Глава 1: Новая глава
Новая глава
12
0
Это расставание потрясло её семью и их друзей.
— Всё дело в расстоянии, — объясняла Джинни Невиллу и Полумне. — Я в Холихеде, он в Лондоне.
— Всё дело во времени, — объяснял Гарри Рону и Гермионе. — Она постоянно на тренировках, я постоянно на работе.
— Мы останемся друзьями. Хорошими друзьями, — говорили они оба.
Её родные и их друзья с сомнением улыбались. По правде говоря, расставание, похоже, расстроило их сильнее, чем самих Гарри и Джинни. Они гадали, смогут ли эти двое действительно остаться друзьями.
Возможность выяснить это представилась всего месяц спустя, когда Джинни пригласила всех на площадь Гриммо отпраздновать день рождения Гарри и весь вечер вела себя как хозяйка дома.
Гарри, казалось, ничуть не возражал. Всё выглядело так, будто расставания вовсе не было, — разве что исчезли прикосновения и пылкие взгляды, которыми эта парочка успела прославиться.
Родственники и друзья разошлись в недоумении.
Через пару недель оно только усилилось: Гарри повёл Джинни на спектакль в Лондоне в честь её дня рождения. Она давно хотела его посмотреть и часто об этом говорила, а он давным-давно купил билеты и не видел смысла их выбрасывать.
Никто не предложил Джинни взять с собой кого-нибудь другого. Пока что это расставание никому из них не казалось настоящим.
После этого Гарри и Джинни довольно долго не видели вместе: начался новый квиддичный сезон, а Гарри работал всё больше. В следующий раз их заметили вдвоём лишь на Хэллоуин, когда Джинни сопровождала Гарри в Годрикову Впадину, как делала каждый год после войны.
Разумеется, никто, кроме них самих и Кикимера, не знал, как часто они встречались на самом деле.
Только Кикимер знал, что в выходные Гарри готовил — и устраивал на его кухне беспорядок, — а потом раскладывал еду по контейнерам. После этого куда-то отправлялся и чаще всего возвращался лишь следующим утром.
Лишь когда Джинни принесла пустые вымытые контейнеры, Кикимер понял, чем занимается Гарри.
— Что? — потребовал тот в следующий раз, когда готовил, заметив понимающий взгляд эльфа. — Готовить она ни черта не умеет. Что мне, дать ей умереть с голоду?
Кикимер пробормотал что-то о том, что «Гарпии» кормят своих игроков, а Молли Уизли заботится о единственной дочери, но Гарри пропустил это мимо ушей.
— Ей нравится моя стряпня, — заявил он в своё оправдание.
Кикимер закатил глаза и приготовился весь вечер отмывать кухню после ухода хозяина.
Джинни никому не говорила, что множество её вещей всё ещё оставалось на площади Гриммо.
Гарри никому не говорил, что ему очень нравится видеть, как в ванной её зубная щётка прислоняется к его собственной.
А ещё бывали редкие дни, когда Джинни приезжала в город и останавливалась в «Норе». Тогда она являлась через камин рано утром, пока он ещё не ушёл на работу, потому что:
— Никто не варит такой кофе, как ты, Гарри.
Гарри ничего не отвечал. Просто улыбался и добавлял ещё несколько яиц и ломтиков бекона к завтраку, который готовил.
Она делала тосты, иногда переворачивала бекон, пока он варил её любимый кофе. Они завтракали в уютном согласии, делили «Ежедневный пророк» и обсуждали заголовки.
Потом Гарри уходил на работу, а Джинни возвращалась в «Нору».
Кикимер провожал их взглядом и бормотал что-то о людях и их странностях.
Гермиона понимающе улыбнулась, когда Гарри под нажимом признался, что не собирается ни с кем встречаться.
— Пока, — подчеркнул он.
Полумна понимающе кивнула, когда Джинни объявила, что вокруг нет ни одного интересного мужчины.
То, что на ней была гриффиндорская футболка ловца, говорило куда красноречивее её заверений, будто она просто ждёт «того самого».
