Глава 1: Новая глава
Новая глава
7
0
Услышав, как дети входят в дом, Гарри улыбнулся и отложил бумаги. Если слух его не обманывал, они направлялись к кабинету, и…
— Папа! — воскликнула Лили, врываясь в комнату.
За ней появились Джеймс и Альбус.
— Привет, Лилс. Как погостили у тёти Полумны? — спросил Гарри.
Дети буквально сияли. Джеймс едва не подпрыгивал на месте, а Альбус даже не смотрел на него с раздражением.
Что-то их взбудоражило…
— Она, как всегда, рассказывала всякие истории, — сообщила Лили.
— Она снова рассказала нам сказку о трёх братьях! — восторженно добавил Джеймс.
Гарри изобразил невинное недоумение, гадая, что именно его проницательная подруга успела сообщить детям.
— Мы с мамой много раз рассказывали вам эту сказку.
— Но тётя Полумна рассказала нам о Дарах Смерти! — наконец выпалил Альбус.
— О Дарах Смерти?
Гарри потребовалось всё самообладание, чтобы не вздрогнуть. Перед мысленным взором возник тёмный, зловещий лес.
Все трое возбуждённо закивали.
— Может, расскажете мне о них? — предложил он после короткой паузы.
— Ты знаешь сказку о братьях Певерелл, — начала Лили.
Джеймс тут же подхватил:
— Дары Смерти — это три вещи, которые Смерть подарила братьям!
— Бузинная палочка, Воскрешающий камень и мантия-невидимка, — добавил Альбус.
— Тётя Полумна говорит, что они существуют на самом деле.
Глаза дочери сияли.
— Тётя Полумна и в существование морщерогих кизляков верит, — фыркнул Джеймс.
Альбус попытался скрыть смешок. Даже Лили немного посмеялась над выдуманными существами.
— Когда-то люди считали, что нарглы существуют только в воображении вашей тёти Полумны, — с улыбкой заметил Гарри. — Но она ведь их нашла! Так что я бы не спешил делать выводы насчёт морщерогих кизляков.
Гарри твёрдо верил: если это существо существует и его вообще возможно увидеть, Полумна его найдёт.
Снова брать свои слова обратно он не собирался. Уже пришлось, когда Полумна обнаружила мозгошмыгов, — хотя назначение у них оказалось немного иным, чем она предполагала, да и встречались они далеко не так часто, как ей казалось.
Лили, Альбус и Джеймс выглядели немного озадаченными.
Но Джеймс быстро сказал:
— Ну, если Дары Смерти настоящие, я бы хотел Бузинную палочку. Это же непобедимая палочка!
Гарри удержался от желания поправить сына и посмотрел, как остальные дети обдумывают его слова.
— Я бы тоже хотела Бузинную палочку. Но не стала бы по глупости ею хвастаться и подставляться под удар, — сказала Лили, закатив глаза при мысли о неразумном Антиохе.
— А мне кажется, Воскрешающий камень — хорошая вещь. Есть много людей, с которыми я хотел бы познакомиться, — задумчиво добавил Альбус.
И Гарри снова поразился тому, насколько сын похож на него самого.
Не только внешностью, но и характером.
— А как же мантия-невидимка? — невинно спросил он.
— У нас уже есть, пап.
Джеймс приподнял брови, глядя на отца, который сам и отдал им мантию.
— Зачем нам ещё одна?
Гарри пожал плечами. Пришлось прикусить язык, чтобы не сообщить детям: у них не просто какая-то мантия-невидимка.
У них *та самая* мантия-невидимка.
— Спорим, если как следует покопаться в книгах, мы сможем проследить историю Бузинной палочки, — сказал Джеймс.
От этой мысли его глаза загорелись.
— И как мы это сделаем? — с сомнением спросила Лили.
*Спросите у отца*, — мысленно усмехнулся Гарри.
— Да уж, записи наверняка давным-давно потерялись. Сказка такая старая, — печально заметил Альбус.
Не выдержав унылых лиц детей — хотя они наверняка нашли бы способ провести исследование и без его подсказок, — Гарри небрежно произнёс:
— У Бузинной палочки кровавая история.
Все трое мгновенно повернулись к нему.
Он лишь добродушно улыбнулся.
