Глава 1: Из любви к книгам
Из любви к книгам
4
0
— Гарри Поттер! А ну немедленно вернись! — Гермиона Грейнджер, девятнадцатилетняя гриффиндорская книжница, лучшая подруга Гарри Поттера и Рональда Уизли и героиня волшебного мира, бежала за своим черноволосым другом, досадуя, что теряет драгоценное время, которое могла бы потратить на учёбу. — Ты за это поплатишься!
Мальчик-Который-Выжил — или как его теперь называли — рассмеялся и прибавил ходу.
— Поторопись, Грейнджер! Я каждый день тренируюсь. Твой чудесный ум тебе тут не поможет!
Гарри перепрыгнул через пень, даже не сбившись с шага. Гермионе повезло меньше.
— Ах ты… — Она судорожно вдохнула. — Мелкий… Уф!
Услышав позади звук упавшего тела, Гарри резко остановился. Обернулся и сразу бросился назад, к подруге.
— Гермиона! Ты в порядке?
Добежав до неё, он быстро понял, что случилось. Очевидно, Гермиона не заметила поваленное дерево, перегородившее тропинку, и зацепилась за него ногой. Каштановые волосы закрывали её лицо, уткнувшееся в густую лесную поросль. Они были в лесу за «Норой», где оба проводили пасхальные каникулы у семьи Уизли.
Левая рука девушки шевельнулась, но больше никаких движений Гарри не заметил.
— Гермиона, ответь мне!
Он тревожно протянул руки, собираясь перевернуть её, и не увидел, как справа едва заметно двинулась рука с палочкой. В следующий миг Гарри рухнул на землю, заходясь истерическим хохотом. Гермиона грациозно поднялась с самодовольной улыбкой.
— Значит, мой ум мне не поможет тебя поймать? А по-моему, эти «миленькие мозги» отлично сумели надрать тебе задницу, а?
— Гер… Гермиона! Сними… заклятие!
Гарри катался по земле.
— Ты же знаешь, как я… о Мерлин! Ты же знаешь, как я ненавижу щекотные чары!
Гермиона оглядела его.
— Ах ты боже мой. Тебе, кажется, немного неуютно.
Она села на стоявший рядом пень.
— Что же мне делать? Придумала!
Гермиона прыгнула Гарри на грудь и прижала его к земле, слегка подпрыгивая оттого, что он всё ещё извивался.
— Верни мои чёртовы книги!
— Ни за что! — Гарри вызывающе посмотрел на неё.
— Что ж, значит, придётся тебе лежать здесь и ждать, пока заклятие не перестанет действовать.
Гермиона фыркнула и скрестила руки.
Гарри уже чувствовал, что действие чар ослабевает, но решил подыграть.
— Видимо, да. А сколько оно должно продержаться? — спросил он, отвлекая Гермиону.
— Хм, не знаю.
Гарри усмехнулся: Гермиона перешла в «режим анализа». Между бровей появилась складка.
— Заклинание было невербальным, так что действие, скорее всего, закончится…
— Сейчас!
Гарри перекатился, прижав Гермиону спиной к земле, и рассмеялся при виде её ошеломлённого лица.
— Вечно ты меня недооцениваешь, да?
Гермиона безуспешно попыталась вырваться.
— Дело не в том, что я тебя недооцениваю, Гарри.
Она извивалась в его руках, но он и не думал ослаблять хватку.
— Просто ты иногда слишком много о себе думаешь. Будто тебя ничто не остановит. Вот и приходится напоминать, с кем ты дружишь.
Она посмотрела на него снизу вверх и усмехнулась.
— И с кем же?
— Разумеется, с самой способной ведьмой своего поколения! Пока ещё не было положения, из которого я не сумела бы выбраться. С твоей помощью или без неё.
На её лице снова появилось самодовольное выражение.
Гарри недоверчиво наклонился ближе.
