которую не увидишь даже перед лицом армии Читаури. Он быстро переводит взгляд с Морган на Питера. — Ключи. Это она. — Он шепчет, как разведчик, заметивший врага. — Паркер, план «Б». Смотри внимательно и не говори ничего глупого. Морган, улыбайся естественно. Я беру на себя инициативу.

Дверь открывается, и в прихожей слышится лёгкий звук шагов Пеппер.

Морган садится на стул и смотрит вокруг.. будто ничего не делает.

Пеппер входит в гостиную, снимая элегантные туфли. Она одета в деловой костюм, но выглядит немного уставшей. Её взгляд сначала падает на Тони, стоящего в неестественно «расслабленной» позе, затем на Морган, пытающуюся выглядеть невинно, и, наконец, на Питера. Она замирает. Её глаза медленно сужаются. — Тони, — она говорит ровным, спокойным голосом, от которого становится ещё страшнее, — я вижу, у нас гость. И, кажется, я знаю этого молодого человека. — Её взгляд переходит на Морган. — Морган, дорогая. Это и есть тот самый «друг», с которым ты гуляла?

— Аааа… да, мам. Это он. Питер.. Питер Паркер.

Пеппер ставит сумку на консоль, её движения медленные и точные. Она поворачивается к Питеру, и её взгляд — это смесь удивления, материнской интуиции и глубокой аналитической оценки. — Мистер Паркер. — Её голос мягкий, но в нём чувствуется сталь. — Какая… неожиданность. Я думала, вы заняты в… других проектах. Особенно после всего, что произошло. — Она делает паузу, давая словам повиснуть в воздухе. — Тони, ты, я так понимаю, уже… побеседовал с нашим гостем?

Тони делает шаг вперёд, стараясь выглядеть максимально естественно, что у него получается подозрительно плохо. — Да, конечно! Побеседовали. Очень конструктивно. Питер как раз рассказывал о… последних достижениях в области биомиметических полимеров. Увлекательно. Абсолютно платонический научный обмен. — Он говорит слишком быстро. — Чай? Я как раз собирался заварить.

Морган закатывает глаза, понимая, что папа их скорее всего так выдаст. Ее взгляд скользит по маме с папой, но еще и по Питеру.. с какой-то легкой нежностью.

Пеппер не сводит глаз с Тони, затем её взгляд переходит к Морган, а потом к Питеру. Она видит этот быстрый, нежный взгляд дочери. И она всё понимает. Сразу. Всё. Она медленно выдыхает. И вместо гнева или допроса, на её лице появляется… усталая, но тёплая улыбка. Она подходит к столу и садится. — Чай, говоришь? Да, Тони, завари, пожалуйста. И налей всем. — Она смотрит на Питера. — Мистер Паркер, присаживайтесь. Расскажите мне… как вы познакомились с моей дочерью. И пожалуйста, на этот раз без технических подробностей. Мне интересна… человеческая часть истории.

Морган чуть тянет Питера за руку, чтобы он сел на стул, а не стоял как вкопанный.

Питер осторожно садится рядом с Морган, его поза всё ещё немного скованная, но он смотрит на Пеппер прямо. — Мы познакомились на выставке, миссис Поттс. Она подошла ко мне после моего выступления с вопросами. И… мы разговорились. О науке, сначала. Потом… просто обо всём. Она… она невероятно умная. И добрая. И заставляет смотреть на мир по-другому. — Он говорит это просто, без пафоса, и это звучит искренне.

Пеппер слушает, её взгляд смягчается. Она пьёт чай, который Тони ей подал, и кивает. — Да. Это про неё. — Она ставит чашку. — И вы, я вижу, тоже произвели на неё впечатление. Она о вас говорила. Правда, без имён и… определённых деталей. — Она бросает взгляд на Тони, который замер с чайником в руке. — Тони, милый, ты можешь сесть. Выглядишь так, будто ждёшь сигнала тревоги.

Она возвращается к Питеру. — И каковы ваши намерения, мистер Паркер? В свете… всего?

