Глава 1: Новая глава

Новая глава

63

0

Mот Molwe
Поделиться

Сёстры Портер ненавидели Гермиону Грейнджер, и все в семье об этом знали.

Не то чтобы остальные тоже ненавидели Гермиону… просто понимали. Общаться с такой кузиной было непросто.

Она только что закончила последний курс своей престижной школы-интерната, и родные решили устроить большой ужин: не только поздравить её, но и снова собрать всю семью Грейнджер целиком. Что-то вроде семейного воссоединения, поводом для которого стал выпуск Гермионы.

Сёстры Портер, две кузины Гермионы и её ровесницы, с ужасом думали о том, что сулила эта встреча.

Им придётся с ней разговаривать.

— Боже, это будет ужасно, — сказала одна. — Наверняка весь ужин будет рассказывать нам что-нибудь про историю.

Сейчас они стояли в гостиной какого-то «Гранд-отеля», который родители обсуждаемой кузины забронировали для семейного праздника.

Вторая согласно закатила глаза.

— Ой, и не говори. И наверняка ещё объяснит, что мы одеты неподобающе случаю. Ну и что, что на мне фиолетовые джинсы скинни? Зато у меня хотя бы есть чувство стиля.

Первая из сестёр Портер рассмеялась.

— Хотя… разве ей не пришлось вернуться, чтобы закончить последний курс? — Она вдруг вспомнила что-то из бабушкиных рассказов о Гермионе и её школе.

— Ага, вроде у них там что-то серьёзное случилось, поэтому целый год никто не учился?

— Что у неё вообще за школа такая?

— Кто знает. И кому какое дело.

Сёстры Портер рассмеялись, словно только что удачно пошутили.

— То есть, по сути, Гермиону оставили на второй год. — Снова смешки.

— Я даже почти впечатлена. — Хихикать так хихикать. — В смысле, Гермиону? На второй год?

Они уже не могли сдерживать смех, а насмешки продолжали сыпаться одна за другой.

— Интересно, кто вообще учится в этой школе? Такие же чудаки, как она?

— О, не сомневаюсь. Интересно, она там хоть с кем-нибудь подружилась?

— А вдруг, что ещё хуже, действительно подружилась?

Они снова покатились со смеху, пока в гостиную провожали новых родственников.

— Девочки, хватит дразнить кузину, — одёрнула их тётя Ивонн. — Я слышала, Гермиона была замешана в тех школьных событиях. Что она пережила какую-то психологическую травму.

Это немного их отрезвило, но лишь потому, что на смену смеху пришло недоверие к словам тёти.

— Травму? Какую ещё травму?

Ивонн пожала плечами.

— Точно не знаю. Только что она была к этому причастна и что это её как-то изменило.

— Изменило? А ты её видела? — Они не встречались с Гермионой почти пять лет. Представить её какой-то другой, не такой, какой они её запомнили, было трудно.

— Не здесь. Я навещала их, когда её родители вернулись из Австралии.

— А когда они уезжали в Австралию?

— В прошлом году.

— Хм. И какой, ты говоришь, была Гермиона?

— Ну, я слышала, она тогда только вернулась после всего случившегося. Выглядела немного… сломленной. Будто прошла через войну.

— Ну конечно. Войну. Прямо у нас под носом. — Сёстры Портер фыркнули.

— Я лишь говорю, что видела. Надеюсь, то, что её так угнетало, уже позади. Не хотела бы я снова увидеть её такой… опустошённой. — С этими словами Ивонн ушла здороваться с остальной роднёй.

Сёстры Портер пару секунд молча переваривали новости, затем отмахнулись от них как от полной чуши и вернулись к насмешкам над кузиной.

— Интересно, у неё есть парень?

— О боже, парень? У Гермионы? Я скорее поверю, что она и правда прошла через войну.

** **

Гермиона сидела за обеденным столом в скромном чёрном платье до колен, с довольно закрытым вырезом и рукавами до запястий.

Сёстры Портер хихикали, прикрывая рты ладонями.

— Ладно, платье она всё-таки надела. Я должна тебе пять долларов.

— Оставь себе. Туфли к нему совершенно не подходят, а это уже ты предсказала.

— Совсем не похожа на человека, пережившего войну.

— Иди забери пять долларов у Билли.

На этот раз они рассмеялись уже из принципа, обе молча подумав, что ни туфли, ни надетое к ним платье на самом деле не имеют значения.

Потому что Гермиона Грейнджер действительно выглядела иначе.

Старше.

Словно сделала что-то важное и не всё прошло гладко. Словно потеряла нечто, чего, как она знала, уже никогда не вернёт. Её выдавали глаза.

