Глава 1: Новая глава
Новая глава
646
0
Маленький мальчик, которому только что исполнилось двенадцать, потянул маму за передник.
— Мам?
Упомянутая мама ненадолго обернулась, взъерошила ему волосы и снова принялась резать овощи.
— Да, дорогой? — рассеянно спросила она.
Прикусив губу — нервная привычка, явно доставшаяся ему от одного из родителей, — он неуверенно спросил:
— Ты правда моя мама?
Мама перестала резать с такой решительностью, что в этом было что-то театральное. Снова обернулась и окинула его оценивающим взглядом. Наконец с весьма насмешливым выражением лица ответила:
— Конечно, я твоя мама. Поверь, после того как я тебя выносила, никому другому эти заслуги не достанутся.
— А-а, — тихонько пискнул он.
Гермиона опустилась на колени и обняла сына одной рукой. «Пока ещё ниже меня. Если пойдёт в мою родню, то, наверное, будет возвышаться надо мной, как его дедушка. А если в Гарри — возможно, ненамного меня перерастёт».
— Так с чего вдруг такой вопрос? Дочка Джиневры Малфой опять распускает слухи?
Юный без пяти минут второкурсник надулся.
— У неё есть имя, мам. Дискордия Молли Малфой.
Она подавила смешок.
— А, уже защищаешь её честь. Может, она тебе нравится?
— Фу! Нет! Мы соперники, и вообще, мы родственники по линии Блэков.
Несмотря на все старания, Кристофер Дэниел Поттер покраснел, и мама это заметила.
— Если бы мне и нравилась какая-нибудь девочка — я не говорю, что нравится, — то, наверное, Честити Боунс.
— Честити? Надо же, как летит время. Я не видела её с тех пор… Что ж, пожалуй, даже не припомню, когда видела её в последний раз.
— Мам! Она стояла прямо рядом со мной на платформе девять и три четверти, когда вы с папой меня встречали.
Он надулся: родители даже не запомнили девочку, которая ему… э-э… теоретически могла бы нравиться.
Гермиона понимающе улыбнулась.
— Уж не довелось ли тебе поучаствовать в спасении юной мисс Боунс?
Глаза Кристофера стали огромными, а уши запылали — верный признак того, что он подумывал соврать всезнающей матери, единственной и непревзойдённой хранительнице истины.
— Не-е-ет.
Гермиона опустилась на колени, положила ладонь сыну на плечо и посмотрела ему прямо в глаза.
— Так, сынок, выкладывай.
Вздох.
— Ладно. Да, мам. Я её спас. Один раз!
— Угу. От кого на этот раз? От акромантула? От соплохвоста?
— От большой трёхголовой собаки.
— От Пушка? Ты спас девочку, которая тебе нравится, от ручного цербера Хагрида?
— Это огромное слюнявое трёхголовое чудовище зовут Пушок?!
— О да. Хотя под правильную музыку он скорее напоминает большого щенка. И прежде чем ты начнёшь, сразу скажу: можешь даже не пытаться уговорить Хагрида сменить кличку. Твой отец уже много лет старается заставить его передумать.
— Вот опять, мам. Ты назвала папу «твой отец».
Гермиона приподняла бровь.
— А как бы ты хотел, чтобы я называла твоего отца?
Крис несколько раз подпрыгнул на месте и воскликнул:
— Вот! Опять!
Гермиона лишь покачала головой и улыбнулась. Крис был так похож на отца.
— Хорошо. Впредь я буду называть твоего отца «Мужчина, который оттрахал меня так, что на свет появился ты, и с которым я совокупляюсь каждую ночь». Доволен?
— Ля-ля-ля-ля! — затянул он, закрывая уши. — Я не слушаю!
Посмотрев на сына и мысленно ухмыльнувшись, Гермиона сумела с совершенно невозмутимым видом произнести:
— Теперь, когда с этим разобрались, я всё ещё жду объяснений, почему именно ты усомнился в том, что я твоя мать.
— Просто так.
— Кристофер.
— Нет, правда. Уже и не помню толком.
— Кристофер Поттер.
— Честное слово, мам, незачем устраивать допрос с пристрастием. Ничего такого…
— Ты ведь понимаешь, что, если мне придётся произнести твоё второе имя, ничем хорошим для тебя это не закончится?
Она обняла его за плечи.
К этому моменту щека Криса уже подёргивалась, словно от нервного тика. Уровень ужаса стремительно приближался к критическому, а дыхание участилось. Никто не умел быть таким страшным, как его мама, если хотела. Все только и говорят о дементорах, но он был уверен: постарайся мама как следует, и любого из них полностью запугала бы.
— Кристофер Дэ…
— Ладно! Ладно, я всё расскажу!
— Вот и хорошо. Не понимаю, почему нельзя было сказать сразу. Особенно учитывая, что ты знаешь: от меня ничего не скроешь. У мам это врождённое. А теперь выкладывай.
