Глава 1: Новая глава

Новая глава

6

0

Mот Molwe
Поделиться

Золотое трио выигрывает войну.

Хотя на самом деле — нет.

Гарри погибает и своей смертью освобождает волшебный мир от Волдеморта.

Рон и Гермиона выживают. Но после гибели лучшего друга и смерти Джорджа они знают: им уже никогда не обрести покоя и настоящего счастья.

Проходит год.

Рон делает предложение.

Гермиона соглашается.

Они женятся в восемнадцать и девятнадцать лет. Церемония скромная.

Родители Гермионы присутствуют. Они с Роном разыскали их в Австралии.

Первое, что услышал мистер Грейнджер, когда к нему вернулась память, — Рон просил руки его дочери.

Рон и Гермиона покупают небольшой дом на побережье.

Раз в неделю, а иногда и чаще, навещают Молли и Артура.

* * *

Проходит ещё два года.

Оба работают в Министерстве.

Гермиона борется за политические и социальные права разумных магических существ.

Рон — мракоборец. Один из лучших.

Слушая его рассказы о работе, Гермиона понимает: он делает это ради Гарри. Словно искупает вину за то, что бросил их обоих во время войны.

Она давно на него за это не сердится.

Рон говорит, что хочет детей.

Гермиона горячо кивает.

Они пробуют несколько раз. Но после обследований — слишком многих обследований — целители сообщают Гермионе: одно из проклятий имело отдалённые последствия.

Она никогда не сможет выносить ребёнка.

Гермиона вспоминает фиолетовую вспышку и мучительную боль в Отделе тайн.

Ей до сих пор снятся кошмары. До сих пор внезапно возвращаются воспоминания о пытках в поместье Малфоев.

Она отстранённо гадает, что именно сделало её бесплодной.

Но внутри слишком пусто, чтобы воспринять что-либо ещё.

Она теряет сознание в объятиях Рона.

Несколько месяцев спустя Рон погибает на задании, во время поимки оставшихся Пожирателей смерти.

В него попадает случайное Смертельное заклятие.

Когда Гермиона узнаёт об этом, её горе разносит половину сада.

Она не замечает.

Когда она рассказывает Молли, они часами держат друг друга в объятиях.

Артур разнимает их уже ночью.

* * *

Гермиона продолжает жить.

Воспоминания о Роне и Гарри — словно синяки на сердце.

Но она дорожит ими.

Ведь это всё, что у неё осталось.

В двадцать пять она по-прежнему хочет семью.

Иногда возвращается мыслями к войне.

К тому, что ничего этого не случилось бы, будь в самом начале хоть немного любви.

С ней связывается Министерство.

Отдел тайн.

Они наслышаны о её выдающихся способностях.

Они нашли способ увеличить дальность путешествий во времени — возможность возвращаться на несколько лет назад — и хотят привлечь её к разработке проекта.

Гермиона соглашается.

У неё появляется идея.

Однажды она находит решение.

Отправляет крысу, кошку, докси и чёрного дрозда в разные моменты прошлого.

Проводит несколько испытаний.

Все проходят успешно.

Но о своём открытии она никому не рассказывает.

Всё тщательно спланировав и потратив три дня на поиски информации, Гермиона пишет записку родителям и Уизли.

Она не прощается.

Гермиона приводит в действие усовершенствованный маховик времени.

И оказывается в Лондоне.

Первое января 1927 года.

Приют Вула.

Когда она входит, раздаётся плач новорождённого.

Она подаёт заявление на усыновление.

Если возможно — маленького мальчика.

* * *

Когда Гермиона впервые видит Тома, его глаза открыты.

Он такой маленький, что глаза ещё чуть голубоватые.

Он обхватывает её большой палец и смотрит на неё.

Она смотрит в ответ.

Гермиона устраивает новую жизнь.

Оставляет Тому фамилию Реддл.

Растит его одна, зарабатывая домашним обучением волшебных детей.

Когда люди спрашивают, замужем ли она, показывает обручальное кольцо.

Руки всегда закрыты одеждой.

Шрам на предплечье уродливый, розовый, стянутый рубцами.

На ощупь похож на воск.