— Вот как? А это ты как назовёшь? Самая способная ведьма лежит, прижатая к земле самым могущественным волшебником… Похоже, у нас тупик, а? Ты только думаешь…
Но все мысли, которые Гарри пытался сформулировать, улетели вместе с тёплым весенним ветерком, прошелестевшим в тот миг среди деревьев: Гермиона воспользовалась случаем, приподнялась и поцеловала его, весьма действенно оборвав речь.
Поцелуй почти сразу стал глубже — куда быстрее, чем Гарри мог бы предположить. Он решил последовать примеру Гермионы и проанализировать положение. Это же Гермиона Грейнджер. Его лучшая подруга, староста факультета, староста школы, такая же поклонница Шерлока Холмса. Да чёрт, она даже мирилась с его любовью к «Монти Пайтон». Гермиона никогда не боялась ему возражать и заставлять его самого сомневаться в своей правоте. Вот почему с Роном у них всё продлилось лишь несколько недель: Рон вдруг вспомнил, отчего они столько ссорились, а Гермиона и не забывала.
Впрочем, Гарри резко вернулся в настоящее, когда Гермиона робко провела языком по его губе. Он тихо застонал и приоткрыл рот навстречу поцелую. Но это словно привело её в чувство. Она тихонько ахнула и отстранилась. Шоколадно-карие глаза встретились с изумрудно-зелёными.
— Ой…
А потом она исчезла. Гарри остался сидеть в сырой лесной поросли за «Норой», совершенно не понимая, что, чёрт возьми, только что произошло.

Гермиона сгорала от стыда. Всё пошло совсем не так, как она задумала. Она собиралась лишь чмокнуть Гарри в губы, отвлечь его на секунду, оттолкнуть и забрать свои книги. Но…
— Да чтоб всё провалилось! — пробормотала она, хлопнув дверью отремонтированного дома.
Сердито шагая через гостиную, она не заметила сидевшую на диване рыжеволосую девушку.
— Гермиона? Ты в порядке? — тихо спросила Джинни.
Гермиона замерла, устыдившись, что её застали за истерикой, достойной четырёхлетнего ребёнка. Что ж, лучше рассказать подруге правду. После войны Джинни и Гарри так и не сошлись снова. Джинни начала встречаться с Невиллом, когда они вместе занимались делами Отряда Дамблдора в Хогвартсе. А после того, как он героически проявил себя в борьбе с Волдемортом, Молли ничего не имела против наследника Лонгботтомов.
Гермиона тяжело опустилась на диван рядом с Джинни.
— Кажется, я всё основательно испортила.
— Каким образом? — Джинни отложила перо.
— Я поцеловала Гарри.
Глаза Джинни расширились.
— Погоди. Что?
Гермиона закрыла лицо руками.
— Я поцеловала Гарри Поттера, ясно?!
Когда Джинни наконец отняла её руки от лица, щёки Гермионы были такими же красными, как волосы младшей Уизли.
— Какого чёрта, Гермиона? Я не знала, что он тебе нравится в этом смысле!
Джинни растерянно смотрела на подругу.
— Я тоже не знала! Всё началось как игра, но теперь… я не знаю…
Гермиона откинула голову на спинку дивана.
— Это было… как-то… правильно, понимаешь?
Джинни усмехнулась.
— Значит… ты и Поттер? И что он сказал?
— Я… не стала дожидаться. Убежала.

Минут через двадцать Рон наткнулся на Гарри, который всё ещё сидел там, где его оставила Гермиона.
— Дружище? Ты в порядке?
Гарри продолжал смотреть перед собой, не веря случившемуся. Рон медленно опустился рядом с другом, который был младше него.
— Гарри?
— Она меня поцеловала. Чёрт, она меня поцеловала… — пробормотал Гарри себе под нос.
Рон растерялся.
— Джинни тебя поцеловала? Я думал, вы…
Но Гарри его не слышал.
— Гермиона — моя подруга. Зачем она меня поцеловала? Что теперь будет?
Он вдруг вскочил.
— Мне надо с ней поговорить!
— Погоди!
Рону наконец удалось привлечь его внимание.
— Гермиона?! В смысле Гермиона Грейнджер, наша лучшая подруга? Она поцеловала тебя?
— И что в этом такого плохого?