— В смысле, пап? Ты веришь в Дары Смерти? — подозрительно спросил Джеймс.
— Конечно верю, — буднично ответил Гарри. — Упоминания о могущественной палочке можно найти в исторических книгах. Была ли она создана самой Смертью — вопрос спорный. Но за предположительно непобедимую палочку действительно сражались. Её ещё называли Смертоносной палочкой или Жезлом Судьбы. Если искать её след в истории, нужно идти по кровавому следу.
— Значит, непобедимая палочка действительно существует? — изумлённо спросила Лили.
— Не непобедимая. Иначе её сила давным-давно исчезла бы, — объяснил Гарри. — Если изучать науку о волшебных палочках, узнаешь, что палочка выбирает волшебника. Бузинная палочка признаёт своим хозяином только того волшебника или ведьму, которые заслужили её верность, — того, кто одолел предыдущего владельца. В чужих руках она действует как обычная палочка.
Дети обменялись удивлёнными взглядами.
Они явно не ожидали, что отец настолько хорошо разбирается в этом предмете.
— Пап, а что ещё ты знаешь о Дарах? — с любопытством спросил Альбус.
Гарри немного поразмышлял, решая, что стоит рассказать.
— Считается, что больше пятидесяти лет назад Бузинная палочка принадлежала Тёмному волшебнику по имени Грин-де-Вальд. Воскрешающий камень принадлежал Кадму. Его передавали из поколения в поколение и со временем вставили в кольцо. А мантия-невидимка уникальна: обычные мантии со временем рвутся или теряют силу, но эту можно передавать из поколения в поколение, и она остаётся у потомков Игнотуса. Многие искатели Даров считают её самым слабым из трёх, поскольку и без неё вполне могут стать невидимыми. Но настоящее величие мантии в том, что под ней можно защитить и других. А того редкого человека, который сумеет объединить все три Дара, называют Повелителем Смерти.
Гарри спокойно посмотрел на детей.
Те смотрели на него в полном изумлении.
У Джеймса даже отвисла челюсть, а глаза Альбуса так расширились, что Гарри почти забеспокоился, как бы они не выкатились.
Лили шевелила губами, пытаясь что-то сказать, но, похоже, потеряла дар речи.
— Откуда ты столько знаешь о Дарах? — наконец выговорила она.
— Волдеморт интересовался Бузинной палочкой, — после недолгого колебания ответил Гарри. — Отец Полумны рассказал мне легенду, и к концу войны я довольно много о них узнал.
— Волдеморт искал Бузинную палочку? — Альбус поёжился. — Страшно представить, что было бы, если бы он её получил.
— Он её получил, — сказал Гарри, не обращая внимания на потрясённые возгласы. — Только вот её верности не добился.
— А кому она была верна? — спросил Джеймс.
Гарри выдержал эффектную паузу и усмехнулся:
— Мне.
— Тебе?! — хором переспросили все трое.
— Мне, — подтвердил он.
— Погоди, вернёмся немного назад.
Альбус покачал головой.
— Как ты добился верности Бузинной палочки?
Гарри нахмурился, вспоминая её историю.
Несколько мгновений он спорил сам с собой, прежде чем решил: дети уже достаточно взрослые, чтобы узнать хотя бы часть.
Альбусу стоит услышать правду о смерти людей, в честь которых его назвали.
Без подробностей.
Смерть Северуса и ему самому до сих пор иногда снилась в кошмарах.
— Я сказал, что палочка принадлежала Грин-де-Вальду, — негромко начал Гарри.
Дети слушали, затаив дыхание.
— Много лет назад его победили на знаменитом поединке. Победил его Альбус Дамблдор.
Альбус коротко ахнул, но Гарри продолжил:
— Альбус хранил палочку много лет. Практически никто, если вообще кто-то, не знал, что она у него. Он забрал её не ради собственной выгоды, а чтобы ею больше не причиняли людям зла. Он собирался умереть непобеждённым — тогда особая сила палочки исчезла бы. Но летом перед смертью он занимался одним делом, которое должно было помочь победить Волдеморта, и угодил в ловушку. Руку повредило так сильно, что вылечить её было невозможно. Несмотря на зелья, сдерживавшие проклятие, ему сказали, что жить осталось около года. Он никому не рассказал и старался вести себя как обычно.