Она оказалась на семьдесят лет в прошлом.

Но благодаря магии разница почти незаметна.

Том — очень спокойный младенец.

Пока он учится ходить и говорить, сердце Гермионы начинает заживать.

Но с мужчинами она не встречается.

И о новом замужестве не думает.

Начав говорить, Том зовёт Гермиону «мамочкой».

Став чуть старше — «мамой».

В его первый день рождения она впервые слышит, как он по-настоящему смеётся.

С ветки упала кошка.

Том разговаривает с животными в саду.

Иногда убеждает их запрыгнуть ему на ладонь.

В первый раз Гермиона оказывается рядом и показывает, как погладить зверька.

Он словно зачарован.

В следующие несколько месяцев она видит, как он повторяет это с разными животными.

Однажды, когда Тому восемь, Гермиона находит у него в комнате мёртвую мышь.

Ничего не говорит.

Но никогда не забывает.

* * *

Тому десять.

Однажды он вбегает в дом испуганный.

Гермиона никогда его таким не видела.

Он говорит, что змеи умеют разговаривать.

Та, что в саду, сказала, что укусит его, если он подойдёт ближе.

Гермиона обнимает его и объясняет: у него особый дар.

Его дедушка тоже так умел.

Том смотрит ей в глаза.

Спрашивает, умел ли отец.

Нет, не умел.

В его крови этого не было.

— А ты умеешь, мама?

— Нет.

— Почему?

— Потому что в моей крови этого тоже нет. А в твоей есть.

— Тогда почему тебя пропустило?

Гермиона не может заставить себя ответить.

Она знает, что станет с ним, если сказать правду.

Поэтому молчит.

Том не настаивает.

Обычно он получает то, чего хочет.

И Гермиона никогда не знает наверняка, любит она в нём это или боится.

Однажды летом, когда Тому одиннадцать, приходит письмо из Хогвартса.

Его руки дрожат, пока они открывают конверт.

В глазах сияет восторг.

Гермиона улыбается и обнимает его.

А потом плачет у себя в спальне.

Вот теперь всё действительно начинается.

Вот теперь жизнь начнёт испытывать её и её Тома.

* * *

Косой переулок Тому уже знаком.

Он его обожает.

Они идут туда ещё раз — за новой мантией и палочкой.

Обычно Том тихий и спокойный.

Но теперь он так взволнован предстоящей покупкой собственной палочки, что руки не могут найти себе места.

Они уже большие.

С длинными белыми пальцами.

Гермиона старается не вздрагивать, когда видит их при определённом освещении.

Палочка выбирает волшебника.

Тому достаётся тисовая.

С пером феникса.

Он в восторге.

Гермиона разочарована.

Даже опечалена.

Она не знает, ожидала ли, что его выберет другая палочка.

Но другая не выбирает.

Том уезжает в Хогвартс.

Отказывается от помощи старшекурсника, предложившего погрузить сундук в поезд.

Гермиона обнимает его на прощание.

Говорит, что он обязательно даст ей повод гордиться.

Том обнимает её в ответ.

Она так счастлива, что почти не хочет его отпускать.

Поезд трогается.

Он машет ей рукой.

Она машет в ответ.

Глаза немного влажные.

* * *

Через неделю Гермиона получает письмо.

Короткое.

Том в Слизерине.

Кормят хорошо.

Больше всего нравятся защита и зельеварение.

Он уже умеет превращать спичку в иголку.

Гермиона улыбается.

* * *

Летом перед вторым курсом Том возвращается домой.

Он стал выше.

На Рождество приезжал, а Пасху провёл в школе.

В письме сказал: готовится к самым первым экзаменам.

Однажды днём Гермиона читает на солнце.

Она пишет книгу для волшебников — о том, как общаться с маглами и обращаться с ними.

«Ежедневный пророк» иногда заказывает ей статьи на магловские темы.

Она всегда соглашается.

Два дня назад Невилл Чемберлен объявил по радио, что Англия вступила в войну с Германией.

Том знает о войне.

Но ему всё равно.

У волшебников в любом случае найдутся способы выжить, говорит он.

О маглах, оказавшихся втянутыми в войну, он не думает.