Было неизбежно, что рано или поздно они начнут ходить на свидания.
Все друзья наблюдали за происходящим с интересом — и огорчением, потому что надеялись на воссоединение в духе гриффиндорской гостиной образца 1996 года.
Гарри познакомился с Белиндой, ведьмой из исследовательского отдела. Она флиртовала, они пили кофе. Наконец Гарри рискнул и пригласил её на свидание.
Привести Белинду в их с Джинни ресторан оказалось ошибкой.
Метрдотель спросил о Джинни и целых десять минут рассказывал, как хорошо благодаря ей выступают «Гарпии». Затем проводил их к привычному столику, и всё стало ощущаться неправильным.
Гарри заказал своё обычное блюдо — двойную порцию, потому что Джинни всегда таскала еду с его тарелки, а остатки они забирали домой.
Белинда выбрала вино, которое ему не понравилось: он привык к тому, что они обычно заказывали вдвоём.
Белинда отошла в дамскую комнату.
Гарри почувствовал облегчение. Он уже понимал: этот вечер был ошибкой.
Очевидно, он ещё не готов снова ходить на свидания.
Пока.
Нужно просто вежливо довести вечер до конца, проводить её домой и тактично объяснить, что продолжения не будет.
Он оглядел ресторан.
Ему кажется или официанты действительно прожигают его взглядами?
Их с Джинни здесь хорошо знали. Джинни всегда любила поболтать с обслуживавшими их официантами, а чаевые они оставляли щедрые.
И тут, к его изумлению, вошла сама Джинни.
Она поговорила с метрдотелем, который указал ей в угол. Ещё несколько секунд непринуждённо поболтала с ним, затем направилась туда.
Посмеялась о чём-то с несколькими официантами.
Потом появился шеф-повар — сам чёртов шеф-повар! — с коробкой еды в пакете.
Она поблагодарила его, немного поговорила, расплатилась и ушла.
Так и не заметив Гарри.
Белинда вернулась.
— Ну что, десерт? — предложила она, беря меню.
Гарри понял, что больше не может продолжать свидание.
Ему казалось, будто он изменяет Джинни.
А ведь она всего лишь зашла за едой навынос!
— Прости, но мне нужно идти, — извинился он, доставая кошелёк.
— О… — разочарованно протянула Белинда. — Может, в другой раз?
— Не думаю. Но я провожу тебя домой, — предложил Гарри.
У Джинни дела тоже шли не лучше.
Она согласилась поужинать и посмотреть фильм с братом одной из девушек из команды лишь потому, что устала только тренироваться и спать. Хотелось развлечься, а кино она полюбила с тех пор, как Гарри впервые отвёл её в кинотеатр.
К её удивлению, Сэм приготовил ужин у себя дома, а потом они устроились смотреть фильм.
Сначала всё было неплохо, хотя порцию он положил ей крошечную.
— Немного, ты ведь тренируешься.
А потом налил бокал самого отвратительного вина, какое она когда-либо пробовала.
Джинни захотелось выплюнуть его обратно, но она всё-таки сумела проглотить.
Едва-едва.
Фу.
Вместо десерта был попкорн, с которым они устроились смотреть DVD.
Джинни любила разговаривать во время фильма, особенно если не понимала каких-то магловских вещей. Гарри иногда ставил фильм на паузу, чтобы объяснить, а иногда они просто болтали поверх следующей сцены.
— То есть всё это действительно произошло? В настоящей жизни? — спросила Джинни, поднимая коробку от диска и читая оборотную сторону.
Сэм что-то промычал и кивнул, не отрывая глаз от экрана.
— Джек и Роза существовали на самом деле? — уточнила она.
Сэм вздохнул.
— Нет, они вымышленные. Но «Титаник» был настоящим кораблём, который столкнулся с айсбергом и затонул в 1912 году. Погибли сотни пассажиров. А теперь тс-с-с, — одёрнул он её.
