Глава 1: Новая глава

Новая глава

4

0

Mот Molwe
Поделиться

Люциус Малфой налил себе бокал лучшего огневиски Огдена и сел за письменный стол в кабинете.

Они с женой Нарциссой только что вернулись с ежегодного министерского бала, посвящённого достижениям минувшего года.

Для Люциуса год прошёл удачно.

Если не считать потери эльфа.

По всей видимости, Дамблдор никому не рассказал о своих подозрениях, будто Люциус подбросил девчонке Уизли старый дневник его господина. Во всяком случае, дополнительного наблюдения за ним не установили — это он узнал от своего старого приятеля Яксли из Отдела магического правопорядка.

Люциус уже собирался налить себе ещё, когда к его шее сзади прижалась волшебная палочка.

— Ай-ай-ай, Люциус, — произнёс голос, который он узнал.

Голос, которого так боялся вновь услышать.

— Я провёл десять лет бесплотной тенью — духом, едва способным передвигаться, — и не получил никакой помощи от своих верных последователей. Наконец возвращаюсь, предполагая, что все они либо в тюрьме, либо мертвы — иначе почему не искали своего господина? И что же я вижу? Почти все на свободе. А ты сидишь за столом и пьёшь огневиски.

— Я лишь стремился избежать тюрьмы, чтобы подготовить почву для вашего возвращения, мой лорд, — торопливо ответил Люциус.

Палочка сильнее вдавилась ему в шею.

— И всё же ты не стал меня искать, — сказал Волдеморт. — Оставил своего любимого господина гнить в лесу.

— Если бы я знал, где вы, мой лорд…

Он умолк: палочка надавила ещё сильнее.

— Ты просто послал бы кого-нибудь прикончить меня, Люциус, — прошипел Волдеморт. — Мы оба знаем: превыше всего ты жаждешь власти. А тогда её у меня было мало. Но теперь… Теперь силы вернулись ко мне, и мы продолжим с того места, на котором остановились.

— Разумеется, мой лорд. Мне созвать остальных?

— Нет, пока не надо. Не стану рисковать: вдруг у Дамблдора припасён ещё какой-нибудь фокус. На этот раз будем действовать постепенно, Люциус. Заменим кое-кого в Министерстве нашими сторонниками, примем новые законы… А когда закончим, устранить остатки приспешников Дамблдора будет почти слишком легко.

— А мальчишка? Поттер?

— До него тоже скоро дойдёт очередь.

* * *

Люциус боялся возвращения господина.

Тот Волдеморт, которого победили в ночь на Хеллоуин, был страшным человеком: легко впадал в ярость и ещё легче раздавал «Круциатусы».

Но вернувшийся Волдеморт больше напоминал человека из рассказов его отца — относительно здравомыслящего политика и стратега.

Люциус не понимал смысла первых трёх законов, которые лорд Волдеморт хотел провести через Визенгамот.

Пока не увидел четвёртый.

Первые три незаметно подготовили для него почву.

Гениальная работа.

За всей этой терминологией и юридической казуистикой скрывался закон, который наконец вознёс бы чистокровных на их законное место — над остальным сбродом.

Люциус видел лишь одну проблему.

— Дамблдор и Боунс это заметят, — сказал он лорду Волдеморту.

— Несомненно. Именно поэтому здесь есть вот этот пункт.

Волдеморт провёл пальцем по нескольким строкам, передававшим полномочия по одобрению заявок в рамках закона одному-единственному человеку.

— Предложи эту должность юному Гарри Поттеру. Как только тамошние идиоты услышат, что их драгоценному Мальчику-Который-Выжил что-то перепадёт, они наперегонки бросятся ему это вручать.

— Но Поттер, мой лорд?

— До нашего прихода к власти мальчишка никому не позволит воспользоваться законом. А потом я наконец его убью, и место займёт кто-нибудь из наших.

При мысли о том, что именно он сможет поставить грязнокровок и прочую нечисть на положенное им место, все остальные возражения разом вылетели у Люциуса из головы.

* * *

Разумеется, господин оказался прав.

Хотя Дамблдор и Боунс выступили против, стоило Визенгамоту услышать о должности, которую получит Поттер, как большинство — даже некоторые из тех, кто обычно голосовал вместе с Дамблдором или Боунс, — поддержало принятие Закона о приобретении персонала и имущества.

Люциус ликовал.

Даже пришедшее позднее на той же неделе письмо из Гринготтса с просьбой явиться для устранения некоторых несоответствий не испортило ему настроения.