Том приходит к ней.

— Ты маглорождённая, да?

Гермиона откладывает книгу и смотрит на него.

Скрытый тканью платья шрам на руке покалывает призрачным воспоминанием о боли.

В конце концов она не может солгать.

— Да.

— А я?

— Нет. Ты полукровка.

— Значит, мой отец чистокровный?

Она медлит.

Кажется, он понимает.

На минуту умолкает.

— Ты ведь не моя настоящая мать? — внезапно спрашивает он.

Прежде чем ответить, Гермиона тщательно обдумывает слова.

— Почему ты так решил? — тихо спрашивает она.

Она знает: он наконец догадался.

— Твои волосы, глаза, кожа. Они не такие, как у меня. И…

— И? — подсказывает она.

— Я полукровка, но мой отец не был волшебником. Если он магл, моя мать была чистокровной. А ты нет. И фамилия у тебя другая.

— Мы с твоим отцом не были женаты, — мягко напоминает она.

— Потому что ты не моя настоящая мать, — упрямо говорит он.

Гермиона садится рядом с ним на землю.

Гладит по голове, убирая волосы со лба.

— Нет, — говорит она. — Не настоящая. Но люблю тебя ничуть не меньше. Больше собственной жизни.

Он не отвечает.

Не отталкивает её.

Теребит траву.

— Тогда кто моя настоящая мать?

И Гермиона Грейнджер рассказывает.

О Меропе Мракс.

О том, как она влюбилась.

И как умерла, дав ему жизнь.

Немного поколебавшись, рассказывает и о его предках.

О Салазаре Слизерине.

— Вот почему ты умеешь говорить со змеями.

Том на неё не смотрит.

— А где мой отец?

— Он умер, — лжёт Гермиона. — Много лет назад.

— Откуда ты знаешь?

— Его убили. Никто из окружающих не знал, кто это сделал.

Том пожимает плечами.

Ему явно безразлично.

— Мою мать… Ты её знала?

— Нет. Но как только увидела тебя, поняла, что хочу тебя забрать. Хочу стать твоей мамой.

Том снова пожимает плечами.

Наконец поднимает на неё глаза.

— Ты и есть моя мама. Всегда ею была.

Гермиона улыбается так широко, что почти не замечает слёз, текущих по лицу.

Том замечает.

Вытирает их.

Она следит, чтобы он не увидел шрам.

* * *

Рождество на третьем курсе.

Том дома.

Он уже сравнялся с ней ростом.

И красивее, чем она могла представить его в таком возрасте.

На Рождество он дарит ей великолепное перо.

— Для твоей книги, — говорит он.

Она дарит ему дневник.

В кожаном переплёте слизеринского зелёного цвета.

И думает, не играет ли с дьяволом.

Разум говорит, что да.

Сердце решает, что ему всё равно.

* * *

Пасха на четвёртом курсе.

Том в школе, но Гермиона получает письмо от директора Диппета.

Том подрался.

Когда они встречаются, Том объясняет: одноклассник оскорбил её за статьи о маглах в «Пророке».

Одноклассник получил сломанный нос и лишился четырёх зубов.

А Гермионе приходится сдерживать улыбку.

Оставшись с Томом наедине, она обнимает его.

Ему четырнадцать.

Как и у других мальчиков его возраста, настроение у него переменчивое.

Но он обнимает её в ответ.

Крепко.

Летом перед пятым курсом Тома назначают старостой.

Гермиона гордится им как никогда.

Но кусочек сердца отрывается, когда она понимает: скоро он узнает о своём наследии.

О том, что он наследник Салазара Слизерина.

* * *

Большую часть лета после пятого курса Том чем-то поглощён.

Гермиона пытается убедить себя, что это часть взросления.

Но знает: он всё больше узнаёт о себе.

О своей семье.

О наследии.

Она не позволяет этому себя остановить.

Часто говорит ему, что любит.

Том всегда с ней вежлив.

Даже когда сердится.

Он сердится нечасто.

Но когда это случается, она видит проблески прошлого.

Своего прошлого.

Его глаза словно краснеют.

Хотя она знает, что ей лишь кажется.