Джинни не понравилось, что её заставляют замолчать. Но она продолжила смотреть, откладывая вопросы до конца.
Пока одна сцена не возмутила её так сильно, что промолчать она уже не смогла.
— Да ну нет! Джек совершенно точно поместился бы на этой двери! — воскликнула она, когда на экране Роза отпустила своего возлюбленного, и тот скользнул в чёрные глубины ледяного океана.
— Она могла перевернуться, и тогда погибли бы оба, — объяснил Сэм. — И в чём тогда смысл фильма?
— Это же история любви! Он бы поместился, они бы выжили и прожили вместе долгую жизнь. Навсегда. Вот какой должна быть любовь! — воскликнула Джинни.
— Довольно идеалистичное представление о любви, — с усмешкой заметил Сэм. — Кроме того, он мог забраться, но решил этого не делать. Понимаешь, Джинни? Он умер, чтобы её спасти. Вот тебе и история любви.
Джинни замерла.
— Что ты сказал?
Она поднялась.
Сэм пожал плечами.
— Он хотел, чтобы она была в безопасности. Он умер, чтобы она могла жить. Вообще-то довольно благородно… Эй, ты куда? Фильм ещё не кончился. Джинни?
— Прости, мне просто… нужно идти. Прости. Извини, — забормотала она.
Ей необходимо было уйти.
Следующие несколько дней и Гарри, и Джинни много размышляли о себе и своей жизни.
А потом снова вмешались работа и карьера.
Джинни не раздумывая бросила тренировку, когда получила сову с сообщением, что Гарри ранен при выполнении задания и находится в больнице Святого Мунго.
Именно её имя значилось у него в графе «Связаться в экстренном случае».
Она не колебалась: требовала лучших целителей и проклинала любого репортёра, пытавшегося прокрасться к его палате ради эксклюзива.
Она проводила его домой и осталась на несколько дней, выдавая зелья строго по предписанию целителей.
Кикимер готовил без устали.
Молли тоже — к великому неудовольствию Кикимера.
Лишь позднее Гарри узнал, что ради ухода за ним Джинни пропустила матч.
Сама она ни словом об этом не обмолвилась.
Большую часть своего немногочисленного свободного времени Гарри проводил с Тедди. Но, к немалому веселью Рона, посещал каждый матч «Гарпий», на который только мог попасть.
Он обзавёлся джемпером и шарфом с символикой команды. На спине красовалась фамилия «Уизли».
— Что? — требовал он, замечая понимающие взгляды Рона. — Я хочу, чтобы она знала: я её поддерживаю.
Такой же комплект он купил Тедди, который обожал Джинни.
— Конечно, приятель, — соглашался Рон.
А про себя соглашался с Гермионой: это лишь вопрос времени.
Одинокие дождливые выходные застали Гарри в самом мрачном настроении.
Тедди простудился, поэтому Андромеда сократила время визита.
Джордж и Рон были заняты в магазине.
Гермиона готовилась к слушанию.
Полумна уехала.
Невилл не ответил на сову.
Да кого он обманывает?
Всё равно не их ему по-настоящему хотелось увидеть.
Интересно, у неё эти выходные свободны?
Что он делает?
Что они оба делают?
Время, расстояние… Их разделяли вещи и похуже.
Неужели Джинни не понимает, что вместе им лучше?
Что вместе они сильнее.
Счастливее.
А теперь — что с этим делать?
Джинни смотрела в окно в Холихеде.
Девушки из команды собирались провести вечер в местном клубе, но у неё не было настроения.
В такую непогоду хотелось остаться дома.
Играть во взрывающиеся карты у камина.
Пить хорошее вино.
Читать Тедди сказки.
Она прекрасно знала, где действительно хочет оказаться сегодня вечером.
Джинни вздохнула.
О чём она думала?
Что они оба делают?
Они уже переживали разлуку. По крайней мере, теперь можно писать друг другу, проводить вместе выходные или хотя бы выкраивать несколько часов.
С Гарри она становилась лучше.
