Глава 1: 1.
1.
7
0
Громкий смех привёл Джеймса на кухню. Увидев, что там творится, он расхохотался.
— Мерлин, что здесь произошло? — На столешнице будто взорвалась бомба.
— Привет, Джеймс! Хочешь помочь нам печь печенье?
— Пожалуй, откажусь. Вы точно печенье печёте, а не сами пытаетесь в него превратиться? — поддразнил он, глядя на Сириуса.
Его лучший друг был весь в муке; на лице и рубашке виднелись пятна, которые, как подозревал Джеймс, были масляными.
Ещё один смешок привлёк его внимание к тому, что он сперва принял за мешок с мукой. Теперь он понял, что это его тринадцатимесячный сын, тоже весь в муке.
— Гарри?
— Папа! — Белая кучка радостно зашевелилась, подняв вокруг себя облачко муки, и Сириус рассмеялся. — Сири и Гарри печь печенье!
— Вот оно как, дружище, — улыбнулся сыну Джеймс и вопросительно посмотрел на Сириуса.
— Сам перевернул мешок с мукой, — пожал плечами друг, отвечая на незаданный вопрос.
— Понятно. Лили тебя убьёт.
— Если подкупим её вкусным печеньем — не убьёт, — ухмыльнулся Сириус. — Ну как там тесто, щенок?
— Липкое, — гордо отозвался Гарри и поднял обе грязные ладошки. Когда Сириус наклонился, чтобы их осмотреть, малыш вцепился в его рубашку. Джеймс улыбнулся: теперь он понял, откуда взялись пятна.
— Достаточно липкое?
— Ага, — Гарри потянулся к Сириусу. Тот наклонился к нему, и сахарница рядом опрокинулась. Джеймс наблюдал, как сахар рассыпается по столешнице.
— Ой. Столько сахара нам не понадобится, малыш, — сказал Сириус, одной рукой поставив Гарри на ноги. Джеймс поморщился, когда липкие пальцы обхватили Сириуса за шею, но тот ничем не показал, что его это беспокоит, и поцеловал малыша в грязные волосы.
— Не сахар?
— Совсем немножко, — объяснил Сириус. — Зубки у тебя только-только появились. Не хочется, чтобы ты снова их потерял, правда?
— Не-е-ет! — горячо согласился Гарри и подпрыгнул, подняв в воздух ещё немного муки. Джеймс спрятал смех за кашлем.
— Тогда надо скорее приниматься за печенье.
— Ура! — обрадовался малыш.
Джеймс с интересом наблюдал, как Сириус усаживает Гарри обратно на столешницу, помогает ему устроиться, прислонившись к нему спиной, и выкладывает перед ним тесто из миски, которое до этого вымешивал.
— Как ты собираешься печь печенье одной рукой? — любопытно спросил Джеймс. Сириус начал раскатывать тесто левой рукой, а правая всё ещё была забинтована и подвешена на перевязи.
— Три руки и немножко магии, раз ты отказываешься помогать, — ухмыльнулся Сириус и чарами подлетел противень к столешнице.
— Ты ведь понимаешь, что, когда целители сказали тебе беречься, они не имели в виду печь печенье?
Джеймс подошёл, чтобы освободить место для противня.
— Я и берегусь. Гарри делает всю работу, правда, щенок?
— Сири беречься, — согласно кивнул Гарри и поднял кусок теста. — Печенье делать?
— Да, сейчас будем печь печенье, — кивнул Сириус. — Надо раскатать тесто так, чтобы оно везде было одинаковой толщины. Смотри.
Гарри что-то пробормотал в ответ, и Джеймс не разобрал ни слова. Малыш с радостью принялся помогать крёстному раскатывать тесто.
Вздохнув, Джеймс взглянул на Сириуса. Тот был бледнее обычного даже под слоем муки, а пальцы у него слегка дрожали.