Иногда он замечает её странную реакцию.

Но не спрашивает.

Теперь она знает: если Том хочет что-то выяснить, он выясняет сам.

Они празднуют выход её второй книги — о правах магических существ.

Том настаивает, что пригласит её поужинать.

Она соглашается.

В прошлый раз, когда её пригласили на ужин, Рон сделал предложение.

Ей исполняется сорок один.

Она чувствует себя на пятьдесят.

В этом году Тому будет семнадцать.

Гермиона постоянно напряжена.

Она знает: Тайная комната откроется в этом году.

Или никогда.

Каждый день ждёт письма с предупреждением, что Хогвартс могут закрыть.

Не знает, как заговорит с Томом, если это случится.

Не хочет об этом думать.

Стоит подумать — сердце сжимается так, что становится нечем дышать.

Словно она снова окаменела.

Но времена года сменяются.

Весна переходит в лето.

Официального письма нет.

Том пишет.

Говорит, что хорошо учится.

И приедет домой на Пасху.

Гермиона удивлена.

Обычно на Пасху он занимается.

* * *

Когда наступают каникулы и Том возвращается домой, она осторожно спрашивает, не появилась ли у него девушка.

Он пожимает плечами.

— Они меня не интересуют.

Гермиона медлит.

Думает, как задать следующий вопрос.

— А мальчики? Они тебя интересуют? — осторожно спрашивает она.

Он смотрит на неё.

Она не может прочесть его взгляд.

— Нет. Определённо нет.

Его глаза темны, как ночь.

Она верит.

Не спрашивает ни о туалете на третьем этаже, ни о том, не поселилось ли там привидение.

* * *

Перед самым началом седьмого курса Тома назначают старостой школы.

Когда он читает письмо, на лице едва заметно мелькает улыбка.

Гермиона обнимает его.

В подарок к совершеннолетию дарит кольцо Мраксов.

Она забрала его после смерти Реддла-старшего.

Настоящей смерти.

От сердечного приступа.

Угрызений совести она не испытывает.

* * *

Том носит кольцо постоянно.

Приезжает на Рождество.

На Пасху снова остаётся в школе.

После ЖАБА Гермиона везёт его во Францию.

Лето 1945 года.

Война закончилась.

Или почти закончилась.

Куда бы они ни поехали, всюду следы войны.

Одни едва заметны — например, худоба людей, годами живших в лишениях.

Другие бросаются в глаза — как бетонные укрепления на побережье и холмах.

Гермиона рассказывает Тому о том, что происходило на войне.

Последние шесть лет ей не нужно было слушать новости, чтобы знать о происходящем.

Сама того не замечая, она вплетает в рассказ подробности другой войны.

Из собственного прошлого.

Если Том и замечает, то ничем этого не выдаёт.

Когда она умолкает, Том сидит тихо.

Она смотрит на него.

Он совершенно неподвижен.

Челюсти сжаты.

Лицо бледно.

Глаза темны, как всегда.

— Кто с тобой это сделал? — спрашивает он.

Она опускает взгляд.

Рукав задрался.

Шрам виден.

Ветер холодит обнажённую кожу.

— Это не первая война в моей жизни, — отвечает она.

Он знает, что она говорит не о Великой войне.

Он слишком умён.

— Та война была похожа на эту? — спрашивает он, дрожа.

Она понимает: от ярости.

— Все войны похожи на эту, — отвечает Гермиона. — Но эта была самой страшной.

— И последней, — клянётся он. — Эта война — последняя.

Гермиона смотрит на него.

Видит высокого, бледного, красивого юношу.

Видит, каким стал Том Реддл, когда в его жизни появилась любовь.

Теперь она знает: так и должно было случиться.

Ей позволили пережить войну в собственном прошлом, чтобы сделать его прошлое своим будущим.

Это бессмысленно.

Даже для неё.

По правде говоря, не укладывается в голове.

Но она понимает.

Том Реддл смотрит на море.

Ветер треплет его тёмные волосы.

Щёки начинают розоветь на солнце.

Она смотрит на него.

И Гермиона Грейнджер видит своего сына.

**Конец.**

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1