С Гарри она была счастливее всего.
Нужно лишь сказать ему, что она хочет отменить их расставание.
На следующее утро в путь отправилась сова.
Получательница письма взволнованно поёжилась, читая записку.
*Привет, Джин.*
Только он её так называл.
*Нашёл кое-какие твои вещи. Думаю, стоит их перебрать. Слышал, в эти выходные будешь в городе. Ужин в пятницу на площади Гриммо? Дай знать.*
*Твой Гарри.*
*Твой.*
Она провела пальцем по слову.
Твой.
Ещё бы, чёрт возьми. Конечно, её.
Письмо пугало.
Неужели он наконец собрал её вещи?
Неужели он…
Мог ли он жить дальше?
Без неё?
С тревогой она отправила ответ.
*Ужин в пятницу — отлично. Аппетит захвачу отменный…*
Гарри фыркнул.
*…а ещё вино и десерт.*
Гарри достаточно хорошо её знал, чтобы понять: это означает, что Молли испечёт пирог с патокой.
*С нетерпением жду.*
*С любовью, Джинни.*
Она выругалась, едва сова улетела с ответом, и захотела позвать её обратно.
«Серьёзно, Джинни? “С любовью”? Гарри, возможно, собирается попросить тебя забрать вещи из его дома, а ты подписываешь письмо “с любовью”?» — отчитала она себя.
В пятницу вечером Джинни вышла из камина на площади Гриммо, сняла куртку и повесила её на место.
— Джин? Я на кухне! — позвал Гарри.
Она направилась туда и, войдя, поздоровалась с Кикимером.
Поставив вино и десерт на стол, подошла к Гарри.
— М-м-м, как вкусно пахнет, — похвалила она, наклоняясь перед ним, чтобы вдохнуть аромат.
— Да? — довольно спросил Гарри и тоже наклонился.
Джинни воспользовалась случаем, чтобы вдохнуть его мужской запах.
Говорила ли она когда-нибудь, что именно им пахла бы для неё амортенция?
— Открыть вино? Пусть подышит, — предложила она, выпрямляясь и отступая.
— Да, минут через двадцать буду подавать, — согласился Гарри. — Не против поесть на кухне?
— Конечно нет.
Джинни приподнялась на цыпочки, чтобы достать бокалы.
В прошлый раз, когда она призвала их «Акцио», они разбились.
— Давай помогу.
Гарри встал вплотную за её спиной, протянул руку над головой и снял два бокала.
Она чувствовала тепло его тела.
Между ними оставалось не больше дюйма.
— Спасибо, — выдохнула она.
Он тяжело вздохнул, шевельнув её волосы дыханием.
— Не за что, — хрипло ответил он.
Знала ли она, что от такой близости его бросает в дрожь?
Джинни почувствовала, как он отступил, и отошла к столу открывать вино.
Оглянулась как раз тогда, когда он наклонился проверить духовку.
Брюки обтянули его ягодицы, и у неё перехватило дыхание.
Гарри посмотрел через плечо.
— Почти готово. Голодная?
«Ты даже не представляешь».
— Как всегда, — отозвалась она, вызвав у него смешок.
Он достал свежеиспечённую буханку хлеба, вынул масло из холодного шкафа.
Когда Джинни попыталась помочь накрыть на стол, отмахнулся, и ей осталось только смотреть, как он хлопочет на кухне, раскладывая ужин по тарелкам.
За едой они обменялись новостями общих друзей. В конце Джинни сообщила, что Флёр ждёт второго ребёнка.
Они подняли бокалы за будущего Уизли. Джинни объявила, что будет девочка, и оба пожелали Флёр лёгкой беременности.
Закончив, они вместе убрали со стола.
Кикимер прогнал их, чтобы приступить к уборке, и они отправились в гостиную.
Джинни взяла бокалы и устроилась у камина — на своём обычном месте.
А Гарри поднялся наверх и вернулся с коробкой.
Сердце Джинни заколотилось.
Коробка среднего размера.