Что-то в тоне Рона неприятно задело Гарри.
К его удивлению, Рон рассмеялся.
— Ничего плохого. Просто такого я не ожидал, вот и всё. Никогда не было похоже, что между вами что-то может быть. Вот ты и Джинни — это я понимал. Между вами искрило. То есть я понимаю, почему не сложилось, но она подходила тебе куда больше, чем Гермиона. И как она это восприняла?
Гарри стремительно закипал.
— Что восприняла, Рон?
— То, что ты хочешь остаться друзьями.
— С чего ты взял?
Рон скривился.
— Ну… Ясно же, что дальше поцелуя дело не пошло. Если бы пошло, я бы сейчас куда сильнее смущался, что вам помешал, а Гермиона всё ещё была бы здесь, да?
До него дошло.
— А ты хотел, чтобы пошло?
— Я… не знаю.
Гарри снова сел, прислонившись к пню, на котором совсем недавно сидела Гермиона.
— Как это вообще случилось, Рон?
— Да чёрт его знает, дружище. Вы ладите куда лучше, чем нам с ней когда-либо удавалось.
— Ты не злишься?
Рон внимательно посмотрел на него.
— Из-за того, что вы с Гермионой, может быть, будете счастливы вместе? Не-а. Будет ли странно? Возможно. Но, кроме поцелуев и того, что вам будет нужно «побольше времени наедине», вряд ли что-то сильно изменится. Разве нет?
Гарри кивнул.
— Просто не понимаю, зачем она убежала. Сама меня поцеловала — и убежала!
— Ну, если я хоть что-нибудь понимаю в девушках, сейчас она где-то поблизости разговаривает с первой попавшейся девушкой.

— Джинни! Я не думала, что у вас до такого дошло!
Гермиона покраснела ещё десять минут назад, но, слушая рассказы Джинни о её похождениях с Гарри, умудрялась краснеть всё сильнее.
— А у нас и не дошло. Гарри нас остановил, прежде чем что-нибудь случилось. Сказал, что не хочет, чтобы это висело над нами во время войны. Но потом, как видишь, так ничего и не произошло, да?
Джинни ухмыльнулась.
Гермиона снова положила голову ей на колени, и та продолжила перебирать пальцами длинные вьющиеся каштановые волосы.
— Джинни?
— Да?
— Почему ты отказалась от Гарри? Я думала, ты его по-настоящему любила.
Джинни откинула голову назад.
— А любила ли? Не пойми неправильно, я люблю Гарри, но в основном это было увлечение Мальчиком-Который-Выжил. Когда мы действительно начали встречаться, я поняла, что не люблю его в этом смысле. Да мне он даже не нравился так. И, кажется, он ко мне относился точно так же. Он испытывал ко мне те же чувства, что и Рон. Ради Мерлина, он злился, когда видел меня с Дином!
— Значит…
— Я с Невиллом, Гермиона, и это серьёзно. Даже представить не могу, что брошу его ради Гарри. К тому же Гарри всегда был твоим, милая. Просто сам об этом не знал.
Гермиона резко села.
— Что?
— Возможно, это и не была романтическая любовь, но, Гермиона, он восемь лет ходил за тобой как щенок. Он ни на одну девушку не смотрел так, как на тебя.
— Но всегда только как на подругу!
Джинни кивнула.
— Верно. Но, Гермиона, у него ведь не было никого, кому можно доверять. Да, он дружил с Роном. Они даже были лучшими друзьями. Но именно к тебе он мог прийти, когда нужно было поговорить. Тебе, Гермиона Грейнджер, он доверяет больше всех.
Джинни посмотрела подруге в глаза.
— Он давно отдал тебе своё сердце. И, по-моему, ты сделала то же самое, иначе тебе бы не пришло в голову отвлекать его поцелуем.
Гермиона снова покраснела.
— Поговори с ним. Возможно, вы оба удивитесь.

Рон оставил Гарри разбираться в своих чувствах, предпочтя отправиться узнавать, не готов ли ужин. А Гарри перебрался из леса на поляну у озера, которую они втроём нашли за одно из многочисленных летних гостеваний в «Норе».
