Глава 1: Правда о Салазаре

Правда о Салазаре

5

0

Mот Molwe
Поделиться

Гарри Поттер мне не принадлежит. Теперь, когда с этим разобрались, можно приступить к рассказу.

Никто не знал, что хроники первых лет существования Хогвартса написала убийца, скрывавшая своё преступление. Салазар Слизерин никогда не покидал Хогвартс. Более того, его кости до сих пор лежат где-то в замке.

Ссора с Гриффиндором действительно была, но не она заставила Слизерина уйти — в конце концов, он никуда не уходил, — да и спорили они вовсе не о том, о чём говорится в исторических книгах. Чистота крови его не особенно волновала. Он просто считал: маглорождённые скорее допустят какую-нибудь ошибку, из-за которой церковь уничтожит школу, а значит, доверять им можно меньше. За сто лет до этого такое уже случилось с волшебной школой в Риме. Древняя школа погибла лишь потому, что какой-то маглорождённый почувствовал себя виноватым и решил, что должен исповедаться в том, что он волшебник.

На самом деле Тайная комната была нижними катакомбами школы. Слизерин решил, что было бы забавно поставить там огромную статую самого себя: в любом другом месте школы она смотрелась бы довольно безвкусно. А вот в катакомбах под школой выглядела внушительно, особенно в окружении змеиных статуй.

Впрочем, это отступление. Чтобы узнать подлинную историю основателей, вам придётся отправиться со мной и увидеть «Предсмертную исповедь» Салазара. Исповеди волшебников отличаются от магловских: перед самой смертью волшебник, обученный этому приёму, помещает все свои важнейшие воспоминания в какой-нибудь носитель. Чтобы увидеть воспоминания Салазара, нам нужно заглянуть в этот Омут памяти, стоящий в комнате с гниющей мебелью, рядом с кроватью, на которой лежит скелет с кинжалом в груди.

Детские воспоминания пропустим, в том числе и любопытное падение со скалы прямо в гнездо гадюк. По-видимому, так он и обнаружил, что владеет змеиным языком. И то, как соседская охотничья собака укусила его за задницу, тоже пропустим. Остановимся и посмотрим, как он познакомился с Гриффиндором. Ох, должно быть, больно. Нет, это тоже пропустим. О, а вот знакомство с Когтевран. Смотрите, его здорово мутузят. А вот он знакомится с Пуффендуй. Как мило: она спасает его от своей ядовитой тентакулы.

Кхм. Это мы просто оставим без внимания и перейдём к основанию школы. Вряд ли вам хотелось бы, чтобы кто-то смотрел на вас в первую брачную ночь. Да, ужасно смешно, что он понятия не имеет, что делать, но в конце концов разобрался же. Потомки у него всё-таки есть.

О, смотрите, строят замок. А вон Слизерин убегает от лукотруса, визжа как девчонка. Наверное, это уловка: хочет, чтобы его считали глупым и беспомощным. Нет? То есть один из величайших волшебников всех времён до смерти боится лукотрусов?

Смотрите, замок уже построен, теперь набирают учеников. Похоже, половину своих Слизерин переманил из Дурмстранга. Директор Дурмстранга ужасно зол. Не знаю, из-за украденных учеников или потому, что Слизерин показывает ему средний палец. Как бы то ни было, он зол.

А теперь они уже в годах. Тогда шестьдесят лет и для волшебника были старостью. Они создают Распределяющую шляпу. Здорово, она оскорбляет Гриффиндора: что-то о почти совершенно пустой голове и невероятном везении, благодаря которому он вообще дожил до двух лет. Это не оскорбление? То есть шляпа просто излагает факты?

А вот и последний день Салазара в замке. Согласно официальной истории Хогвартса, сейчас он поссорится с Гриффиндором из-за приёма маглорождённых учеников, построит Тайную комнату в надежде очистить школу от всех, кто не чистокровен, и уйдёт. Правда, здесь кое-что не сходится. Во-первых, если раньше вы смотрели внимательно, то заметили, что так называемая Тайная комната уже построена. А во-вторых, по меньшей мере половина учеников Салазара — те, кого впоследствии станут называть грязнокровками. Сейчас мы узнаем, из-за чего на самом деле произошла ссора. Слушайте внимательно.

Гриффиндор: Послушай, я не против, чтобы это существо жило в катакомбах и защищало школу от нападения из-под земли. Но я не хочу, чтобы оно ползало по коридорам ночью.

Слизерин: Послушай, если люди будут знать, что по ночам по школе бродит василиск, то меньше станут помышлять о вторжении, а ученики после отбоя и носа из спален не высунут. Идеальное решение.

