Глава 1: 1.

1.

5

0

Mот Molwe
Поделиться

Выпускники Хогвартса, решившие вернуться и пройти повторный седьмой курс, держали в руках результаты выпускных экзаменов ЖАБА. Профессор Макгонагалл только что вручила их всем на церемонии. В этом году выпуск был куда меньше, чем в предыдущие годы. И намного меньше, чем тот, который начинал учиться в 1991-м, когда всех этих молодых людей распределили по факультетам.

Им пришлось пережить слишком многое — войну с самым тёмным волшебником, когда-либо появлявшимся в их стране. Самым опасным тёмным магом столетия. Даже его предшественник Гриндевальд не принёс столько боли и ужаса, сколько Том Риддл.

Теперь выпускникам предстояло выйти в большой мир и начать карьеру, которую они выбрали. Макгонагалл знала, что во многих организациях освободились места и работодатели ищут новых сотрудников. В Министерстве их тоже хватало. Во время масштабной чистки учреждения всех сторонников режима террора уволили, арестовали и предали суду. Большинству из них предстояло провести остаток жизни в Азкабане.

Особенно активно набирали сотрудников аврорские отряды. Через месяц в Департаменте магического правопорядка должны были состояться вступительные испытания, и несколько выпускников собирались принять в них участие. Макгонагалл пожелала каждому из учеников удачи в дальнейшей жизни. Они её заслужили.

Главный аврор Гавейн Робардс стоял перед кандидатами на должности авроров и патрульных магического правопорядка. Авроры были элитой департамента, а патрульные составляли основу службы и занимались обычными правонарушениями. Авроры ведь не гонялись за мелкими воришками.

— Вы подали заявления на работу в Департаменте магического правопорядка, — начал он. — Эта работа нелегка и подходит не всем. Она требует глубоких знаний и готовности постоянно учиться. Мы защищаем общество от преступников, а те не перестают придумывать новые способы нарушать закон. Если вы не готовы каждую неделю посвящать много часов тому, чтобы быть в курсе дела, эта работа не для вас.

Но каждый из вас получит возможность доказать, на что способен. Раньше список кандидатов сокращали уже на этапе подачи заявления: требовали оценки «Превосходно» по всем предметам ЖАБА, необходимым для нашей работы.

Из-за острой нехватки сотрудников мы снизили требования до оценки «Удовлетворительно» по каждому предмету. Мы понимаем, что война помешала учёбе в Хогвартсе. Однако это не значит, что мы возьмём всех подряд. В течение месяца вы будете проходить испытания по разным направлениям, важным для этой работы, независимо от того, хотите ли вы стать аврором или патрульным. Вам предстоит доказать свою пригодность. Вы не знаете, на что именно мы будем обращать внимание, поэтому действуйте так, как считаете нужным для этой профессии. Подскажу лишь одно: безделье нас не впечатлит.

Кандидаты кивнули: именно такого они и ожидали. Робардс заметил несколько известных фамилий. Самой знаменитой, конечно, была фамилия Гарри Поттера. Молодой человек, вопреки ожиданиям, которые могли возникнуть из-за его славы героя войны, не проявлял никаких черт, способных помешать ему стать хорошим аврором. Именно на эту должность он и подал заявление. Это обнадёживало.

Другой известной фамилией была фамилия Рональда Уизли, лучшего друга Поттера. За ним тоже стоило присмотреть: после окончания войны поступали неприятные сообщения о его поведении. Молодой человек переносил случившееся хуже, чем можно было надеяться, и его часто находили пьяным. Ему, правда, многое прощали: война тяжело ударила по многим семьям, многие потеряли близких. Робардс знал, что один из старших братьев Уизли погиб в битве за Хогвартс. Некоторые уступки были понятны, но теперь все начинали с чистого листа. На обучение примут только тех, кто действительно способен выполнять эту работу.

— Прежде всего — расписание. Каждый день вы должны приходить не позднее половины восьмого утра. С четверти восьмого до без четверти час дня у вас будут теоретические занятия по нашей работе. В половине десятого — пятнадцатиминутный перерыв на кофе. Еду приносите с собой; кофе мы обеспечим. Пообедать можно в столовой Министерства. Если хотите, присоединяйтесь к общим обедам — они стоят один галлеон в месяц. На обед отводится сорок пять минут. После него — час занятий на учебных заданиях, затем физическая и магическая подготовка до половины шестого.

В свободное время вам разрешено заниматься в тренировочных залах Департамента. По будням они открываются в шесть утра и закрываются в девять вечера. По субботам закрытие в шесть. На первой неделе вас научат пользоваться всем снаряжением. После этого от вас требуется только убирать за собой.