— Альбус знал, что умирает. Он хотел убедиться, что его замысел — умереть непобеждённым — осуществится. Но в школе был человек, которому Волдеморт поручил его убить. Ученик. Альбус знал об этом и не хотел, чтобы мальчик провалился и Волдеморт его наказал. Но не хотел и того, чтобы он добился успеха и повредил собственную душу. Поэтому Альбус договорился с Северусом. Северус неохотно согласился убить его, когда придёт время.
При виде смутного отвращения и дурноты на лице Альбуса Гарри почувствовал себя ужасно.
Надо признать, на месте сына ему тоже стало бы нехорошо от такого рассказа.
Собравшись с духом, он продолжил:
— В ночь смерти Альбуса мы с ним вернулись с задания. Он очень ослаб и велел мне привести Северуса, не снимая мантии-невидимки. Мы находились на Астрономической башне. Я уже бросился выполнять его просьбу, когда дверь распахнулась. За долю секунды, которая у него была, Дамблдор обездвижил меня, а ворвавшийся человек его обезоружил. Это был Драко Малфой.
Альбус ахнул, узнав имя отца своего лучшего друга.
Он знал, что тот был Пожирателем смерти, — именно поэтому людям казалась такой странной дружба его сына с сыном Гарри Поттера.
Но не представлял, что Малфой был настолько предан этому делу.
Увидев выражение лица сына, Гарри поспешно добавил:
— Драко действовал по приказу Волдеморта, чтобы тот не уничтожил его семью. Теперь, оглядываясь назад, я чувствую скорее жалость, чем злость. Так или иначе, Драко обезоружил Альбуса, и они разговаривали. Альбус предложил защиту, и Драко почти согласился. Но тут наверх вбежали Пожиратели смерти. Среди них был Северус. Альбус сказал «пожалуйста», и Северус его убил.
Дети смотрели на него с ужасом.
Гарри глубоко вдохнул и продолжил:
— Никто не знал, что за палочка у Альбуса, и мы похоронили её вместе с ним. Когда мне было семнадцать и мы с вашими тётей и дядей вместо школы выполняли задание — нет, Джеймс, я не расскажу, какое, пока вы не подрастёте, — Волдеморт искал Бузинную палочку. Он проследил её путь до Дамблдора, вскрыл гробницу и украл палочку.
— Тем временем нас с вашими тётей и дядей схватили Пожиратели смерти.
Гарри замолчал, когда дети потрясённо ахнули.
Этой части истории они ещё не слышали.
Рассказывать многое он не хотел, но объяснить, как одолел Драко, было необходимо.
— Нас доставили в поместье Малфоев. Волдеморт устроил там штаб-квартиру, чтобы унизить Малфоев за их неудачи. Ваша тётя оказалась в беде, и мы с дядей пробивались к ней. Когда добрались, ей стали угрожать, и нам пришлось бросить палочки. Один из Пожирателей приказал Драко их поднять. Чудом нам удалось вырваться. Палочек у нас не было, поэтому я подбежал к Драко и выхватил у него из руки все три. Когда мы оказались в безопасности, каждому пришлось пользоваться другой палочкой: палочки ваших тёти и дяди остались в поместье, а моя уже некоторое время была сломана. Я взял палочку Драко, а им достались две другие, которые я отобрал. Мы продолжили борьбу и в конце концов оказались на битве за Хогвартс.
— Итак, у Волдеморта была Бузинная палочка. Но он был недоволен: она не давала того прироста силы, на который он рассчитывал. Он пришёл к выводу, что физически владеет ею, но не заслужил её верности. И решил: раз Северус убил Альбуса, сила палочки перейдёт к нему, если устранить Северуса. Он его убил.
Гарри закрыл глаза, содрогнувшись от нахлынувших образов.
Когда открыл, дети смотрели на него с тревогой и ужасом перед хитросплетениями военных замыслов.
— У меня состоялся…
*Разговор с покойным директором*, — подумал он, а вслух закончил:
— …случился ряд любопытных открытий прямо перед последней схваткой. Когда Волдеморт начал хвастаться палочкой, я сказал, что он ошибается. Он заявил, что добился смерти Альбуса Дамблдора и теперь стал её хозяином. Но я рассказал о договорённости Северуса с Альбусом и о том, что Альбус собирался умереть непобеждённым. Волдеморт решил: значит, сила палочки всё равно принадлежит ему, ведь он похитил её из гробницы владельца. Но он ошибался.
