Глава 1: 1.
1.
4
0
14 января 2008 года
— Ты и вправду решила меня заставить.
— Да, Гарри. Магическая общественность хочет — нет, заслуживает! — узнать, что происходило с тобой последние десять лет.
Она выжидающе посмотрела на него. Гарри ответил сердитым взглядом, бормоча себе под нос что-то о злобных репортёрах и коварных женщинах.
— Предпочитаешь дать мне интервью и сразу с этим покончить, или мне отправить сову очаровательной мисс Скитер? А может, хочешь устроить пресс-конференцию?
— Мы это уже обсуждали. Ты меня убедила. Можно просто поскорее со всем разобраться?
Светловолосая журналистка достала самопишущее перо и пергамент, демонстративно всё приготовила, проверила исправность пера, громко откашлялась и начала:
— Проверка. Интервью для «Ежедневного пророка». Итак, Гарри… Кстати, можно называть вас Гарри, или вы предпочитаете обращение «мистер Поттер»?
В ответ Гарри лишь сердито на неё посмотрел.
— Для наших читателей: Гарри неопределённо пожимает плечами.
Журналистка прервалась и нарочито выразительно ему подмигнула. Гарри не выдержал и показал ей язык.
— Гарри, что вы думаете о своей недавней известности в магловских средствах массовой информации?
— Меня всё это весьма забавляет, хотя и немного раздражает, что кто-то наживается на моём образе без моего согласия. Мой адвокат сейчас занимается этим вопросом, но сомневаюсь, что мы добьёмся удовлетворительного результата.
— Есть предположения, кто снабжал писательницу сведениями?
— Я предпочёл бы воздержаться от догадок.
— Но какие-то зацепки у вас есть?
— Подробности, касающиеся определённых мест и событий, сужают круг возможных кандидатов. А то, какие именно детали изменены, наводит на мысль о человеке, предвзятом как в пользу одних людей, так и против других. Повторюсь: я предпочёл бы не строить безосновательных предположений.
— Вы подозреваете заговор?
Гарри ухмыльнулся и коротко ответил:
— Нет.
— Для читателей, незнакомых с некоторыми событиями вашей жизни: какие изменения огорчили вас сильнее остальных?
— Большинство не особенно меня задело. Изменённые мелочи, незначительные события, которые добавили или пропустили, — не такая уж проблема. Что касается крупных, широко известных событий — Турнира трёх волшебников, чемпионата мира по квиддичу, — там изменилось немного. К сожалению, это лишь придаёт достоверности всей истории. Какие-то неточности в повседневных событиях можно списать либо на неосведомлённость ведьмы или волшебника, передававших записи мисс Роулинг, либо на её художественную вольность. Но гораздо сильнее самого сюжета меня раздражают трактовка характеров, их развитие и изменения в наших отношениях. И опять-таки для волшебников, узнающих известные всем факты, всё остальное тоже выглядит правдоподобнее.
— Можете привести примеры особенно досадных изменений в характерах или отношениях?
— Начну с людей. Я бы сравнил это с карикатурами: одних описали, подчёркивая худшие черты, других — лучшие. К сожалению, некоторые мои друзья попали в первую категорию. Гермиона Грейнджер порой бывает властной, но на деле она гораздо тактичнее и внимательнее к людям, чем в этих книгах. Рона тоже изобразили более плоским персонажем, чем он есть. Он почти всегда был рядом со мной, а мысль, что он мог бросить нас с Гермионой во время поисков крестражей, просто нелепа.
