Глава 1: 1.
1.
2
0
«Охоться упорно. Убивай быстро. Не трать зря ничего. Не проси прощения».
— приписывается Тедди Морицу; цитируется в книге Сай Монтгомери The Hawk’s Way
Гарри прислонился к стволу огромного дуба и вздохнул. Отсюда он видел Хогвартс, озеро и хижину Хагрида. На дубе ещё оставались листья — больше, чем на некоторых деревьях в Запретном лесу, — но осень уже вовсю вступала в свои права. Гарри поправил мантию на плечах.
Ему хотелось не чувствовать себя таким уставшим. Не чувствовать себя таким безнадёжным.
Да, Кэрроу и все остальные, из-за кого прошлый год был таким невыносимым для учеников, исчезли. Трещины в каменных стенах заделали, кровь и тела убрали. Но в первый же вечер после возвращения в Хогвартс Гарри услышал, как когтевранец насмешливо назвал кого-то «грязнокровкой», а потом увидел, как гриффиндорцы и слизеринцы проклинают друг друга.
За что мы вообще воевали?
Гермиона говорила, что нельзя ожидать, будто люди изменятся в один миг, и Гарри понимал, что она права. Но он надеялся, что у них будет передышка, хотя бы несколько месяцев покоя, пока все помнят о войне и скорбят по погибшим.
Но нет. Всё вернулось к прежней бессмысленной грызне и соперничеству. Гермионе, как старосте школы, за первую же неделю пришлось разнимать семь драк между учениками разных факультетов.
Гарри снова вздохнул и выпрямился. Может, война подействовала на него сильнее, чем он думал. Может, остальные уже пришли в себя, а ему самому стоило обратиться к целителю душ или кому-то ещё. Он не знал.
Зато он знал, что война пошатнула его надежды на будущее и желание стать аврором. Какой в этом смысл, если в Министерстве его ждёт всё та же коррупция и нежелание признавать ошибки? Сторонников режима Волдеморта даже не собирались судить: мол, тогда придётся судить и тех, кто действовал под Империусом, а отличить виновных от лжецов невозможно.
— Лучше отпустить виновных, чем наказать невиновных, — сказал министр Шеклболт в недавнем интервью.
И Гарри даже был с ним согласен. Просто ему хотелось знать, что Министерство собирается сделать, чтобы люди, однажды сотрудничавшие с Тёмным Лордом, не помогли следующему. Но, похоже, никто не знал.
— Здравствуй, Гарри.
Гарри моргнул и обернулся. За его спиной стояла Луна. Тонкое белое платье делало её похожей на привидение. К счастью, обувь на ней всё-таки была. Зато на голове у неё красовался странный капюшон из цепочек и колец, соединённых друг с другом. На одной руке была кожаная перчатка, а на ней…
— Что это? — спросил Гарри.
На перчатке сидело странное крошечное существо. Сначала Гарри решил, что это какая-то птица: он видел, как трепещут крылья. Но, подойдя поближе, понял, что перед ним миниатюрный фестрал. Совсем крошечный. К перчатке кожаными ремешками были привязаны все четыре его ноги.
— Что за чёрт? — спросил Гарри.
Луна просияла.
— Разве он не чудесный, Гарри? Я забыла, что многие его не видят, поэтому люди всё время странно на меня поглядывают.
Гарри уже хотел спросить, как она это поняла, если люди и без того часто смотрели на неё странно, но передумал. Не нужно было быть жестоким.
— Он потрясающий, — сказал Гарри. — Но как тебе удалось найти такого маленького? Ты его уменьшила чарами?
— Нет, они такими рождаются, — ответила Луна и направилась в Запретный лес.
Гарри пошёл рядом, всё ещё не сводя глаз с крошечного фестрала. Тот трепетал своими перепончатыми крыльями и вытягивал шею, демонстрируя зубы, которыми Гарри не захотел бы стать обедом.
— Примерно один из ста фестралов рождается таким маленьким. Но, конечно, из-за размера мать часто случайно давит детёнышей, прежде чем их успевают спасти.
— Как ты его нашла?
— Хагрид нашёл нескольких и разрешил мне забрать этого.
— А что ты с ним делаешь?