Гриффиндор: Как мы будем управлять им, когда тебя не станет? А если он убьёт кого-нибудь из учеников? Если кого-нибудь съест?

Слизерин: В школе всегда будет кто-нибудь из моих потомков. Они и будут им управлять. Он никого из учеников не убьёт, если они будут вовремя ложиться спать. Надеюсь, единственным, кого он съест, окажется незваный гость, которому хватит глупости пробраться в замок.

Гриффиндор: Ты говоришь убедительно, Салазар, но это существо останется в катакомбах и будет защищать школу снизу. И всё. Увижу хоть одну зелёную чешуйку — сам его убью.

Слизерин: Ты бы не стал. Минки ещё совсем малышка.

Гриффиндор: Минки — опасное существо, и, если увижу её где-нибудь в замке, убью. Разговор окончен.

Слизерин: Вот же ты ублюдок. Не разговаривай со мной. Я иду к себе.

К утру внук Салазара исчез, а вместе с ним — и все вещи Салазара, о которых знали окружающие. А теперь посмотрим, что произошло той ночью.

Салазар Слизерин резко проснулся: в его тайных покоях кто-то был. Об этих других комнатах знали лишь двое — он сам и Кандида Когтевран. Он повернул голову. Это была она.

— Я сейчас ни с кем не хочу разговаривать. К утру перестану дуться, тогда и приходи.

— Он тебе не достанется.

— Что? Понятия не имею, о чём ты, чёрт возьми. Выражайся яснее.

— ОН ТЕБЕ НЕ ДОСТАНЕТСЯ! ОН МОЙ.

— Кто твой?

— Эдмунд.

— Эдмунд? Эдмунд? Ах да, этот. Когда мы в этом году решили испытать шляпу, она отдала его мне. Значит, он мой.

— Он мой.

— Слушай, давай не будем сейчас спорить, кому принадлежит какой-то паршивый ученик. Обсудим это в более приличное время. А сейчас я хочу поспать.

— Хорошо, обсудим утром.

— Отлично. Ах да, кстати: шляпа отдала его мне, он мой.

— А-А-А-А-А-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р!

— Прости, что до этого дошло, Салазар. Он мой. Его отец был моим, его дед был моим, и он мой. Если вернуть его можно было только убив тебя, пусть так.

Ну вот, друзья мои: последнее воспоминание в Омуте памяти открыло нам правду. Леди Когтевран убила Слизерина прямо в постели из-за спора об ученике. Из-за её лжи ученики Слизерина и Гриффиндора веками грызутся друг с другом. Теперь вы видите, насколько всё это бессмысленно. Из-за одного ученика единство школы рухнуло.

Тысячу лет назад, вскоре после смерти Салазара Слизерина:

На руках леди Когтевран ещё оставалась кровь, когда она вырвала своего младшего внука из лап учеников самого презренного человека из всех, кого знала. Человека, которого любила, но который давным-давно её отверг.

Теперь предстояло скрыть преступление. Она точно знала, что делать.

Письмо Анзарру Слизерину пришло незадолго до рассвета. Он немедленно подчинился: перечить деду было нельзя.

Пока Анзарр собирал вещи, леди Когтевран велела Распределяющей шляпе больше не отправлять маглорождённых в Слизерин. Полукровок можно.

Когда Гриффиндор спросил, куда делся его друг, она ответила, что после их последней ссоры тот ушёл навсегда. Гриффиндор горевал об утрате друга и надеялся, что он вернётся. Он понимал, что отправляться следом не стоит.

Анзарр Слизерин ждал деда год и один день. Когда стало ясно, что тот не придёт, он бросил письмо в огонь и увидел, как меняется почерк. Тогда он понял, что его обманули. Вернувшись в Хогвартс, он обнаружил, что защитные чары изменены: ни он, ни семь следующих поколений его семьи не смогут войти.

Последний шаг к сокрытию преступления был сделан после смерти Годрика Гриффиндора и Пенелопы Пуффендуй. Вскоре после их кончины леди Когтевран сожгла большую часть их бумаг и написала собственную историю Хогвартса, выставив Салазара в самом дурном свете. Через пару поколений правда забылась, и даже потомки Слизерина поверили её рассказу.

Тысячу лет кости Салазара Слизерина лежали нетронутыми в покоях, о существовании которых никто не знал. До сих пор никто не знал подлинной истории основателя по имени Слизерин. Теперь она известна и тебе. Расскажи остальным. Пусть увидят ложь, которая уничтожит нас, если мы ей позволим. Чтобы школа пережила эту войну, Гриффиндор и Слизерин должны стоять вместе, как когда-то давно.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1