Глава 1: Новая глава

Новая глава

8

0

Mот Molwe
Поделиться

Совет директоров Волшебного банка Гринготтс, вопреки своему названию, редко видел в своем составе самого Директора.

Причин тому было несколько, и большинство из них касались эзотерических традиций Нации Гоблинов, не имеющих ничего общего с повседневным управлением банком. Обычно Директор избегал собраний, чтобы не создавать видимости того, что он отдает предпочтение одному отделу перед другим — ведь тем самым он отдал бы предпочтение одному клану перед другим, а именно так и начиналась кровная месть.

Самой важной задачей Директора, после защиты самой Нации, было поддержание бесперебойного потока галлеонов. Об этом прямо говорилось в клятве. Проще говоря, кровавые междоусобицы прошлого вредили бизнесу.

Если бы его спросили, Директор перечислил бы эти и другие причины своего отсутствия. Но по правде говоря, он просто находил эти собрания мучительно скучными.

Сегодняшнее собрание, к сожалению, под это описание не подпадало.

Старшие менеджеры уже кричали друг на друга до того, как Рагнок Седьмой, Директор лондонского отделения Гринготтса, вошел в комнату. Он услышал повышенные голоса еще в коридоре и знаком приказал своей охране обойтись без обычного объявления о его прибытии. Его заместитель побледнел от такого нарушения этикета, но Рагнок резонно рассудил, что узнает гораздо больше, слушая их спор, чем тогда, когда они поймут, что он их слушает.

Один из менеджеров, Гринласт, звучал так, будто у него вот-вот лопнет кровеносный сосуд от ярости.

— Это катастрофа, которую устроил ты, Вингблейд! — голос старого гоблина уже срывался на хрип.

Рагнок прищурился от этого заявления. Гринласт отвечал за чеканку галлеонов, сиклей и кнатов, которые питали экономику волшебников. Согласно давней практике, банк чеканил ровно столько монет, сколько требовалось для покрытия прироста населения — цифра небольшая, учитывая войны прошлого века. Каким образом его отдел оказался втянут в спор, Директору было неясно.

Вингблейд поспешил с ответом.

— Ты можешь решить это в любой момент, Гринласт, но ты сидишь в своем маленьком кабинетике, играешься с циферками и смотришь, как остальные болтаются в петле! Тебе плевать на бизнес Гринготтса!

«Смелое заявление», — подумал Рагнок. Вингблейд был одним из Старших управляющих счетами и отвечал за несколько очень старых семей. За Блэков, как минимум, хотя остальных Рагнок вспомнить не мог.

— Даже я не могу заставить кровь течь вверх, мальчишка, — в рычании Гринласта слышалась угроза. — Но если хочешь, я, безусловно, могу попытаться сделать это с твоей.

Рагнок переглянулся со своим заместителем, чьи глаза расширились от шока. Он услышал то же, что и Директор — собрание стремительно скатывалось к дуэли.

— Лучше не заставлять их ждать, — сказал Директор.

Без лишних церемоний заместитель распахнул двери и впустил Директора Рагнока. Гоблины в комнате мгновенно вскочили, оборвав свой спор на полуслове. Рагнок не спеша прошел в дальний конец комнаты, прежде чем опуститься в свое кресло во главе стола. Он надеялся, что за это время менеджеры успеют взять себя в руки, хотя уже видел нескольких, кто, казалось, всё еще кипел от ярости.

Усевшись, он жестом велел сесть и остальным.

— Итак, — начал он, когда все устроились на своих местах. — Я слышал, у нас возникла небольшая дилемма.

Нервные взгляды замелькали между менеджерами, пока тянулось молчание. Никто не хотел быть тем, кто сообщит новости Директору. Рагнок был известен как переговорщик и посредник, но его нрав был даже горячее, чем у его отца, Рагнока Шестого, погибшего на дуэли чести из-за личного оскорбления.

Его противник умер быстро, ибо глава Клана Рагнок не согласился бы на меньшее. К сожалению, победа Рагнока досталась ценой перенапряжения, и старый гоблин рухнул замертво прямо там, на арене, не успели еще стихнуть радостные крики толпы.

От его сына, нынешнего Директора, не ждали, что он потащит менеджеров на арену за их промахи. Но всё равно, только глупый гоблин мог пожелать разозлить своего лидера без веской причины.