Но улыбалась она ярко, а слова лились из неё всё так же раздражающе бойко, поэтому никто и не замечал перемены.

Или все притворялись, что не замечают.

Билли подошёл расплатиться за проигранное пари.

— Короче, народ, Гермиона всё такая же. Только каждый раз, когда дядя Грег спрашивает про парней, она краснеет и быстренько меняет тему.

— Да ладно! — ахнули сёстры.

— Ага. А потом её мама толкает её в бок и говорит что-то про владельцев этого отеля.

— А что про них? — спросила одна.

— Не знаю. Я был слишком занят, пытаясь сообразить, насколько близкие мы с Гермионой родственники.

— Ты больной, Билли. Больной!

— Мы троюродные! По закону можно!

— Иди отсюда, Билли!

Билли поправил воротник, вернулся на своё место напротив Гермионы и, усаживаясь, широко ей улыбнулся.

Ещё раз бросив на троюродного брата отвращённые взгляды, сёстры Портер склонились друг к другу.

— Кто владеет этим отелем?

— Он новый. Открылся примерно год назад.

— Кто тебе сказал?

— Отец Гермионы.

— Так кто им владеет?

— Какая-то компания «Малфой».

— Странное название.

— Ага.

— Кстати, это вообще отель?

— Тут хоть номера есть?

— Мы же не ночевать остаёмся. Какая разница.

— Знаешь, мне здесь как-то не по себе.

— У меня аж всё покалывает.

— Не выдумывай, Миранда.

— Заткнись, Кентия.

Сидевшая рядом Ивонн вмешалась в разговор:

— Я слышала, они попросили об одолжении.

— Кто?

— Грейнджеры. Они знают владельца. Или Гермиона знает, что-то такое. Вроде владелец перед ней в долгу, поэтому согласился.

— За что кто-то может быть должен Гермионе? И насколько сильно, чтобы отдать на вечер целый отель всей её семье? — возмущённо протянула Миранда.

— А может, она с владельцем близко знакома. Если понимаете, о чём я. — Ивонн усмехнулась при виде отвращения на лицах сестёр Портер.

— Да ну тебя, Ивонн. Будто Гермиона вообще знала бы, что делать с парнем, если бы он у неё появился.

— Ну, по крайней мере, у неё всегда останется Билли.

— Не говори глупостей, Миранда.

— Заткнись, Кентия.

** **

Теперь все отдыхали в общей гостиной этого заведения. Играла негромкая музыка, несколько семейных пар танцевали.

Из чистой вредности Кентия перехватила Билли как раз в тот момент, когда он собирался пригласить Гермиону. Он бы отказался, но Гермиона добродушно рассмеялась и сказала:

— Первый танец я обещала маленькому Мэнни.

Мэнни победоносно заулыбался всем присутствующим. Сёстры Портер закатили глаза, и Билли потянул Кентию на танцпол одновременно с тем, как Гермиона пошла за Мэнни.

— Так что ты о ней узнал? — немедленно спросила Кентия.

Билли нахмурился.

— У неё есть парень.

— Всё серьёзно?

— Похоже на то.

— А что, он сделал ей предложение?

— Нет.

— Тогда откуда ты знаешь, что он вообще существует? Нет кольца — нет и парня.

— Какая глупость. Неудивительно, что ты не поступила в ту же школу, что Гермиона.

— Заткнись, Билли. Ты тоже не поступил.

— Заткнись, Кентия, тебя никто не любит.

— Нет у неё никакого парня. Она его выдумала.

— По-моему, он вполне настоящий. Она вся светится, когда о нём говорит. Тошно смотреть.

— На тебя тошно смотреть.

— Тебе стоит поработать над оскорблениями.

— Заткнись, Билли. Он ненастоящий.

— Очень на это надеюсь. — Он с тоской посмотрел на кузину. На собственную кузину. Кентия закатила глаза.

— Заткнись, Билли.

** **

Кентия ушла с танцпола и вернулась к сестре.

— Ну? — спросила Миранда.

— Нет у неё парня.

— Конечно нет.

— Разумеется. — Сёстры Портер уселись на диван и стали смотреть, как их нелюбимая кузина танцует со всеми малышами в радиусе пяти миль. Её волосы, почти укрощённые в начале вечера, теперь изо всех сил тянулись к облакам.

— Хорошо, что это не от нашей ветви семьи, — заметила Миранда.

— Точно. Как будто сова напала.

— А по-моему, мило, — сказал Билли, подойдя к дивану.

Они в который раз за вечер презрительно на него посмотрели.

— Билли, до сегодняшнего вечера ты даже не знал, как её зовут.

— Конечно знал. Все только и говорят о Гермионе и её великих достижениях.

