Глава 1: Так чей же это галстук?
Так чей же это галстук?
5
0
Гермиона захихикала, когда Тео снова повалил её на груду подушек в углу комнаты. У почётной должности старосты школы для «восьмикурсников» были свои преимущества: ей выделили отдельную спальню, примыкавшую к гостиной, которую она делила с почётным старостой школы. Им оказался не кто иной, как Теодор Нотт.
Прежде Гермиона почти не обращала на Тео внимания. Для слизеринца он был тихим и замкнутым, получал безупречные оценки и никогда не поддерживал всю эту чушь о чистоте крови, хотя его собственная семья принадлежала к древнейшим чистокровным родам. Но, когда объявили, что им предстоит делить гостиную, не замечать его больше не получалось.
За прошедшие годы высокий долговязый ботаник превратился в мускулистого красавца-сердцееда. Девушки по нему вздыхали и страшно завидовали Гермионе: она спала всего в нескольких футах от него.
С ней он всегда был вежлив. Когда начались занятия, даже сам стал искать с ней пару для работы над заданиями, а однажды вызвался понести её сумку с книгами. Как-то вечером, когда они сидели над особенно объёмным заданием по зельеварению, он достал бутылку «Лучшего огневиски Огдена». Поначалу Гермиона колебалась, но стоило ему приподнять бровь и шутливо сказать: «Да расслабься ты», — как она и опомниться не успела, а полбутылки уже не было.
С того вечера всё и началось.
Игривые взгляды, скользнувшая по её боку рука, когда он заглядывал через плечо в их работу на уроке, непристойности, которые он шептал ей при встрече в коридоре. Всё это привело к одному поцелую, с которым она выбрала неудачный момент: он лишь тихонько рассмеялся. Когда Гермиона, покраснев от смущения, отвернулась, он схватил её и прижал к ближайшей стене, жадно целуя.
С тех пор они встречались тайком.
— Тео, — рассмеялась она, — мне пора в Большой зал. Ты же знаешь, Гарри и Рон приедут поужинать со мной и Джинни.
— Мне всё равно, что Уизли придётся немного подождать, прежде чем распускать руки.
Он потянулся снова её поцеловать, но Гермиона оттолкнула его.
— Кто-то, кажется, ревнует.
Она усмехнулась, а он перекатился в сторону, давая ей встать.
Закинув руки за голову, Тео откинулся на большую красную бархатную подушку.
— Просто не понимаю, почему ты до сих пор не сказала ему, что между вами ничего не будет.
Поправляя форму, Гермиона повернулась к нему.
— Мы ведь не объявляли всем о… чем бы это ни было.
Она указала на пространство между ними.
— Хочешь объявить? — спросил он с улыбкой, пока она поднимала с пола галстук и надевала его через голову.
— А ты?
Он прищурился, словно оценивая её, а потом кивнул на дверь.
— Ты ведь не хочешь опоздать к своим драгоценным мальчикам.

Гермиона нахмурилась: ещё одна стайка девчонок хихикала, глядя на неё. Уже третья по дороге. Она пригладила волосы и проверила, не заправила ли случайно подол юбки в трусы и не случилось ли ещё чего-нибудь столь же позорного. Покачав головой, вошла в Большой зал — и весь гриффиндорский стол разом умолк, уставившись на неё.
— Да что с вами со всеми?! — крикнула Гермиона, направляясь туда, где Джинни уже сидела с Гарри и Роном.
Джинни посмотрела на неё как на сумасшедшую.
— Гермиона, что ты…
— ЭЙ! Что это, чёрт возьми, на тебе надето, Миона?! — перебил сестру Рон, забрызгав стол кусочками жареной курицы.
Гермиона похолодела и опустила глаза. Вроде всё на месте. Но тут взгляд зацепился за зелёное. Она сглотнула, наконец заметив то, что упустила и перед выходом из комнаты, и когда проверяла себя в коридоре.
На ней был галстук Тео.
— Я… э-э… ну, понимаете…
— Это моё, — раздался за спиной мягкий голос Тео.
Гермиона обернулась и прищурилась. Он не мог не заметить, что она взяла не тот галстук. Он ведь смотрел, как она его надевает!
И вот теперь стоял перед ней с её галстуком в руках — такой соблазнительный, что хотелось его съесть. Гермиона прекрасно понимала: почти весь зал уже смотрит на них. Она сняла с себя его галстук, стараясь не обращать внимания на звуки, которые издавал за спиной Рон.
Тео усмехнулся и неторопливо подошёл к ней. Поднял руки и надел на неё её галстук.
— Полагаю, это твоё.
— Ты знал, что на мне твой галстук, когда я выходила из комнаты, — сердито прошептала она, позволяя ему подтянуть и поправить узел.
— А это, полагаю, моё.
Он забрал свой галстук из её руки.
По залу шёл громкий шёпот, но следующие слова все расслышали отчётливо.
— И это, полагаю, тоже моё! — объявил он и, склонив голову, поцеловал её.
— Так и знала, — донёсся из-за спины голос Джинни.
— ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! — заорал Рон.
Поцелуй вышел коротким и нежным, обещая куда более озорное продолжение.
— Что ты делаешь? — тихо спросила Гермиона.
— Разве не очевидно, милая? Объявляю о наших отношениях: заявляю при всех права на то, что принадлежит мне.
Он особо выделил последнее слово и посмотрел на Рона.
— Тебе, значит? А мне нравится, как звучит, — сказала Гермиона и потянулась поцеловать его снова.
Сквозь удивлённый и возбуждённый гомон зала раздался голос Рона:
— А МНЕ СОВСЕМ НЕ НРАВИТСЯ!
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!