Прошла всего неделя с тех пор, как Пожиратели смерти напали на Сириуса, пока тот присматривал за Гарри, а потом пытали его в поместье Поттеров.
Целители быстро поставили его на ноги, но он всё ещё испытывал боль, не мог пользоваться правой рукой и быстро уставал.
— Подвинься, — велел Джеймс, вымыв руки. В конце концов он решил всё-таки помочь.
— Смотри, Гарри, папа будет нам помогать.
Но Гарри был слишком увлечён тестом и даже не взглянул на отца. Он старательно разглаживал его, высунув кончик языка.
— Молодец, — похвалил его Сириус, отвлекая малыша: он подул ему в шею, и тот захихикал. Пока Гарри отвлёкся, Сириус быстро разровнял тесто, над которым тот трудился.
— Ну и что мы делаем в первую очередь?
— Едим! — радостно выпалил Гарри.
— Правильно. Отламываем крошечный кусочек, чтобы проверить, вкусно ли, — кивнул Сириус. Он отщипнул маленький кусочек и протянул малышу, потом отломил по такому же кусочку для себя и Джеймса.
— Ты это правило сам придумал, да? Мама никогда не разрешала мне есть сырое тесто, когда пекла печенье, — сказал Джеймс и нарочито отправил кусочек в рот, подавляя внезапную грусть при воспоминании о матери. Сын внимательно наблюдал за ним и повторил его движение.
— Продавец сказал, что немного сырого теста не повредит и поможет ему привыкать к новой еде. Я специально спросил, потому что знаю: Лили всегда становилось плохо от сырого теста для печенья, а тесто для бисквитов не так уж от него отличается, — Сириус молча сжал его руку, поддерживая. — Кстати, малыш, какую еду можно есть вот так?
— Какую взрослые дают, — гордо произнёс Гарри трудное слово. Видимо, слышал его уже не раз.
— Какие взрослые?
— Мама, папа, Сири и Реми, — перечислил Гарри.
— Молодец, — Сириус потрепал его по голове и взял с края столешницы формочки.
— Пит всё ещё нет?
— Нет. Мать Фрэнка предложила заставить его общаться с нами и с Муди, но я не согласен с таким подходом.
— Что она за человек? Если заставлять Гарри терпеть нежелательные прикосновения только потому, что так вежливо, он усвоит неправильный урок, — фыркнул Джеймс.
— Знаю. Он решит, что невежливо отказывать людям, даже если сам не хочет, чтобы они что-то делали. Я ни за что не хочу, чтобы Гарри чувствовал себя неуютно и считал, что обязан подпускать к себе людей, когда не хочет.
Сириус вздрогнул. Джеймс провёл ладонью по его спине: он знал, что тот вспомнил собственных родственников.
— Поэтому мы выбросим этот план в помойку, даже не дав ему сформироваться. Если он не захочет подпускать к себе определённых людей — его право. Может, со временем передумает, а может, и нет. Уверен, Лили согласится. Мы будем воспитывать сына по-своему, а не по правилам Августы Лонгботтом.
Джеймс на миг притянул Сириуса к себе. Тот как раз пытался дать Гарри формочку в виде утки, но малыш отказывался её брать.
— Звёздочку! — указал он на другие формочки, и Джеймс улыбнулся.
— Хочешь сделать печенье для Сириуса, Гарри?
— Ага! — взвизгнул Гарри от восторга.
Джеймс отошёл от Сириуса, взял формочку-звёздочку и поменял её на утку.
— Это всё из-за тебя, знаешь? — рассмеялся Сириус, принимая у Джеймса формочку-уточку.
— Да брось, это мило, — засмеялся Джеймс.
Однажды, когда Гарри капризничал и никак не хотел засыпать, а Сириуса рядом не оказалось, малыш потребовал именно его. Джеймс вывел сына на улицу посмотреть на звёзды.
