Глава 1: 1.
1.
2
0
ПЕРЕМОТКА… Возвращаемся на четвёртый курс, незадолго до Святочного бала. Дубль второй.
— Гермиона, с кем ты идёшь на бал? — спросил Уизли.
— Не скажу. Ты будешь надо мной смеяться, — ответила Грейнджер.
— Да ладно, Уизли! — раздался за их спинами голос Драко. — Неужели кто-то пригласил на бал эту зубастую маглорождённую?
Он удалился, довольный своей шуткой. Потти и Уизли даже не подозревали, что именно он пригласил эту «зубастую маглорождённую» на бал. Хотя они, возможно, и не замечали, но она была вовсе не дурна собой. Можно сказать… в ней был потенциал. Если бы её волосы как следует укротить, они могли бы выглядеть вполне неплохо. А зубы… разве ещё несколько дней назад они не были чуть длиннее? Он назвал её так по привычке, но это уже не было правдой.
Ирония заключалась в том, что после всех его слов друзья Грейнджер так и не заметили перемен. И эти люди называли себя её друзьями!
Когда он пригласил её на бал, она согласилась — правда, неохотно и с явным недоверием. Драко не сомневался: узнай Поттер и Уизли, с кем она идёт, они бы дразнили её без конца.
━━━━━━━━━━━━━━━━━━
ВОСПОМИНАНИЕ
— Подожди, Грейнджер. Мне нужно с тобой поговорить, — сказал Драко и коснулся её руки, когда она направилась в библиотеку.
Гермиона обернулась и нахмурилась.
— Что тебе нужно, Малфой? У меня не весь день свободен, — дерзко сказала она.
Мерлин, как же у неё сверкали глаза, когда она злилась!
— Успокойся, Грейнджер.
Он огляделся, проверяя, что поблизости никого нет.
— На этот раз я собираюсь быть добрым.
Гермиона приподняла бровь.
— Добрым? Ты? Со мной?
— Именно.
Он скрестил руки на груди и невозмутимо оглядел её.
— Ну и что? Мне правда нужно идти.
— Нет, не нужно. Я за тобой наблюдал. Знаю наверняка, что ты закончила все домашние задания на неделю вперёд — даже на неделю после каникул. Так что один раз можешь пропустить библиотеку.
— Ты… за мной наблюдал? — Её бровь приподнялась ещё выше. — И я не настолько далеко продвинулась!
— Почти то же самое, — пожал плечами Драко.
Почему он вообще это делал? Она же маглорождённая, ради всего святого. Но нет, он прекрасно знал почему.
— У меня к тебе предложение.
— Если для этого нужно принести кого-то в жертву, мой ответ — нет.
Гермиона упёрла руки в бока, и Драко не смог удержаться от усмешки. Да, он действительно знал, почему её пригласил.
— Не волнуйся, милая. Ничего смертельного.
Грейнджер фыркнула. Много ли девушек позволили бы себе фыркнуть перед ним? Потрясающе.
— Простите? «Милая»? Не понимаю, о чём вы.
Драко наклонился и шепнул ей на ухо:
— Я приглашаю тебя на Святочный бал.
Он выпрямился, чтобы посмотреть на её реакцию.
— Малфой, ты уверен, что хочешь оказаться под ударом моей палочки? — спросила она, явно подозревая подвох.
Драко поднял руки, изображая невиновность.
— Я говорю серьёзно… Гермиона.
— Вот бы сейчас сыворотку правды, — пробормотала Грейнджер. — И почему ты, слизеринская мразь и мучитель маглорождённых, зовёшь меня на Святочный бал?
— Честно?
Он посмотрел ей прямо в глаза.
— Да?
— Просто… думаю, ты мне нравишься.
Грейнджер закрыла глаза и слегка покачала головой.
— Что ты сказал?
— Я не могу выбросить из головы ту пощёчину, которую ты мне отвесила в прошлом году. И, честно говоря, Грейнджер, не притворяйся такой удивлённой. Как думаешь, кто ещё мог бы мне понравиться? В нашем курсе всего двенадцать или тринадцать девушек.
— А как же Панси Паркинсон? — спросила она, задумавшись.
— Грейнджер, она… ужасна. Булстроуд тоже вычёркивай. Вообще всех слизеринок. — Драко поёжился. — И всех пуффендуек тоже.
— Но тогда, кроме меня, остаётся ещё шесть девушек! — Она явно не верила ему, но Драко и не хотел ничего менять.
— Шесть — совсем немного, Грейнджер. Но если предпочитаешь, чтобы я пригласил одну из них…
Он сделал вид, будто собирается уйти. Разумеется, она его окликнула.
— Да? — спросил он.
— Ты же не можешь всерьёз ожидать, что я тебе поверю!
— Я и не ждал. Но попытаться стоило.
Они молча смотрели друг на друга целую минуту.
— Чёрт возьми, Малфой! Я не знаю, что делать!
— Только уточню: не жди, что после бала я начну относиться к тебе иначе. Это перемирие только на один вечер.
Гермиона скрестила руки и ещё выше вскинула бровь.
— Ты ведь хочешь, чтобы я согласилась, да?