* * *

Через два дня после принятия Закона о приобретении персонала и имущества Гарри Поттер вошёл в Гринготтс.

До начала учебного года оставалось всего две недели. Косой переулок был полон учеников и родителей, так что в его появлении не было ничего необычного.

Никто даже не обратил внимания, что он не встал в очередь к хранилищам, а направился к одинокому гоблину в углу.

— Доброго дня тебе, собрат-воин, — произнёс Гарри на безупречном гоббледуке, отчего брови гоблина поползли к самому лбу. — Мне нужна помощь в юридических вопросах, которые могут несколько осложнить финансовое положение определённых волшебников и ведьм.

— Понятно. Следуйте за мной, мистер Поттер, и мы займёмся вашими юридическими вопросами.

Гоблин провёл его через три пары двустворчатых дверей и две серебряные одностворчатые, прежде чем они добрались до золотой двери.

Пригласил войти и сесть, затем сел сам.

— Итак, чем Гринготтс может быть вам полезен, мистер Поттер?

— Прежде всего прошу прощения, но я не привык долго говорить на гоббледуке. Вы не будете возражать, если мы перейдём на английский?

— Гоббледук не предназначен для человеческого горла, — ответил гоблин уже по-английски. — Но ваше произношение было почти безупречным.

— Я учился у лучшего.

Гоблин фыркнул.

— Его звали Рольфкар, — добавил Гарри.

Гоблин выпрямился и оскалил зубы.

Рольфкар заведовал обширной библиотекой главного отделения Гринготтса и успел забыть о гоббледуке больше, чем большинство гоблинов узнавало за всю жизнь.

— Только он этого не помнит, — продолжил Гарри. — Потому что этого ещё не произошло. И, скорее всего, не произойдёт.

— Вы хотите сказать…

— Я из будущего, — подтвердил Гарри. — Волдеморт возродился, и война выкосила не только волшебников, но и гоблинов. Даже после его поражения большинство приспешников сохранили власть в Министерстве. Война продолжалась, пока почти никого не осталось.

— Понятно.

— С Волдемортом я уже разобрался этим летом. Больше он не появится. Но вот это…

Гарри передал ему копию Закона о приобретении персонала и имущества.

— …основано на законе, который его последователи приняли в первой временной линии. Рольфкар внёс несколько хитроумных поправок, и мы разработали план спасения обоих наших народов.

Гоблин нахмурился, прочёл закон от начала до конца и наконец сказал:

— Не понимаю, каким образом.

— Я тоже сначала не понимал. Пока он не показал мне вот это.

Гарри достал из кармана ещё несколько пергаментов и передал собеседнику.

— Первый — Закон о чистоте родословных. В нём перечислены ступени чистоты крови и указано, какие семьи на момент принятия закона относились к каждой из них.

Он показал нужные строки.

— Смотрите: первая ступень — Мерлин. Больше никого. Только Мерлин. Вторая тоже исключительная, но туда входят четыре рода: Гриффиндор, Слизерин, Когтевран и Пуффендуй. Даже если какая-нибудь семья доберётся до третьей ступени — минимум три тысячи лет существования, — перейти на вторую она всё равно не сможет.

Гарри указал на другой документ.

— А теперь посмотрите на этот раздел Закона о приобретении персонала и имущества. Здесь говорится о владении людьми «низшей крови» и даже есть ссылка на Закон о чистоте родословных. А вот это придумал Рольфкар. Этот закон приняли раньше основного.

Он ткнул пальцем в следующий пергамент.

— Здесь сказано, что все рабы должны быть помечены личным символом семьи владельца. Каждая семья может разработать символ и позднее представить его на утверждение.

— Что и упоминается в Законе о приобретении персонала и имущества, — сказал гоблин, начиная понимать. — Где же… А, вот. «Полномочия по утверждению родовых символов, а также заявок на приобретение персонала и имущества передаются одному лицу, избранному большинством голосов Визенгамота, и сохраняются за ним до окончательной смерти». Но кого же выбрал Визенгамот?

Гарри широко ухмыльнулся.

— Меня!

— Вас? Но как вам удалось их убедить?

— Одним из печальных последствий той ночи, когда погибли мои родители, стало то, что Волдеморт оставил частицу себя у меня в шраме. Когда я вернулся из будущего, то оказался сильнее — гораздо сильнее — этого маленького осколка. Я поглотил его знания, а потом попросил Добби, бывшего домовика Люциуса Малфоя, перенести меня в кабинет прежнего хозяина.