Не настолько большая, чтобы вместить всю её одежду.
Разве что он уменьшил вещи.
Или выбросил.
Она сделала огромный глоток вина, наблюдая за ним поверх края бокала.
Гарри поставил коробку между ними, затем сел на пол напротив неё, прислонившись к дивану, — на своё обычное место.
— Кикимер нашёл это в свободной комнате. Я… я не был уверен, нужно ли тебе что-нибудь отсюда, — запинаясь, сказал он.
Быстро отпил вина — их любимого — и посмотрел на неё поверх бокала.
— Хорошо, — ответила Джинни.
Она подалась вперёд, чтобы открыть крышку. От движения рубашка задралась, обнажив живот.
Гарри нервно сглотнул и закашлялся.
Джинни тут же оставила коробку и придвинулась к нему, оказавшись между его коленями, чтобы похлопать по спине.
Её грудь оказалась прямо перед его лицом.
— Л-л-лучше, — прохрипел Гарри, зажмурившись. — Уже лучше.
Брюки внезапно стали гораздо теснее.
Когда он открыл глаза, Джинни заёрзала, отодвигаясь назад, что совершенно не помогло положению ниже пояса.
— Ладно, посмотрим, что здесь.
Она заглянула в коробку и тут же рассмеялась.
— А я всё думала, куда она делась!
Джинни вытащила футболку Sex Pistols.
Гарри усмехнулся.
— Я решил, твоя мама её сожгла.
Джинни кивнула.
— Помнишь её лицо, когда она поняла, что написано у меня на футболке? А на тебе тогда была та, с… А!
Она озорно ему улыбнулась и достала футболку Rolling Stones, которую он тогда носил, — с огромными губами и высунутым языком.
Бросила Гарри.
Он поймал.
— О, а вот программка с самого первого спектакля, на который ты водил меня в магловском Лондоне!
Джинни радостно провела ладонью по обложке.
Открыла и принялась перелистывать страницы, вспоминая зрелища, звуки и краски того вечера в театре «Палас».
Невозможно было описать восторг, который она испытывала, пока перед ней разворачивалась история.
Гарри взял программку, тоже вспоминая тот вечер.
Для него это тоже был первый поход в магловский театр.
Спектакль ему понравился, но ещё больше радовало лицо Джинни — её восторг и удивление, с которыми она впитывала каждую подробность.
— Что за… Гарри, это один из твоих? — спросила она, когда из коробки вылетел снитч и начал медленно кружить вокруг них.
Судя по скорости, пролежал он там уже давно.
Гарри без труда его поймал и осмотрел.
— Нет. Это снитч с твоего первого матча за «Гарпий».
Он протянул его ей.
— Я достал его для тебя.
Джинни посмотрела на него.
— Ты достал его… для меня? Как?
Гарри пожал плечами.
— Возможно, написал нескольким людям. Сделал пожертвование на какой-то памятник квиддичу или что-то такое, уже не помню. Джинни, это снитч с твоего первого матча, — повторил он. — Это важное событие.
Джинни опустила глаза на снитч, пряча подступившие слёзы.
Чёртов Гарри!
— Кстати… да, вот программка с того матча и твоя первая рекламная фотография в форме «Гарпий». Я подумал, когда-нибудь нашим детям… э-э… твоим детям будет интересно посмотреть.
Он спрятал разгорячённое лицо, заглянув в коробку и вытаскивая оттуда вещи.
Когда Джинни не ответила, Гарри беспомощно затараторил, выкладывая всё подряд:
— О, а вот DVD, который мы искали. Я всё думал, куда он делся. Слушай, а это письмо о моём зачислении в академию мракоборцев. Не знал, что ты его сохранила. Смотри, первый выпуск «Придиры» после Последней битвы.
— Гарри.
Он повернулся.
Она всё ещё смотрела на снитч.
— Да?
— Ты когда-нибудь смотрел «Титаник»?
Голос звучал тихо.
Она снова и снова переворачивала снитч в руках.