Он показал ему Сириус — Песью звезду — и рассказал, что она носит то же имя, что и его крёстный, и всегда будет присматривать за Гарри, когда крёстного не будет рядом.
Это помогло успокоить малыша. Он заворожённо смотрел на звезду и явно радовался, что она связана с его любимым крёстным.
Правда, теперь Гарри хотел всё со звёздочками, стоило ему увидеть такую форму. Вот почему они выбрали эту формочку.
— Тебе не пришлось успокаивать Лунатика, когда он узнал об увлечении малыша, — улыбнулся Сириус, пока Гарри показывал ему звёздочку, ожидая одобрения.
— Давай, дружище. Ты знаешь, что делать.
— Я так и не поблагодарил тебя за эти формочки, — сказал Джеймс, указывая на них.
— Мне показалось, что с ними будет веселее, чем с обычными формочками для печенья. Те ведь такие скучные, тебе не кажется? Только не слишком сильно, щенок, — предупредил Сириус.
Гарри изо всех сил вдавил звёздочку в тесто, едва не вывернув пальцы.
— Можно просто слегка прижать, так пальцам не будет больно. Вот так, — сказал Сириус и направил руку Гарри, помогая ему.
— Видишь?
Гарри кивнул. Он радостно прислонился к крёстному, который снова придвинулся поближе, и настоял на том, чтобы помочь поднять вырезанную звёздочку со столешницы.
— Хорошо держишь? — спросил Сириус.
Получив кивок, он поднял Гарри и поставил печенье на противень.
— Вот и первое. Давай папа переложит остальные на противень, а вы с Сири сосредоточитесь на том, чтобы их вырезать, — предложил Джеймс.
Лицо Сириуса напряглось: движение отозвалось болью в рёбрах, на которые опирался весь вес ребёнка.
— Ведь Сири ещё ранен, и мы не хотим сделать ему ещё больнее, правда? — быстро добавил Джеймс, заметив, как поник Гарри.
Малыш поднял глаза на крёстного.
— Гарри Сири больно?
— Если будем слушаться папу, не будет, — улыбнулся Сириус и поцеловал его в висок, снова устраивая на прежнем месте. — Папа прав. Почему бы нам с тобой не делать печенье, а папе не оставить скучную работу?
— Ладно, — охотно согласился Гарри и снова принялся вырезать звёздочку — теперь осторожнее.
— Сири? — Он поднял большие зелёные глаза на крёстного.
— Да, щенок?
— Луну для Лунатика?
— Лучше не надо, милый. Реми не очень любит луну. Думаю, ему понравится сердечко, — Сириус взъерошил ему волосы.
Гарри улыбнулся.
— Маме тоже сердечко нравится!
— Тогда давай сделаем несколько сердечек, а? Хочешь поменяться?
Джеймс протянул сыну формочку-сердце. Малыш, однако, не захотел расставаться со звёздочкой. Джеймс с умилением покачал головой.
Он прикусил губу, чтобы не рассмеяться, пока маленькие ручки пытались удержать обе формочки. Гарри растерянно смотрел на них, не зная, что теперь делать. Джеймс решил подождать и посмотреть, как малыш выкрутится.
— Сири, держи.
Гарри решил, что крёстный должен подержать звёздочку, и сунул её ему, едва не попав прямо в рот.
— Осторожно, малыш, а то я тебя укушу, — Сириус взял его за руку и понарошку попытался укусить. Гарри захихикал.
— Сири не кусаться!
— Нет? Тогда не подноси руку так близко к моему рту, — поддразнил Сириус и поцеловал его в ладошку. — После всего этого тебе понадобится ванна.
— Не ему одному, — рассмеялся Джеймс, принимая сердечки, которые протянул ему сын, и раскладывая их на противне.
— Так, у нас уже есть звёздочки, уточки и сердечки. Что ещё хочешь, щенок? — спросил Сириус.
Гарри снова протянул сердечко отцу — похоже, оно ему уже надоело.
