Глава 1: Новая глава
Новая глава
63
0
Сёстры Портер ненавидели Гермиону Грейнджер, и все в семье об этом знали.
Не то чтобы остальные тоже ненавидели Гермиону… просто понимали. Общаться с такой кузиной было непросто.
Она только что закончила последний курс своей престижной школы-интерната, и родные решили устроить большой ужин: не только поздравить её, но и снова собрать всю семью Грейнджер целиком. Что-то вроде семейного воссоединения, поводом для которого стал выпуск Гермионы.
Сёстры Портер, две кузины Гермионы и её ровесницы, с ужасом думали о том, что сулила эта встреча.
Им придётся с ней разговаривать.
— Боже, это будет ужасно, — сказала одна. — Наверняка весь ужин будет рассказывать нам что-нибудь про историю.
Сейчас они стояли в гостиной какого-то «Гранд-отеля», который родители обсуждаемой кузины забронировали для семейного праздника.
Вторая согласно закатила глаза.
— Ой, и не говори. И наверняка ещё объяснит, что мы одеты неподобающе случаю. Ну и что, что на мне фиолетовые джинсы скинни? Зато у меня хотя бы есть чувство стиля.
Первая из сестёр Портер рассмеялась.
— Хотя… разве ей не пришлось вернуться, чтобы закончить последний курс? — Она вдруг вспомнила что-то из бабушкиных рассказов о Гермионе и её школе.
— Ага, вроде у них там что-то серьёзное случилось, поэтому целый год никто не учился?
— Что у неё вообще за школа такая?
— Кто знает. И кому какое дело.
Сёстры Портер рассмеялись, словно только что удачно пошутили.
— То есть, по сути, Гермиону оставили на второй год. — Снова смешки.
— Я даже почти впечатлена. — Хихикать так хихикать. — В смысле, Гермиону? На второй год?
Они уже не могли сдерживать смех, а насмешки продолжали сыпаться одна за другой.
— Интересно, кто вообще учится в этой школе? Такие же чудаки, как она?
— О, не сомневаюсь. Интересно, она там хоть с кем-нибудь подружилась?
— А вдруг, что ещё хуже, действительно подружилась?
Они снова покатились со смеху, пока в гостиную провожали новых родственников.
— Девочки, хватит дразнить кузину, — одёрнула их тётя Ивонн. — Я слышала, Гермиона была замешана в тех школьных событиях. Что она пережила какую-то психологическую травму.
Это немного их отрезвило, но лишь потому, что на смену смеху пришло недоверие к словам тёти.
— Травму? Какую ещё травму?
Ивонн пожала плечами.
— Точно не знаю. Только что она была к этому причастна и что это её как-то изменило.
— Изменило? А ты её видела? — Они не встречались с Гермионой почти пять лет. Представить её какой-то другой, не такой, какой они её запомнили, было трудно.
— Не здесь. Я навещала их, когда её родители вернулись из Австралии.
— А когда они уезжали в Австралию?
— В прошлом году.
— Хм. И какой, ты говоришь, была Гермиона?
— Ну, я слышала, она тогда только вернулась после всего случившегося. Выглядела немного… сломленной. Будто прошла через войну.
— Ну конечно. Войну. Прямо у нас под носом. — Сёстры Портер фыркнули.
— Я лишь говорю, что видела. Надеюсь, то, что её так угнетало, уже позади. Не хотела бы я снова увидеть её такой… опустошённой. — С этими словами Ивонн ушла здороваться с остальной роднёй.
Сёстры Портер пару секунд молча переваривали новости, затем отмахнулись от них как от полной чуши и вернулись к насмешкам над кузиной.
— Интересно, у неё есть парень?
— О боже, парень? У Гермионы? Я скорее поверю, что она и правда прошла через войну.
** **
Гермиона сидела за обеденным столом в скромном чёрном платье до колен, с довольно закрытым вырезом и рукавами до запястий.
Сёстры Портер хихикали, прикрывая рты ладонями.
— Ладно, платье она всё-таки надела. Я должна тебе пять долларов.
— Оставь себе. Туфли к нему совершенно не подходят, а это уже ты предсказала.
— Совсем не похожа на человека, пережившего войну.
— Иди забери пять долларов у Билли.
На этот раз они рассмеялись уже из принципа, обе молча подумав, что ни туфли, ни надетое к ним платье на самом деле не имеют значения.
Потому что Гермиона Грейнджер действительно выглядела иначе.
Старше.
Словно сделала что-то важное и не всё прошло гладко. Словно потеряла нечто, чего, как она знала, уже никогда не вернёт. Её выдавали глаза.