— Билли, хватит клеиться к собственной кузине.

— Между прочим, Кентия, в некоторых культурах встречаются с родственниками. Ну, чтобы сохранять чистоту крови и всё такое.

Одна из сестёр Портер уже собиралась ответить, но её опередили.

Кое-кто очень привлекательный, бледный, светловолосый и сероглазый.

— И подумать только: Грейнджер скармливала мне всю эту чушь о равенстве, а её собственная семья ведёт себя вот так.

Сёстры Портер уставились на незнакомца широко раскрытыми глазами, совершенно не понимая, что сказать. Или сделать.

— Эм… вы тоже из нашей семьи? — наконец спросила Миранда, радуясь, что не начала заикаться. Правда, голос прозвучал довольно высоко. Она сдержала румянец и ущипнула сестру за руку, ища поддержки.

Кентия оттолкнула её руку, стараясь выглядеть более рассудительной, чем сестра.

Он окинул их высокомерным взглядом и приподнял бровь.

— Разумеется, нет. Я здесь ради…

— Драко! — Все повернулись к Гермионе, которая замерла посреди танцевального движения со своим нынешним партнёром — пятилетним Генри.

Несколько мгновений незнакомец и Гермиона смотрели друг другу в глаза, затем он направился к ней.

Когда он остановился футах в десяти от неё, у самого края танцпола, Гермиона снова заговорила:

— Что ты здесь делаешь? Кажется, ты говорил, что не придёшь.

— А ты, кажется, говорила, что наденешь зелёное.

Родственники увидели, как дрогнули губы Гермионы: она сдерживала улыбку. Но вместо того, чтобы отчитать мужчину, она закружила Генри широким кругом, вызвав у него восторженный хохот.

Привлекательный мужчина — Драко, как назвала его Гермиона, — наблюдал за её танцем, пока остальные пары пытались снова проникнуться праздничным настроением. Но все были слишком озадачены произошедшим между этими двумя, чтобы как следует отвлечься.

Особенно Миранда и Кентия.

— Это не может быть он.

— Это не он.

— Ну ты только посмотри на него.

— И на неё!

— Они не подходят друг другу.

— Совершенно.

— И что он имел в виду, когда говорил про «равенство»?

— И почему она должна была надеть зелёное?

Они продолжили наблюдать, как эти двое обмениваются взглядами до самого конца песни. Когда музыка стихла, Драко учтиво подошёл к их кузине и выжидающе протянул руку. Гермиона поцеловала Генри в щёку и отпустила.

— Ты хотя бы пригласишь меня на танец? — спросила она, сложив руки на груди.

— Я этим и занимаюсь. — Он придвинул ладонь ближе.

— А чуть повежливее? — Она покачала головой, но с улыбкой потянулась к его руке.

— Это и есть вежливо. Я ведь мог бы просто, знаешь ли, заставить тебя танцевать. Можно сказать, веду себя как настоящий принц.

— Да потанцуй уже со мной.

Он тихо рассмеялся ей на ухо, пока они кружились по танцполу.

И грациозным это не было даже отдалённо.

— Она всё время наступает ему на ноги.

— Всего-то раз пять наступила.

— Постой, у неё уже лучше получается.

— Её волосы лезут ему в лицо.

— Нет, это его лицо затерялось в её волосах.

— Такое чувство, будто они ссорятся.

— Значит, он никак не может быть её парнем.

— Точно. Он ухмыляется. Она хмурится. Она его ненавидит.

— Именно. Она даже танцевать с ним не хочет.

— Смотри, песня заканчивается. Думаю, пойду приглашу его на танец…

— О боже, он её целует. Он её целует!

— Прямо у всех на глазах!

— И она ему отвечает! Добровольно!

— Нет.

— Смотри. Посмотри на Билли. Кажется, он плачет.

— Кажется, я тоже плачу.

— Просто иди и пригласи его, быстрее…

Но сёстрам Портер так и не представилось случая. Потому что Драко забрал себе не только её второй и третий танец, но и практически все остальные за этот вечер. А когда они не танцевали, то сидели за столиком и разговаривали о… в общем, сёстры не были уверены о чём. Кажется, Драко жаловался на каких-то «маглов», а Гермиона велела ему либо держать язык за зубами, либо уйти, но Драко не делал ни того ни другого.

Они успели станцевать ещё раз, прежде чем Миранда произнесла немыслимое:

— Знаешь, я бы не возражала пообщаться с Гермионой, если бы, эм, ну, понимаешь…

— Что?

— Просто хочу его погладить. Хоть разочек.

— Не будь странной, Миранда.

— Заткнись, Кентия.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1