— Да. Вообще-то, кажется, он у меня есть. Хороший фильм, кроме концовки. По-моему, Джеку не обязательно было умирать.
— Правда?
Гарри покачал головой.
— Ага. На двери для него было место.
Джинни буквально перелетела к нему и уселась верхом на колени.
Обхватила его лицо ладонями.
— Вот и я так сказала! Но Сэм сказал…
— Кто, блядь, такой Сэм? — озадаченно спросил Гарри.
— Неважно, — отмахнулась Джинни. — Он сказал… чёрт, забыла. Но я сказала, что они оба должны были выжить, а потом прожить вместе долгую счастливую жизнь. Они этого заслуживали.
— Согласен.
Гарри положил ладони ей на талию.
— Но я понимаю, почему он это сделал.
— Он умер, чтобы спасти её. Умер, чтобы она могла жить, — прошептала Джинни.
Его изумрудные глаза смотрели прямо в её.
— Другого выбора не было, — так же тихо ответил он.
Она крепко поцеловала его.
Он обнял её.
Как же прекрасно было снова чувствовать её тело, прижавшееся к нему.
Его руки скользнули по её спине, расстегнули бюстгальтер сквозь ткань рубашки, затем переместились вперёд, медленно расстёгивая пуговицы снизу вверх.
— Да разорви ты её, — велела Джинни.
Он так и сделал, разметав пуговицы во все стороны.
Стащил с неё рубашку, быстро избавился от мешавшего бюстгальтера.
Всё это время они не разрывали поцелуя, что создало трудности, когда пришла очередь его футболки.
Пришлось ненадолго отстраниться, пока Джинни отбрасывала её прочь.
А потом они снова набросились друг на друга.
— Держись за меня, — приказал Гарри и трансгрессировал с ней наверх.
Она фыркнула:
— Как будто я теперь тебя отпущу.
И подпрыгнула на кровати, когда они на ней оказались.
При этих словах Гарри зарычал, опрокинул её под себя и принялся торопливо стягивать джинсы.
— Убери их заклинанием, ради Мерлина, — взмолилась она, уже потянувшись к его брюкам.
Они любили друг друга жадно и стремительно, с укусами и пальцами, запутавшимися в волосах.
После оба лежали вспотевшие, тяжело дыша.
— Как же мне этого не хватало, — выдохнула Джинни.
Она повернулась к нему на бок.
Гарри убрал с её лица влажные пряди и заправил за ухо.
— Мне не хватало тебя, — тихо признался он.
Она отвела волосы у него со лба, обнажая побледневший шрам.
— А мне — нас.
— Я знаю, ты в Холихеде, а я здесь, но… — начал он.
— У нас будут сумасшедшие графики, но… — сказала Джинни.
— Вместе нам лучше, — произнесли они одновременно.
И глуповато улыбнулись друг другу.
— Значит, больше никаких других ведьм в нашем любимом ресторане? — поддразнила она.
— Откуда ты… Неважно. Нет, единственная ведьма, которую я буду туда водить, — ты.
Он легко её поцеловал.
Ладонь погладила её ягодицы.
— И никаких просмотров DVD с идиотами вроде Сэма.
Джинни кивнула и приподнялась, подперев голову рукой.
— А ты знал, что «Титаник» был настоящим кораблём?
Гарри с улыбкой кивнул.
— Кажется, в лондонском музее о нём что-то есть.
Он притянул её ближе.
Глаза Джинни расширились.
— А мы можем сходить… завтра? — взволнованно спросила она.
Он нежно провёл костяшкой пальца по её щеке.
— Мы можем делать всё, что ты захочешь.
— Ну, прямо сейчас я хочу…
Она прошептала ему на ухо, и его тело тут же отозвалось.
— Настоящая гарпия, — счастливо выдохнул он.
На этот раз они любили друг друга медленно и нежно, часто встречаясь глазами, передавая взглядами всё, что чувствовали.
Ладони ласкали, прикосновения вызывали дрожь и вздохи удивления и восторга, пока наконец они вместе не достигли вершины.