Луна резко обернулась и посмотрела на Гарри. Тот широко раскрыл глаза. Может, виноват был странный капюшон, но глаза Луны будто светились жутковатым блеском. В лесу она сама казалась хищницей.
— Охочусь, — тихо сказала Луна.
Гарри замялся. Ему и так хватило крови и смерти во время войны. Он действительно больше не хотел с этим сталкиваться.
— Я… думаю, я не буду в этом участвовать, Луна.
— Ты пока не готов к такому приключению, — сказала она и кивнула, словно слушала кого-то, кроме Гарри. — Когда будешь готов, ты поймёшь. Нарглы поют, а летучие мыши выбираются наружу.
Она ушла вглубь Запретного леса. Фестрал на перчатке беспокойно дёргался и тянулся вперёд.
Гарри долго смотрел ей вслед.
━━━━━━━━━━━━━━━━━━
— Кажется, я уже не уверен, что хочу становиться аврором.
Гарри решил произнести это вслух и посмотреть, что подумают лучшие друзья. Их реакция застала его врасплох.
Гермиона с громким возгласом ужаса оторвалась от книги и уставилась на него. Рон свалился с дивана, где лежал, заложив руки за голову и мечтательно глядя на огонь. Шум привлёк внимание других гриффиндорцев: кто-то смотрел на них с удивлением, кто-то с беспокойством, а кто-то — с весёлым любопытством.
— Гарри! — По крайней мере, Гермиона додумалась понизить голос. — Что ты имеешь в виду?
— То, что сказал. — Гарри неожиданно вытер выступивший у губы пот. — Не уверен, что хочу быть аврором.
— Дружище, ты должен им стать. — Рон уже сел и не пытался забраться обратно на диван. Он смотрел на Гарри серьёзно и пристально. — Мы же всё вместе планировали, помнишь? Мы вместе станем аврорами! Поэтому я в этом семестре вообще записался на зельеварение, чтобы получить нужные ЖАБА. И терплю учебное расписание, которое составила Гермиона, хотя уже с ума схожу.
— Спасибо, Рон, — сухо сказала Гермиона, хотя и улыбнулась ему.
Гарри пришлось отвести взгляд.
— Я понимаю, что ты разочарован, Гарри, — сказала Гермиона, повернувшись к нему с улыбкой. — Тяжело смотреть вокруг и понимать, что мир не изменился в одночасье после всего, что мы сделали. Но серьёзные перемены требуют времени. Ничего не изменится, если ты просто откажешься участвовать.
— Я и не говорил, что собираюсь вообще ничего не делать, — пробормотал Гарри. — Только что не хочу работать аврором. Почему я не могу стать целителем или кем-нибудь ещё?
Гермиона покачала головой.
— Знаю, в магловском мире всё иначе, Гарри, но здесь целители обычно занимаются только своим отделением в Святом Мунго. Если они ведут исследования, то изучают, как вылечить последствия определённого проклятия или улучшить подготовку целителей. Ничего другого. Они не исследуют широко распространённые болезни и не проводят экспериментов, которые могли бы спасти множество жизней. Целителем ты почти ничего не изменишь.
— Кроме того, что буду лечить людей?
Гарри хотел сказать это саркастически, но Гермиона не уловила намёка. Она серьёзно кивнула.
— Это тоже важно, но ты ведь хотел, чтобы через несколько десятилетий исчезли предубеждения по крови, верно? Работая целителем, ты этого не добьёшься. Святой Мунго уже принимает всех, кому нужна помощь, и лечит бесплатно. Может, какой-нибудь отдельный целитель и отказался бы лечить маглорождённых, но я о таком не слышала. Как аврор ты изменишь больше, чем если станешь по одному убеждать коллегу за коллегой.
Гарри открыл рот и понял, что друзья не хотят обсуждать то, о чём он действительно хотел поговорить.
Он лишь пожал плечами и снова уставился в потолок, пока Рон с Гермионой шутили и целовались. Гарри хотелось быть таким же уверенным в своём пути, как они — в своих.
━━━━━━━━━━━━━━━━━━
— Можно мне пойти с тобой?
Луна снова подняла на Гарри сияющие глаза, когда он, запыхавшись, резко остановился рядом с ней. Они уже зашли довольно далеко в Запретный лес. Гарри неверно угадал, когда Луна снова туда отправится — если у неё вообще был какой-то распорядок, — и теперь ему пришлось бежать, чтобы догнать её.