Рагнок вздохнул.

— Отлично, сделаем по-моему. Аркнайф, старый друг, какие новости в банке?

Все взгляды обратились к самому старому гоблину в комнате — Аркнайфу из клана Грес'Наваг. Аркнайф был Старшим управляющим счетами самого Министерства, а также тем, кто ближе всего в банке подходил на роль министра иностранных дел. Именно он, например, встречался с Отделом по связям с гоблинами Министерства Магии. Если бы махатели палочками когда-нибудь решили принять посла от Нации Гоблинов, им бы стал Аркнайф.

— Директор, нам стало известно о серьезной проблеме, которая угрожает платежеспособности нашего учреждения, — начал Аркнайф. — Вингблейд и Снэпклоу подняли этот вопрос, но мое расследование показывает, что все наши крупные счета способствуют усугублению этой проблемы.

— Или не способствуют, ты хочешь сказать, — проворчал Вингблейд.

Аркнайф проигнорировал прерывание.

— Мой Лорд Директор, — официально произнес он, — насколько нам известно, через две недели Гринготтс будет не в состоянии выдавать галлеоны населению.

Рагнок посмотрел в лицо старого гоблина и не увидел ничего, что намекало бы на хоть малейшую уловку в этом заявлении. Гоблин явно полностью отвечал за свой вердикт.

— Понимаю, — сказал Директор. Рагнок перевел взгляд на Гринласта, который всё еще выглядел явно разгневанным. — Гринласт, полагаю, ты был в курсе этой проблемы?

— Да, Директор, — ответил Гринласт. — Это следствие тенденции, за которой я наблюдаю последнее десятилетие. Она усугубилась недавними изменениями в политике Министерства и определенными крупными наследствами, открывшимися после поражения труса Волдеморта от Наследника Поттеров тринадцать лет назад.

— В лучшем случае — домыслы! — выплюнул Вингблейд.

Гринласт с силой опустил ладонь на стопку пергаментов, направив костлявый палец другой руки на Вингблейда.

— Галлеоны поступают в ваши сейфы, и никогда не возвращаются. С каждым годом золота поступает всё больше, а выходит всё меньше. Как долго, по-твоему, это может продолжаться, мальчишка?

— Достаточно! — рявкнул Рагнок. Оба гоблина повернулись к нему, хотя гнев Гринласта было не так-то легко укротить.

— Мой Лорд Директор, — продолжил Гринласт, заставляя свой голос звучать спокойнее. — У нас есть сейфы, существующие веками, и даже давно вымершие древние семьи продолжают накапливать деньги. Каждый галлеон, который попадает в один из старых сейфов, больше не выходит оттуда, потому что такие гоблины, как мой уважаемый коллега здесь, отказываются это разрешать. — Он бросил свирепый взгляд на Вингблейда, который выглядел так, будто готов был выхватить клинки и оспорить это заявление.

Рагнок прищурился, глядя на Гринласта и обдумывая последствия.

— То есть мы говорим не о богатстве, хранящемся в банке, а именно о самих монетах, так?

— Да, Мой Лорд, — согласился Гринласт. — Если мы отчеканим больше монет для компенсации, как предлагают Вингблейд и ему подобные, мы просто снизим ценность галлеона, потому что в обращении их станет больше. — Он метнул свирепый взгляд через стол на управляющего счетами, который ответил ему убийственным взором.

— Мы клялись защищать галлеоны наших клиентов, Гринласт, ты, трус! — Вингблейд вскочил, гневно указывая на Гринласта. — Твоя клятва — считать монеты и обеспечивать их оборот. Выполняй свою работу!

Звук клинка, покидающего ножны, заставил комнату замолчать, и Вингблейд со страхом посмотрел на одного из телохранителей Директора, принявшего боевую стойку. Рагнок же, казалось, с удовольствием разглядывал текстуру дерева на столе в конференц-зале.

— Я благодарю менеджера Вингблейда за его ученый совет, — тихо сказал Рагнок. — Хотя я уверен, что ему не нужно напоминать о том, что судить клятвы Нации — прерогатива Директора, а не Управляющего счетами, каким бы высокопоставленным он ни был.

Притихший Вингблейд вернулся на свое место.

— Да, Мой Лорд.