По итогам испытательного месяца инструкторы решат, кому подходит та или иная работа в Департаменте, а кому эта служба не подходит вовсе. Так бывает постоянно. Ожидаю, что многие из вас уйдут уже в первый месяц. Будет трудно; никого не станут нянчить — ни из-за того, кто вы, ни из-за того, кем были ваши родители, ни из-за размера семейного состояния. Каждый должен доказать, на что способен. На этом у меня всё. Остальное объяснят инструкторы. Удачи.

— Спасибо, сэр, — ответили кандидаты.

Робардс кивнул и вышел из комнаты. Теперь всё зависело от них.

Молли Уизли слушала рассказы сына о месяце испытаний для будущих авроров.

— Это просто безумие, мам. Они всерьёз ждут, что мы каждый день по три часа подряд будем развивать силу и отрабатывать заклинания, — пожаловался Рон. — Перерывов, чтобы поесть или выпить, почти нет. Только короткий перерыв утром, причём еду я должен приносить сам, и потом — не меньше сорока пяти минут на обед в столовой. Но за него надо платить.

— Про галлеон за обед я мог бы тебе рассказать, — заметил сидевший за столом Артур. — Это очень скромная сумма по сравнению с тем, сколько обычно стоят полноценные обеды вроде тех, что подают там. Я тоже плачу за них из жалованья.

— Но мне как стажёру-аврору платят всего десять галлеонов в месяц, — напомнил Рон.

— Во время обучения это нормально, — сказала Молли. — Перси тоже получал меньше в первые два года работы. Когда он прошёл подготовку, ему стали платить больше.

Рон всё ещё немного ворчал. Ему это не нравилось, но выбора у него не было.

— А что Гарри говорит о нагрузке? — спросил Артур. — Я слышал, Гавейн настоял на том, чтобы никому не делали поблажек. Даже Гарри.

— Он говорит, что так и должно быть, и надо постараться пройти испытания, — вздохнул Рон. — Я не ожидал, что будет настолько тяжело. Не после всего, что мы сделали, чтобы победить Того-Кого-Нельзя-Называть.

— Гавейн хочет не допустить возвращения к непотизму, который раньше процветал в Министерстве, — возразил Артур. — Он собирается искоренить взяточничество и коррупцию. Кингсли объявил борьбу с ними одним из главных пунктов своей программы на посту министра.

— И всё равно наша заслуга должна что-то значить, — проворчал Рон.

Родители сочли его недовольство временным: Рону было трудно смириться с тем, что планы не осуществятся так легко, как он рассчитывал. Что ж, либо он научится принимать новые правила, либо выберет другую профессию.

Гарри нравилась подготовка к службе аврора. Первая неделя далась тяжело, но, привыкнув вставать пораньше и заниматься в тренировочном зале, он почувствовал, насколько это ему помогает. На утренних занятиях он был уже полностью проснувшимся, его выносливость и сила постоянно росли, а опытные авроры подсказывали, над чем поработать, чтобы со временем добиться лучших результатов.

Улучшения не приходили мгновенно, но Гарри видел, что его труды приносят плоды. Теорию было нелегко усваивать, однако дополнительные занятия по зельеварению — настоящие, в этот раз — помогли восполнить пробелы в образовании, возникшие из-за ужасных методов преподавания Снейпа. В Департаменте знали, что у выпускников Хогвартса такие пробелы встречаются часто.

Пока Рон жаловался, насколько тяжела подготовка, Гарри понимал: Министерство уже снизило требования, чтобы дать кандидатам шанс. Именно об этом он просил Кингсли, когда разговаривал с ним после утверждения на посту министра. В Хогвартсе многие предметы преподавали плохо или непоследовательно, особенно защита от тёмных искусств и зельеварение. Было несправедливо наказывать учеников за проклятую должность преподавателя защиты или неспособность Снейпа нормально учить.

Поэтому Кингсли решил проверить, прав ли Гарри, и ввёл испытательный срок для желающих поступить на службу в правопорядок.

Гарри считал это справедливым. Даже те, кому в школе не хватало поддержки, могли за этот месяц устранить пробелы и затем продолжить обычную подготовку. Догнать остальных, чтобы обучение могло начаться по-настоящему, не представляло для него проблемы.

Авроры считались элитой. Обычно от кандидатов требовали высоких оценок по всем предметам, но Кингсли даже снизил минимальное требование до «Удовлетворительно». Посмотрят, даст ли это лучшие результаты, чем прежнее правило, по которому брали только с оценкой «Превосходно».