— Тыкву!
— Тыкву? — притворно удивился Сириус. — Но до Хэллоуина ещё целых два месяца!
— Тыкву! — повторил Гарри и рассмеялся над выходкой крёстного.
— Ладно. Папа, у нас есть формочка-тыква?
— Теперь есть, — поддразнил Джеймс. Он быстро превратил формочку в виде луны в тыкву и протянул её сыну. — Держи, дружище. А почему именно тыква?
— Сири пить тыквенный сок! — радостно объяснил Гарри.
Сириус собрал оставшееся тесто, чтобы малыш мог вырезать новые фигурки.
— Ну конечно. Надо было сразу догадаться, — Джеймс спрятал смех за ладонью. — Бродяга, ты точно не заколдовал моего сына?
Сириус показал ему язык.
— Осторожнее, Сохатый. А то я его у тебя украду. Ну что, щенок, пойдёшь со мной?
— Да! — радостно закричал Гарри. Он явно не понимал, о чём они говорят, но всегда был рад пойти с Сириусом.
— Тебе повезло, что я тебя почти братом считаю, иначе я бы тебя поколотил, — Джеймс обнял лучшего друга со спины и положил подбородок ему на плечо. Внезапно он подумал о том, что родители никогда не увидят, как растёт его сын и весело проводит время.
— И тебе повезло, а то я бы и правда украл ребёнка, — отозвался Сириус и прислонился к нему. Он без слов уловил перемену в настроении Джеймса и правильно понял причину. Рука, не подвешенная на перевязи, легла поверх рук Джеймса.
Они так и стояли, наблюдая, как Гарри собирает последние остатки теста. Похоже, он усвоил, что делать, глядя на Сириуса.
— Ты ведь знаешь, что мама с папой очень гордятся тобой и всем, чего ты добился?
— Так же, как и тобой, — прошептал Джеймс на ухо Сириусу. Он крепче обнял его, когда тот на миг сжал его руку. Так дрожь была заметнее.
— После этого тебе нужно будет отдохнуть, — прошептал Джеймс и улыбнулся, когда Сириус согласно кивнул.
— Отдохну. Пока печенье будет выпекаться, искупаю Гарри. А потом, думаю, нам обоим пора вздремнуть.
— Сири! Папа! Тесто кончилось! — позвал их Гарри.
Сириус шагнул вперёд и осмотрел остатки теста.
— Давай съедим последний кусочек, ладно? — предложил Джеймс, разделил его на три части и раздал всем. Гарри с радостью принял свой кусочек и принялся жевать.
— Гарри, какие правила насчёт духовки? — спросил Джеймс, когда сын доел и он повернулся к духовке.
— Плохо, нельзя трогать. Горячо и больно. Когда пикнет — позвать взрослого, — тут же ответил Гарри и обнял Сириуса за шею.
— Верно. К духовке подходить нельзя, — согласился Сириус. Он помог малышу подняться, чтобы тот стоял, прислонившись к нему. — А теперь давай уберём наш беспорядок, пока папа поставит печенье в духовку.
— Ладно, — кивнул Гарри.
— А может, вы вдвоём пока умоетесь, а папа один раз уберёт за всеми? — предложил Джеймс, глядя на них обоих, перепачканных мукой и маслом. — Не хочется, чтобы мама увидела вас такими, правда?
— Не-е-ет! — глаза Гарри округлились. Он легонько потянул Сириуса за ошейник с собачьей биркой, осторожно, чтобы не дёрнуть слишком сильно. — Сири, купаться?
— Да, щенок. Пойдём купаться, пока папа всё уберёт.
— И за ушами не забудь помыть! — крикнул Джеймс им вслед.
В ответ сверху раздался раскатистый смех Сириуса, когда они вышли из кухни.
Оставшись один, Джеймс быстро прибрал кухню и чарами очистил испачканную одежду. Он поставил печенье в духовку и включил таймер.