— Хорошо. — Рагнок посмотрел на гоблина слева от себя. — Дай мне список десяти крупнейших неактивных счетов.

Гоблин вытащил лист пергамента, положив его рядом с главной бухгалтерской книгой.

— Насколько неактивных, Мой Лорд?

— Без снятия средств или расходов за... ну, скажем, столетие.

Кивнув, гоблин приступил к работе. Менеджеры внимательно наблюдали, не понимая, что задумал Директор. Когда он попросил, чтобы в отчет было включено имя управляющего для каждого счета, над столом начали летать нервные взгляды.

Когда список был готов, пергамент передали Директору. Прочитав его, он широко, зубасто усмехнулся.

— Вингблейд, похоже, ты всё-таки поможешь исправить ситуацию.

— Мой Лорд?

Рагнок встал, вынудив остальных менеджеров сделать то же самое. Вытащив свой церемониальный клинок, он протянул его над столом.

— Я, Рагнок из Клана Рагнок, Седьмой в этом имени, настоящим заявляю и постановляю, что клятва менеджера обязывает каждого менеджера защищать богатство своих клиентов, а не сами галлеоны как таковые. Я также постановляю, что ни один гоблин, защищающий ценность сейфа своих клиентов, не нарушит свою клятву, даже если из указанного сейфа будут изъяты галлеоны — при условии, что эти галлеоны будут заменены средствами равной или большей ценности. Да будет так.

Клинок мягко засветился, принимая слова Директора так, будто это была клятва — каковой они и являлись.

Директор вложил клинок в ножны, улыбаясь шокированным лицам вокруг стола. Прежде чем они успели оправиться, он повернулся к Вингблейду.

— Управляющий счетами Вингблейд, мне нужно перекинуться с тобой парой слов об одном из твоих старых счетов.

oOoOoOoOo

— Это никогда не сработает.

Рагнок усмехнулся, глядя на Аркнайфа, пока они наблюдали за тем, как монеты расфасовывают по мешкам и грузят на сверхпрочные тележки, которые отвезут их в один из старых сейфов.

— Ах, это никогда не сработает, Директор.

Аркнайф посмотрел на сына своего старого друга и в изумлении покачал головой.

— Есть причина, по которой у нас так много сиклей и кнатов, Директор. Нам необходимо иметь возможность обменять любое количество галлеонов по первому требованию. Лавочникам нужно давать сдачу, им нужно собирать небольшие суммы за мелкие товары и так далее.

— Всё верно, — согласился Рагнок. — Но магазины в Косом Переулке забросили это дело. В наши дни они не будут брать пятнадцать сиклей, они поднимут цену до одного галлеона и положат разницу в карман. — Он проводил взглядом очередную тяжело громыхающую тележку, на место которой тут же встала пустая. — Да и Министерство не помогло.

— Вы так говорили, но я не совсем понял вашу мысль, Директор, — осторожно сказал Аркнайф.

— Как только ты начнешь мыслить как махатели палочками, старый друг, всё станет проще. Видишь ли, Министерству нужно было больше галлеонов. Поэтому они повысили налоги на товары и услуги, но предложили скидку, если платить целыми галлеонами. Я слышал, что один особенно взбешенный чистокровный повадился платить свои ежеквартальные сборы кнатами, доводя до переутомления персонал Министерства.

— Глупцы, — проворчал Аркнайф. — То есть они повысили налоги просто для того, чтобы уменьшить себе мороки?

— Похоже на то, — ответил Рагнок.

Звенящий звук падающих монет привлек их внимание, и их взгляды обратились к двери древнего сейфа. Вингблейд стоял на пороге, уставившись на гору золотых монет и порванной кожи. Каждый мешок набивали до краев, а падение такого тяжелого груза грозило разрушить чары незримого расширения, вплетенные в материал.

Управляющий счетами выглядел так, будто готов был взорваться, но тут он заметил стоящего рядом Директора, который за ним наблюдал. Тихо ругаясь себе под нос, Вингблейд принялся убирать устроенный им беспорядок.

Аркнайф хохотнул, глядя на это зрелище.

— Итак, что мы будем делать, если тот бедолага, который предъявит права на этот сейф, спросит, что случилось с его содержимым?

Рагнок усмехнулся.