Месяц тяжёлой подготовки закончился. Гавейн Робардс сидел в кабинете министра магии и докладывал, как сработал новый подход.

— Должен сказать, результаты меня удивили. Такой способ, конечно, увеличивает нагрузку на инструкторов: им приходится наблюдать за большим числом кандидатов и писать дополнительные отчёты. Но результат оказался лучше, чем раньше, когда мы приглашали на обучение будущих авроров, ориентируясь только на оценки ЖАБА, — сказал Гавейн.

— Я ожидал чего-то подобного после рассказов Гарри о занятиях в Хогвартсе, — признался Кингсли. — Заодно это заставит замолчать тех, кто считает, что ему всё положено по праву рождения. Каждый получил честный шанс. Не справился — это уже его проблема, а не наша. Тем, кто прошёл и кто не прошёл, можно объяснить, на что мы обращали внимание. Я пока только не решил, разрешать ли неудачно прошедшим подавать заявление снова в следующем году.

— Стоит попробовать с теми, кто серьёзно относится к профессии, но кому просто требуется больше времени, чтобы привыкнуть к требованиям. Нелегко сразу после школы отправлять молодых людей на подготовку авроров. Возможно, они покажут себя лучше, если успеют развить физическую форму и увереннее освоить заклинания, — заметил Гавейн.

Кингсли кивнул и посмотрел на список тех, кто прошёл испытания. Робардс передал его ему.

— Кто-то был ожидаем, кто-то — нет. Рон Уизли не прошёл на аврора, зато прошёл на патрульного, — заметил Кингсли. — Гарри Поттер, как и ожидалось, зачислен на подготовку авроров. Я регулярно встречал его по утрам в тренировочных залах и был уверен, что у него правильный настрой.

— Это верно. Он самый целеустремлённый и трудолюбивый кандидат из всей группы, — согласился Гавейн. — Хорошо и то, что он не ждёт особого отношения из-за своей славы. Что касается Уизли: он неплох, особенно после того, как перестал постоянно жаловаться на тяжёлые тренировки. Почти все новички ворчат из-за объёма работы и необходимости много учиться. Но Уизли не хватает целеустремлённости, которая нужна аврорам. Зато из него может выйти хороший патрульный.

— Это не тот путь, который выбрал Гарри. И признаюсь, я знаю Рона не так хорошо, как Гарри. Но всё зависело от самого Рона. Впрочем, ты знаешь, как сообщить кандидатам результаты. Надеюсь, они воспримут их достаточно спокойно, — сказал Кингсли.

— Я тоже на это надеюсь, Кингсли, — согласился Гавейн.

Гарри был рад, что прошёл испытания и продолжит подготовку на аврора. Ему было немного жаль, что Рон не прошёл, но, по крайней мере, его не отсеяли полностью, как двадцать других кандидатов. Рона приняли на подготовку патрульных магического правопорядка — местной волшебной полиции.

Если честно, Рон не подходил на роль аврора. Он не хотел прикладывать столько усилий, сколько требовалось, чтобы достичь вершин, на которые поднимались авроры. Но хорошим полицейским он вполне мог стать — если только не воспримет решение как личное оскорбление.

Гарри и не подумал бы использовать свою славу, чтобы протолкнуть Рона на подготовку авроров. Он полностью поддерживал один принцип: каждый должен получить работу, которая ему подходит. Никакого кумовства и коррупции при распределении должностей. Гарри совсем не хотел возвращения к порядкам, царившим при Фадже и Тикнесе. Получать должности по заслугам было куда справедливее.

Молли попыталась убедить Гарри поговорить с Кингсли и помочь Рону попасть на подготовку авроров. Она считала решение слишком суровым.

— Миссис Уизли, я этого не сделаю, — повторил Гарри уже в четвёртый раз. — Рон не прошёл отбор, хотя у него был целый месяц, чтобы доказать инструкторам, что он подходит на должность аврора. Из отчётов о том, почему одни кандидаты прошли, а другие нет, ясно, что требования к аврорам выше. И Рон не провалился полностью. Его оценки выше среднего, и этого достаточно, чтобы стать патрульным магического правопорядка. Но он отказался дополнительно тренироваться, больше заниматься и отрабатывать заклинания. Он выполнял официальные требования, но не стремился сделать больше.

Тридцать процентов баллов, которые определяли, зачислят ли нас на подготовку авроров, зависели от инициативы — от того, пытался ли кандидат исправить недостатки, выявленные в первую неделю. Никто не ждал, что мы идеальны. Нужно было признать свои слабые места и как можно скорее взяться за них.