— Если честно, не уверен. Если ты откажешься, проблем у меня будет гораздо меньше.
— А если я соглашусь?
— Не могу представить, чтобы такое случилось.
— Тогда зачем ты вообще спросил?
— Я уже назвал причину. Ты мне нравишься.
— Ну… в комнате, полной людей, ты не так уж много сможешь мне сделать.
— Логично, да.
Гермиона помедлила.
— Ладно.
Драко моргнул.
— Тогда увидимся.
Они разошлись в разные стороны.
КОНЕЦ ВОСПОМИНАНИЯ
Драко помнил, как впервые понял, что Гермиона ему нравится, будто это случилось вчера. Она влепила ему звонкую пощёчину. Ненависть, высокомерие, непокорность… Никогда прежде он не уважал её так сильно. Она перестала казаться безнадёжной паинькой. Он отчётливо помнил румянец на её щеках и то, как она гордо ушла в противоположную сторону, высоко подняв голову. А её непослушные волосы впервые выглядели спокойными и достойными.
С тех пор Драко стало трудно вести себя с ней как законченный мерзавец. Он испытывал к ней что-то вроде уважения, хотя никогда бы в этом не признался. Но теперь она согласилась. Это вызвало в нём целую бурю противоречивых чувств. Придётся быть предельно осторожным, чтобы сохранить достоинство. И, разумеется, оставался вопрос её происхождения. Его странно тянуло к ней и одновременно отталкивало от неё. Что сказал бы отец? Что ж, нужно просто сделать так, чтобы отец ничего не узнал. Всё просто.
Последние часы перед балом тянулись медленно. Драко всё это время донимала Паркинсон: почему он до сих пор не пригласил её? Она, похоже, была уверена, что он просто важничает и собирается дождаться последней минуты. Её это вполне устраивало — если только догадка верна. Иначе она останется без пары, а тот парень из Дурмстранга, который приглашал её, уже нашёл себе другую спутницу.
— О, Драко! — жалобно воскликнула она. — Ты скоро меня пригласишь?
Они шли к балу — точнее, шёл Драко, а Паркинсон раздражающе семенила рядом. До начала оставалось минут пятнадцать.
— Слушай, Паркинсон! Я не собираюсь идти с тобой. Так что окажи мне услугу и прыгни в озеро!
Он ускорил шаг, а она отстала, насупившись и едва не расплакавшись.
Драко поднялся по лестнице из подземелий и оказался среди учеников, с нетерпением ожидавших начала церемонии. Где же она…?
Его сердце замерло, когда взгляд остановился на Грейнджер.
Он был прав: в ней и правда был потенциал. Более того, если честно, она была самой красивой девушкой поблизости. Она выглядела совершенно потрясающе — и пришла с ним!
— Вот ты где, Грейнджер, — протянул Драко у неё за спиной.
Она обернулась, и её щёки порозовели при виде него. Драко протянул ей бутоньерку из васильков. Гермиона неловко взяла её и приколола к мантии. И какая же на ней была прекрасная мантия! Нежного, бледно-голубого оттенка. На её фоне кожа казалась фарфоровой. Длинные волосы выпрямили и уложили в замысловатый узел на затылке.
Одним словом — потрясающая.
Драко был не единственным, кто это заметил. Несколько парней и даже завистливых девушек обернулись к ней, возможно, пытаясь понять, кто эта незнакомка. Даже поклонники Флёр Делакур на миг отвлеклись и посмотрели в сторону Грейнджер.
На самом Драко были чёрные бархатные парадные мантии с высоким воротником. Чёрное на фоне белого — удачное сочетание, он это знал.
Паркинсон наконец выбралась из подземелий и теперь недоверчиво смотрела на них. Неподалёку Крэбб и Гойл, одетые в зелёное, тупо таращились на Драко и его совершенно нетипичную спутницу.
— Это её ты пригласил вместо меня? — жалобно спросила Паркинсон, уже почти готовая расплакаться.
На лице Грейнджер промелькнула и тут же исчезла лёгкая улыбка. Она резко отвернулась, посмотрела на чемпионов и их спутников и помахала ошеломлённому Гарри Поттеру. Уизли хмуро глядел на неё, и, если Драко не ошибался, сама Грейнджер выглядела им недовольной. Одни только их реакции уже оправдывали этот вечер.
Наконец чемпионы вошли в Большой зал, и Драко с Гермионой последовали за ними. Он задумался, предложить ли ей руку, но в конце концов решил этого не делать. Они ведь не были друзьями. И она всё ещё оставалась маглорождённой.
— Все на нас смотрят, — наконец прошептала Грейнджер. Она по-прежнему выглядела встревоженной, словно жалела, что согласилась.
— Не удивлён, — протянул Драко.
Он не мог перестать думать о том, как хорошо она выглядит. Неужели это та же самая лохматая, зубастая маглорождённая, которую он видел несколько часов назад? А осанка… Она держалась куда прямее, чем когда-либо прежде. И без набитой книгами сумки.
— Сядем? — Он указал на почти пустой стол, за которым находилась только пара учеников из Шармбатона.
