Глава 1: 1. Анна и падишах
1. Анна и падишах
94
0
Это был удар…
Лодочник действительно оказался падишахом, и Анна лишь теперь осознала всю степень своего легкомыслия и болтливости. Будто тяжесть всего Арарата легла ей на плечи. Чего она только ни наговорила Повелителю, рассуждая о нем самом, пока они переправлялись через пролив! Девушке оставалось лишь надеяться, что молодой и статный (совсем не такой, каким она представляла его себе) Султан обладает еще и чувством юмора.
В этот момент на щеках правителя заиграли ямочки… и сердце Анны, только что замиравшее от страха, вдруг ухнуло вниз и загромыхало где-то в коленках, потому что Султан и эти его ямочки никак не могли быть единым целым. Это настолько несолидно, чтобы Великий правитель так улыбался, это настолько неправильно. Это, в конце концов, просто гибельно для незакаленного девичьего сердца. Хотя не все ли равно, от чего погибать: от непозволительного обращения с падишахом или от очарованности им же? Вот только обидно было сгинуть во цвете лет - не выполнив сполна своей земной миссии, не оставив после себя никого и ничего благодарным (или неблагодарным) потомкам, не подарив миру даже, собственно, самих потомков. Самые нелепые и невероятные мысли и предположения роились в голове коленопреклоненной Анны, пока она пыталась прийти в себя от встречи с Султаном в его настоящем обличии. А душа переворачивалась от массы противоречивых чувств и эмоций, обрушившихся на молодую учительницу. От ужаса до восхищения; от трепета перед величием правителя чуть ли не всего мира до возмущения: да что он себе позволяет, этот Повелитель — так разыграть честную девушку!
Победили возмущение да неумение держать язык за зубами. Мгновенно забыв, кто перед ней, Анна начала укорять Султана в том, что он сам спровоцировал ее на разговор, состоявшийся в лодке. В завершение своей короткой, но пламенной речи она заверила его, что не откажется ни от одного, сказанного ею накануне, слова, потому как благородные люди всегда отвечают за свои слова. И вздохнула с некоторым облегчением, высказав все, что думала в ту минуту. Облегчение ощущалось ровно до того момента, как Махмуд хан встал со своего трона (то есть каких-то пару секунд) и начал медленно спускаться со своего возвышения. В ожидании самого худшего Анна опустила голову, но к ее огромному удивлению Султан вовсе не спешил наказывать ее.
- Я тоже так думаю, - слова Повелителя прозвучали совсем рядом, как гром среди ясного неба, заставляя Анну посмотреть ему в лицо, дабы убедиться, не шутит ли он.
Грозный правитель Османской Империи смотрел на нее более чем ласково, что позволяло надеяться на его милость, и она не заставила себя ждать. Милость Повелителя выразилась в желании видеть Анну учительницей его детей. Махмуд хан оказался человеком весьма прогрессивных взглядов и, вопреки бытующему мнению, что женщина не может и не должна работать, решил пригласить молодую учительницу во дворец.
Счастью Анны не было предела, пока она слушала похвалы из уст самого Султана, но и оно длилось недолго. Возлагая надежды на то, что она, будучи столь молодой и неопытной, все-таки сможет стать хорошим учителем для детей самого падишаха, Махмуд хан поставил ей лишь одно условие — зато совершенно невыполнимое. Ей, свободной женщине, воспитанной в европейских традициях, было предложено жить в гареме?! Да ни за что! Вся симпатия к падишаху мгновенно улетучилась, и Анна гордо отклонила его предложение. Однако ей тут же дали понять, кто является хозяином положения: просьба вовсе не была просьбой, как могло показаться наивной девушке — это был приказ. Предупредительным жестом остановив любые ее возражения, падишах отправил девушку домой собирать вещи.
Анна с вызовом подобрала юбки, думая о том, что все-таки была права относительно характера Султана, и решительно покинула тронный зал. Кем он себя возомнил, этот правитель мира? Хм! Она еще подумает, приезжать ли ей завтра во дворец...
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!