— Хозяином Бузинной палочки стал тот, кто обезоружил Альбуса. Кто победил его той ночью. Хозяином Бузинной палочки был Драко Малфой. А поскольку за несколько недель до того я одолел Драко и отобрал его палочку, хозяином Бузинной палочки стал я. И остаюсь им по сей день.
Закончив, Гарри молча посмотрел на потрясённых детей.
— Это Бузинная палочка? — наконец спросил Джеймс, указывая на палочку в кобуре на бедре Гарри. — Бузинная палочка — та самая, которую я маленьким пытался стащить, чтобы поколдовать?
— Нет.
Гарри улыбнулся.
— Я воспользовался Бузинной палочкой и её необыкновенной силой, чтобы починить свою старую. Другой палочкой это сделать было невозможно. А потом убрал её в место, о котором никому не скажу.
— Чёрт побери, — прошептал Джеймс.
Но после такого рассказа Гарри не смог заставить себя сделать сыну замечание за выражения.
К тому же мальчику шестнадцать.
И одному небу известно, что в этом возрасте говорил Рон…
— Ну, теперь нам не нужно изучать историю палочки, — слабо сказала Лили.
— А где мантия-невидимка, ты тоже знаешь, пап? — с лёгкой улыбкой спросил Альбус.
Наверное, пытался немного разрядить обстановку после такого рассказа.
Гарри лишь широко улыбнулся.
— Знаешь? — изумлённо переспросил Джеймс, заметив его весёлый взгляд.
Гарри только поднял брови.
Лили и Джеймс нетерпеливо ждали ответа, когда Альбус застонал:
— Да ты издеваешься…
И достал мантию-невидимку.
Лили и Джеймс уставились на неё, а потом на отца.
— Дедушка Джеймс передал её тебе, а ты — нам, — тихо сказал Джеймс. — Большинство чар давно бы уже ослабло… Папа!
В последнем возгласе слышалась обида: как Гарри мог раньше им не рассказать?
— Поттеры — последние живущие потомки Игнотуса Певерелла, — просто объяснил Гарри.
— Только не говори, что и про Воскрешающий камень знаешь, — насторожённо сказал Альбус.
— Точного места не знаю. Но примерно представляю, где его можно найти, — ответил Гарри.
Он спрятал внезапные вспышки воспоминаний за почти бодрым тоном — лишь бы дети ничего не заметили.
— Как ты его нашёл? — с нетерпением спросила Лили.
— Мне его подарили, — после некоторого колебания ответил Гарри. — Но что это такое, я понял только во время битвы за Хогвартс.
— Ты им пользовался? — спросил Альбус.
— Один раз, — признался Гарри.
Он вспомнил призрачные фигуры, давшие ему мужество сделать необходимое.
— Ко мне пришли мои родители, крёстный и отец Тедди.
Джеймс, Альбус и Лили смотрели на него с благоговением.
— И каково это было? — спросил Джеймс.
Гарри тщательно обдумал ответ.
Хотелось быть честным.
— Мучительно, — признался он. — Увидеть родителей было очень тяжело. А Сириуса я потерял всего за два года до того, и мне всё ещё было ужасно больно.
*Даже сейчас с этим тяжело смириться*, — подумал Гарри.
А вслух продолжил:
— К тому же я только что узнал о гибели Римуса и Тонкс. Когда увидел Римуса, почувствовал вину за то, что не покончил со всем раньше. Но они успокоили меня и помогли сделать то, что было нужно.
— Помогли тебе победить Волдеморта? — удивился Джеймс.
— Помогли сделать нечто, что в итоге сыграло решающую роль в его падении. И нет, подробнее объяснять, что именно мне пришлось сделать, я не буду.
— А что стало с камнем? — полюбопытствовал Альбус.
— Я его уронил, — небрежно признался Гарри. — Уверен, теперь он где-нибудь под землёй.
— Ты его уронил? — недоверчиво переспросил Альбус.
— Так лучше, — твёрдо сказал Гарри. — Камень способен довести человека до безумия от отчаяния. Лучше, чтобы он оставался подальше от людей, там, где его никто не найдёт.