Драко отодвинул для неё стул, и она села. Он взял меню со своей тарелки и изучил его. Бросив взгляд на стол чемпионов, Драко негромко произнёс тарелке:
— Феттуччине Альфредо.
На тарелке появилась гора пасты. Драко взял вилку и принялся за еду.
Грейнджер некоторое время наблюдала за ним, а потом вернулась к меню. Она раньше видела, как едят Поттер и Уизли. Возможно, ей было трудно поверить, что любой парень способен есть, не уподобляясь голодному троллю.
Наконец она посмотрела в свою тарелку и произнесла:
— Курица кордон блю.
Затем взяла нож и вилку и принялась есть маленькими аккуратными кусочками.
Несколько минут они молчали и слушали разговоры других пар, сидевших за столом. В нескольких стульях от них устроились Финниган с Браун, а также пара когтевранцев-шестикурсников.
— Гермиона, — неуверенно сказала Браун, подняв взгляд от тарелки. — Ты… хорошо себя чувствуешь?
Она выразительно посмотрела на Драко. Тот сузил глаза.
— Всё в порядке, — с едва заметной улыбкой ответила Грейнджер.
— А с каких пор ты ходишь на балы с гриффиндорскими маглорождёнными, Малфой? — спросил Финниган, которому, как обычно, было плевать на чужие чувства.
— У тебя что-то на подбородке, — ответил Драко, не отвечая на вопрос.
Финниган яростно вытер лицо салфеткой.
— Ну? — спросил он.
— А какое тебе дело, Финниган? Честно говоря, я удивлён, что ты вообще нашёл себе спутницу. Что случилось, Браун? Не хватило смелости пригласить Поттера?
Браун покраснела, а Грейнджер ошеломлённо посмотрела на Драко. Финниган неловко отвернулся.
— Зачем ты всё время такой злой? — спросила Грейнджер, аккуратно вытирая рот. Она уже закончила есть.
— Такой уж у меня характер.
Чемпионы вышли на танцпол, и Драко поморщился, когда Поттер наступил на ногу Патил из Гриффиндора.
— Потанцуем? — спросил он, когда закончилась первая песня и началась следующая.
В ответ Грейнджер встала и разгладила мантию. Драко провёл её к танцполу, положил одну руку ей на поясницу, а другую взял в свою. Он чувствовал взгляды Уизли и Поттера и едва сдерживал смешок.
Грейнджер же выглядела грустной. Ей не нравилось происходящее.
Они кружились по танцполу до конца песни. Когда музыка стихла, Драко спросил:
— Выйдешь со мной в сад?
Он сам удивился робости, прозвучавшей в его голосе.
— Конечно, — кивнула она.
Её губы были крепко сжаты, она часто моргала. Драко понял, что Гермиона сдерживает слёзы. Наверное, чувствует себя виноватой.
Они вышли в сад, украшенный очень красиво — хотя Драко никогда бы не признался, что использовал бы такое слово.
— Тебе не нравится вечер, — сказал он. Скорее констатировал факт, чем задавал вопрос.
Лицо Грейнджер чуть исказилось, но она усилием воли снова приняла спокойный вид и покачала головой.
Драко глубоко вздохнул, огляделся и взял её за руку.
Гермиона удивлённо подняла на него глаза.
— Знаешь, Грейнджер, я не совсем законченный мерзавец.
На её лице больше не было и следа слёз. Она с интересом посмотрела на него. Такой уязвимой Драко видел её впервые.
Он слегка сжал её ладонь.
— Я уже не знаю, что о тебе думать, — наконец сказала она. — Ты говоришь, что я тебе нравлюсь. Приглашаешь меня сюда. А ещё говоришь, что это перемирие только на один вечер. Но что будет завтра?
— Если быть честным, завтра я снова стану «самым жестоким человеком на свете».
— Но…
Грейнджер начала говорить, но Драко приложил палец к её губам, и она замолчала.
— Хоть раз в жизни живи настоящим моментом, Грейнджер.
Он ещё раз огляделся по сторонам и сделал то, чего не планировал: поцеловал её в щёку.
Гермиона широко раскрыла глаза.
— Мистер Малфой! Мисс Грейнджер! Десять очков с Гриффиндора! — отозвался профессор Снейп с брезгливым недоумением.
Он и Каркаров продолжили путь по аллеям.
Грейнджер открыла рот, чтобы возразить, но преподаватели уже ушли. И тогда Драко воспользовался единственным шансом, который ему когда-либо представился, и сделал то, о чём мечтал с прошлого года: поцеловал её в губы.
Её руки напряглись, а затем внезапно расслабились.
Драко отстранился и направился обратно, оставив Гермиону стоять на месте с приоткрытым ртом.
— Гермиона! — услышал он, как Поттер и Уизли заговорили с подругой. — Малфой? Как ты могла… — «Так вот кто был твоим спутником». — «Почему Малфой пригласил тебя на бал?» — «Слизеринский мерзавец!» — «Почему ты такая бледная?» — «Гермиона?..»
Но Драко уже вернулся в замок. В животе у него мягко трепетало — он знал, что никогда не сможет быть с ней.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!