С кухни едва доносились смех Гарри и плеск воды. Джеймс улыбался, слушая, как они веселятся, и ждал, пока испечётся печенье.
— Ну-ка, какие вы чистенькие! — пропел он, когда они вернулись. Джеймс уже достал печенье из духовки; оба успели освежиться. — Хорошая футболка.
— Да, Гарри выбрал, — ухмыльнулся Сириус и посмотрел на старую квиддичную майку с фамилией Поттер на спине.
Он стоял смирно, пока Джеймс чарами превращал чистую ткань в новую перевязь и помогал ему надеть её. Гарри устроился у него на левом бедре и нетерпеливо ждал, когда папа закончит.
— Смотри, щенок, печенье уже готово!
Гарри радостно вскрикнул. Сириус отнёс его к чистой столешнице, где Джеймс разложил печенье, чтобы малыш не обжёгся о ещё горячий противень.
— Можно кушать?
— Пока только одно. Хотим же, чтобы мама и Реми увидели, что у нас получилось, когда вернутся?
— Ага, — кивнул Гарри. Он внимательно посмотрел на печенье, выбрал звёздочку и протянул её Сириусу.
— Папа и Сири тоже будут?
— Папа и Сири поделят одно, — решил Сириус и усадил Гарри на столешницу рядом с собой.
— Вот это, — выбрал за них Гарри, указывая на большую звезду.
— Эту? — переспросил Джеймс, притворившись, что не понял, и указал на соседнюю.
— Нет, папа! Вот эту! — захихикал Гарри и наклонился вперёд, чтобы показать точнее.
— А, вот эту? — улыбнулся Джеймс, когда Гарри энергично кивнул.
— Ага!
— Хорошо.
Джеймс взял выбранную звёздочку, разломил пополам, сел рядом с Сириусом и протянул ему половинку.
— Проверим, вкусно ли, дружище?
Гарри улыбнулся, набив рот печеньем. Джеймс рассмеялся и взъерошил сыну волосы. Малыш привалился к Сириусу, заметно устав после насыщенного утра.
— Ну как? Поможешь Сириусу вздремнуть, когда доешь печенье?
— Папа тоже спать? — спросил Гарри, взглянув на отца.
— Почему бы и нет? Все вместе вздремнём, — решил Джеймс.
Сириус рассмеялся.
— Лентяй, — пробормотал он Джеймсу на ухо и слегка толкнул его, чтобы Гарри не услышал и не повторил.
— Ты же меня знаешь, — ухмыльнулся Джеймс и поднял Гарри, когда тот доел печенье. — Дадим рукам Сири отдохнуть, хорошо?
— Ладно, — охотно согласился Гарри и уютно устроился на руках у отца. Они направились в ванную. Малыш не капризничал, пока Джеймс чистил ему зубы, а Сириус чистил свои. Потом все отправились в спальню Сириуса.
Вскоре они устроились в уютной кровати. Джеймс обнял Сириуса и сына, которые прижались к нему с двух сторон.
— Ну-ка, помнишь, что мы всегда говорим? — прошептал Сириус, зевая. Он улыбнулся, когда Гарри прижался к нему. — Спокойной ночи…
— Спи крепко, — продолжил Джеймс.
Гарри улыбнулся и закончил знакомую присказку:
— И пусть клопы не кусают!
Больше никто ничего не сказал. Сириус и Гарри вымотались и вскоре уснули рядом с Джеймсом. Он улыбнулся, глядя на спящих двоих из трёх людей, которых любил больше всего на свете.
Он переместился так, чтобы поцеловать обоих в макушки, прижал их к себе и позволил глазам закрыться.
Джеймс решил сам немного вздремнуть — пока любимая женщина не вернётся и не разбудит слишком восторженного малыша своим шумным приходом. А потом им снова придётся гоняться за этим маленьким скачущим мячиком.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!