— Погоди… — внезапно произнесла Лили.
И Гарри понял: она догадалась.
— У тебя есть палочка…
Джеймс подхватил:
— А мантию ты отдал нам.
— И пользовался камнем, — закончил Альбус с широко раскрытыми глазами.
— Ты собрал Дары Смерти! — недоверчиво прошептала Лили.
Гарри кивнул, и Джеймс выпалил:
— Ты Повелитель Смерти! Ты будешь жить вечно!
Но Гарри покачал головой.
— Быть Повелителем Смерти означает не это. Это означает понимать: смерть неизбежна, и однажды она придёт и ко мне. И в тот день мы со Смертью уйдём как равные.
— Ты взял это из сказки, — обвинила Лили.
— Взял, — признался Гарри. — Но это правда. Мы со Смертью и так знакомы слишком близко. Когда придёт время, я не испугаюсь.
Несколько мгновений царило ошеломлённое молчание.
— Ух ты, — наконец прошептал Альбус. — Это очень храбро, пап.
— Я же учился на Гриффиндоре, — лукаво ответил Гарри.
Дети неуверенно рассмеялись.
Гарри ненадолго положил руки сыновьям на плечи, затем похлопал Лили по спине.
— Я всё тот же папа, Джеймс, Ал, Лили. Просто теперь вы знаете обо мне чуть больше. И мне бы хотелось, чтобы этим «чуть больше» вы не делились с двоюродными братьями и сёстрами.
— Не делились? — недоверчиво переспросила Лили. — Ты знаешь, как это трудно? Они же ужасно любопытные!
— Одно дело — рассказывать собственным детям о своей жизни, когда они, наверное, ещё слишком малы для таких историй. И совсем другое — рассказывать племянникам. Я их очень люблю, но они всё узнают, когда станут старше и мы сможем подробнее поговорить о том, какой на самом деле была война. Вы тоже узнаете больше, когда подрастёте. Сейчас это было бы чересчур. Наверное, я и так рассказал вам слишком много, — признал Гарри. — Но вы заслуживали узнать правду. Особенно ты, Альбус.
Альбус кивнул.
Джеймс наконец спросил:
— Тебе нужно беспокоиться из-за того, что ты владеешь Дарами? Люди знают?
— Немногие, — ответил Гарри. — Только семье известно, что наша мантия-невидимка — та самая, из сказки. И, думаю, только семья знает, что у меня ненадолго был Воскрешающий камень. Хотя об этом они знают совсем немного: я нечасто о нём говорю. Все, кто присутствовал на битве за Хогвартс, знают, что я настоящий хозяин Бузинной палочки. Но большинство даже не понимает, что это такое. А остальные, кто мог бы меня донимать, — Пожиратели смерти и жаждущие власти, — либо сидят в Азкабане благодаря мракоборцам, либо не могут пробиться через мою защиту. Я не хвастаюсь направо и налево, как Антиох. Так что рассчитываю умереть непобеждённым. Надеюсь, получится.
— Значит, друзьям мы тоже не можем рассказать, раз даже родные не в курсе? — как бы между прочим спросила Лили.
— Я бы очень просил этого не делать, — серьёзно сказал Гарри. — Так безопаснее и для меня, и для вас.
Все трое кивнули, понимая серьёзность положения.
— Пап, тебе обязательно всегда совершать невозможное, да? — ухмыльнулся Джеймс.
Он махнул рукой и отправился к себе.
Гарри усмехнулся, а дочь обняла его.
— Ты самый замечательный папа на свете. Спасибо, что рассказал!
Лили тоже направилась в свою комнату, по дороге легонько толкнув Альбуса плечом.
Тот шутливо нахмурился ей вслед, потом посмотрел на отца и посерьёзнел.
— Люди, в честь которых меня назвали, действительно так погибли?
Гарри нахмурился, во второй раз отгоняя нахлынувшие образы.
Раньше его отвлекал собственный рассказ.
А теперь…
Теперь сдерживать поток тяжёлых воспоминаний было трудно.
— Да. И прости, что ты узнал об этом вот так. Наверное, мне стоило рассказать тебе отдельно, чтобы ты мог задать все свои вопросы. Я расскажу больше, когда Джеймсу исполнится семнадцать.