— Ничего. Ценность осталась нетронутой, и они даже немного выигрывают на обмене, так как мы начислили им десятую долю процента от стоимости в качестве комиссии за транзакцию. — Он указал на табличку с именем сбоку от двери. — Кроме того, я сомневаюсь, что на этот сейф когда-либо кто-то предъявит права. Он так и будет стоять здесь, а его недвижимость будет приносить арендную плату из года в год.

Управляющий счетами снова посмотрел на своего друга.

— Поживем — увидим, Директор.

oOoOoOoOo

Аркнайф поднял глаза, когда Рагнок вошел в комнату для совещаний. Директор жестом велел ему сидеть и опустился на стул рядом со старым другом. Их места были обращены к большому зеркалу. Сев, Рагнок понял, зачем его вызвали. В зеркале отражался кабинет Вингблейда, в котором находились сам управляющий счетами и его новейший клиент.

— Итак, — начал Рагнок. — Это и есть Мальчик-Который-Выжил?

— Скорее, Мужчина-Который-Выжил, — с весельем заметил Аркнайф. — Как только они насильно втянули его в этот проклятый турнир, они тем самым признали его совершеннолетним волшебником.

— Я так понимаю, никто из них не осознал, к чему именно приведет их хваленый магический контракт, когда всё завершится? — Рагноку пришлось сдержать смех от глупости Министерства.

— Никто.

— Так как же нам всё-таки удалось затащить его в комнату для встреч? — спросил Директор.

— Возможно, я отправил ему порт-ключ с помощью маггловского курьера. — Аркнайф знал, что другого выхода не было, но технически это всё равно было нарушением протокола.

Рагнок рассмеялся при мысли о том, что маггловская посылка переносит такой предмет.

— Что ж, отличная работа.

— Благодарю, Мой Лорд, — с кивком ответил Аркнайф.

Пока они наблюдали через зеркало, Вингблейд проводил базовый тест на наследство. Он должен был взять образец магии клиента и показать, на какие сейфы тот имеет (или может иметь) права. В зависимости от того, какие сейфы отобразятся, могла потребоваться дополнительная проверка, но обычно это не было сложной проблемой.

Гарри Поттер, конечно, не был обычным клиентом.

Уставившись на гоблинские руны, покрывавшие пергамент, Вингблейд широко распахнул глаза. Заказав прохладительные напитки, он забрал пергамент и вышел из кабинета. Мгновение спустя он уже входил в комнату для совещаний, где его ждали Рагнок и Аркнайф.

Не говоря ни слова, Вингблейд протянул пергамент Аркнайфу, который пробежался глазами по содержимому.

— Три рода?

Вингблейд кивнул.

— Поттеры, о которых мы знали. Ричардсоны — от его прапрадеда по материнской линии. Ни в одном из этих сейфов богатства через край не льются, хотя во владения Ричардсонов входит несколько земельных участков, пригодных для постройки поместья. У Поттеров были доли в различных бизнесах, но в основном в качестве негласных партнеров. Там может набежать какая-то прибыль, а может и нет — мы проведем расследование.

Что-то оставалось недосказанным.

— А третий род, Вингблейд? — спросил Рагнок.

Аркнайф передал пергамент, и Рагнок увидел, что тот изо всех сил сдерживает смех. В недоумении Директор посмотрел в самый низ списка.

Владения — Семья Певерелл

Книги и Дневники, различные

Волшебные палочки, различные

Драгоценности, различные

Мантии и верхняя одежда (сохраненные), различные

Оружие и доспехи, различные

100 Галлеонов

Разнообразные Сикли и Кнаты

(Пожалуйста, обратитесь к Главной бухгалтерской книге для получения детализированной описи.)

(Пожалуйста, обратитесь к книге актов, Том 192-C, касательно земельных владений)

Рагнок поднял глаза на Вингблейда, который, казалось, ожидал вспышки гнева. Он никак не ожидал, что Директор разразится хохотом.

— О, Вингблейд, ты великолепный ублюдок, отличная работа!

oOoOoOoOo

Гарри Поттер не знал, что и думать.

Когда ему сказали, что Поттеры являются наследниками одной из старейших волшебных семей, он был поражен. Там мог оказаться какой-нибудь артефакт, какое-нибудь оружие или, возможно, книга заклинаний или дневник, которые помогли бы ему стать достаточно сильным, чтобы победить Волдеморта — и это, мягко говоря, было захватывающей идеей.