Гарри продолжил:
— Кроме того, я понимаю: нельзя вводить слишком много главных героев, если не хочешь окончательно запутать читателя. Но всё-таки друзей у меня было больше, чем можно подумать по книгам. Не лучших друзей, заметьте, но Дина и Шимуса там почти полностью обошли вниманием. Выпускники Хогвартса наверняка помнят, как трудно прожить с кем-то семь лет и не узнать этого человека очень, очень хорошо. Не могу говорить за всех одноклассников, но, когда мы в последний раз разговаривали с Дином, он был немного раздосадован: из книг о нём известно только то, что он любит футбол и один триместр встречался с Джинни Уизли. Его магловские родственники прочитали книги и теперь бесконечно над ним подшучивают. А хуже всего, по крайней мере с его точки зрения, то, что он болеет не за «Уэст Хэм». Он предпочитает «Челси». Любой его друг должен это знать.
— Для читателей, которые не в курсе: речь о Дине Томасе, маглорождённом однокласснике Гарри Поттера. А что вас раздражает в изменённых отношениях между героями?
— Всякий, кто следит за светскими сплетнями, и так это знает.
— Ну же, Гарри. Порадуйте читателей.
— Ладно. Если не говорить о моей собственной жизни, взять хотя бы Рона и Гермиону. Да, они встречались. И да, поженились. Брак продлился целых полгода, после чего они его аннулировали. Они до сих пор мои близкие друзья, и я знаю, что эти книги нравятся им не больше, чем мне.
— Идём дальше. Гарри, уверена, всем нам любопытно…
Гарри уже посмеивался, качая головой с притворным раздражением.
— …где именно вы пропадали последние десять лет?
— Так, посмотрим… В произвольном порядке: Франция, Испания, Германия, Швеция, Северная Америка и Австралия.
Широкая улыбка Гарри превратилась в хитрую усмешку.
— Вы намеренно отвечаете так расплывчато? Может, изложите события по порядку? И почему вообще уехали?
— Я покинул Хогвартс в конце осеннего триместра 1998 года. После войны начал сходить с ума от ощущения, что заперт на одном месте, и мне понадобилось на время от всего отдалиться. Первые несколько месяцев путешествовал один. А потом совершенно неожиданно получил письмо от подруги, которая предложила мне университетскую программу по магии в Уппсале, в Швеции. Я семь лет проучился там, а затем ещё немного попутешествовал.
— Но вы ведь не сдавали ЖАБА. Это не помешало дальнейшему образованию?
— ЖАБА — всего лишь экзамены. Причём не общепринятые. Во всех университетах, которыми я интересовался, были собственные вступительные экзамены и тесты для определения уровня подготовки.
— Кто-нибудь из новых знакомых узнавал в вас спасителя волшебной Британии?
— Вообще-то обо мне слышало меньше людей, чем можно было ожидать, учитывая деятельность Волдеморта на континенте. Но больше, чем мне хотелось бы.
— А кто-нибудь ещё из учеников Хогвартса учился вместе с вами в университете?
Гарри покачал головой, глядя на журналистку, и уже открыто улыбнулся.
— Один человек, да.
— Вам понравились университетские годы?
— Чрезвычайно. Я наконец смог учиться и знакомиться с людьми без постоянного напряжения из-за войны и без ожиданий целой страны на плечах. Завёл немало новых друзей и многое узнал о магии, мире и самом себе.
— Думаю, для «Пророка» достаточно. Что дальше?
— Давай покончим с «Ведьмополитеном». Из двух оставшихся это, подозреваю, будет менее приятное интервью.
Журналистка переложила самопишущее перо на новый лист.
— Проверка. Интервью для «Ведьмополитена». Итак, Гарри… Кстати, можно называть вас Гарри, или вы предпочитаете обращение «мистер Поттер»?
Гарри фыркнул.
— Можно Гарри.
— Гарри, вам понравилось проводить последние десять лет, спасая девиц в беде и выступая в роли международного плейбоя?
— Полагаю, вы имеете в виду различные статьи, которые за эти годы публиковались обо мне в «Ведьмополитене». На самом деле я не спасал девиц из беды по всему земному шару. Такое мне довелось проделать разве что однажды. Но та девушка возмущается, когда её называют девицей, а самая большая беда, в которую она попадала, — застряла в анимагической форме в магловском зоопарке.