Но улыбалась она ярко, а слова лились из неё всё так же раздражающе бойко, поэтому никто и не замечал перемены.
Или все притворялись, что не замечают.
Билли подошёл расплатиться за проигранное пари.
— Короче, народ, Гермиона всё такая же. Только каждый раз, когда дядя Грег спрашивает про парней, она краснеет и быстренько меняет тему.
— Да ладно! — ахнули сёстры.
— Ага. А потом её мама толкает её в бок и говорит что-то про владельцев этого отеля.
— А что про них? — спросила одна.
— Не знаю. Я был слишком занят, пытаясь сообразить, насколько близкие мы с Гермионой родственники.
— Ты больной, Билли. Больной!
— Мы троюродные! По закону можно!
— Иди отсюда, Билли!
Билли поправил воротник, вернулся на своё место напротив Гермионы и, усаживаясь, широко ей улыбнулся.
Ещё раз бросив на троюродного брата отвращённые взгляды, сёстры Портер склонились друг к другу.
— Кто владеет этим отелем?
— Он новый. Открылся примерно год назад.
— Кто тебе сказал?
— Отец Гермионы.
— Так кто им владеет?
— Какая-то компания «Малфой».
— Странное название.
— Ага.
— Кстати, это вообще отель?
— Тут хоть номера есть?
— Мы же не ночевать остаёмся. Какая разница.
— Знаешь, мне здесь как-то не по себе.
— У меня аж всё покалывает.
— Не выдумывай, Миранда.
— Заткнись, Кентия.
Сидевшая рядом Ивонн вмешалась в разговор:
— Я слышала, они попросили об одолжении.
— Кто?
— Грейнджеры. Они знают владельца. Или Гермиона знает, что-то такое. Вроде владелец перед ней в долгу, поэтому согласился.
— За что кто-то может быть должен Гермионе? И насколько сильно, чтобы отдать на вечер целый отель всей её семье? — возмущённо протянула Миранда.
— А может, она с владельцем близко знакома. Если понимаете, о чём я. — Ивонн усмехнулась при виде отвращения на лицах сестёр Портер.
— Да ну тебя, Ивонн. Будто Гермиона вообще знала бы, что делать с парнем, если бы он у неё появился.
— Ну, по крайней мере, у неё всегда останется Билли.
— Не говори глупостей, Миранда.
— Заткнись, Кентия.
** **
Теперь все отдыхали в общей гостиной этого заведения. Играла негромкая музыка, несколько семейных пар танцевали.
Из чистой вредности Кентия перехватила Билли как раз в тот момент, когда он собирался пригласить Гермиону. Он бы отказался, но Гермиона добродушно рассмеялась и сказала:
— Первый танец я обещала маленькому Мэнни.
Мэнни победоносно заулыбался всем присутствующим. Сёстры Портер закатили глаза, и Билли потянул Кентию на танцпол одновременно с тем, как Гермиона пошла за Мэнни.
— Так что ты о ней узнал? — немедленно спросила Кентия.
Билли нахмурился.
— У неё есть парень.
— Всё серьёзно?
— Похоже на то.
— А что, он сделал ей предложение?
— Нет.
— Тогда откуда ты знаешь, что он вообще существует? Нет кольца — нет и парня.
— Какая глупость. Неудивительно, что ты не поступила в ту же школу, что Гермиона.
— Заткнись, Билли. Ты тоже не поступил.
— Заткнись, Кентия, тебя никто не любит.
— Нет у неё никакого парня. Она его выдумала.
— По-моему, он вполне настоящий. Она вся светится, когда о нём говорит. Тошно смотреть.
— На тебя тошно смотреть.
— Тебе стоит поработать над оскорблениями.
— Заткнись, Билли. Он ненастоящий.
— Очень на это надеюсь. — Он с тоской посмотрел на кузину. На собственную кузину. Кентия закатила глаза.
— Заткнись, Билли.
** **
Кентия ушла с танцпола и вернулась к сестре.
— Ну? — спросила Миранда.
— Нет у неё парня.
— Конечно нет.
— Разумеется. — Сёстры Портер уселись на диван и стали смотреть, как их нелюбимая кузина танцует со всеми малышами в радиусе пяти миль. Её волосы, почти укрощённые в начале вечера, теперь изо всех сил тянулись к облакам.
— Хорошо, что это не от нашей ветви семьи, — заметила Миранда.
— Точно. Как будто сова напала.
— А по-моему, мило, — сказал Билли, подойдя к дивану.
Они в который раз за вечер презрительно на него посмотрели.
— Билли, до сегодняшнего вечера ты даже не знал, как её зовут.
— Конечно знал. Все только и говорят о Гермионе и её великих достижениях.