Он сидел, опустив ноги в воду, и наслаждался прохладой — вода ещё не успела прогреться, — когда услышал позади какой-то звук. Тут же сжал палочку, всегда готовый к опасности, но сразу понял, кто пришёл: по запаху клубничного шампуня, которым Гермиона начала пользоваться после войны.
— Гермиона.
Шаги стихли.
— Гарри… Я знала, что ты будешь здесь.
— Садись рядом.
Он услышал, как она глубоко вздохнула, и наконец увидел её: Гермиона сняла туфли и опустила ноги в воду рядом с ним.
— Куда ты убежала? — Гарри наконец поднял глаза и посмотрел ей в лицо.
Пристыженная Гермиона опустила взгляд.
— Мне… мне нужно было подумать.
Она медленно подняла на него глаза.
— Прости меня, Гарри.
В голосе слышались слёзы.
Гарри словно ударили под дых. Она его лучшая подруга — он это знал. Но в нём только-только затеплилась надежда, что, может быть, она чувствует к нему нечто большее. Может быть, тоже думает, что вместе у них могло бы получиться что-то чудесное… А теперь просит прощения?..
— Ты жалеешь, что поцеловала меня.
Это был не вопрос, а утверждение.
— Я понимаю. Мы играли и увлеклись. Понимаю.
Он мимолётно улыбнулся ей.
— Друзья, да?
Да чтоб тебя! Ну и мастерски же я всё порчу!
Гермиона покачала головой.
— Нет, Гарри. Я не жалею, что поцеловала тебя.
Изумрудные глаза, в которых ещё секунду назад он пытался скрыть едва заметную боль, чуть просветлели, и у Гермионы перехватило дыхание от предвкушения.
— Мне жаль, что я так воспользовалась поцелуем. Наши отношения слишком много для меня значат, чтобы так с ними играть. И я хочу извиниться. Ты заслуживаешь лучшего.
Гарри попытался скрыть улыбку.
— Гермиона, до этого поцелуя ты была для меня просто лучшей подругой. Конечно, за эти годы я заметил, какая ты красивая. Знал, что ты давно уже не та «невзрачная» девочка с торчащими передними зубами и лохматыми волосами. Рон тоже заметил и что-то с этим сделал… в конце концов.
Они рассмеялись, вспомнив выходки друга за последние несколько лет.
— Но прежде всего я видел в тебе человека, который нужен мне в трудную минуту. Без которого я не могу жить. Только не понимал, что за этим может стоять что-то настолько глубокое.
Гарри глубоко вздохнул.
— Когда ты меня поцеловала, всё встало на место. Я не хочу жить без тебя. Не хочу искать кого-то ещё. Конечно, нам нужно попробовать побыть парой и посмотреть, что получится, но, по-моему, вместе нам будет замечательно. Мы уже жили вместе и вместе воевали. Вместе съездили в Австралию, чтобы вернуть твоих родителей, путешествовали по Европе. Не вижу, почему у нас может не получиться, если ты позволишь мне попробовать.
Несколько мгновений Гермиона смотрела на него разинув рот.
— Гарри, балбес, у меня же была заготовлена целая речь! Со списком причин не ненавидеть меня за то, что я сделала. Я с радостью попробую. В конце концов, кто знает тебя лучше?
Гарри широко улыбнулся и притянул её к себе, с удовольствием чувствуя, как под водой её ноги переплетаются с его. Страстно поцеловав лучшую подругу, он отстранился и чмокнул её в нос.
— Никто, кроме тебя. И я намерен ещё долго ничего не менять.
Они откинулись на камень, любуясь видневшейся вдали «Норой». Потом Гермиона заговорила:
— Итак, Гарри, у меня вопрос.
— Какой, милая?
— Где мои книги?
— А, на твоей кровати. Я просто наложил на них дезиллюминационные чары. Тебе нужно было передохнуть.
Гермионе захотелось его стукнуть, но вместо этого она положила голову ему на плечо.
— Наверное, и правда. Спасибо.
— Всегда пожалуйста.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!