Луна склонила голову набок.
— Я думала, ты не хочешь участвовать в этом приключении.
— Я… я не хотел идти, если там будет много крови. Но друзья уже сводят меня с ума, а я не знаю, чем заняться. По крайней мере, это что-то другое.
Луна улыбнулась.
— Для меня честь быть чем-то другим.
Гарри покраснел, но Луна, по крайней мере, говорила искренне — настолько искренне, насколько вообще умела. Он кивнул и пошёл рядом с ней дальше в лес. Палочка Луны освещала дорогу, но она держала её в кармане, так что свет получался странным и приглушённым. Гарри достал свою и произнёс:
— Люмос.
— На кого мы охотимся?
— На горе.
Гарри остановился и уставился на неё. Луна взглянула на него.
— Ты обо что-то споткнулся? Хотя стоишь довольно прямо для того, кто споткнулся.
— Нет, я… — Гарри почувствовал, будто язык стал толще и его трудно протолкнуть между зубами. Он кашлянул. — Я просто думал, что ты охотишься на каких-нибудь животных. Может, на летучих мышей: ты упоминала их в прошлый раз.
Луна нахмурилась.
— Я упомянула их, потому что хотела о них сказать.
Ну конечно.
— Но жеребцы-фестралы не охотятся на смертную добычу. — Луна погладила фестрала, привязанного к её перчатке. — Они охотятся на то, чего люди не знают и чего смертные животные не видят и не могут поймать сами.
Она принялась развязывать кожаные ремешки на копытцах фестрала. Тот переступал ногами и мотал головой.
— Жеребец?
— Старое слово.
Для чего именно? Но Гарри уже заворожённо следил за тем, как Луна освобождает фестрала. Когда она закончила, тот замер: дрожал, расправляя и складывая крылья. Луна подбросила перчатку, и фестрал тут же взмыл в воздух. Он полетел кругами неподалёку, чуть ниже верхушек деревьев.
— Как ты научила его тебя ждать?
— Это заняло много времени, — туманно ответила Луна.
Она склонила голову, и капюшон снова заставил её глаза казаться яркими и тревожными.
— Какую горечь мы будем выслеживать сегодня?
Она повернулась к Гарри.
— Я… что? Не знаю. Я думал, ты выберешь что-то своё.
— Всю свою горечь я выследила сама, прежде чем обучила Пера, — просто сказала Луна. — Я хочу охотиться на чужую горечь. Он тоже хочет охотиться на чужую горечь. А ты здесь. Скажи, на что хочешь охотиться.
Гарри передёрнуло. Он скрестил руки на груди. Над головой слышался шелест крыльев Пера — тихий скрип или взмах, — но Гарри не мог представить, на что именно они будут охотиться.
Наконец он облизнул губы и сказал:
— Я хочу выследить горе из-за смерти Фреда.
Слова вырвались сами собой. Гарри думал, что назовёт Ремуса и Тонкс, которых Тедди имел полное право оплакивать, или Дамблдора, которого он помог убить. Но первым пришёл в голову Фред.
Он скрывался за каждой улыбкой, которой не хватало на лице Джорджа; за паузами в речи Рона, когда тот вдруг замолкал; за тем, как Джинни по вечерам сидела на краю Астрономической башни и смотрела в небо.
— Хорошее горе, — сказала Луна и подняла взгляд на кружащего фестрала. — Но он не сможет на него охотиться, если оно не будет рядом и не станет видимым. Сосредоточься на нём.
Гарри закрыл глаза. Ему хотелось сказать, что он не знает, как это сделать, но на самом деле он знал. Его горе всегда было так близко, что иногда ему было трудно сосредоточиться на уроках. А теперь ещё и желание хорошо учиться постепенно угасало: он начал задумываться, хочет ли вообще становиться аврором.
Фред, — подумал он. — Фред. Я скучаю по тебе.
Рядом с ним Луна тихо ахнула.
Гарри открыл глаза и ярче осветил дорогу палочкой. Он увидел, как Пер бросился за чем-то маленьким, гладким и тёмным. Оно было похоже на летучую мышь — насколько Гарри мог разглядеть его крылья, — но между ними что-то вихрилось и клубилось.