— Билли, хватит клеиться к собственной кузине.
— Между прочим, Кентия, в некоторых культурах встречаются с родственниками. Ну, чтобы сохранять чистоту крови и всё такое.
Одна из сестёр Портер уже собиралась ответить, но её опередили.
Кое-кто очень привлекательный, бледный, светловолосый и сероглазый.
— И подумать только: Грейнджер скармливала мне всю эту чушь о равенстве, а её собственная семья ведёт себя вот так.
Сёстры Портер уставились на незнакомца широко раскрытыми глазами, совершенно не понимая, что сказать. Или сделать.
— Эм… вы тоже из нашей семьи? — наконец спросила Миранда, радуясь, что не начала заикаться. Правда, голос прозвучал довольно высоко. Она сдержала румянец и ущипнула сестру за руку, ища поддержки.
Кентия оттолкнула её руку, стараясь выглядеть более рассудительной, чем сестра.
Он окинул их высокомерным взглядом и приподнял бровь.
— Разумеется, нет. Я здесь ради…
— Драко! — Все повернулись к Гермионе, которая замерла посреди танцевального движения со своим нынешним партнёром — пятилетним Генри.
Несколько мгновений незнакомец и Гермиона смотрели друг другу в глаза, затем он направился к ней.
Когда он остановился футах в десяти от неё, у самого края танцпола, Гермиона снова заговорила:
— Что ты здесь делаешь? Кажется, ты говорил, что не придёшь.
— А ты, кажется, говорила, что наденешь зелёное.
Родственники увидели, как дрогнули губы Гермионы: она сдерживала улыбку. Но вместо того, чтобы отчитать мужчину, она закружила Генри широким кругом, вызвав у него восторженный хохот.
Привлекательный мужчина — Драко, как назвала его Гермиона, — наблюдал за её танцем, пока остальные пары пытались снова проникнуться праздничным настроением. Но все были слишком озадачены произошедшим между этими двумя, чтобы как следует отвлечься.
Особенно Миранда и Кентия.
— Это не может быть он.
— Это не он.
— Ну ты только посмотри на него.
— И на неё!
— Они не подходят друг другу.
— Совершенно.
— И что он имел в виду, когда говорил про «равенство»?
— И почему она должна была надеть зелёное?
Они продолжили наблюдать, как эти двое обмениваются взглядами до самого конца песни. Когда музыка стихла, Драко учтиво подошёл к их кузине и выжидающе протянул руку. Гермиона поцеловала Генри в щёку и отпустила.
— Ты хотя бы пригласишь меня на танец? — спросила она, сложив руки на груди.
— Я этим и занимаюсь. — Он придвинул ладонь ближе.
— А чуть повежливее? — Она покачала головой, но с улыбкой потянулась к его руке.
— Это и есть вежливо. Я ведь мог бы просто, знаешь ли, заставить тебя танцевать. Можно сказать, веду себя как настоящий принц.
— Да потанцуй уже со мной.
Он тихо рассмеялся ей на ухо, пока они кружились по танцполу.
И грациозным это не было даже отдалённо.
— Она всё время наступает ему на ноги.
— Всего-то раз пять наступила.
— Постой, у неё уже лучше получается.
— Её волосы лезут ему в лицо.
— Нет, это его лицо затерялось в её волосах.
— Такое чувство, будто они ссорятся.
— Значит, он никак не может быть её парнем.
— Точно. Он ухмыляется. Она хмурится. Она его ненавидит.
— Именно. Она даже танцевать с ним не хочет.
— Смотри, песня заканчивается. Думаю, пойду приглашу его на танец…
— О боже, он её целует. Он её целует!
— Прямо у всех на глазах!
— И она ему отвечает! Добровольно!
— Нет.
— Смотри. Посмотри на Билли. Кажется, он плачет.
— Кажется, я тоже плачу.
— Просто иди и пригласи его, быстрее…
Но сёстрам Портер так и не представилось случая. Потому что Драко забрал себе не только её второй и третий танец, но и практически все остальные за этот вечер. А когда они не танцевали, то сидели за столиком и разговаривали о… в общем, сёстры не были уверены о чём. Кажется, Драко жаловался на каких-то «маглов», а Гермиона велела ему либо держать язык за зубами, либо уйти, но Драко не делал ни того ни другого.
Они успели станцевать ещё раз, прежде чем Миранда произнесла немыслимое:
— Знаешь, я бы не возражала пообщаться с Гермионой, если бы, эм, ну, понимаешь…
— Что?
— Просто хочу его погладить. Хоть разочек.
— Не будь странной, Миранда.
— Заткнись, Кентия.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!