Я плохо написал проверочную по зельеварению и спросил инструкторов, что делать, чтобы достичь нужного уровня. Мне назвали книгу, в которой объяснялось то, чему Снейп никогда не учил. По вечерам я читал её дома. Каждое утро приходил в Министерство к половине седьмого и занимался в тренировочном зале сорок пять минут, ещё до начала занятий. По субботам я приходил туда и добавлял ещё три часа подготовки.

За готовность так много работать я получил немало баллов. Мои результаты еженедельных проверок постоянно улучшались. У Рона — нет. Он всегда проходил, но уровня «достаточно хорошо для Хогвартса» не хватало для аврорской службы. Уверен: когда он перестанет считать, что с ним поступили несправедливо, то поймёт, что предложенная работа больше подходит его характеру.

Молли нахмурилась. Ей не нравилось, что Гарри не хочет вступиться за Рона, который был очень разочарован. Но, если быть честной, Гарри был прав: Рон не любил вкладывать слишком много усилий. Нет, лентяем его назвать было нельзя. Он понимал, что должен работать и зарабатывать, но не хотел изматывать себя. Артур рассказывал, что теперь уже нельзя получить хорошую должность благодаря родственникам или знакомым. Кингсли это пресёк.

Молли знала, что так правильно, но всё равно хотела для сына самого лучшего.

Она оставила Гарри самому всё обдумать, а тот вернулся домой готовиться к следующему дню: тогда ему предстояло начать полноценное обучение на аврора.

В конце концов Рон решил попробовать себя в патрульной службе. Он не хотел сдаваться, да и работать всё равно будет в Департаменте магического правопорядка. Может быть, позже он ещё сможет получить квалификацию аврора.

Ему не нравилось, что Гарри попал в группу подготовки авроров и они больше не будут заниматься вместе, как в первый месяц. Но через два месяца, увидев, насколько аврорская подготовка тяжелее его собственной, Рон обрадовался, что ему не пришлось через это проходить.

Престиж — это хорошо, но Рон никогда не был особенно честолюбив. Он хотел жить нормально, иметь деньги на то, что ему нужно, но не стремился к роскоши. Раньше он ведь никогда её не знал.

Ему нравилась непринуждённая атмосфера среди патрульных. Они шутили, обсуждали матчи по квиддичу на выходных и преступления — понятные ему, без лишних сложностей. Физическая подготовка была и у них, но от них не ждали, что они будут заниматься в свободное время. Рон справлялся с установленными часами в тренировочном зале для будущих патрульных. Хорошая физическая форма требовалась и им. Рону понадобилось время, чтобы её развить: раньше это было не нужно, хотя совсем уж растренированным он не был.

В отличие от Гарри, который без труда занимался больше двадцати часов в неделю, у Рона выходило около десяти: по полтора часа каждый будний день и два с половиной часа по субботам, с десяти до половины первого. Потом он отправлялся домой обедать.

Когда им показали, что иногда преступника проще и безопаснее обезвредить физически, чем магически, Рон признал необходимость таких тренировок и просто стал заниматься. На уроках им объясняли: в некоторых ситуациях, когда сотрудник службы правопорядка достаёт палочку, конфликт только обостряется. Мелкие преступники часто теряют самообладание и начинают без разбора швыряться заклинаниями, когда их ловят. Тёмные волшебники и ведьмы опаснее: они знают больше тёмных заклинаний, но лучше контролируют, когда и какие чары применять. Чаще всего магическая схватка начиналась, если сотрудник правопорядка первым использовал что-то вроде оглушающего заклинания.

Инструкторы объясняли группе, что многому в этой работе учатся на практике. Со временем они выработают собственные способы действовать в разных ситуациях. Одни подходы окажутся эффективнее других, но каждый должен будет найти свой стиль. Важно уметь показать, что ты контролируешь ситуацию, и в то же время не доводить простое происшествие до конфликта, слепо следуя инструкции.

Поэтому после обучения, если они его пройдут, каждый новичок начнёт работать с опытным напарником, который введёт его в курс дела. Рона это устраивало.

Гарри слушал, как Рон рассказывает родителям о своём первом патрулировании в Косом переулке. В «Норе» проходил традиционный воскресный семейный ужин раз в две недели, на который всегда приглашали и Гарри. К тому времени они уже полгода проходили подготовку.