Снова и снова существо металось между деревьями. И снова и снова Пер поджимал крылья или изгибал их, скользя вслед за ним.
Луна побежала дальше в лес. Гарри поспешил за ней, сожалея каждый раз, когда приходилось отрывать взгляд от погони, чтобы не споткнуться о корень или не получить веткой по лицу. Иногда до него доносился пронзительный, яростный трубный клич фестрала, но добыча не издавала ни звука.
А потом закричала.
Визг был резким и высоким и быстро оборвался.
Луна рванулась вперёд. Гарри последовал за ней. Сердце стучало так громко, что он даже не слышал, как они ступают по опавшим листьям.
Луна стояла на корточках рядом с Пером и остатками… чего бы он ни поймал. Существо уже превратилось в плоский, жирный пепел. Пер топтался по нему копытами и трубил. Гарри впервые увидел, какие у него острые копыта — словно маленькие топорики. Неудивительно, что Луна носила перчатку.
Луна тихонько обращалась к Перу, не обращая внимания на то, как он расправлял крылья и щёлкал зубами в её сторону. Гарри продолжал разглядывать уничтоженную добычу. Возможно, это действительно были остатки летучей мыши. Он наполовину ожидал, что на ней окажется лицо Фреда или что-то в этом роде, но охота, похоже, не была настолько буквальной.
— Гарри?
— Я… да. — Гарри поднял глаза и моргнул. — Мне всё ещё горько из-за Фреда.
— Это естественно, — сказала Луна.
Она протянула перчатку с зажатым между пальцами куском мяса. Пер тут же подлетел, уселся на кожу и прикрыл мясо крыльями. Луна аккуратными движениями снова пристегнула ремешки к его ногам.
— Горе не исчезает. Мы убили только его часть. Но тебе стало легче?
Гарри закрыл глаза и прислушался к себе. Постепенно он понял, что да. Одна из причин была в том, что он снова и снова перебирал воспоминания о Фреде и вспоминал: новых больше не будет.
Но теперь появилось новое воспоминание. Пер, летящий по лесу за существом, которое, казалось, Гарри сотворил из собственных мыслей. Его крик, когда добыча погибла.
— Да, — сказал Гарри и выдохнул. Он открыл глаза и посмотрел на Луну, маленькую и светлую среди деревьев. — Можно мне снова пойти с тобой на охоту?
— С удовольствием, — ответила Луна. — В следующий раз, может быть, выследим ненависть.
━━━━━━━━━━━━━━━━━━
— Ты выглядишь лучше, Гарри.
Гарри улыбнулся Гермионе, усаживаясь за гриффиндорский стол. Он потянулся за мармеладом, чтобы намазать его на тост.
— Я и чувствую себя гораздо лучше.
Так оно и было. Гарри не знал, дело ли в новом воспоминании, в чём-то ещё или в том, что он действительно убил часть горя, придав ему тёмный образ. Но он спал без кошмаров и проснулся с улыбкой, вспоминая Фреда на метле в тот раз, когда он и Джордж улетели посреди пятого курса Гарри.
Фреда не стало. Он не вернётся. Но Гарри мог двигаться дальше и помнить о нём не только в момент его смерти.
— Значит, ты передумал насчёт аврората, дружище? — спросил Рон, опускаясь на скамью рядом с Гарри.
Гарри задумался, что бы они сказали, если бы он ответил: «Нет. Я собираюсь сбежать с Луной и научить фестралов охотиться на горе».
Но он и сам ещё не знал, так что пожал плечами:
— Может быть. Просто думаю, что в другой профессии мне было бы лучше. Может, стану целителем, как я и говорил.
— Но тогда ты меньше изменишь мир.
Рон согласно кивнул Гермионе.
— Ты же говорил, что хочешь изменить его? После того, как увидел, как люди цепляются за эту идиотскую идею о чистоте крови, придуманную фанатиками?
Гарри поднял глаза и оглядел Большой зал. Будто смотрел на него заново.
Да, за столом Слизерина всё ещё сидели ученики, которые презрительно косились на Гермиону, Джастина Финч-Флетчли и ещё нескольких маглорождённых из других факультетов. Симус с ненавистью смотрел на Миллисенту Булстроуд, хотя, насколько знал Гарри, её даже не было в школе в прошлом году.