— Звучит весьма занимательно. Не расскажете подробнее?
— Скажу лишь, что магловские служащие охотно пошли навстречу, и теперь я знаю: с точки зрения нумерологии заклинания обратного анимагического превращения и создания портала очень похожи.
— А что насчёт репутации международного плейбоя? Правда ли, что однажды за вечер вы сходили на свидания с семью разными женщинами, воспользовавшись маховиком времени и Оборотным зельем, чтобы привести их в один и тот же клуб, каждый раз меняя внешность?
Гарри вздохнул.
— Я не международный плейбой и никогда им не стану. Что касается того вечера, я проиграл пари. А все семь женщин на самом деле были одной девушкой, которая тоже пила упомянутое Оборотное зелье. Так что это были семь свиданий за вечер с одним человеком.
— Семь свиданий с одной девушкой? Наши читательницы наверняка такого не ожидали. Возможно, у вас постоянные отношения?
— Да.
— И какой же счастливице удалось завоевать сердце самого завидного холостяка по версии «Ведьмополитена»?
— Уверен, рано или поздно вы узнаете. Пока интереснее наблюдать за догадками в светских колонках.
— Вот досада. Ещё какие-нибудь подробности? Когда вы начали встречаться?
— Мы учились в одном университете и начали встречаться около восьми лет назад.
— Восемь лет? Долгое ухаживание. Свадебных колоколов в будущем не предвидится?
Выражение лица журналистки не изменилось, но взгляд, которым она пронзила Гарри, был весьма красноречивым.
Гарри посмотрел на неё поверх очков, словно спрашивая: «Это намёк?»
— Если предвидятся, вы узнаете первой.
— Рада слышать. Итак, вы упомянули, что учились в одном университете. Значит, оба получали степень магистра магии?
— Вообще-то нет. Я получил степень бакалавра магии и магистра чар. А она училась сразу по двум направлениям: бакалавриат магии по магическим существам и бакалавриат искусств по журналистике.
— А когда вы впервые встретились?
— В Хогвартсе. Точнее, ещё в поезде.
— Это была любовь с первого взгляда?
— В подобное я не верю. И нет, не была.
— Как же вы начали встречаться?
— Какое-то время мы были хорошими друзьями. Даже ближе, чем, наверное, сами понимали. Мы не виделись несколько месяцев, а незадолго до того, как она поступила в мой университет, встретились на вечеринке, куда обоим не особенно хотелось идти. Потом повздорили из-за книги. С тех пор и встречаемся.
— Романтика в чистом виде. Расскажите, Гарри, каковы ваши планы на будущее? Собираетесь возвращаться в Британию?
— В ближайшем будущем я намерен продолжить путешествовать. Я переписывался с некоторыми школьными друзьями, и мы обсуждали возможность основать и профинансировать магический университет где-нибудь в Британии. Мы единственная волшебная страна Западной Европы, где нет крупного университета. Хотелось бы исправить это ещё при нашей жизни.
— Благородная цель. Думаю, нас ждут великие свершения. Надеюсь, вы будете держать читателей в курсе ваших успехов. Что ж, с интервью для «Ведьмополитена», кажется, закончили. Последнее, Гарри. Обещаю.
Журналистка переложила самопишущее перо на последний лист пергамента.
— Проверка. Интервью для «Придиры». Итак, Гарри… Кстати, можно называть вас Гарри, или вы предпочитаете обращение «мистер Поттер»?
Гарри на мгновение задумался.
— Вообще-то, пожалуй, я предпочёл бы «Стив».
— Прекрасно. Итак, Стив, наши читатели сгорают от любопытства: правда ли, что в мае 2004 года вас задержали магловские власти за сексуальные домогательства к пингвину?
— В связи с предполагаемым происшествием меня не признали виновным ни в одном преступлении. И, чтобы внести ясность: пингвин сам ко мне приставал!
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!