— Это было… ух ты. Мы ещё никогда… не так, — сказала Джинни, прижимаясь к нему всем телом. — Надеюсь, ты без меня не практиковался… с кем-нибудь другим?
Гарри помахал перед ней левой рукой.
— Знакомься: «кто-нибудь другой».
Она захихикала.
— Я тоже, — призналась она и зевнула.
— Давай поспим.
Гарри натянул на них одеяло и крепко её обнял.
Рано утром Джинни проснулась и обнаружила, что место рядом пусто.
Она достала из шкафа свой халат и отправилась вниз искать Гарри.
На лестнице встретился Кикимер.
— Доброе утро, Кикимер! — почти пропела она. — Гарри не видел?
Эльф кивнул, полируя перила.
— Хозяин собирался приготовить завтрак на двоих. О, и Кикимер постирал многочисленные предметы одежды, которые нашёл разбросанными по гостиной, — добавил он с лукавым взглядом.
— Хорошо, спасибо, — ответила Джинни и продолжила спускаться.
Она уже собиралась идти на кухню, когда заметила Гарри в гостиной.
Он убрал вещи из их коробки воспоминаний.
— Эй, — тихо окликнула она. — Ты всё сложил.
Он кивнул, но ничего не сказал.
Джинни села рядом, поджав ноги.
— Гарри, что такое? — тревожно спросила она.
Неужели передумал?
— В коробке нашлась ещё одна вещь, — ответил он. — Я давно её искал. Наверное, выпала из кармана пальто прямо туда.
— Что за вещь?
Джинни пыталась понять, что могло сделать его таким серьёзным.
Он раскрыл ладонь.
Она ахнула.
На ладони лежала маленькая коробочка.
— Я знаю, мы только что снова сошлись. Но это может быть просто кольцо в знак обещания… Или мы можем очень долго оставаться помолвленными. Если ты захочешь, конечно. Вполне возможно, ещё слишком рано, и мы могли бы…
— Да.
Она не могла оторвать глаз от коробочки.
— …наложить на него дезиллюминационные чары, чтобы… Что ты сейчас сказала?
Он замер.
Джинни подняла глаза на его лицо.
В прекрасных глазах светилась такая надежда.
— Да, — повторила она, сияя. — Да, Гарри. Я этого хочу больше всего на свете.
Его глаза вспыхнули изумлением.
Он притянул её к себе и нежно поцеловал.
— Правда?
Джинни кивнула, отвечая на поцелуй.
— Конечно да. Но пока оставь его у себя. Если говорить о предложении руки и сердца, это было просто ужасное, — поддразнила она.
— Я определённо способен на большее, — согласился он.
И снова поцеловал её.
— Мы с тобой… снова.
— Мы с тобой… всегда, — ответила она.
На следующей неделе Джинни поехала с ним в Годрикову Впадину, а потом — в «Дырявый котёл», где самые близкие друзья собрались на ужин, чтобы поддержать Гарри.
Когда они вошли, держась за руки, друзья разразились радостными возгласами.
— Это было худшее расставание в истории, — с облегчением сказал Рон.
— Зато последнее, — ответил Гарри.
— Именно. Легко не будет, но мы найдём способ всё устроить, — согласилась Джинни. — Мы знаем, что вместе счастливее.
— Вообще-то мы все это знали, — сказали Невилл и Гермиона.
Хэллоуин никогда не был для Гарри радостным праздником, но этот оказался самым приятным из всех.
Джинни снова была рядом, вокруг — хорошие друзья, и Гарри чувствовал себя счастливее, чем когда-либо прежде.
До Рождества.
Тогда, в «Норе», перед всей семьёй Джинни, Гарри опустился на одно колено и сделал ей официальное предложение, заранее попросив благословения у Артура, Молли и каждого из братьев.
Надевая кольцо ей на палец, он познал счастье, о котором прежде мог только мечтать.
Он и Джинни.
Вместе.
Навсегда.
**Конец.**
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!