— Ну, я помогал папе разбирать старые вещи на чердаке. Там был один совсем древний сундук, и я начал в нём копаться.
— Древний? — переспросила Гермиона, чувствуя, как едва заметно дёрнулось левое веко.
— Ага! На вид он был как минимум вдвое старше меня!
Гермиона поджала губы, но продолжала улыбаться.
— Продолжим. Что именно ты нашёл в этом старом сундуке?
— Не «старом», мам. Он был старее старого. Он был древ… В общем, почти всё в сундуке было старое и пыльное.
Он без запинки продолжил рассказ. Заметил, как сузились мамины глаза, и тут же сработал поттеровский инстинкт самосохранения.
— Дальше, — поторопила мама.
— Всё было старым и пыльным, кроме двух маленьких бархатных коробочек: красной и золотой. Мне очень хотелось посмотреть, что внутри, но вы с папой всегда говорите не трогать вещи, которые могут оказаться магическими артефактами, если что-то кажется странным. А с этими коробочками как раз было что-то не так.
— Вот мой мальчик! И я, между прочим, серьёзно. Даже если ты найдёшь девушку, женишься и у тебя будут собственные дети, ты всегда останешься моим маленьким мальчиком.
— Мам!
— Да-да. — Она махнула рукой. — Продолжай.
— Ну, там были эти две коробочки, и я просто смотрел на них, потому что они были как новенькие. И вдруг папа протягивает руку у меня над плечом и забирает обе, прежде чем я успел их схватить.
— Кристофер Поттер… Мне показалось, ты сказал…
— ТАК ВОТ… Папа взял коробочки и на какое-то время совсем притих. Ты же знаешь папу: иногда кажется, что он больше, чем просто человек. Даже когда ничего не говорит и не делает, его присутствие словно заполняет всю комнату.
— Да, поэтому я всегда знаю, когда твой отец рядом, даже если не вижу его.
— Папа молчал, а потом вдруг стал очень грустным. Он сел на пол рядом со мной и обнял меня за плечи.
На лице Гермионы появилось странное выражение.
Воспоминание
— Пап, что-то случилось?
Гарри шмыгнул носом, ничуть не стыдясь выступивших на глазах слёз.
— Всё хорошо, Крис.
— Тогда почему ты плачешь?
— Я не пла… Ладно, хорошо. Да, глаза у меня немного на мокром месте из-за этих двух коробочек.
Как и многие дети, Крис надолго сосредоточиваться на чём-то одном не умел.
— О! А я как раз думал, что в них. Что там, пап?
Гарри поднял обе коробочки.
— Это, Крис, коробочки для колец. Когда я был ещё совсем юным, то купил помолвочное кольцо для той, с кем, как мне казалось, проведу остаток жизни. — Он вздохнул.
— И что случилось, пап?
— Она мне отказала, конечно. Ничего бы не вышло. Мне тогда было всего тринадцать.
— Хочешь сказать, тебе нравился кто-то, кроме мамы?!
Гарри рассмеялся, услышав этот вопрос, а потом ласково посмотрел на Кристофера.
— Ты так похож на маму, когда волнуешься.
Глаза Дэниела распахнулись, но Гарри уже перевёл взгляд на другую коробочку, золотую. Он совершенно не заметил потрясённого выражения на лице сына. Что отец имел в виду? «Он пытается мне что-то сказать?» — подумал Крис.
— А вот эта коробочка, — сказал Гарри, поднимая красную так, чтобы Кристоферу было хорошо видно, — осталась с того раза, когда я во второй раз попытался сделать женщине предложение.
— Ты снова сделал предложение?! — пискнул Кристофер.
Он не верил своим ушам. Его родители, идеальная пара — пусть иногда они, по его мнению, слишком много обнимались и целовались, — те, кого, кажется, весь мир считал идеальной парой, могли никогда не сойтись, если бы эти загадочные женщины не отказали папе. Даже его самого могло бы не быть, согласись они выйти за него замуж.
— Ага. Звучит немного глупо, правда? Мне понадобилось два года, чтобы оправиться от разбитого сердца. Думаю, это, возможно, была судьба. Мы с твоей мамой были так близки, всегда вместе — она и я. Разве удивительно, что я сумел пережить душевные муки и набраться смелости, чтобы предложить ей выйти за меня?
Кристофер прикусил губу — и по привычке, как всегда делал в трудные минуты, и чтобы сдержать рвущийся из горла всхлип. Его мама, оказывается, не его мама… Если он правильно понял папу, настоящая мать была второй женщиной, отвергнувшей его предложение. Он попытался справиться с начинавшейся паникой, от которой становилось трудно дышать.
— Ты в порядке, Крис? Вид у тебя такой, будто ты напряжённо что-то обдумываешь.