На самом деле, деньги его не особо заботили, но от дополнительных ресурсов он бы сейчас не отказался. Не после кладбища. Не после Седрика. Конечно, когда ему сказали, что Певереллы были одной из богатейших семей в Британии, он ожидал увидеть больше, чем крошечную стопку из 100 галлеонов.

— Ах, мистер Поттер, я должен это объяснить, — сказал Вингблейд. Гарри посмотрел на старого гоблина и подумал, что тот как будто смеется над какой-то шуткой, которую Гарри не понимает. — Видите ли, в прошлом году мы обменяли галлеоны в некоторых наших старых сейфах на сикли и кнаты, чтобы поддержать должное количество галлеонов в обращении.

Гарри посмотрел на жалкую кучку монет.

— Я так понимаю, это был тот самый сейф, который вы использовали?

Вингблейд кивнул.

— Совершенно верно, юный господин.

— Ну еще бы, блин, — пробормотал Гарри. — Как только я что-то получаю, тут же узнаю, что это забрали.

Это заставило гоблина замяться.

— Ах, ну, не совсем так, мистер Поттер. Видите ли, мы обменяли галлеоны, а не забрали их. — Он щелкнул пальцами, и в стене сейфа открылся проход. Вытянув шею, Гарри увидел горы сверкающих серебряных сиклей — а дальше, за ними, еще более высокие горы бронзовых кнатов.

Он медленно повернулся обратно к Вингблейду.

— Итак, когда вы говорите, что мои сбережения составляют 100 галлеонов и разнообразные сикли и прочее, что именно вы имеете в виду?

Вингблейд широко ухмыльнулся в ответ.

— Это означает, мистер Поттер, что ваши общие денежные активы в сейфе Певереллов составляют сто галлеонов, пятьсот сорок четыре миллиона сиклей и девять миллиардов триста семьдесят два миллиона четыреста девяносто восемь тысяч семнадцать кнатов.

Гарри Поттер уставился на гоблина, моргая. Затем снова перевел взгляд на сикли и кнаты.

— Оу, — тихо сказал он.

— Да. Оу.

— Эм, Вингблейд, вы не могли бы сказать мне, сколько всё это будет в фунтах?

— Нет.

oOoOoOoOo

Альфред Трэвеллер обычно делал самые крупные продажи в конце лета, когда родители покупали новые сундуки для своих малышей перед их отправкой в Хогвартс. Он редко продавал свои сундуки высшего класса, и уж точно никогда не продавал их подростку в июне. Но это был Гарри Поттер, и Гарри Поттеру нужно было всё самое лучшее.

Даже если парень лгал насчет турнира, его монеты были настоящими.

— Итак, давайте подытожим. Вы берете роскошный сундук на семь отделений с секретным восьмым, связанный с ним рюкзак с чарами незримого расширения, соединенный с шестым отделением, и замки на крови. Отделения укомплектованы согласно нашему списку, — он указал на стопку пергаментов, — а припасы для кухни и лаборатории зелий будут доставлены домашним эльфом, как только вы прибудете за заказом.

Гарри кивнул.

— Звучит отлично, мистер Трэвеллер.

— Превосходно, — ответил продавец. — С вас 325 галлеонов.

Гарри с тяжелым стуком поставил свой рюкзак на пол. Засунув туда руку, он начал вытаскивать шесть очень больших мешков с монетами. Каждый был из серой кожи — такого материала Альфред никогда раньше не видел на мешках для галлеонов из Гринготтса.

— Вот, сэр, — устало произнес Гарри. — Оставьте себе сдачу в знак моей благодарности.

— Сдачу? — пробормотал Альфред, качая головой. — Здесь всего триста двадцать пять, мистер Поттер. В этих мешках должно быть раз в десять больше.

Гарри в ответ покачал головой.

— Нет, сэр. Здесь шесть тысяч сиклей. Этого должно с лихвой хватить на оплату цены в галлеонах.

Альфред повернулся к Мальчику-Который-Выжил с немым вопросом в глазах.

— Зачем вам оплачивать такую покупку сиклями?

— Поверьте мне, — проворчал Гарри. — Это не очень интересная история.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 1