Гарри продолжил:

— Принял с помощью чар облик Волдеморта, дождался дорогого Люциуса и убедил его, что для возвращения милости господина нужно провести несколько законов. Потом велел предложить Визенгамоту мою кандидатуру на должность, предусмотренную Законом о приобретении персонала и имущества, чтобы обеспечить его принятие. И…

Он щёлкнул пальцами.

— …закон прошёл как по маслу.

— И, полагаю, родовой символ Слизеринов вы уже утвердили? Волдеморт всегда называл себя наследником Слизерина.

— Он им и был.

Гарри передал ему старый гобелен.

— Родословное древо Слизеринов. Потомки Салазара Слизерина со временем породнились с Певереллами. Старшая ветвь пресеклась. Следующая закончилась на Волдеморте. А единственная оставшаяся заканчивается на мне. Этого достаточно, чтобы я стал главой рода Слизерин, а не просто наследником?

— Достаточно, — ответил гоблин. — Если подождёте минутку, мы принесём родовой перстень Слизеринов.

Перстень доставили.

Гарри надел его, и тот уменьшился по размеру пальца.

— Полагаю, уж если что и доказывает ваши права наследника Слизерина, так это он.

Гарри улыбнулся и передал ещё несколько пергаментов.

— Вот моя заявка на утверждение родового знака Слизеринов. Разумеется, уже одобренная.

Символ на бумагах узнал даже гоблин.

Чёрная метка Волдеморта.

— Разумеется.

— А теперь к тому, о чём я говорил вначале. Мои многочисленные заявки на получение в собственность тех, кто носит родовое клеймо. По счастливому совпадению, тоже уже одобренные. Я надеялся, Гринготтс поможет их собрать.

— Уверен, нам это вполне по силам. Простого письма с просьбой явиться в Гринготтс для устранения некоторых несоответствий в счетах должно хватить.

— Отлично. Я не был уверен, как заставить их подчиниться, а не попытаться отменить закон. Но теперь я практически и есть Визенгамот. Мне принадлежит почти две трети мест.

— Если позволите спросить, мистер Поттер… Простите, лорд Слизерин. Не собираетесь ли вы отменить и некоторые другие законы?

— Те, что ограничивают права гоблинов и других разумных существ, которых Министерство записало в разряд тварей? Уже планирую. И заодно избавлюсь от той безвкусной статуи в министерском атриуме.

— А когда мы соберём ваш… персонал и имущество?

— Когда соберёте всех, свяжитесь со мной. Я принесу сыворотку правды. С теми, кто искренне служил безумцу, разберёмся суровее. А те, кого принудили к службе, получат лишь несложную работу: садоводство, готовку и тому подобное.

— Последняя просьба, лорд Слизерин, — сказал гоблин. — Предупредите, если я когда-нибудь перейду вам дорогу?

— Ах да, Крюкохват, насчёт этого. В первой временной линии ты предал меня и моих друзей, когда мы пытались уничтожить Волдеморта. Впрочем, пользы тебе это не принесло: через три месяца тебя убил Пожиратель смерти. Мерзкое проклятие — выворачивает внутренности наружу. До того случая я и не знал, что гоблинские кишки такого поразительно синего цвета.

Крюкохват сглотнул и покосился на дверь.

— Но учитывая, как сильно ты сейчас помогаешь, думаю, можно считать, что мы почти в расчёте. Доброго дня тебе, собрат-воин. И пусть кости твоих врагов ломаются почаще.

Гарри вышел из Гринготтса через три часа после того, как вошёл.

С Волдемортом покончено.

Его последователей скоро соберут гоблины, а затем Гарри разберётся и с ними.

Но самое приятное — впоследствии Крюкохват не будет считать, что Гарри задолжал ему услугу.

* * *

**Примечание автора:** чтобы не раскрывать этот небольшой сюжетный поворот раньше времени, я убрал часть заявки из начала. Вот полный вариант.

**Персонажи:** Гарри Поттер, лорд Волдеморт, Люциус Малфой.

**Заявка:** Волдеморт возвращается на несколько лет раньше и поручает Люциусу провести новый закон, позволяющий клеймить людей «низшей крови» как рабов и забирать всё их имущество. После войны он собирается применить его к маглорождённым.

Право распоряжаться применением закона передаётся Гарри: пока тот никому не позволит им воспользоваться, а Волдеморт всё равно собирается впоследствии его убить.

Только это не Волдеморт, а Гарри, переместившийся во времени. Он использует закон против Пожирателей смерти, поскольку роды основателей — древнейшие и самые чистокровные.

**Конец.**

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1