Гарри нравился энтузиазм Рона. Тот рассказывал, как ему показали защитные чары, которыми патрульные оберегали переулок. Раньше Рон даже не знал, что они существуют. Владельцы лавок приветливо их встречали, а кроме того, что патрульные помогли потерявшейся девочке найти маму, почти ничего не произошло.

Очень хорошо, что правила в Министерстве изменили и больше не позволяли проталкивать на должности неподходящих людей за счёт связей и одолжений. Раньше славы Рона хватило бы, чтобы сделать его аврором. Но к этой работе он не годился.

Гарри нечасто рассказывал о своей подготовке, но уже успел увидеть то, о чём широкая публика даже не подозревала. Тёмные волшебники и ведьмы не ограничивались восстаниями тёмных лордов вроде Волдеморта. Большую часть времени они действовали тайно.

Они незаметно строили планы, и аврорам приходилось искать зацепки, чтобы понять, что именно те задумали. Работа была трудной и опасной. Если аврор не распознает защитные чары вокруг убежища преступника, он и его команда могут погибнуть. Для этого нужны сосредоточенность и внимание к мелочам.

Рон не справился бы с такой работой. Ему никогда не удавалось успешно разгадывать сложные задачи и осваивать трудный материал. В их с Гарри и Гермионой приключениях это обычно оставалось Гарри и Гермионе. Нет, из Рона выйдет хороший полицейский. Он легко сходился с людьми, умел ладить с самыми разными собеседниками и ценил обычный рабочий график.

Всем будущим аврорам объяснили: во время сложных расследований часто приходится работать дольше, чтобы найти преступников прежде, чем те успеют нанести большой вред. Полностью избежать ущерба почти невозможно, потому что отыскать преступников гораздо труднее, чем многие думают.

Гарри сравнивал две должности с работой специальных полицейских подразделений и обычной полиции у маглов. Обе службы важны для страны, но первая гораздо опаснее. Ему нравилась эта работа, и он не хотел бы заниматься ничем другим.

А Рон мог проявить себя там, где его способности подходили лучше. Гарри слишком хорошо знал друга и понимал: если обучение покажется ему чрезмерно тяжёлым, он начнёт жаловаться и стараться увильнуть от занятий, а если его уволят или понизят в должности — устроит скандал. Такое уже случилось с тремя другими стажёрами, которые начали обучение вместе с Гарри. Робардс оказался прав: аврорская служба подходит не всем.

Молли Уизли слушала, как сын рассказывает о подготовке и своей будущей работе, и радовалась за него. Вначале Рон был страшно разочарован, что не прошёл на аврора, тогда как Гарри прошёл. Но теперь он, похоже, смирился с тем, что инструкторы приняли верное решение, и ему нравились и занятия, и атмосфера в отделе.

Молли пришлось признать: Гарри был прав, когда отказался использовать своё влияние, чтобы устроить Рона на подготовку авроров. Хотя сначала ей нужно было с этим смириться.

Но, поразмыслив, она поняла, что Кингсли тоже был прав. Авроры, не подходившие для этой работы, — а раньше такое случалось часто — не могли выполнять свои обязанности перед лицом опасности.

Артур приводил в пример покойного аврора Доусли, племянника бывшего министра Фаджа. У того были высокие оценки, отличные результаты СОВ и ЖАБА, но работать как следует он не умел. В авроры его взяли только потому, что он приходился Фаджу родственником. Его протащили через обучение: он хотя бы справлялся с минимальными требованиями. Но настоящую работу он никогда не выполнял как следует, что стало особенно очевидно, когда он погиб во время войны.

Нет, Рон хорошо справлялся с подготовкой патрульных и после её окончания станет отличным сотрудником. К тому времени он уже смирился и с невысоким жалованьем стажёра: предполагалось, что во время обучения новички живут дома. А поскольку весь день он был занят, тратить деньги ему было почти не на что.

Раз в месяц он покупал себе билет на матч «Чадли Кэннонс» — билет стоил один галлеон. Дважды в месяц он ходил с другими стажёрами в «Дырявый котёл». Ещё покупал кое-что нужное и приятное. И всё-таки умудрялся откладывать по одному галлеону в месяц. Молли знала, что он мог бы копить больше, но не стала бы ему этого говорить. Рон уже был совершеннолетним, и, когда после обучения снимет собственную квартиру, сам поймёт, что тратить почти все деньги неразумно. Каждому молодому человеку приходится усваивать это самостоятельно.

Она продолжит поддерживать его из-за кулис, как поддерживала всех своих детей. Но Молли была рада, что Рон нашёл место, где может доказать свою ценность и не оставаться в тени братьев или лучших друзей.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1