Но гораздо больше людей просто завтракали, разговаривали или читали «Ежедневный пророк». Люди, которые сражались вместе с ними, которые встали рядом с ними.
Взгляд Гарри остановился на профессоре Слизнорте за преподавательским столом. Тот смеялся над чем-то, что сказала профессор Макгонагалл.
Он был на нашей стороне. Может, не всё так плохо. Может, всё лучше, чем мне казалось.
— Гарри?
Он моргнул и повернулся к Гермионе.
— Да. Я всё ещё хочу что-то изменить, — сказал он.
Гермиона улыбнулась и принялась рассказывать о структуре Министерства, которую изучала: о том, как аврорат взаимодействует с остальными отделами Департамента магического правопорядка и как принимают новые законы.
Гарри слушал вполуха, поглядывая на стол Когтеврана, где в конце, одна, сидела Луна.
Она подняла глаза и улыбнулась, заметив его. На шее у неё было ожерелье из осколков стеклянных бутылок из-под сливочного пива, нанизанных на бечёвку.
Возможно, изменить мир можно не одним способом, — подумал Гарри.
━━━━━━━━━━━━━━━━━━
— Тебе стоит это надеть.
— Зачем? — спросил Гарри, глядя на капюшон, который протягивала ему Луна.
Он, как и её собственный, был сделан из переплетённых цепочек и колец, только колец в нём было больше. В руках Луны он извивался, словно змея. Гарри взял его, но на мгновение вспомнил Нагайну и не был уверен, что сможет его надеть.
— Он не даст горю ударить тебя по голове, если оно вернётся.
Теперь это звучало гораздо понятнее, чем ещё вчера. Гарри медленно кивнул и накинул капюшон. Луна помогла закрепить его у горла несколькими кожаными завязками, похожими на ремешки на её перчатке.
Её пальцы скользнули по его шее, и Гарри резко вдохнул.
— Здесь наргл? — Луна нахмурилась и оглянулась. — Обычно я чувствую их лучше.
— Нет, — прошептал Гарри. — Просто… ничего.
— Ты издал звук, — строго сказала Луна и закончила завязывать капюшон. — Это не ничего. Когда мы охотимся, нужно прислушиваться к звукам леса и быть внимательным. Иначе, возможно, кто-нибудь начнёт охотиться на тебя.
Она сняла с ветки перчатку с Пером.
— Пойдём.
Гарри пошёл за ней, думая о том, на кого они будут охотиться сегодня.
И если он замечал, как мерно покачиваются ноги Луны, как она мелькает среди деревьев, словно свет, — это было только его личным делом.
━━━━━━━━━━━━━━━━━━
— Опять Чокнутая.
Гарри направлялся к входному холлу, чтобы встретиться с Луной. Он спешил, думая, что она уже там. Но, услышав прозвище и последовавший за ним смех, почувствовал, как в груди вспыхнула ярость. Он замедлил шаг, выглянул из-за угла.
Несколько незнакомых шестикурсников-когтевранцев стояли над грудой вещей на полу. Гарри показалось, что среди них он видит капюшон Луны из цепочек и колец. Сама Луна стояла неподалёку. Её взгляд был таким же отстранённым, как всегда, но лицо выглядело несчастным.
Одна из задир отставила ногу, собираясь пнуть вещи, другая направила палочку.
Гарри вышел из-за угла.
— Хватит, — тихо сказал он.
Когтевранцы вздрогнули, увидев его, и ещё сильнее — когда поняли, кто перед ними. Шрам у Гарри уже не был таким заметным, как раньше, но его лицо часто появлялось в газетах, так что он был узнаваем и без него.
— Поттер? — спросила девушка с палочкой.
Та, что собиралась пнуть вещи Луны, отступила и попыталась сделать вид, будто её нога тут ни при чём.
Гарри посмотрел на них.
— Оставьте её в покое.
— Поттер, да это же просто Чокнутая…
В груди Гарри всё сжалось, а в ушах загрохотало. Он услышал другой голос, говоривший: «Это же просто урод».
— Мне всё равно, — резко сказал он. Когтевранцы вздрогнули. — Луна стоит сотни таких, как вы. Она сражалась против Волдеморта, она бежала, выжила, скрывалась. Она была там. А вас я на прошлогодней битве не видел.
Он оглядел их, стараясь вспомнить, не попадались ли они ему, но ни одно лицо не показалось знакомым.