Питер смотрит сначала на Морган, потом на Пеппер, и, наконец, его взгляд ненадолго останавливается на Тони, прежде чем вернуться к Пеппер. — Мои намерения, миссис Поттс… — он делает паузу, — это быть рядом с ней. Поддерживать её. Уважать её. И защищать её, насколько это в моих силах. Я понимаю, какая это ответственность. И я принимаю её. Полностью.

Морган чуть улыбается, слыша это.

Пеппер смотрит на него долго. Потом её взгляд переходит на Морган, на её улыбку. И наконец — на Тони, который сидит, сжав чашку в руках, и выглядит так, будто переживает самый напряжённый момент в своей жизни — и это многое значит.

Пеппер медленно кивает. — Хорошо. — Она ставит чашку. — Тогда добро пожаловать, Питер. По-настоящему. — Она поднимается и идёт к кухне. — Теперь, если вы все не против, я приготовлю что-то более существенное, чем печенье. Похоже, нам всем понадобятся силы. — Проходя мимо Тони, она кладёт руку ему на плечо и слегка сжимает — жест поддержки и понимания.

Тони выпускает воздух, которого, кажется, не дышал несколько минут. Он смотрит на уходящую Пеппер, потом на Питера и Морган. В его глазах появляется что-то вроде облегчения, смешанного с отцовской гордостью и остатками паники. — Ну вот, — он говорит тихо, отпивая чай. — Вы прошли. Оба. Через первый, самый страшный круг. — Он смотрит на Питера. — Не расслабляйся. Дальше будет хуже. Но… добро пожаловать. По-настоящему.

— Фух… я думала, это будет страшнее. — Говорит Морган.

Тони поднимает бровь, глядя на дочь. — Страшнее? Это было страшнее, чем любое вторжение, в котором я участвовал. У инопланетян есть слабые места. У твоей матери… — он понижает голос до шёпота, — слабых мест нет. Только бездонная глубина терпения и взгляд, который просверливает титановый сплав. — Он откидывается на спинку стула. — Но да. Вы справились. Пока что. — Он смотрит на Питера, и в его глазах появляется тень старой, знакомой теплоты. — Значит, ты теперь часть этого… хаоса. Не теряйся, паучок. И… береги её. Ясно?

Питер встречает его взгляд и серьёзно кивает. — Ясно, мистер Старк. Я не подведу. Ни её, ни вас. Обещаю.

Из кухни доносится голос Пеппер — Тони, не мучай ребят. Иди сюда, помоги нарезать овощи!

Тони вздыхает, поднимается и, проходя мимо, хлопает Питера по плечу — жест одновременно дружеский и полный скрытого предупреждения. — Добро пожаловать в семью, Паркер. Теперь ты наш. Со всеми вытекающими. — Он идёт на кухню, оставляя их одних в гостиной.

Морган пару секунд смотрит туда, куда ушел Тони, а потом смотрит на Питера.

Питер смотрит на закрытую дверь в кухню, потом переводит взгляд на Морган. Он медленно выдыхает, и напряжение наконец покидает его плечи. Уголки его губ поднимаются в лёгкой, облегчённой улыбке. — Ну что… — он тихо говорит, — мы выжили. А твой отец… он даже не достал ни одного оружия. Я считаю это абсолютной победой. — Он осторожно берёт её руку, его большой палец снова поглаживает её костяшки. — Твоя мама… она удивительная. Я теперь понимаю, откуда у тебя эта… внутренняя сила.

Морган улыбается. Потом говорит — Ммм… Как насчет пойти ко мне в комнату? — Она быстро добавляет — И нет, не в смысле там!… Просто пойти туда и все.

Питер мягко смеётся, и в его глазах появляется тёплое понимание. — Я понял. Да, давай. Пока они там заняты кулинарным проектом, мы можем… укрыться в нейтральной зоне. Мне, честно говоря, до сих пор интересно, как выглядит комната человека, который вырос в особняке со встроенным ИИ и видами на океан. Это должно быть… впечатляюще. — Он встаёт, всё ещё держа её за руку.

Она кивает и ведет его за собой(держа за руку), на 2 этаж. Потом она подходит к своей двери в комнату. Открывает и заходит… Большая удобная кровать, стол(на котором ноутбук и другие вещички), шкафы(для одежды, учебников и другого) и всякое такое.