Крис сглотнул и постарался придать лицу более-менее спокойное выражение.
— В порядке, всё в порядке. — Он кашлянул. — Хотя, кажется, я проглотил жука.
— Может, попросишь маму тебя осмотреть?
— Отличная мысль, пап. ПапМожноЯВозьмуЭтоСпасибо!
Не успел Гарри моргнуть, как коробочки с кольцами оказались у Криса, а сам он исчез на лестнице с чердака.
Конец воспоминания
— Вот как всё было.
— Ох, милый, ты неправильно понял папу.
— Но-но-но…
— Никаких «но». Я действительно твоя мама.
— Э-э… Как это возможно? Папа делал предложение двум другим женщинам и сказал, что я похож на вторую, потому что она моя мама!
— Успокойся, Кристофер Дэниел Поттер. Ты упускаешь одну вещь, которая сразу объяснила бы всё, что сказал твой отец.
— Ничего я не упускаю! Что я вообще мог упустить?
— Ты ведь так и не спросил папу, кому именно он делал предложение?
— А это важно? В смысле, ты же единственная сказала «да».
— О, думаю, это очень важно. — На её губах заиграла улыбка.
— Почему? — с подозрением спросил Крис.
— Потому что, хотя я единственная, кто сказал «да», я же и та, кто дважды сказал «нет».
— Вот видишь! Это не… Погоди… что?!
— Да, папа сделал мне предложение, когда ему было тринадцать, а мне — четырнадцать. Потом ещё раз, когда ему было пятнадцать, а мне — шестнадцать. А последнее и самое удачное предложение он сделал пять лет спустя: ему было двадцать, а мне — двадцать один. Он сказал, что ему понадобилось столько времени, чтобы снова набраться смелости после того, как я разбила ему сердце. Дважды.
Она замолчала, и на мгновение её взгляд стал рассеянным, затем она продолжила:
— Хотя теперь, оглядываясь назад, я думаю, он просто хотел заставить меня немного подождать, раз уж к тому времени я дважды ему отказала. Знаешь, я всегда собиралась за него замуж и даже была готова согласиться, если бы он спросил, когда мне было семнадцать и скоро должно было исполниться восемнадцать. Мы никогда толком об этом не говорили, но, подозреваю, он, возможно, просто хотел убедиться, что на этот раз всё будет идеально.
Глаза Криса снова стали огромными.
Она оглянулась через плечо.
— Правда, Гарри?
Гарри снял дезиллюминационные чары.
— Вообще-то понемногу и то и другое. К тому же в последний раз я чертовски долго не мог решить, каким должно быть кольцо.
Крис наконец обрёл голос.
— Почему ты каждый раз покупал новое кольцо, если делал предложение одной и той же девушке?
Гарри смущённо улыбнулся.
— Всё просто. Она каждый раз оставляла кольцо себе.
Кристофер не поверил своим ушам.
— Погоди, она тебе отказывала, но кольцо оставляла? — Он повернулся к матери. — Как-то некрасиво, чё, нет?
— Ты хотел сказать: «Не так ли?» И нет, ничего некрасивого. Гарри выгравировал на кольце наши имена, и, несмотря на отказ, я твёрдо собиралась выйти за него, когда мы оба закончим школу. Просто в юности ему не хватало терпения. Представляешь, что было бы, заметь твой дедушка кольцо у меня на пальце, пока я ещё не могла уйти из дома… или хотя бы наложить на кольцо чары, чтобы его никто не видел?
Она пошевелила пальцами, и ещё на двух появились кольца.
— Иногда носить все три немного неудобно, но благодаря чарам прочности они очень полезны. Когда врежешь кому-нибудь по физиономии, остаётся такой приятный и заметный след.
Гарри обнял жену за талию.
— Да, дорогая.
Он принялся легонько покусывать её шею.
— Па-а-ап! Фу, гадость!
— Кристофер, иди вымой руки, скоро будем есть. — Резкий вдох. — Нет, лучше прими ванну и вымойся как следует. Я должна слышать плеск воды, молодой человек.
Вздох.
— Да, мам.
Кристофер направился вверх по лестнице.
Позади раздалось несколько звуков, которые вполне могли бы его встревожить.
Он крикнул через плечо:
— Если можно, я бы хотел братика!
— В ванную. СЕЙЧАС ЖЕ! — отозвался Гарри.
Вздох.
XXXXXXXXXXXXXX
Бонусная сценка:
Он крикнул через плечо:
— Если можно, я бы хотел братика!
— В ванную. СЕЙЧАС ЖЕ! — отозвался Гарри.
Вздох.
Прошло несколько секунд.
— Я не слышу шагов! — крикнул Гарри.
— Кристофер! Слушайся «Мужчину, который оттрахал меня так, что на свет появился ты, и с которым я совокупляюсь каждую ночь» и иди купаться!
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!