— Она важная. Особенная.
Задиры нерешительно переглянулись, но никто не стал ему перечить. Они пробормотали неубедительные извинения и ретировались. Гарри смотрел им вслед, пока не убедился, что они ушли, а затем повернулся и взял Луну за руку.
Она смотрела на разбросанные вещи, но теперь подняла на него глаза.
— Ты в порядке? — прошептал Гарри.
Луна помедлила и кивнула.
— Прости, — сказал Гарри.
Он наклонился, чтобы поднять капюшон. Тот извивался и звенел в руках, но, похоже, от него оторвалось всего несколько колец, которые легко можно было починить.
— Репаро.
Гарри расслабился, когда кольца встали на место, и протянул капюшон Луне. Среди остальных вещей он заметил ожерелья из пробок от сливочного пива, туфли, серьги из серебряной проволоки и стеклянные перья. Гарри применил ко всей куче общее «Репаро», а затем задумался: стоило ли это делать? Может, Луна хотела сама починить свои вещи? Задиры тронули её вещи — а теперь и он тоже.
Гарри посмотрел на неё, собираясь сказать: «Прости…»
Но Луна шагнула к нему и поцеловала.
Сердце загрохотало у Гарри в ушах. Внезапно он перестал понимать, где верх, а где низ. Но знал, что Луна всё ещё перед ним. Он протянул руки, положил их ей на плечи и ответил на поцелуй.
Луна отскочила назад задолго до того, как Гарри захотел, чтобы он закончился. Она улыбалась.
— Тебе понравилось?
— Да, — ответил Гарри. Голос у него оказался хриплее, чем когда-либо прежде. Забавно. Он не думал, что этот поцелуй сильно отличался от тех, что у него были с Джинни, но почему-то подействовал на него сильнее.
— Хорошо, — сказала Луна. — Тогда мне больше не придётся охотиться на это одной.
Гарри провёл языком по губам, пытаясь удержать в памяти поцелуй и продлить его.
— На что охотиться одной? Я думал, мы вместе охотимся на горе.
Луна улыбнулась и надела капюшон.
— На счастье, — сказала она, взяла Гарри за руку и потянула его к входному холлу.
Груда её вещей поднялась в воздух и поплыла за ними, хотя Гарри не заметил, чтобы Луна произнесла заклинание.
Он улыбнулся и пошёл за ней к хижине Хагрида. Там они должны были забрать Пера.
━━━━━━━━━━━━━━━━━━
— Изменить мир можно не одним способом, Гермиона.
Гермиона остановилась посреди речи и удивлённо моргнула. Гарри продолжал завтракать. Он дождался, пока она закончит очередную мысль, и, похоже, теперь она была готова его выслушать.
А может, дело было в спокойной уверенности в его голосе и в том, что он перестал ходить вокруг да около и делать вид, будто всё ещё хочет стать аврором.
— Конечно, — медленно сказала Гермиона. — Но я объяснила, что целитель не сможет добиться масштабных перемен.
— Да, объяснила, — ответил Гарри и улыбнулся Луне, которая вошла в Большой зал.
Она заметила его, повернулась и подошла к столу, протянув руку. Гарри подмигнул Гермионе.
— Но небольшие перемены, по одной за раз, тоже важны.
— Гарри…
Он обошёл стол и поцеловал Луну прежде, чем она успела поцеловать его. По Большому залу прокатилась волна шума. Луна огляделась, будто только сейчас заметила, что вокруг полно людей.
— Это не лучшее место для охоты, Гарри, — сказала она.
— Но, кажется, для поисков это самое подходящее место, — ответил он.
Люди глазели на них и перешёптывались, но, вероятно, могли услышать каждое их слово. Ну и что? Гарри уже чёртову уйму лет выставляли напоказ.
— Возможно, — сказала Луна и улыбнулась. — Нам понадобится найти Чудовище для поисков.
Гарри переплёл пальцы с её пальцами.
— Думаю, мы справимся.
Он последовал за Луной из Большого зала, не обращая внимания на тех, кто окликал его, и на остальных, кто начинал смеяться и строить догадки. Никому больше не нужно было знать, что они имели в виду.
Они могли начать свои поиски. Этот путь принадлежал Гарри и Луне.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!