Альбус кивнул.
Он знал, почему выбрана именно эта дата.
Гарри решил, что дети подробно узнают о его участии в войне, когда Джеймсу исполнится семнадцать.
На последнем курсе в программу истории магии входило обстоятельное изучение Второй войны, включая битву за Хогвартс.
Гарри понимал: он должен рассказать сыну обо всём заранее.
Иначе тот рискует почувствовать себя так же, как когда-то сам Гарри, узнавший, что у Дамблдора была сестра и что он жил в Годриковой Впадине.
Словно он совсем не знал Дамблдора.
Словно Дамблдор, возможно, и не был к нему особенно привязан.
Кроме того, Гарри знал: стоит узнать одному ребёнку — узнают и остальные.
Он не ждал этого дня с нетерпением.
До него оставался всего год.
Но рассказать было необходимо.
— Можно только один вопрос? — спросил Альбус, вырывая Гарри из раздумий.
— Конечно.
— Откуда ты знал, что Волдеморт искал Бузинную палочку, если тогда был в плену? И откуда знал, почему он убил Северуса?
— Это два вопроса, Альбус, — негромко заметил Гарри.
Сын просто смотрел на него, ожидая ответа.
— Я мог бы сказать, что потом всё выяснил по имевшимся сведениям. Но это было бы неправдой, — произнёс Гарри. — Пока не могу сказать, что готов объяснить, откуда знал о первом. А вот почему он убил Северуса…
Он содрогнулся.
— Я знаю, потому что был там. Слышал, как Волдеморт объяснял, зачем должен его убить. А потом видел, как он его убил.
Альбус в ужасе ахнул.
— Ты видел, как он умирал?
— Я видел, как умирает много людей, — мягко ответил Гарри.
В голосе прозвучала лишь тень горечи.
— Я был на войне, Альбус. Это её часть.
— А почему Волдеморт тогда не напал на тебя? Или ты в тот момент его и победил?
Любопытство Альбуса пересиливало осторожность перед тяжёлой темой.
— Волдеморт не напал на меня, потому что я прятался. Я смог добраться до Северуса, только когда он уже умирал, а Волдеморт ушёл, — ответил Гарри.
Он снова вспомнил ту ужасную ночь и задумался, мог ли как-нибудь спасти Северуса.
Он много раз возвращался мыслями к случившемуся и пришёл к выводу, что спасти его было невозможно.
Его самого убили бы.
Рона и Гермиону тоже.
Он бы выжил, но Волдеморт лично проверил бы, жив ли он, и нашёл способ уничтожить.
И всё же Гарри не мог совсем избавиться от сожаления, что даже не попытался спасти человека, который так сильно любил его мать, что поставил собственную жизнь на кон ради её сына.
— Прости, что заставил тебя вспомнить, пап, — сказал Альбус, опустив взгляд.
— Что?
От слов сына Гарри очнулся.
Альбус поднял глаза.
— Вот об этом я и говорю. Я вижу, что тебе неприятно вспоминать. Роза сказала, со многими из тех, кто пережил войну, так бывает. Когда она спрашивает дядю Рона или тётю Гермиону о некоторых событиях, они тоже замолкают. И у них появляется такой взгляд. Прости, если я тебя расстроил, пап, — снова извинился он.
Гарри покачал головой и обнял сына.
— Со мной всё хорошо, Альбус. Ты меня не расстроил. Просто есть воспоминания, которые достаточно пережить один раз. Но твоё любопытство я прекрасно понимаю. Ты хочешь больше узнать о человеке, в честь которого я тебя назвал.
Он слегка улыбнулся.
— Позже ты узнаешь всю историю, обещаю. Все подробности, которые захочешь.
Альбус кивнул и обнял отца в ответ.
— Спасибо, пап. И ты правда не шутил насчёт Даров Смерти?
Гарри кивнул, гадая, к чему сын клонит.
— Ну и странный же ты, папа!
Альбус ухмыльнулся и без дальнейших объяснений умчался к себе.
— Эй! — крикнул Гарри ему вслед.
Но, снова усаживаясь за бумаги, рассмеялся.
Наверное, Альбус прав.
Зато историй интересных хватает.
Многие ли отцы могут рассказать своим детям, каково это — быть Повелителем Смерти?
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!